Лилии в подарок

- Подводя итоги, хочу сообщить, что мы обошли план на три пункта вперёд, - постукивая стопкой бумаг по столу, произнесла Кэ Цин. Во время своего резюме она была энергична и сосредоточена. - Гань Юй, возьми, пожалуйста, - она протянула документы секретарю и качнула головой, давая понять, что можно идти прочь, на своё место. - Таким образом, наш департамент на данный момент является самым преуспевающим среди всех остальных в Цисин, - на секунду девушку будто выкинуло из состояния серьезности, и она скользко метнула взгляд в сторону своего места и Гань Юй, уже находившейся на соседнем стуле. - Госпожа, у Вас остались какие-нибудь вопросы? - осведомительно вымолвила Нефритовое Равновесие, вернувшись в сознание. - Нет, вопросов нет, - опустив веки и чуть подняв уголки губ, ответила Воля Небес. - Единственное, попрошу тебя остаться, - она выдержала двухсекундный антракт. - Вместе с Гань Юй. Остальные, можете быть свободны, - она сделала скользящий вниз жест указательным пальцем, и все тотчас же стали снаряжаться. Толпа деятелей единовременно встала из-за стола и гуськом, избегая случайного столкновения друг с другом, стала продвигаться к выходу. Несмотря на численность сотрудников в зале, всё было необычайно молчаливо: никто не произносил и слова, что было важным актом почитания Воли Небес, Нефритового Равновесия и главного, возможно, самого важного, секретаря из всех возможных в Цисин - Гань Юй. Замыкающей с места чинно встала Е Лань, с некой веселостью оглядела остающихся в зале коллег, и выплыла вон за всеми прочими. Она не особенно любила привычную для остальных социальную иерархию на рабочем месте. Наконец, все исчезли. - Итак, Кэ Цин, что заставило тебя сегодня так бессовестно опоздать? - Нин Гуан, смотря прямо в глаза подчинённой, страшно щурилась, будто пыталась проглядеть всю черепушку Нефритового Равновесия насквозь. - Хорошо проведённый выходной? - как бы пытаясь получить отгадку на вопрос, замешана ли в случившемся секретарь, она метнула взор и на неё, желая раскусить. Девушка испуганно повернула голову к подруге. Обеим было жутко неловко. - Боюсь, я действительно расположилась всеми своими привилегиями свободы и потеряла счёт времени вчера, - Кэ Цин нервно потерла пальцы друг о друга. В зале началась самая настоящая пытка молчанием, какая-то неопределенность стала мучить ожидающих, отчего Нефритовому Равновесию пришлось отвечать за себя дальше. - Если быть совсем точной, я проспала. И, поверьте мне на слово, я ужасно сожалею об этом. Нин Гуан ухмыльнулась. - Что ж, Гань Юй, скажи, пожалуйста, врёт ли твоя достопочтенная начальница, или всё правда так и было? - она знала, что секретарь без всякого рода задней мысли впадает в неловкость и потеряется в своём неизбежном испуге. В таком случае догадка Воли Небес оказалась бы достоверной. Эта возможность ужасно услаждала её. - Я боюсь, я не знаю. Госпожа Нефритовое Равновесие проводила свой выходной поодаль от моей компании, - произнеся это, секретарь снова осмотрела коллегу и заметила, что та вмиг пугающе раскраснелась и сильно-сильно свела брови, пытаясь сохранить всю серьезность вида. Тут Гань Юй словно молнией прошибло мозги. "Госпожа Нефритовое Равновесие! Я дура! - вспоминая вчерашний вечер, носилось у неё в голове. - Как я сейчас вообще могла назвать её так?" Уже и по щекам секретаря пролился яркий румянец. Девушка совестно прикрыла бумагами лицо и тихо, почти шёпотом, несколько раз скоро извинилась перед обеими наставницами, одна из которых готова была сгореть со стыда, а другая ликовала и восхищалась своей проницательностью. - Итак, я вас больше не держу, ни одну, ни другую. Думаю, ответом я удовлетворена, - Воля Небес вальяжно поднесла трубку с длинным концом ко рту и глубоко в себя запустила тяжёлый табачный дым. - Гань Юй, не забудь, что ты должна сопроводить меня сегодня на встрече, - Нин Гуан плавно повернулась и в неспешном темпе покинула просторное помещение. Опущенная голова секретаря, повисев немного, чуть приподнялась. Девушка судорожно и очень аккуратно кашлянула, чтобы голос её не заколебался, как та заговорит. "Извини, я, честно, не хотела тебя засмущать", - произнесла Гань Юй и не услышала никакого подходящего ответа. Ей почувствовалось, что вокруг почему-то не ощущалось ничьего особого присутствия. Тут леди огляделась и осознала, что стоит посреди пустующего зала, безусловно, одна. За исключением Бай Ши, главной помощницы Воли Небес, которая в непонятках, откровенно говоря, пялилась на бедную смущенную работягу. Обе истерично закрутили кистями, сделали движение по ронде, и Гань Юй, наконец-то, вылетела из этой комнаты стыда. За дверями Кэ Цин также не оказалось, что, впрочем, уже не столько занимало героиню, нежели то количество неловкостей, что она испытала за одно лишь рабочее утро. Ничего больше ей не хотелось, чем исчезнуть или провалиться под землю. День продолжался, и все нелепости понемногу стирались из разума Гань Юй. Девушка, без всякого преувеличения, была занята работой по самое горло: то бегала таскать бумаги, то одобряла их отправку, то складывала листы стопками, то башни из документов обрушивались ливнем на пол, оттого ничего не оставалось, кроме как заниматься их уборкой, - в общем, если совсем по-человечески, бюрократия. Сплошной, но, к сожалению, невероятно важный круг формальностей, преследующий сотрудников Цисин изо дня в день, не давая тем ни капли покоя. Однако сегодня у Гань Юй был продых. Действительно, она жаждала этой конспирологической встречи Нин Гуан с торговыми партнёрами больше глотка воды посередь жаркого дня в безграничных пустынях Сумеру. Секретарь мечтала сбежать за пределы департамента и отправиться куда-нибудь прочь, далеко-далеко, черт-те куда, будь то работа или что-либо ещё... ей ужасно хотелось покинуть эти ужасающе одинаковые и неменяющиеся стены привычного пространства, вот и всё. Особенно сейчас, когда всякий угол напоминает ей о существовании Кэ Цин, которая так старательно избегает своего секретаря на протяжении целого профессионального будня. Её задевало это. Вероятно, Гань Юй совсем не разбирала проблемы. Так или иначе, мало-помалу время накатало своё, и час рандеву Воли Небес, несмотря на все предшествующие мысли о том, что этого никогда не случится вовсе, настал. Встреча должна была состояться на постоялом дворе "Ваншу", к которому от гавани Ли Юэ строилась достаточно продолжительная дорога. Опаздывать в департаменте, впрочем, кто бы сомневался, не принято. Потому осчастливленная секретарь, восприняв это правило слишком близко к сердцу, рванула из своего кабинета как можно скорее и тут же, к своей безграничной радости, очутилась на свежей дневной улице, почти пустой, что посередь выходного дня, всё-таки суббота, считается странностью. Тут же, прямо перед строением, из которого вылетела Гань Юй, её уже поджидала рикша, запряжена двумя меринами и сидевшим чуть позади них извозчиком. Ранее рикши заправлялись людьми, но в последнее время их немного усовершенствовали и сделали куда более человечными, так ещё и очень просторными. Госпожи Нин Гуан пока на пороге, судя по всему, не намечалось, и Гань Юй, будучи в огромном желании присесть и отдохнуть, придвинулась к карете и сделала несколько движений, чтобы элегантно в неё влезть. Данное действие увенчалось успехом. Через пару минут скоропостижно послышалось, как распахнулась входная дверь здания Цисин и кто-то вышел вон. Гань Юй спешно высунула глазок в проём, дающий возможность оглядеть наружнее пространство, и тут же откинулась назад, вжавшись в сидения. На пороге департамента стояла, придерживая руки по бокам, Кэ Цин. Она достала карманные часы, посмотрела на бегущие по кругу стрелки и недовольно зашагала ближе к рикше. Секретарь, услышав приближающуюся походку, зажмурилась и попыталась раствориться прямо на своём месте, однако, осознав, что это физически невозможно, просто впала в неслышимую панику. Дверца тихонько скрипнула и открылась. Карета немного накренилась, и внутрь вплыла грациозная, одетая чуть более по-деловому, чем обычно, Кэ Цин. Она села напротив коллеги, будто совсем ту не заметив, и, уткнувшись носом в бумаги, что-то стала неистово черкать. Послышался яркий удар хлыста, ржание коней и кашель старенького (несмотря на то, очень статного) кучера. Транспорт двинулся, и сердце Гань Юй второй раз кряду вылетело из груди. "Почему мы едем? Где Нин Гуан?" - бесилось в бедном разуме девушки. В этот самый момент голова Кэ Цин чуть двинулась ввысь, госпожа выпрямилась и, закинув руки чуть за затылок, сладко, прикрыв веки, потянулась. Вдруг она взвизгнула, спрятав впоследствии рот за запястьем, и машинально, от испуга, ударила ногой по голени Гань Юй, от чего та подпрыгнула и зажмурилась от резко накатившей боли. - Извини, о архонт! Извини, пожалуйста, - в скорости зашептала Кэ Цин, пытаясь пригладить ногу коллеги. Бумаги посыпались на пол. - Болит? Я порвала трико, извини, извини, - параллельно начиная собирать развалившуюся гору бюрократии, тихо тянула Нефритовое Равновесие. Действительно, в районе колен секретаря образовалась большая растерзанная дыра вместо её плотных колгот. - Всё хорошо, мне даже не больно, - соврала Гань Юй, не узнающая свою подругу. Та была перепугана, даже не столько, что провинилась из-за порванных колготок, сколько из-за чего-то более глобального, о чём секретарь могла только мечтательно догадываться. Ей хотелось верить, что девушка так нервна лично из-за неё. Если бы это было так, Гань Юй бы это хорошенько прельстило. - Правда, вернись на место. - Я дам тебе свои запасные брюки, они у меня в багаже, - заметалась Кэ Цин на месте и, согнувшись в три погибели, достала из-под своего сиденья небольшую сумку. - Сейчас, - она бегала пальцами по лежавшим там вещам. На ней самой были надеты длинные пепельно-фиолетовые штаны, выделанные клёшем. - Ты в порядке? - не обращая внимания на попытки бедняги исправить свою ошибку, вопросила секретарь. Та на мгновение застыла, словно была изваяна из мрамора, но вскоре с постепенным ускорением вернулась к поискам. - Нет, - не поднимая головы, ответила Кэ Цин. Голос был глухой. - Я чувствую себя виноватой перед тобой. И всю ночь из-за этого не могла уснуть. - Всё хорошо, не волнуйся об э... - Если ты не прекратишь повторять одно и то же, я выпрыгну из рикши прямо сейчас, - девушка вдруг нащупала предмет, что искала всё это время. - Я знаю, что виновата, - Нефритовое Равновесие вытащила сложенные вчетверо брюки и протянула их коллеге напротив. Гань Юй молча выдвинула руку вперёд и забрала одежду. Внутри она ликовала: всё подтвердилось - и она в действительности целый день занимала ум напарницы. Однако, вопреки всему этому, виду не подавала. Неожиданно из чёрных штанов выпала какая-то тряпка этого же цвета. - Совсем забыла, что брала комплект. Это водолазка, - объяснилась Кэ Цин. - Лучше надень весь набор, когда мы приедем. Сочетание будет гораздо лучше, чем брюки с твоим привычным верхом. - Спасибо, - Гань Юй с грустью приняла вещи. - Послушай, почему мы едем на встречу без Нин Гуан? - она бессовестно игнорировала предшествующее признание второй всеми силами своего тела. - У неё неожиданно появились планы после нашего утреннего разбирательства. Госпожа попросила поехать меня в качестве представителя, а тебя - как мою помощницу. Разве тебя не предупредили? - Сегодня не приходилось такого слышать. *** Поднявшись наверх, к самым вершинам постоялого двора "Ваншу", одна из девушек, заметив, что они оказались на месте несколько раньше торговых представителей, решила отправиться и сменить свою одежду. Вторая, в свою очередь, присела на балконе и осталась дожидаться скорого приезда гостей. Конечно, партнёры из Натлана обожают опаздывать, и все об этом прекрасно знают, но почему-то сделать аналогичное в ответ, шутки ради, никто никогда не решался, как, впрочем, и в этот раз. Минуты три спустя после ухода Гань Юй, дабы переодеться, она вернулась и присела за стол рядом с подругой. Миллелитам была отдана использованная одежда, после чего обоих отправили вниз, чтобы не создавалась атмосфера чересчур официозная. Кэ Цин осмотрела новый чёрный костюм коллеги, улыбнулась и произнесла: "Ты выглядишь обворожительно". На что секретарь широко раскрыла глаза и быстро-быстро закрыла лицо ладонями: "Не говори такого, я смущаюсь". Тут леди и сама впала в краску, что заставило отвернуться её в сторону. - Так... - неловкое молчание рухнуло подорванной стеной. - ...ты меня простишь? Я чувствую себя такой глупой. - Я даже не находила возможности обидеться, - Гань Юй легко опустила пальцы на предплечье смущенной леди, и та чуть дёрнулась от удивления. - И всё же, я думаю, ты права в том, что говорила. Это всё не очень правильно. Тем более я не могу принуждать тебя к отношениям со мной, если ты этого не хочешь... или боишься. - Подожди! - Кэ Цин резко вернула голову на место и испуганно вытаращилась на подругу. - Я... я не договорила, - она положила длань на руку секретаря, что уже лежала на её левой конечности. - Вчера, когда мы с тобой были у моря, я чувствовала то, что мне прежде было чуждо, - она активно хватала воздух после каждых двух слов. - И если раньше в подобных ситуациях мне становилось мерзко, я тут же убирала людей из своей жизни, то с тобой всё вышло иначе... Настолько иначе, что я всё это время не могла найти покоя, Гань Юй, - Нефритовое Равновесие замедлилась и настороженно огляделась по сторонам. Убедившись, что рядом никого нет, она легонько, с какой-то невероятной нежностью, коснулась щеки супротив сидящей, приблизилась к ней лицом и крайне интимно зашептала. - Я думаю, у нас выйдет, - вмиг она замерла, желая услышать ответ. В эту же секунду, ни минуты не помышляя ни о чём прочем, горячие губы их соприкоснулись, и девушки, позабыв обо всех делах, встречах и проблемах, слились в тёплом поцелуе, совершенно недолгом, но таком значительном, увесистом и важном для них двоих. В это мгновение Гань Юй почувствовалось, что она словно растворилась где-то высоко в стратосфере и стала такой же лёгкой, как воздух на террасе. Спустя несколько секунд немого торжества обе с выдохом, розовые и смущенные пуще прежнего, оторвались одна от другой. - Кэ Цин... - по-доброму, почти что напевая, произнесла игривая секретарь. Кровь активно циркулировала под кожей черепа и заставляла девушку страшно краснеть. Слева, со стороны крытой части террасы, послышались тяжёлые шаги. Представители Натлана, запоздав чуть меньше обычного, явились на встречу. Ничего не оставалось, как начать работать.