Часть 4
11 октября 2022 г., 16:00
Пит по-прежнему стоял в той неподвижной позе, в которой Вегас оставил его ранее. Всё его тело било мелкой напряжённой дрожью, волны желания разбивались об него изнутри. Он был не только ошеломлён и сбит с толку, но ещё и кошмарно возбуждён. От близости и внезапной грубости у него взбаламутились мысли.
Они никогда раньше не были так близки, и Питу казалось, что, наконец-то распробовав вкус того, что он мог бы иметь, он больше ни за что не хотел это отпускать.
Он никогда не отпустит это снова.
Вегас позволил ему вкусить запретный плод, и теперь Пит зависим от него гораздо сильнее, чем когда-либо, ничто не встанет между ним и Вегасом когда-либо вновь. Ни один человек не встанет между ним и его безумной любовью к нему. Ничто вплоть до тех пор, пока Пит жив и способен это предотвратить.
Любого, кто осмелился бы, он убьёт безо всяких сожалений.
Глубоко вздохнув, изо всех сил стараясь не дать собственному разуму расколоться на части, он неторопливо поправил одежду, руки слегка подрагивали, а сердце неизменно громко колотилось в ушах. Вегас всегда провоцировал мурашки по коже и туман в голове.
Его щека всё ещё хранила след пощёчины, которая насквозь и насквозь прошибала упоением. В каком-то смысле ему всегда нравилась боль, просто он никогда ещё этой идее не потакал. Но если бы её причинял Вегас, то Пит принял бы её с распростёртыми объятиями. Он бы исступлённо лелеял всё, что тот мог бы ему дать.
И всё-таки он был удивлён неожиданным восторгом, пробежавшим вдоль позвоночника в момент, когда раскрытая ладонь Вегаса хлопнула его по щеке. Он перебарывал каждую клеточку своего тела, чтобы держать рот на замке, скулёж, подступающий к глотке, гласил ему именно о том, что ему необходимо было знать. Он не возражал бы, если бы Вегас сделал это снова.
Он прикусил губу, чувствуя, как по организму, достигая щёк и покрывая их светло-розовой пыльцой, разливалось тепло, когда он выходил из столовой за пределы особняка, чтобы покурить. В его расписании на сегодня больше не было ничего, поэтому, вероятнее всего, остаток дня и вечер он будет приманиваться к Вегасу словно потерянный щенок. Мысль о том, чтобы оказаться рядом с ним наедине, вызывала у него на губах нервную ухмылку.
Ему нравилось мечтать о своём боссе, нравилось воображать их в различных сценариях, от которых у него всегда слегка перехватывало дыхание. В своих иллюзиях он был для Вегаса всем миром, и его так порывало однажды воплотить это в реальность.
— Пит, Кхун’Вегас тебя зовёт, — из раздумий его вырвал нежданный голос, он резко повернулся, признавая одного из других телохранителей, Нопа, который уже суматошно поглядывал на него. — Он сказал, что это срочно и важно.
Пит коротко кивнул ему и затушил сигарету, прежде чем поспешно вернулся в дом и направился к кабинету Вегаса. Тёмная муть натягивала кожу, предвкушение и страх нагнетающе витали вокруг, костюм вдруг стал ему слишком колючим, слишком тесным. Вегас обо всём узнал?
Он вытянул чуть трясущуюся руку и толкнул дверь, следом закрывая её за собой и моментально склоняя голову.
— Кхун’Вегас, вы звали меня, — его голос был ровным на контрасте с рёвом эмоций, бушующих в его грудной клетке.
— Да, звал, мне нужно, чтобы ты кое-что сделал, — тон Вегаса был серьёзен, но в нём различались дразнящие нотки, от которых у Пита по спине прокатилась дрожь.
— У меня для тебя особенная миссия, ты ведь справишься с ней, верно? — продолжил он, и Пита охватил лёгкий мандраж. Конечно, он бы справился, он был готов ко всему, что бы Вегас ни попросил его сделать. Тем более, если это означало вновь насытиться тем абсолютным удовольствием, которое он испытывал всякий раз, когда пронзал своим ножом чьё-то тело.
— Конечно, Кхун’Вегас.
— Это миссия под прикрытием, заполучить человека тебе необходимо любой ценой, используй, блять, любые средства, которые могут понадобиться, чтобы заставить его добровольно пойти с тобой, — Пит слабо оскалился на этих словах.
Использовать любые средства, которые могут понадобиться? О, он сыграет с человеком в одну маленькую милую игру.
— Я буду присматривать за тобой, но только издалека. Это твоё единственное подкрепление для задания, — Вегас говорил уверенно, подробно всё объяснял и показывал телохранителю фотографии того, кого ему нужно было достать.
Пит, мягко выражаясь, в восторге был уже. Вегас будет следить за каждым его движением, это больше, чем он способен был выдержать, но всё же не мог не ухмыльнуться украдкой. О, свои карты он разыграет правильно, просто дождитесь и увидите.
—
В день миссии Пита освободили от обязанностей вплоть до непосредственно самого́ торжественного события. Ему позволили взять отгул, чтобы подготовить на сегодня всё необходимое, и он наслаждался каждой секундой этого. Ему не терпелось ощутить прилив адреналина, который накатит на него в момент, когда он доберётся до уёбка и окрасит себя и его красивым красным цветом его крови. Пит был хорош, Пит был лучшим, и он собирался показать Вегасу, что именно тот упускает. Пит летел в бездонную пропасть. Мысли и действия с каждым днём становились всё более и более жестокими. Только вчера он приложил все свои усилия, чтобы выколоть оба глаза бесполезному мальчику, прежде чем воткнуть нож ему точно в сердце. Каждый день вёл его всё дальше и дальше по тропе предельного сумасшествия, он был уверен, что даже Вегас ещё не постиг тех глубин безумия, которые уже испытывал он, чувствуя, как они завладевают им. Пит был хуже Вегаса, намного хуже. Но он не мог сдержать ни улыбки, что растягивала его губы, ни чувства совершенного блаженства в моменты, когда осознание снова и снова лупило по мозгам. Он никогда не хотел быть похожим на Вегаса, но теперь, зная и распробовав вкус, он не видел возможности когда-либо вернуться в прежнее состояние. Если он и вправду хотел, чтобы ни у кого не было Вегаса, то позаботился бы о том, чтобы ни у кого никогда его больше не было. Даже если бы это означало убийство того, кого он так горячо любил и по кому был так голоден. Пит хихикал, смеялся, пока надевал на себя одежду. На нём были чёрные, узкие кожаные штаны, вокруг бёдер, ненавязчиво подчёркивая их форму, была аккуратно обмотана цепочка. Сверху был чёрный оверсайз-пиджак, а под ним — обтягивающая, полупрозрачная чёрная рубашка. Чёрный цвет помогал ему не только легче сливаться с толпой, но и создавал всему гораздо более соблазнительный и заманчивый образ, и это было именно то, к чему этим вечером он стремился. Если Вегас не захочет его по собственной воле, Пит заставит его захотеть так или иначе. Его ботинки отстукивали по каменному полу, объявляя о его появлении задолго до того, как он заговорил. Поэтому тот факт, что глаза Вегаса были прикованы к нему прежде, чем он с ним поздоровался, не был чем-то особо удивительным. Однако это не мешало Питу впитывать в себя каждую минувшую секунду. Устремлённый на него взгляд Вегаса был подобием подарка либо из рая, либо из ада, на ваше усмотрение. Одно можно сказать наверняка — Пит выглядел абсолютно умопомрачительно, и он знал, что это так. Его глаза сверкали, добавленный крошечный драгоценный камень под одним из них этот эффект усиливал, а маленькие линии подводки делали их более привлекательными, чем обычно. Пит был симпатичным. Симпатичнее всех тех ёбаных блядей, которых трахал Вегас. — Добрый вечер, Кхун’Вегас, для задания всё готово, — произнёс он в своей обычной манере — доброй, мягкой, вежливой. Он не посмел бы поступить иначе, даже если его состояние и мысли сейчас были категорически против этого. То, как зрачки босса следили за каждым его движением, заставляло его чувствовать себя таким всемогущим, как никогда раньше. Пит не стал брать с собой никакого специального оружия, нет. На самом деле он взял с собой лишь нож, которым в последнее время пользовался уж больно часто, но именно это и делало его излюбленным оружием. И вдобавок ко всему, этот нож был подарен Вегасом, когда Пит только начинал работать телохранителем. Разумеется, от пистолета он не отказался, хотя сегодня им точно пользоваться не собирался. О нет, у него на сегодняшний вечер был очень специфический план. — Возможно, мне стоит задуматься о том, чтобы ты перестал носить старую форму телохранителя, если будешь одеваться так каждый день, — тон Вегаса был искушающий, его глаза ни на миг не отрывались от Пита, который смог сдержать лёгкую усмешку, скользнувшую к губам. — В этом нет необходимости, Кхун’Вегас, в конце концов, я ваш телохранитель, — смиренно ответил он, не мог позволить себе просто вести себя с ним так, будто бы они лучшие друзья. Они не друзья. Он его босс, Пит — его телохранитель. — Да, и если я захочу, чтобы мой телохранитель начал одеваться иначе, он начнёт одеваться иначе, — его голос стал несколько ниже, и по телу Пита снова пробежала мелкая дрожь. Вегас изъёбывал ему мозг больше обычного. А Пит даже не сообразил вовремя ответить, его сердце угрожало вот-вот выскочить из груди. — Фургон готов, Кхун’Вегас, — сообщил им их водитель, и босс жестом указал Питу следовать вперёд, что тот, впрочем, и сделал, не имея ни малейшего желания ослушаться его перед кем-то среди бела дня. К чему он, однако, был не подготовлен, так это к тому, что ладонь Вегаса крайне вольно легла на нижнюю часть его спины, и сознание у него на секунду или две перестало функционировать. Вегас положил руку ему на поясницу, он, должно быть, спит. Но Вегас её не убрал, вообще ни на дюйм не сдвинул. Нет. Вместо этого, он держал её неподвижно, её обжигающий вес слегка надавливал на спину, пока они вместе шли к фургону, который собирались забрать на ночь. Вегас даже открыл для него дверь, и в этот момент он был уверен, что либо его убили, либо босс отравился. Тому, что только что произошло, никакого логического объяснения не находилось. — Знаешь, что должен делать сегодня? — Да, Кхун’Вегас. Я войду в бар один и буду ждать, пока мужчина подойдёт, затем, любыми необходимыми средствами, заставлю его добровольно покинуть заведение вместе со мной. После я доставлю его прямо в подвал, — с лёгкостью пояснил он, план был совершенно ясен и отпечатался в его мозгу. Он не осмелится оступиться, никогда. — Хороший мальчик, но не забывай, что мы имеем дело не с какой-то второсортной шайкой. Он тот, кто, блять, посмел слить информацию, что я использую Владимира только как защиту для переправки наркотиков, — Вегас стиснул зубы, глаза его почернели, и Пит почувствовал исходящую из него убийственную ауру. Ауру, с которой в последнее время он сам был вполне хорошо знаком. Но вот с чем он знаком не был, так это с тем, что Вегас назвал его хорошим мальчиком. Сердце у него пропустило пару ударов, а щёки покрылись румянцем. Каждый дюйм его тела вдруг вспыхнул жаром и беспокойством. Во что бы сейчас Вегас ни играл, Пит будет играть в десять раз ожесточённее. И, конечно, он знал о том мужике и утечке информации, которая, как он надеялся, в ближайшее время не дойдёт до Владимира, хотя учитывая то, как устроен мир мафии, им с Вегасом, вероятно, следует быть начеку. Они не в курсе, как именно произошла утечка, но, как правило, ничего хорошего это не предвещало. Его рассудок всё ещё звенел от того, что Вегас назвал его хорошим мальчиком, но он понимал, что должен оставаться серьёзным и сосредоточенным. Миссия была важной, и Вегас специально поручил её ему. Он не собирался разочаровывать его. Вскоре их машина подъехала в назначенную точку, Пит, честно признаться, был немного взбудоражен сегодняшним вечером. Он был красив, возможно, был самым красивым, так что у мужчины заведомо ни единого шанса. К тому же, никаких ассоциаций с Вегасом или Питом он не имел, что означало — он не знает, как Пит выглядит, и это уже значительно упрощало задачу. Обменявшись с боссом напоследок кивками, он выбрался из тачки и неторопливо, но уверенно направился ко входу в бар. Теперь ситуация находилась в его руках, он остался абсолютно один, поскольку было принято решение не снаряжать его наушником. Это было бы слишком тривиально. В тот момент, когда он миновал двери заведения, по носу тут же ударил тяжёлый натиск алкоголя, толпа людей моментально переключила своё внимание на него. Омерзительные выблядки. Усмехнувшись, он зашагал прямиком к барной стойке, опираясь на нее и чуть больше необходимого оттопыривая задницу. Он же всё-таки был и чувствовал себя симпатичным, так что мог действовать соответствующе. На себе он ощущал дюжину изучающих взглядов, и, честно, от неожиданного интереса, прикованного к себе, у него слегка закружилась голова. Он заказал голубой мартини и присел на один из многочисленных табуретов, обшаривая глазами весь зал в поисках определённого мужчины, но пока не замечая никого, кто подходил бы под описание. Он заранее предполагал, что до начала всего веселья придётся немного подождать. Он вовлёкся в лёгкий и непринуждённый трёп с парнем, который предложил угостить его выпивкой, Пит, разумеется, этому типу не доверял, но никакого ущерба в том, чтобы пообщаться, не было, раз уж это шло ему на пользу, помогая выглядеть менее нелепо и неловко. Он даже не был уверен, о чём именно они говорили, единственное, что он по ходу улавливал, так это чрезмерно излишнее количество комплиментов, брошенных ему в лицо. Ты хочешь меня выебать, я понял. Так он думал, продолжая вести беседу и делая ещё один глоток мартини, пока взглядом не зацепился за вход в бар, где показалась фигура Вегаса, вошедшего так, будто бы заведение принадлежало ему. Ладно, возможно, оно и впрямь ему принадлежало. Пит потерял счёт тому, сколько баров и клубов в этом районе были во владении Вегаса. Их было слишком много, чтобы запомнить каждый. Он моментально почувствовал осевший на себе сосредоточенный и мрачноватый взгляд босса, провоцирующий под чёрным пиджаком россыпь мурашек. Этот взгляд по ощущениям опасный, по ощущениям — приятный. Мужчина рядом всё без умолку чесал языком, и у Пита всё же хватало милосердия кивать и тепло улыбаться, драгоценные камни под нижними веками, скромно отражая источники света, переливались. Хотя постепенно его придавливала неуёмность. Его руки молили вложить в них пистолет или нож, да что угодно, лишь бы это заставило выродка завалить свою пасть. Пит бесился редко, но что действительно играло ему на нервы, так это то, что, когда он на задании, люди элементарно не могли перестать, блять, с ним трепаться. Он не выносил делать это с незнакомцами, равно как не выносил, когда в наушнике, бывало, не затыкались голоса других телохранителей. Он был крайне близок к тому, чтобы всадить парню пулю промеж глаз, когда вдруг в бар зашёл ещё один мужчина. Джекпот. Настороженно проследив за тем, как он приблизился к барной стойке и устроился на месте неподалёку, Пит отвернулся от не унимающегося балабола и сфокусировался на жертве. Хлопнул ресницами один раз, второй, и привлёк его внимание к себе. — Не против, если я куплю тебе выпить? — предложил мужчина, немного наклоняясь, чем позволил Питу почувствовать аромат его одеколона. Неплохой, но совсем не как у Вегаса. Он коротко кивнул ему и усмехнулся, затем мужчина занял стул прямо рядом с ним. — Я Пит, а ты…? — неторопливо протянул он, чуть ближе подтягиваясь к нему, чтобы его заинтересованность в нём стала очевиднее. — Марк, приятно познакомиться, — сказал тот, беря его за руку и оставляя лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони, от этого поступка у Пита несдержанно затрепетало сердце. Это застало его врасплох и было довольно милым жестом, который пусть и не принадлежал Вегасу, но которому, однако, он не мог воспротивиться, поскольку то, что он запланировал на сегодня, только начиналось. — А как мне приятно, — без труда парировал он с отчётливо различимыми нотками обольщения, пойманные Марком, он догадывался, практически мгновенно. — Должен признать, выглядишь ты просто потрясающе, — на прилетевший комплимент он усмехнулся и застенчиво отвернулся в сторону. Такой ракурс предоставил ему возможность бегло взглянуть на босса, в ответ, казалось, взглядом буквально прожигающего в них двоих дыру. Сердцебиение у него значительно участилось. — Спасибо, ты тоже очень даже хорош, — ласково произнёс он, опуская одну руку на плечо Марка, брови которого слегка взмыли вверх, прежде чем на его губах растянулась ухмылка. — Ты здесь один? — он продолжил диалог, разворачиваясь к Питу лицом и разводя ноги так широко, что, рискни Пит встать, то неприменно бы оказался точно между ними. На это он довольно хмыкнул. Быстро кивнув на вопрос, стал настойчиво скользить глазами по его лицу, и тогда ладонь Марка, съехав пониже, легонько легла ему на бедро. Это действо заставило его вздрогнуть, окончально ввело в тупик, и ещё до того, как он успел что-либо сообразить, мужчина потянул его вперёд, устраивая ровно между своих ног. Мужчины все априори одинаковые. Легкотня. Из-за непредвиденного жеста он смущённо зардел, чужая рука теперь вполне однозначно поднялась к его талии, он мог ощутить на себе тяжёлый взгляд Вегаса. Оскалился. И решил прильнуть поближе, губами касаясь ушной раковины Марка, побуждая его сильнее напрячь хватку, а себя — притереться теснее, прижимая их грудные клетки друг к другу так, что от отвращения внутренне передёрнулся. Господи, нахуй, боже, как же ему хотелось убрать с себя и обрубить эти руки, чтобы те больше никогда не прикасались к нему снова. Навязчивые мысли так густо клубились в районе затылка, что, чтобы прийти в себя, пришлось встряхнуться. Марк оглаживал ему талию, и Пита рвало проораться. Он, однако, только подался навстречу и, оставив невесомый поцелуй на его щеке, немного отстранился. — Хочешь где-нибудь уединиться? — голос у Марка был хрипловатым и низким, Пит, почувствовав сочащееся из его тона возбуждение, хихикнул, слабо нажав пальцами на его плечи. — Пойдём со мной, — обольстительно шепнул он, подхватывая его за руку и направляясь в сторону выхода из бара. По пути он пересёкся взглядом с Вегасом и от увиденного, честно, едва не споткнулся. Вегас смотрел гневно, в его тёмных глазах скрывалось пламя, он как-то чересчур крепко, чтобы назвать это естественным, стискивал стакан с виски. У Пита вот-вот из груди выскочило бы сердце. Вегас смотрел очень ревностно. И всё же он решил надолго не зацикливаться ни на этом, ни на том пронизывающем взгляде, полностью раскаляющем и заводящем его, распускающем на его коже мурашки. Зной в желудке начинал остывать. Блять, как же сильно он нуждался в Вегасе, как же сильно его хотел. Он слегка сдавил руку Марка, ближе притягивая его к вполне очевидно ожидавшему их фургону, затем открыл заднюю дверь и вместе с ним забрался в салон. Он был чуть изумлён. С мужчинами легко, рядом с ним они запросто теряли рассудок, так что же такого было в Вегасе, что с той же лёгкостью он мог сопротивляться обаянию Пита. В нём агрессивно закипали злость и разочарование. Кровожадность возрастала вновь. Он чувствовал, что сходит с ума. Едва успев расположиться на сиденье, Марк моментально уложил свою ладонь ему на бедро. Легонько сжал, и у Пита по телу разошёлся жар. Его, всё ещё пленённого выражением лица Вегаса, в полную мощь прошило возбуждение, из него вырвался глухой скулёж. За этот выброшенный губами звук ему совсем чуть-чуть было стыдно, но, понимая, что таким способом ему будет проще убить бдительность Марка, стал распаляться на подобные чаще, выпуская негромкие полустоны изо рта всякий раз, когда тому удавалось жёстче впиться пальцами в ткань его штанов. — Приехали, — известил их водитель, и Марк ухмыльнулся, подавшись вперёд за поцелуем, на что Пит маниакально фыркнул. — О, так ты правда решил, что я позволю тебе выебать меня? Какая жалость, — и прежде чем получить хотя бы какую-нибудь реакцию на его слова, он вдарил ему по затылку прикладом пистолета, отчего Марк вмиг отрубился. — Отнеси его в подвал и свяжи, чтобы не смог сбежать. Ничего не предпринимайте и ждите нас с Вегасом, — процедил грубым и более мрачным, чем обычно, голосом, после выбрался из автомобиля и закурил. Он подождёт босса здесь. Вскоре подъехала ещё одна машина, дверь её распахнулась таким резким рывком, что Пит на секунду подумал, та сорвётся с петель. Значит, Вегас действительно был чем-то взбешён. Неужели Пит довёл его до этого своей игрой с Марком? — Кхун’Вегас, он ждёт нас в подвале, — он планировал объясняться и дальше, когда весь воздух из лёгких вышибло одним толчком, врезавшим его спину в возвышающуюся позади стену. — Признаю, ты и правда умеешь вести себя, как истинная блядь, — голос у Вегаса был столь басистым, а интонация столь оскорбительной, что вся кровь в организме Пита молниеносно прилила к паху, он широко округлил глаза и вытаращился. — Весело было предстать перед ним в таком образе и чувствовать его лапы на всём своём ёбаном теле? — прошипел Вегас, с силой ударяя кулаком по месту рядом с головой крупно передёрнувшегося и вспыхнувшего краской Пита. Его повело и пробило жаром, Вегас стоял так близко, и, господи, как же он был нужен. Одержимость всё глубже утягивала его на дно. — Кхун’Вегас, это было только для того, чтобы он добровольно пошёл за мной. Нельзя было поднимать шумиху посреди бара, и, к тому же, вы говорили, я могу использовать любые необходимые средства, — у него был шепчуще-воздушный и лёгкий голос, не повышенный ни на октаву. Он вот-вот слетит с катушек. С такой предельной жестокостью убьёт любого, кто будет стоять между ним и Вегасом, что никто и никогда их не опознает. — Не лги мне, блять, Пит, мы оба понимаем, что тебе понравилось. Да, понравились твои глаза на мне, наблюдающие за мной, видящие меня и понимающие, что я могу взять того, кого захочу и когда захочу. Этого он, однако, не сказал, и прежде чем смог сообразить иной ответ, их прервали снова. Удушливый зной тело покинул, оставил холодным. — Кхун’Вегас, мы подготовили всё, как вы хотели. — Хорошо, будем через минуту, — отозвался он, опять переключая внимание на Пита, рукой проползая вверх по талии и сжимая ею челюсть такой плотной хваткой, что с губ выдавил тихое хныканье. Окажи он чуть больше давления и, Пит был уверен, в кожу впечатались бы синяки, втайне он жаждал любого физического напоминания о том, что если и есть кто-то, способный присвоить Вегаса себе, то этот «кто-то» исключительно он. — Не забывай, Пит, пока ты работаешь на меня, ты — мой. Ты принадлежишь только мне. Ох, у Пита башка шла кругом, по телу струилась дрожь, и медленно наизнанку выворачивало внутренности. Отчётливая нотка ревности в голосе и словах Вегаса слегка размывала фокус в зрении. Он во множестве смыслах воспринимал это, как победу. И, боже, как же хороши были на нём руки Вегаса. Хотя захлестнувшее его удовольствие исчезло и сменилось слишком быстро, когда босс решительно потащил его за собой в подвал, где кое-кто определённо дожидался их. Пит был поражён и также немного растерян, потому что с чего бы Вегасу так себя вести?—
Войдя в прохладную комнату, их тут же встретила картина привязанного к стулу и раздетого Марка, сидящего в центре. Он выглядел по-настоящему жалко и унизительно. — Ты! Ты ёбаный пустослов и лжец! — было моментально выкрикнуто им в сторону Пита, который в ответ на этот комментарий лишь посмеялся и пожал плечами. Ему дважды было поебать на то, видит тот в нём грешника или же святого, да и в данный момент большее предпочтение сам отдавал первому варианту. — Это не я пустослов и лжец, а ты просто тупой и думаешь только своим хером, — он оскалился, в глаза вернулся маньячий, часто навещавший их взгляд, когда мысли в черепной коробке ускоренно набирали в громкости. Господи, он желал, чтобы все они горели до тех пор, пока не останется ни единой. Вегас, хмыкнув и жестом велев Питу идти следом, неторопливо пошёл к Марку, который вздрагивал от каждого и всякого расходящегося по комнате шага. — С чего же нам начать, — голос Вегаса оборвался, глаза разом метнулись к лучезарно улыбающемуся в ответ Питу. По ощущениям это уже было для него приглашением помочь разговорить мужчину. Пит был в восторге. — Что вы вообще от меня хотите? — Кто передал тебе информацию о наркотиках, которую ты в итоге толкнул ещё дальше? — Я не- — Предлагаю сначала отрезать ему член, это, наверное, единственное, что для него имеет значение, — слова Пита, мигом затыкающие как Вегаса, так и Марка, прорезались сквозь воздух. — Ч-что, нет, это не- — Умолкни нахуй, у меня от тебя башка раскалывается. Ты либо говоришь что-то полезное, либо не говоришь ничего, — продолжил он, не в состоянии, казалось, прервать речевой поток, извергающийся из его рта. Ему не был отдан приказ вести допрос, не дано было разрешение трепаться, но Вегас всё ещё не остановил его и не отругал. Пит извлёк ранее припрятанный нож и одним резким движением прорезал материал одежды, прикрывавшей член жертвы. Подавил смешок. — Боишься лишиться его? Возможно, отрезать его будет лучше, чем им пользоваться, — он вслух рассмеялся, подводя лезвие всё ближе и ближе, различая, как Марк выпаливает «нет!», кроется по́том и давится вскриками. Он ещё должен рассказать что-нибудь стоящее их времени. — Можно, Кхун’Вегас? — решил поинтересоваться он, поднимая на босса глаза, под которыми, делая их слегка блестящими, в тусклом освещении переливались драгоценные камни. — О, так ты, выходит, помнишь, как спрашивать разрешение, а? Но вперёд, продолжай, это горячо, — по-английски ответил Вегас, и у Пита по телу разлился жар. Его не отчитали, а велели продолжать, потому что это горячо, ох, сейчас он будто бы парил вне собственного тела. — Знаю, что горячо, я учился у лучших, — он понятия не имел, откуда взялась эта внезапная уверенность или какой конкретно из навязчивых мыслей он позволил овладеть собой, но он лукаво подмигнул Вегасу, прежде чем единственным выверенным движением перерезать мужчине член. Марк взвыл в агонии, по его роже скатывались слёзы и пот, пока он предпринимал попытки отшатнуться. Пит на разворачивающуюся перед собой сцену ухмылялся. Ему в лицо брызнуло пару капель крови, но ему было плевать, он уже смирился с фактом, что бордово-красный ему идёт. У него внутри циркулировала кровожадность. Он чувствовал себя живым. — Всё ещё не хочешь быть чем-то полезным? Может, с торчащими наружу кишками всё-таки передумаешь? — последнее предложение, повышая голос, он прорычал, Марк затряс головой, беззащитно бросая взгляд на Вегаса, который, ощерившись, отобрал у Пита нож и провёл ровную полосу поперёк низа чужого живота. — Блять! Ладно, это был один из с-стриптизёров из той кабинки, который нечаянно услышал ваш разговор, сука, ёбаный пиздец, — тот матерился, орал и так убого рыдал, что от такой реакции у Пита не получилось сдержать громкого смеха. Значит, кто-то и правда подслушал их беседу незадолго до того, как они покинули клуб. — Никчёмный мусор всегда так резво начинает говорить, что даже не дожидается развязки всего веселья, — он недовольно надулся, но, как только дверь в подвал распахнулась, моментально от расстройства оправился. — Кхун’Вегас, на Макао напали в вашем особняке! И Пит, и Вегас вмиг пришли в ярость. Поэтому, окинув Марка напоследок взглядом, Пит выхватил свой пистолет и выстрелил ему точно в голову, прежде чем с боссом поспешил в дом. Вегас за руку тащил его за собой.
