By The Riverbank

Слово, которым Тодороки Тоя бы описал свою семью, было бы «разобщённость». Не то чтобы они редко видели друг друга. Нет, их традиционный дом, хоть и был большим, всё же не настолько, чтобы они никогда не пересекались. У Тои было двое братьев и сестра, все младше него. Они были… нормальными. Иногда Тоя находил их раздражающими, но ненависти к ним он не испытывал. Большую часть времени они даже не ссорились. Хотя их отец был отцом-одиночкой, он всегда заботился о том, чтобы у каждого было равное количество всего необходимого. И в доме было столько ванных комнат, что им не приходилось спорить, кто зайдёт первым. Не то чтобы Тоя не любил своего отца. Их отец был Старатель, герой №2 в Японии! Этот человек был настоящим героем, и Тоя мечтал пойти по его стопам и превзойти Всемогущего, героя №1. А вот с их матерью… Ну, на самом деле, Тоя никогда её не встречал. Он только знал, что их отец время от времени брал перерыв на несколько лет, оставляя старших детей на попечение старшей сестры по имени Кингё Химэ или отправляя их к бабушке с дедушкой. А потом возвращался с младенцем, заявляя, что это новый брат или сестра Тои. Тоя не был уверен, у одной ли матери родились его братья и сестра, но было очевидно, что все четверо детей Тодороки как-то связаны друг с другом. У Фуюми и Нацуо были белые волосы с небольшими красными прядями, а глаза — голубовато-серые, как галька, омытая речным течением. Их причуды, связанные с льдом, были похожи, хотя у Фуюми, казалось, причуда больше походила на способность управлять водой, чем льдом. Трёхлетний Шото пока не проявил свою причуду, но Тоя считал, что это может быть та самая «двойная» причуда, которую хотел их отец, судя по цвету его волос. Причуда, объединяющая лёд и огонь, вот что хотел Старатель, да? Иначе зачем ему постоянно исчезать и заводить детей, даже несмотря на отсутствие матери? Однажды Тоя спросил, где его мать, и Старатель посмотрел на него озадаченно. Затем он указал на свою грудь, прямо на сердце, и сказал: — Твоя мать здесь. В этот момент Тоя понял, что его мать умерла. Папа мог бы просто сказать это. Ему не обязательно было притворяться, что он так сильно заботится о покойной возлюбленной. Старатель был относительно молод и красив, если верить журналистам. Может, дело в том, что Тоя никогда не знал свою мать, но он не чувствовал сильного желания мешать отцу встречаться с кем-то ещё. Он просто хотел, чтобы Тодороки Энджи проводил больше времени со своими детьми, вместо того чтобы быть всё время таким занятым. А ещё, может быть… стал немного мягче? Их отец был очень предан своей работе героя, и в доме действовало множество правил. Хотя Старатель не был фанатиком контроля, который диктует каждую минуту жизни своих детей, он всё же придерживался строгого свода правил. Большая их часть была вполне обычной. Не задерживаться допоздна. Делать домашние задания вовремя. Быть добрыми к своим братьям и сестре. Не перекусывать перед ужином. Всё те же стандартные вещи, которым родители всегда учат детей. Но были и не совсем обычные правила. Каждый день они занимались физической подготовкой. Все четверо детей Тодороки. Тоя не мог вспомнить, когда они начали это делать, но тренировки всегда были частью их распорядка. Они вставали рано и бегали круги по заднему двору. После школы у них были тренировки причуд. По выходным отец водил их в поход в горы, где они купались в реке. Звучит захватывающе и весело, да? Возможно, так бы и было, если бы их отец относился к этому как к развлечению. Но Старатель приходил туда не ради семейной прогулки. На берегу реки находилось святилище, и он всегда заставлял их выражать почтение речному хранителю, который, как он утверждал, охраняет эту территорию. Их учили быть осторожными с определёнными растениями и внимательно следить за окружением. Всё это было нормально. В школе их тоже учили об экологичности и устойчивом развитии. Но десятилетний Тоя находил всё это скучным. Что делало ситуацию ещё более странной, так это то, что отец относился ко всему этому до странности серьёзно. Настолько серьёзно, что Тоя и его братья и сестра считали это скорее религиозным ритуалом, чем чем-то ещё. Пока они плавали в реке, Старатель медитировал под водопадом, позволяя сильному потоку воды обрушиваться на него. Тоя попробовал однажды, но так и не понял, как его отец выдерживал это. Вес воды, обрушивающейся на голову и плечи, едва не сбил его с ног. И даже если его тело было больше приспособлено к холоду, это было просто невыносимо холодно — находиться так долго в воде. Но отец всегда заставлял его сидеть под водопадом вместе с ним. Это было совсем не весело, и в итоге Тоя чувствовал себя вымотанным. Тое не казалось, что их отец действительно хочет сделать из них героев. Любое увлечение, которое они выбирали, Старатель позволял им заниматься. Если Нацуо хотел играть в футбол, отец записывал его на секцию. Если Фуюми хотела учиться рисовать, он нанимал ей преподавателя. Он также отправлял их на другие кружки, но большинство из них были старомодными, вроде каллиграфии, стрельбы из лука или чайной церемонии. Но никогда ничего, что прямо касалось бы работы героя. Только физическая подготовка. — Может быть, он просто слишком занят, — предположила Фуюми. В отсутствие Старателя в доме Тодороки постоянно появлялись разные люди. Была пожилая женщина, которая готовила ужин и занималась домашними делами. Садовник приходил раз в неделю, а помощники иногда заглядывали с рабочими бумагами. Иногда к ним стучали детективы, нуждавшиеся в помощи или сотрудничестве Старателя. И был мужчина с синей кожей. Тоя полагал, что он хороший человек. Он мало говорил, пока находился в доме, но и не игнорировал их, и не был груб. Мужчина с синей кожей появлялся в доме время от времени, закатывал рукава до локтей и ходил в хорошо выглаженных брюках. Его волосы были белыми, а на лице виднелись узоры, похожие на жабры. Возможно, это была его причуда, но Тое всегда казалось, что от него пахнет морской солью. У него были привлекательные черты, и Тоя часто слышал, как хозяйки соседних домов или кассиры в магазине смущались, глядя на него. Несмотря на необычный цвет кожи, его черты лица были выразительными, а глаза — золотистыми, как солнце. Этот мужчина мыл посуду и занимался мелкими бытовыми делами, вроде прочистки засоров. Иногда он приносил рыбу и морепродукты, чтобы пополнить запасы в холодильнике. Было не совсем понятно, как именно он вписывается в череду людей, приходивших в их дом. Все называли его «Аракава», как реку, потому что он сказал, что так следует кричать, если они окажутся в опасности. Однажды он в шутку сказал, что они могли бы называть его «отцом», так как именно он посещает их школьные мероприятия. Тоя считал, что у него ужасное чувство юмора. Их отец — Тодороки Энджи, герой номер два в Японии. — Нам понятно, что он тебе не нравится, Тоя-нии, — сказала Фуюми, опуская ноги в реку. Дом Тодороки был построен в тихой сельской местности, где река протекала прямо через их задний двор. Сейчас было довольно жарко, поэтому всем нравилось сидеть в ряд и охлаждать ноги в воде. — А чем он вообще занимается? — спросил Нацуо, жуя арбуз. Ему было восемь, но он уже был намного выше Тои. Проклятый младший брат с удачными генами роста. Тоя нахмурился. — Водопроводчик? — Посудомойщик? — предположила Фуюми. Рядом с ней сидел Шото, аккуратно поедая мороженое. Его причуда недавно проявилась, и Старатель… не особо обрадовался. Тоя всё больше и больше не понимал реакцию отца. Сначала он думал, что отец будет счастлив, что Шото смог преодолеть проблему с регуляцией температуры тела, но Старатель лишь вздохнул. И добавил Шото дополнительные тренировки. — Но он моет посуду только когда домработницы нет, а с трубами это был разовый случай. Он возит нас по разным местам, чинит что-то сломанное в доме, а несколько дней назад я видел, как он чистил крышу. У него удобная водная причуда. — Значит, он делает понемногу всего. Может, личный ассистент? — Тоя бросил небольшой камень через реку, наблюдая, как он подпрыгивает по воде. — Папа всегда просто платит другим людям за то, что слишком занят или не хочет делать сам. — Я не против, что он приходит на мои футбольные матчи. Лучше уж он, чем Старатель, — сказал Нацуо. Он не любил всё внимание прессы. Лицо их отца было слишком узнаваемым, и ему было противно слышать, как мамы его одноклассников восхищаются героем. Как ни странно это звучало, Старатель всё ещё выглядел так, будто ему было не больше тридцати. Тоя точно мог это подтвердить, ведь он однажды проверил старые фотографии отца. Даже стоя рядом с новыми героями, которые ежегодно выходили на сцену, Старатель выглядел почти ровесником. Казалось, его огонь отпугивал не только врагов, но и само время, оставляя его лицо гладким, без морщин и всегда чисто выбритым. У героя было мощное тело, не такое массивное, как у Всемогущего, но всё же впечатляющее. Его мышцы выглядели чуть более накачанными, чем у обычных мужчин-моделей, и Тоя знал, что множество компаний хотели заполучить его отца для рекламы своих товаров — исключительно из-за его внешности. Звук плескающейся воды заставил всех поднять глаза. По направлению к ним плыла выдра. Она была размером с собаку, с синей шерстью и снежно-белым брюшком, выделявшимся на фоне остального меха. В их двор часто заглядывали водные животные. Рыбы, лягушки, птицы и выдры — это было обычным делом. — Привет, Лорд, — сказал Шото, поднимая выдру на руки. Он рассмеялся, когда та встряхнулась, разбрызгивая воду с шерсти прямо на него. Никто не знал точно, как долго эта выдра находилась с ними, но в доме она занимала особое место. Её называли «Лордом», потому что однажды услышали, как Старатель назвал её именно так. Иногда Тоя даже завидовал этой выдре, потому что было очевидно: отец любил её больше, чем своих детей. Старатель позволял ей спать в своей кровати, носил её на руках в выходные дни, расчёсывал её шерсть, кормил и даже улыбался ей чаще, чем им! Выдра легонько похлопала Шото по носу лапкой. Фуюми протянула руки, желая обнять выдру тоже. Тоя признавал, что она была милой, но именно из-за этого он её и не любил. Каждый раз, когда Лорд находился поблизости, всё внимание отца было сосредоточено на ней. Это был враг номер один для Тои, даже опаснее Шото, который был младшим ребёнком с причудой, потенциально способной превзойти его собственную. — Ой, какой же ты милый~ Да, ты такой! — сказала Фуюми, играя с пухлыми щёчками выдры. Её форма была идеальной для подушки, с короткими лапками и симпатичным носиком. Выдра была дружелюбной. Тоя ни разу не видел, чтобы она вырывалась или пыталась кого-то укусить. Большую часть времени ей был открыт доступ ко всем уголкам дома, и Тоя часто находил её загорающей во дворе или спящей на диване. Она была настоящей лентяйкой, которая только ела, спала и изредка плавала в реке. Старатель так сильно её баловал, что запрещал кормить её лакомствами для животных или консервами. Всё, что ели дети и сам Старатель за ужином, Лорд получал свою порцию тоже. Тоя не понимал, за что его отец так любил эту выдру. Она не могла охранять дом, как собака, и не была независимой, как кошка. Она просто… ничего не делала. Как сейчас, когда она лежала, прижавшись к Шото, пока Фуюми возилась с ней, а Нацуо тыкал её лапу. — Чем вы тут занимаетесь? Все замерли. Старатель появился из-за угла и внимательно оглядел детей. Его взгляд всегда был серьёзным, будто он не хотел их видеть. На нём было простое кимоно с узорами в виде волн на краях. Несмотря на то, что его причуда связана с огнём, многие вещи в их доме украшали узоры волн, течений или чешуи. — М-мы просто играем с Лордом, — пробормотала Фуюми. — Будьте уважительны к нему. Он — часть семьи, а не питомец, чтобы с ним забавляться. — Подняв выдру на руки, Старатель аккуратно прижал её пушистую голову к своей груди. Его взгляд сразу смягчился, как только он встретился с чёрными глазами Лорда. Осторожно поцеловав выдру в лоб, отец ушёл. Все дети выдохнули, только когда убедились, что он ушёл. — Он больше заботится о глупой выдре, чем о собственных детях, — пробормотал Нацуо. — Нацуо, — предостерегающе сказала Фуюми. — Что? Это правда! — Нацуо скрестил руки на груди и фыркнул. — Он всегда так защищает эту выдру. И винит нас за её проделки! Да, эта маленькая пушистая бестия была воплощением зла. Выдра была странно человечной, и Тоя винил в этом отца, который слишком её баловал. Это было не впервые, когда она специально тащила грязь и воду в их комнаты в отместку. Однажды она пробралась в шкаф с алкоголем, но вместо того, чтобы наказать её, Старатель обвинил их в том, что они плохо присматривают за домом. — Но ведь «Лорд» давно с ним, — заметила Фуюми. — Это логично, что папа так к нему привязан. Она слышала эту историю от Кингё Химэ. Девушка рассказывала, что Лорд был со Старателем ещё с тех пор, как тот учился в Юэй. — Всё равно, он мог бы хотя бы притвориться, что заботится о нас немного больше. Тоя не хотел продолжать эту тему. Ему казалось, что лучший способ улучшить отношения с отцом — это снова показать, как он упорно тренируется. Старатель всегда был в лучшем настроении и охотнее разговаривал с детьми, когда видел, что они стараются. Решив, что это подходящий момент, Тоя побежал по коридору искать отца. Он заметил его в кухне, где тот сидел за столом и пил чай вместе с синекожим мужчиной. — Откуда ты здесь? — вырвалось у Тои, удивлённого внешним видом незнакомца. — Тоя, будь вежливее, — строго сказал Старатель. — Проявляй уважение. — Простите, — извинился мальчик перед мужчиной. — Всё в порядке, — ответил незнакомец. Он поднялся со стула и повернулся к Старателю: — Я заеду за тобой на следующей неделе, чтобы отправиться на гору Оэ. — Я подготовлю подарки для визита, — кивнул Старатель. — На этот раз итальянское вино. Мужчина, довольный услышанным, расплылся в улыбке и вскоре ушёл. — Папа, а что там на горе Оэ? — спросил Тоя, стараясь не отставать. Старатель часто бывал там, но ни разу не брал с собой детей. Кажется, каждый раз он брал с собой дорогой алкоголь. — Демоны, — хмыкнул Старатель, словно шутя. Это должно было быть шуткой? Или отец только пытался казаться смешным? — Ну, так что ты хотел мне показать? Тоя отогнал прочь все лишние мысли и с энтузиазмом заулыбался. Он был уверен, что отец похвалит его за то, что он придумал этот новый приём!