Кошки-мышки

Через двадцать минут из комнаты выходит раскрасневшийся мэр и, не говоря ни слова, спешит на выход, чуть ли не сбивая всех по пути. Минхо бегает глазами, пытаясь понять, что происходит. Затем дверь открывается и из неё, как всегда не спеша, выходит Хенджин, поправляет выбившиеся пряди и вытирает с уголка губ белое пятнышко. - Как прошло? - Минхо действительно переживает. - Всё в порядке, он подписал. Ли облегченно выдохнул. - Я уже подумал, что это последний вечер, когда вижу тебя живым. Хенджин на это только язвительно улыбнулся и наконец обратил внимание на Сынмина, что весь сжался на диване. - Так, так, так… - Хван подходит к нему ближе и наклоняется над ним. - Знакомое лицо у нас тут. Неужели это тот самый журналист? - И выжидающе смотрит прямо в глаза. Сынмин сначала немного теряется и отводит взгляд в сторону. Удивительно, и куда только делась его смелость, что вела его сюда совсем недавно. Он набирает побольше воздуха в лёгкие, чтобы сказать хоть слово. - Минхо, отведи его в машину, поедем и узнаем, что он успел услышать, - Хван говорит чётко и резко, пронзая пространство своим голосом. "Что?" - кажется у Сынмина началась паника. Его резко хватают под руку и грубо толкают вперед, так и выпроваживая на выход. Через тонировку в машине мало что видно, но он понимает, что они едут в один из отелей Maxident, и он уже улавливает для чего. На ресепшн девушка мило улыбается Хвану и сразу даёт нужный ключ-карту от номера, не задавая никаких вопросов. А Минхо тем временем проталкивает Кима в сторону лифта, нажимает на кнопку верхнего этажа, и буквально за секунду до закрытия дверей в лифт влетает Хенджин. - Не мог нормально подождать? - возмущается он. - Тебе полезно побегать… - язвит Ли в ответ. - На что намекаешь, секретутка? - А что, сам додуматься не можешь? Краска все мозги выжгла? Тут Сынмин решает подать голос и разбавить обстановку (или наоборот её накалить). - Всё это, конечно, очень интересно, мальчики. А какая у нас сегодня шоу-программа? - Брови вздымаются вверх также, как и уголки слегка поджатых губ. Ли недоуменно смотрит, а Хван, не теряя времени, заряжает ладонью прямо по розовой щеке Кима, от чего та сразу наливается кровью. - Тебе слова пока что не давали. - Блондин поправляет свой пиджак. После этого они едут в абсолютной тишине. Сынмин пытается унять ноющую боль в щеке, поглаживая её прохладной ладонью, но ситуацию это мало спасает. Через пару минут лифт останавливается на нужном этаже, объявляя характерным звоном, что даже немного оглушает. Минхо всё также ведет его под руку до номера, который находится в конце длинного коридора. Хван открывает перед ними двери и замирает в приглашающем жесте. И Сынмин тоже, боясь зайти. - Давай заходи, никто не съест тебя. - Злится Минхо и толкает того в плечо. - Ничего другого обещать не можем. - И они вместе с Хваном злобно смеются. Сынмин наконец заходит и садится в первое кресло, что попадается ему на пути. Двое остальных идут за бар и наливают себе по стакану виски. Затем Хван берёт свой двумя пальцами за края и вальяжно разгуливает по номеру из стороны в сторону. Подходит к панорамному окну, за которым видны яркие огни и жизнь города, долго смотрит вдаль и, не поворачиваясь, обращается к Киму. - Ну, и что ты успел услышать? Тот молчит и только смотрит в спину блондина. - Минхо, давай посмотрим, что у него в телефоне. - Хенджин делает небольшой глоток. Ли достаёт телефон журналиста, разблокирует пальцем владельца и внимательно всё изучает. - Есть запись разговора на пару минут. - Включай. После прослушивания Хван резко оборачивается, а на лице его читается недовольство и явный мыслительный процесс. Он стремительно направляется в сторону Сынмина. - Я думаю, ты уже понял, что с телефончиком своим ты прощаешься навсегда. - Хенджин хватает его пальцами за подбородок и заставляет смотреть ему в глаза. - Смотрю, смелость откуда-то появилась…Неужели, после той статьи? Сынмин все молчит. Не хочется ему еще раз получить тяжелой ладонью по своей щеке. Или того хуже. - Минхо, как думаешь, что с ним делать: отрезать палец или язык? - Размышляет вслух блондин. - Н-нет, стойте! Я никому ничего не скажу! Честно! - Ким резко дергается и высвобождается из цепких пальцев, что оставили след на подбородке. - Ой, смотрите, кто заговорил! - Хван расплывается в самодовольной улыбке. - А давай еще на мизинчиках поклянемся? А? Тогда я точно тебя отпущу. Ли, что все так же стоит рядом, невольно усмехается на это. - Я-я клянусь вам, - глаза Кима бегают с одного на другого, - у меня нет никаких копий этой записи, я ничего никому не отправлял! Клянусь вам! Внезапно Хенджин отворачивается в сторону окна, кидает полушепотом в сторону Минхо “отпусти его”, делает глоток виски и больше ничего не говорит. Ли выводит Сынмина из номера, говоря напоследок “дальше сам” и закрывает за ним дверь так, что воздух слегка обдувает его лицо и пряди. “Это че за хуйня сейчас была?” - проносится в голове Кима. Он еще минуту так стоит, а затем чуть ли не бежит к себе домой.

***

На следующий день Сынмин просыпается поздно. Он и так постоянно опаздывает, а без телефона и нужного в нем будильника вырвать себя из кровати еще сложнее. Настенные часы показывают начало одиннадцатого. Он опоздал уже на час. Но идти и объяснить ситуацию все равно нужно. К тому же Джисон вчера ему звонил, а, значит, что-то нашёл. К нему Сынмин тоже непременно зайдёт после работы. Странное чувство цепляется к нему на протяжении всей дороги до работы. Липкое и неприятное, как какой-то симбиот из фильма. Он постоянно оборачивается, смотрит по сторонам на светофорах и ежится в воротник своей джинсовки. Не то, чтобы на улице холодно, но мурашки стаей бегают по спине. Он полностью погружается в свои мысли, так и не замечая машину, что уже который день следит за ним. Поднявшись на этаж редакции, Ким замечает какой-то беспорядок и людей, что снуют туда-сюда и пытаются хоть немного всё привести в норму. - Что здесь произошло? - спрашивает он у коллеги. Но тот не успевает ответить, как раздаётся крик редактора. - Кииииим! Живо ко мне в кабинет!!! Сынмин заходит, закрывает за собой дверь и садится напротив стола. В общем, делает всё, чтобы немного оттянуть время. - Я жду объяснений. - Начальник монотонно стучит ручкой о стол. - Я ходил вчера в клуб и потерял телефон. В итоге сегодня проспал~ - Какой нахрен клуб и телефон? - Редактор кипит от непонимания. - Это что такое? - И протягивает ему конверт на имя Кима. - Единственное, что было нетронутым - твой кабинет и этот конверт на двери. Сынмин открывает его и читает записку внутри: "Кажется, ты немного заигрался. Это первое моё предупреждение. Если решишь пойти дальше, то сразу выбери себе место на кладбище". - Вы читали записку? - Он обращается к редактору дрожащим голосом. - Я же журналист. Конечно, читал. И, чем бы ты сейчас не занимался, лучше оставить это на некоторое время. - Мужчина немного задумался. - У меня было много коллег, которые хотели дорваться до правды. В итоге всех их я похоронил. Впервые Сынмин видел на его лице сожаление, а не гнев и ярость. Видимо, дело действительно серьезное. - Мм, могу я взять на сегодня отгул? - Конечно, иди. В редакции всё равно невозможно работать. Сынмин направился наконец к Джисону. Может, старый приятель ему чем-то поможет. Впопыхах он залетает в полицейский участок и сразу направляется к столу Хана, который выглядит весьма напряженным. - Сынмин, ты жив! - Парень вскакивает с места и сгребает другого в крепкие объятия, чуть ли не лишая воздуха. - Я так ужасно переживал за тебя! - Что? В чем дело? С чего ты успел уже меня похоронить? - Я звонил тебе вчера, но ты не ответил. А потом и вовсе был вне зоны доступа. - Ох, боже, Джисон. Ну как полицейский может быть таким мнительным? - Сынмин приобнял его за плечи двумя руками, пытаясь успокоить. - Так, всё хорошо. Я же здесь, просто я потерял свой телефон. Да и вообще, я пришёл по делу. Ты же нашел информацию про Хвана? - Кстати, об этом. - Джисон немного замялся. - Я нашёл то, что тебе нужно, но прочитав всё это, я бы не советовал тебе копать дальше. - Вы, что, все сговорились что ли? - Кима всё это уже начинает раздражать. - Сначала редактор, теперь и ты. - Он тяжело вздыхает. - Так, может, действительно так и нужно сделать? - Хан чувствует на себе злой и уставший взгляд и добавляет. - Для твоей же безопасности. Сынмин ненадолго задумался, но через минуту сказал. - Дай мне те материалы, что ты нашёл. - Хан на него многозначительно смотрит. - Я не буду ничего искать, просто почитаю и всё. Будь спокоен. Хоть Джисон и не очень верил ему, но всё же отдал флешку и попрощался с другом.

***

Три недели Сынмин сидел тихо и спокойно, как мышка в своей норе. Для него это было настоящим мучением. Он не писал громких статей, лишь небольшие заметки и постоянная колонка под псевдонимом. Но времени он не терял, и вплотную занялся делом Хвана. Это было очень сложно - найти еще хоть что-то помимо того, что любезно предоставил Джисон. Сынмин даже полез в архив изданий его газеты, пытаясь выцепить хоть какую-то информацию. Вот и сегодня в единственный свой выходной он пришел в редакцию, чтобы снова засесть в этом пыльном, тесном и забытом всеми помещении. Методичное шуршание страниц его успокаивало и даже немного разморило. Глаза не могли сосредоточиться на словах и сильно клонило в сон. Однако через приоткрытую дверь он услышал в коридоре звук приближающихся шагов. Это заставило мгновенно взбодриться и напрячься. Но Ким выходить не спешил, заняв выжидающую позицию. Шаги все приближались и отдавались эхом от пустых стен. За матовым стеклом верхней части двери он заметил высокую фигуру, ручка двери повернулась, и перед ним предстал чертов Хван Хенджин. - Ну, здравствуй, дружок, - опять эта проклятая улыбка, - что-то давно от тебя никаких новостей, - он присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с Сынмином, что сидел на стуле прямо возле входа. - Вы мне ясно дали понять, чтобы я больше не лез к вам. - Сказал, как отрезал. - Ох, какой послушный мальчик, аж сердце сжимается, - Хван строит жалостливое лицо, прикладывает руку груди и надувает свои пухлые губы. - А я так скучал без твоих уморительных статей. Мне, знаешь ли, мало что сейчас доставляет удовольствие. Фраза звучит крайне двусмысленно, отчего Сынмин смотрит в карие глаза напротив, не отрываясь. - Что застыл? - Хван наконец встает и выпрямляет спину, слегка потягиваясь. - Я пришел узнать, будет ли что-нибудь интересное от тебя в свежем выпуске? - Эмм, если вы хотите, то у меня есть один черновик… - Да, хочу, - глаза блондина бегают по всему телу Кима, - надеюсь увидеть в завтрашней газете. - Он подмигивает, разворачивается на пятках и уходит, насвистывая какую-то мелодию. “Что ж, хорошо. Будет тебе кое-что интересное….” - Сынмин злорадно потирает руки друг о друга и сжимает их в замок.