Безумие не имеет границ

Одинокий луч, падающий от яркого фонаря за окном, светил прямо на мое лицо, чем заставлял щуриться и прикрывать глаза ладонью. Я всеми силами (а именно силами мысли) пыталась перевести этот луч света на старуху, которая бесстыдно храпела на всю палату. Но ничего не выходило. Жаль… Вздохнув, я свесила ноги с кровати, моментально покрываясь мурашками от холодного пола. Сунув замерзшие ноги в мягкие тапочки, собралась с силами и встала с койки, прихватив из-под матраца бутылку с успокоительным и снотворным напитком. Свет люминесцентных ламп ударил в глаза, когда я тихонько открыла дверь палаты. Дабы никто меня не заметил, я пыталась передвигаться настолько аккуратно и бесшумно, насколько это возможно. Приземлившись в полюбившееся мне уже кресло, спокойно выдохнула, отмечая, что осталась незамеченной. Разметив бутылку с самым дешевым виски на тумбочке рядом, вжалась в потертую спинку кресла, прикрывая глаза. Яркий свет уже не раздражал, а тишина вокруг была настолько упоительной, что я невольно блаженно улыбнулась. - Хорошо… - прошептала я, хватая с тумбочки алкоголь. Один глоток, и табун мурашек отступил перед теплом, разливающимся по телу. Второй – немного клонит в сон. И только ради этих моментов стоило жить. Спокойствие. Вот чего мне катастрофически не хватало. Несмотря на то, что меня никто не доставал, внутри постоянно присутствовало волнение. А все из-за чертовых таблеток. Хопкинс, или как его зову я – старый козел, пичкал нас какими-то препаратами, от которых становилось только хуже. Этот старик никогда и не лечил по-человечески. В пример можно привести только «ящик». Что за дикость, совать человека в холодильник для мертвых?! - О чем думаешь? – От этого тихого шепота я дернулась, чуть не выронив бутылку из рук. - Не важно. – Закатив глаза, поставила несчастный сосуд на тумбочку. Мне и ночью не найти покоя. Что же это за проклятье? - Почему не спишь? - Могу спросить тебя о том же, мистер Лето. – Пролепетала я, зевая. Мужчина лишь устало усмехнулся. - Я работал над одним проектом. Пытался работать. – Оправдался он, прикрывая глаза и откидываясь на спину. Размеренное глубокое дыхание мужчины разбавляло тишину, витающую в холле. Где-то далеко заиграло радио. Видимо, скоро медсестра будет совершать ночной обход. Пора валить отсюда, пока я снова не попалась под горячую руку грубой женщины. - Думаю, мне пора. – Я резво вскочила, взяла в руки бутыль и, одарив мистера Лето ничего не значащим взглядом, поспешила вернуться в постель. Что прекрасного в утре? Поспешу вас огорчить, ничего. Заставлять себя вставать, когда хочется лечь и никогда больше не просыпаться, - это еще полбеды. Однообразный и безвкусный завтрак тоже не так страшно. И можно закрыть глаза даже на горькие таблетки, которые огромными горками сыплют в ладони, а после проверяют, точно ли ты проглотил или нет. Но никакие поганые процедуры и нежелание существовать не сравнятся с тем, что тебе приходится выслушивать от психиатра. Вы когда-нибудь слушали наставления, как стоит жить, каждый день от человека, яро вам ненавистного? Эти поучительные беседы вызывали острое желание прострелить себе ногу, чтобы все внимание ушло на физическую боль, а не на попытки выслушать этого зануду. - Стоит позаботиться о себе, Эмма. Алкоголь, который ты умудрилась хранить у себя больше недели, мы конфискуем. К слову, твою постель и тумбочку будут проверять три раза в неделю. – Хопкинс пометил что-то в своем блокноте и устремил на меня жалеющий взгляд потускневших глаз. - Сколько угодно. - Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь изменилось с прошлой встречи? - Да. – Старик приготовился писать мои жалобы. – Я хочу убить тебя сильнее, чем раньше, мерзкий старик. – Дед потер виски костлявыми пальцами. Он устал от моей дерзости, хотя должен был уже привыкнуть. - Эмма… - Выдохнул он, прожигая меня унылым и в то же время строгим взглядом. – На сегодня, думаю, хватит. Ты свободна. Я резко встала с кожаного дорогущего кресла, мысленно испепелив старика. - И верни, пожалуйста, мои сигары. – Тихо добавил тот. - Ты же не куришь. - Это подарок. - Я кинула заныканную коробку сигар на деревянный стол и вышла, хлопнув резной дверью. Шагая по коридору, заглядывала в чужие обиталища, двери которых были распахнуты. За ненормальными всегда интересно наблюдать: кто-то бревном лежал, закрыв глаза, кто-то ужасающе раскачивался, кто-то молился или разговаривал сам с собою. Некоторые особи смеялись без причины или разрисовывали однотонные стены черт знает откуда взятыми мелками. Но что бы человек ни делал, одно объединяет их всех. Тоска во взгляде. Эта необъятная боль и страдание, поборовшее здравый ум в их сознании. Я уже смирилась с обитающей здесь безысходностью. Но тем, кто являлся новоприбывшим, труднее всех. В них еще теплилась надежда, что их не забудут и не оставят одних наедине со своими демонами. Но этот крошечный уголек потухает с каждым новым днем в их сердцах. И они становятся такими же одинокими и несчастными, как я, как все. Мысли затянули меня настолько, что я перестала видеть мир вокруг себя. Мир, сузившийся до небольшого тоскливого здания на окраине большого города. Именно поэтому я наткнулась на приевшегося мне уже мужчину, что так настойчиво лез в мое личное пространство и жизнь..