экспрессо, ёмоё

— бля, ну просто погонять один день, — Сим смотрит на Федоровича уже на грани с мордочкой кота из Шрека. — я выше нормы брать не буду, клянусь тебе! — ага, а потом мне устраиваться в общепит, чтобы восстановить ее по крупицам? — Андрей, стоя перед лучшим другом в одних семейниках (и то, кажется, не своих), оборачивается к тому лицом. — Сидорин, твоя наглая рожа мне уже отсохуела, серьезно говорю. — да я заебался уже на такси тратиться до работы. завтра еще с трех часов работаю, могу себе позволить тусануть, — Сидорин падает на кухонный стул и подпирает руками лицо, оперевшись ими на стол. — Дю-юш, — Сим сразу глаза закатывает, зная, какая картина будет следующий. сюси-пуси лучшего друга с его новоиспеченным мужиком он старательно пропускает мимо своих глаз, пускай где-то внутри и поселяется мысль, что хочется и ему ласки. и поцелуев в носик. а еще завтраки в постель и прочая милота, которая приходит в жизнь вместе с обретением отношений.       нет, Серафим не был при мнении, что это единственное, что могут дать отношения. он привык к тому, что отношения — работа — которую нужно выполнять на всю сотку из ста, если хочешь быть счастливым. и он работал. его партнёры, правда, редко отвечали взаимностью в этом плане. а потому последнее время было периодом сугубо связей на пару недель, чисто ради секса и приятных эмоций. все-таки с травки слез, нужно заменять. огромным количеством сигарет и сексом. — Сим, вернись к нам, — Андрей трясет перед лицом друга ключами от машины. — разобьешь — снесу лицо, обещаю, — Сим сразу включается в жизнь и, кивнув слегка, быстро берет ключи и ретируется прочь. смена вряд ли отработается без него, а еще хотелось бы успеть на планерку.       Сидорин кататься любил до дрожи. скорость помогала ощутить мимолетную свободу и легкость, которой порой не хватало в жизни от слова совсем. Сим машину чувствовал прекрасно, а потому позволял себе маневры даже на шоссе, где было достаточно и других машин, учитывая, что рабочий день только начинался.

***

— сегодня день не такой загруженный, так что стараемся не мельтешить и работать в привычном темпе, — Глеб спокойным тоном вещает остальным работникам планы на день, как его идеальное спокойствие нарушает Серафим, который врывается резко и громко — как, в общем-то, всегда и врывался. — товарищ Сидорин, я польщен вашему желанию работать, но можно было бы и потише, — Викторов осматривает того с ног до головы, а Сим кланяется, заставляя остальных работников — включая двух стажеров — тихо посмеяться. — товарищ Викторов, рвался на рабочее место, гнал из последних сил. прошу прощения, если нарушил вашу идеальную атмосферу нудных рассказов, — Глеб поджимает губы и поправляет кудри, оставляя при себе свою сдержанность. Сим следует к свободному стулу и едва ли не сносит соседний, заставляя Глеба, кажется, зафырчать. — я напомню вам об аттестации, товарищ лучший бариста нашего заведения. проведу лично, чтобы не допускать твои ручонки до техники. а то не окупимся потом, знаешь, — улыбка на лице Глеба превращается в оскал, ибо он сразу замечает перемены в настроении Серафима. «да ебать тебя в сраку, кучерявый ты полуфабрикат»

***

— вполне себе могу дать номер, — Сим смеется хрипло, игриво поглядывая в глаза девушки. брюнетка смеется и достает телефон, пока Серафим, явно довольный таким исходом событий, оглядывает зал.       Викторов не знает, куда деть собственные эмоции. такой цирк, прям на входе, да когда вообще это было видано, чтобы кофейню превращали в притон знакомств? Глеб выдыхает, вдыхает, а после делает несколько решительных шагов, «случайно» тараня официанта, который, споткнувшись, выливает на дамочку напитки, которые нес. Сидорин не сразу понимает произошедшее, а когда понимает — аж рот открывает от изумления. — прошу прощения, это наш стажер, только первый день работает, — Глеб сразу включает вежливого администратора. девушку сразу берет в свой оборот и отводит в сторону, кидая на Серафима по истине убийственный взгляд.

***

— ты прикинь, блять, об аттестации напомнил, сука ебливая, — Серафим записывает голосовое Андрею, а после убирает телефон и прикуривает наконец. «ты то хуями его кроешь, то обнимаешь после запары. определись ты нахуй»       Серафим пробегается глазами по сообщению, хмыкает и убирает телефон, затягиваясь никотином по максимуму. ситуация, определенно, выходит из-под его контроля и, кажется, это вообще не входило в его планы.