Ночная Инквизиция

В каморке, что за актовым залом, За закрытой дверью гремели барабаны, гитары ревели. В каморке, что за актовым залом, Три раза в неделю репетировала наша группа за закрытой дверью. Осень 2015. 1 сентября. 9 класс. Аня сжимала телефон в руке, глазами пробегая по толпе школьников, выискивая хоть одну знакомую макушку. Пришкольный двор был полностью заполнен и, видимо, Анина участь была потеряться первого сентября в новой школе, так и не найдя свой класс. Она не выделялась ничем из бело-черной толпы: рубашка была аккуратно заправлена в школьные брюки. Но зато, её рыжие волосы пестрили в опрятном высоком хвосте, а чёлка была заколота, хоть и не полностью. Девушка стояла среди вечно идущих куда-то людей и не понимала как её жизнь приняла такой оборот. Как она за лето успела переехать и встретить талантливых ребят, которые всего лишь за пару месяцев привязались к ней так сильно, что вытаскивали гулять с утра до вечера, чуть ли не каждый летний день оставшегося жаркого лета. Набирая чужой номер, Аня всё так же выискивала ребят в толпе, и казалось бы, безуспешно. Но вдруг её окликнул знакомый голос, и она развернулась, тут же сбрасывая вызов. Её глаза наткнулись на Юру в рубашке и джинсах. Его волосы сохраняли вечную небрежность и делали его ещё более школьным. Аня поймала себя на мысли, что было непривычно видеть его в такой атмосфере. Признаться, так он выглядел даже младше, чем обычно, но Аня была рада его видеть. Наконец то, хоть кого-то. — Анюта! - Юра подбежал, стараясь не врезаться в людей. Остановившись, он окинул девушку быстрым взглядом, пробегая им с ног до головы. Аня слегка выгнула бровь, заметив резкую перемену в его поведении. Юра неловко улыбнулся, почесав затылок и смущённо опустил глаза, по-детски качаясь на пятках. Да, так он выглядел определенно младше. — Ты очень красиво выглядишь. Здорово. — Спасибо? - Аня постаралась не выдавать свою растерянность, но и не отдавать через чур реакции. Нельзя. Не когда он так смотрит. Она сдержанно и слегка стыдливо отвела взгляд, заметив странный блеск в Юриных глазах. И он ей не понравился. Очень не понравился. Где-то внутри она понимала что этот блеск значил, но этого не должно было случиться. Юра классный парень, но... Но это Юра. — Да, точно. - он словно проснулся ото сна, и встрепенулся. Юра крепко взял девушку за руку, потянув её через школьников, вглубь адского столпотворения. — Там наши тебя уже заждались! Аня напряглась от резкого касания, но не возражала, ведь, если бы не рука Юры она бы точно застряла в этой толпе. Но Юра держал иначе. Аня чувствовала, но не могла определить как конкретно. Это просто чувствовалось, ощущалось. На подсознательном уровне. И Ане хотелось верить, что она всё надумывала. Ведь только этого ей и не хватало, когда она только почувствовала себя частью чего-то. Влюблённость Юры. По крайней мере, интерес. Но Аня умоляла, чтобы блеск в этих глазах значил что-нибудь другое. — Если бы ваши мне сказали, где вы будете стоять, ждать пришлось бы меньше! - Аня возмутилась, повысив голос, чтобы Юра точно её услышал сквозь шум всей этой толпы. Нескончаемо сменялись лица, только знакомых она увидеть не могла, как бы не крутила головой по сторонам. Но через пару секунд Аня выдохнула, когда увидела перед собой двухцветную макушку и помахала, повторяя за Юрой (который уже стопроцентно видел Костю и остальных ребят, но почему-то опять помахал). Увидев одного, она сразу нашла и других. Видимо, нужно было просто приглядеться, ведь там, где был один — сразу были и остальные. Это у них работало как аксиома, и Ане давно стоило бы выучить. Ребята были заняты своими делами, разговаривая друг с другом и не сразу замечая Юру и Аню. Только Костин взгляд по-теплому встречал их, отвлекшись от разговора сразу, как только заметил их в толпе. Подойдя к ребятам, Аня убрала свою руку из чужой максимально осторожно, делая вид, что поправляет чёлку. Юра не придал этому значения, но сразу же убрал руку в карман и отчего-то у девушки сжалось сердце. Лешин взгляд заинтересовался ими, как только они выбрались из душной толпы. Он лукаво улыбнулся, но Ане пришлось посмотреть вниз, чтобы встретить его ухмылку. — Нашлась наконец-то. - Лёша, сидящий на своём портфеле, что разложился на пыльном асфальте, выгнул бровь, как только увидел многозначительный взгляд подруги. — Что? У меня ноги отваливаются. — Кому ты врёшь. - Аня слышит цоканье, но голос ей совсем не знаком. Сразу же поднимая глаза выше Лёшиной макушки, она видит мальчика, определённо младше их. Может, класс шестой или пятый — точно она не могла понять. Но даже для таких классов парень выглядел цепляющим. Красная прядь, падающая на лицо, выделялась сильнее всего, но Камская смогла пересилить себя, стараясь не пялиться. — Не влезай во взрослые разговоры. - фыркнул Лёша с улыбкой, слегка толкая спиной ноги мальчика, на которые сам и облокачивался. Маленькая перепалка между ними совсем не казалась серьёзной, и девушка выжидающе смотрела, желая получить ответы на все вопросы, которые даже не получалось задать. Лёша тут же встрепенулся, понимая, что он ещё не представил мальчика для новой подруги. — Это Дарен. - он поднял взгляд всего на секунду, и тут же вернул его девушке. — Моя малявка, я рассказывал. — Ты кого малявкой назвал? Мне одиннадцать и я ещё расту, козёл. - нахмурился Дарен, пиная спину старшего брата, что вызвало у неё слабую усмешку. Они непроизвольно напоминали Ане её саму и её старшего брата. Савку. Иногда, Аня правда по нему скучала, ведь уехав учиться, он оставил её наедине с тётей и пустотой квартирой. Аня делала вид, что только рада, что места в квартире стало больше, но Сава оставил после себя пустоту, которую девушка не знала как заполнить. С его уездом дом потерял значение, все краски и смысл, которые само понятие дома должно приносить. Но Савы не было. И дома, как такового, больше не осталось. Камская слабо улыбнулась Дарену еще раз, молча здороваясь, и по привычке принялась всех пересчитывать, чтобы отогнать навязчивые мысли. Миша, стоящий рядом, но кажется совсем не увлечённый ими, разговаривал с взрослой женщиной, иногда посмеиваясь. Какая-то учительница с планшеткой в руках рассказывала ему что-то важное. Аня даже не удивлена была таким вниманием, ведь, как успели рассказать ребята, мама Миши состояла в родительском комитете и настолько ярко, что каждый учитель знал её имя и имя её сына. Саша стоял рядом, но в разговор не влезал, и когда Аня посмотрела на него, лишь сдержанно улыбнулся. Он заметил её, но отвлекаться не стал. Камская знала, что тот поздоровается позже, когда учительница уйдёт. Аня не понимала с чем это было связано, но в присутствии учителей, и в принципе взрослых, Саша закрывался. Становился серьёзнее, молчаливее и послушнее. Вытягивался по струнке. Её грудь томил интерес, но она знала, что это будет неприятная история и навряд ли Саша поделится ей с Аней в ближайшее время. Камалия, в свою очередь, болтала без умолку сразу со всеми, а Юра, уже более расслабленый, смеялся слишком громко и заразительно с очередных шуток Лёши, вырывающихся так внезапно, что тот сам иногда "угорал" от неожиданности сказанного. Костя поддерживал разговор с Камалией, пока Лёша и Юра смеялись. Камалия сразу же отвлекалась на Уралова и начала рассказывать ему, а не двум ржущим придуркам. Он иногда согласно кивал, пока та тихо посмеивалась и всплескивала руками. Но одного элемента не было и Анин взгляд сразу это уловил. — А где Женя? — С классом своим. - Лёша хмыкнул от очевидности и пожал плечами. Аня отвела взгляд, буркнув едва ли слышное «А, точно...» Иногда она напрочь забывала о том, что Женя не учится с ними, и уроки будут проходить без его саркастичных замечаний для Лёши, шёпотом и закатыванием глаз. — Сейчас прибежит, не переживай. Он с классухой своей снова любезничает. — Ревнуешь? - Камалия махнула ему рукой, подходя ближе, и Лёша молча подвинулся, предоставляя девушке часть портфеля. Та осторожно плюхнулась под скептичный взгляд Саши, который посмотрел со слишком яркими эмоциями, но промолчал. — Не думаю, что Женьку тянет на постарше. - заметив взгляд Романовна, парень только радушно улыбнулся. — Что? Извини, Сашуль, тебе места не осталось. - Донской пожал плечами, скаля улыбку. Саша вернул свой недовольный взгляд, но заговорил тише, почти шёпотом, пытаясь не отвлекать Мишу. — Я не сижу на асфальтах. Для этого существуют лавки. — Для сидения на асфальтах? Саша проигнорировал Лёшины слова, отворачиваясь к обратно к разговору, на этот раз окончательно. Аня слабо улыбнулась, но напряглась от неожиданности, когда с одной стороны к ней наклонился Костя, и осторожно, будто спрашивая разрешения, положил ладонь на чужое плечо. Аня резко повернула голову на него, чуть не задев парня своим хвостом. — После классного часа тебе кое-что покажем. - Аня увидела, как уголки его губ приподнялись, но вглядеться не вышло: она сразу же обернулась, когда на другое плечо упала другая рука. Юра широко улыбнулся, несильно сжимая плечо девушки, но так, словно пытался запомнить это касание. — Культовое место «Ночной инквизиции»! - не успел Юра довольно блеснуть зубами, как за рубашку его не сильно тянет маленькая девчушка. Анин взгляд сразу упал вниз, на маленькую девочку, которая смотрела на них большими, выразительными, чёрными как у Юры, глазами. Аня непроизвольно улыбнулась ей, в то время как Юра слегка удивлённо распахнул глаза. — Катюха? Ты чего здесь? - он убрал руку с плеча девушки, осторожно опускаясь на корточки перед, как выяснилось, маленькой Катей. — Ты ж с классом своим быть должна. От стаи отбилась? - девочка фыркнула, и Аня опять улыбнулась, уже шире, подмечая насколько те похожи. — Мама сказала за тобой проследить. — За мной? - искренне удивился Юра, но тут же собирался, смотря на сестру с максимальной серьёзностью. Это получалось плохо, нелепо и Ане хотелось смеяться с такого лица Юры. Краем глаза она заметила как Костя слабо расплылся в улыбке, глядя на брата с сестрой. — Ты лучше за Серёжей проследи. — За Серёжей? - её бровки подлетели и растерянность в детских глазах стала более ясной. — Да, Катюх, за Серёжей. Шестой класс очень тяжёлый. - он покачал указательным пальцем, будто в наставлении, и Аня выгнула бровь, забавляясь. — Небось он сейчас за школой курит. — Курит? - Катя изумилась уже более открыто и Юра довольно улыбнулся ей. — Нужно узнать. — Нужно узнать! - согласно кивнула девочка, набравшись энтузиазма, в то время, как Юра уже встал на ноги и начал осторожно её подгонять. Аня закатила глаза с улыбкой и краем глаза заметила, что Костя делает то же самое, что и она. Пока Юра подгонял малую, бубня ей неразборчивые слова мотивации, Катя уже убежала довольная, но оборачивающаяся ещё раз, махая им напоследок. Юра выдавил широкую улыбку, отзеркаливая это действие, и, на удивление Ани, Костя тоже. Но его улыбка была более мягкой, даже сострадальческой. Девушка перенесла скептический взгляд обратно на Юру и выгнула бровь. Сложенные руки на груди только дополняли её эмоции. — Ты отвратительный брат. - она сказала твердо, но в её тоне мелькнул шуточная нотка. «Прям, как мой.» - хотелось добавить, но почему-то она молчала, не позволяя этим словам вырваться. — Я честный! - с улыбкой возмутился Юра против такого заявления, поднимая руки в шутливой капитуляции. Костя издал тихий смешок, качая головой и прикрывая глаза. — Ради справедливости, Юра действительно начал курить в где-то классе седьмом. - подметил он, дразня, и совершенно не смотрел на Юру, словно сказал что-то про хорошую погоду. Татищев возмущенно поднял брови, но на губах осталась тёплая улыбка. — Эй, я не начал, я попробовал. Это разное. Юра слабо толкнул Костю в бок, на что тот даже не пошатнулся. Теперь Камская выгнул бровь, полностью разворачивая голову на Костю, но тот только отмахнулся со сдерживаемой улыбкой, и Аня нехотя вернула взгляд. Камалия и Лёша, всё это время с забавой наблюдая за разговором, переглянулись. Донской запрокинул голову, глядя на Дарена — не смотрящего на него, но выглядящего недовольно. Он тихо хмыкнул, плечом толкая коленку младшего брата, чтобы привлечь внимание. — А ты там с Серёгой вместе не покуриваешь случаем? Дарен опустил на него взгляд и выгнул бровь в притворном раздражении. — Я не курю, идиот. - он фыркнул и снова отвёл взгляд, будто ища кого-то глазами в толпе, чтобы скорее избежать общества старшего брата. — А Серёга реально курит или не знаешь? - продолжал Лёша с хитрой улыбкой, с наслаждением выводя из себя младшего. — Откуда я знаю? — Вы вообще-то в одном классе. - сказал Костя, присоединяясь к опросу, что вызвало улыбку у Юры, что оперся на Уралова в привычной для него манере. — И че? Мы не общаемся. - Дарен закатил глаза, смотря то на Костю, то на Лёшу. В момент, когда Камалия ухмыльнулась и открыла рот, чтобы что-то опять спросить, он успел громко цокнуть. — Всё, отвалите. Почему я вообще с вами стою? — Потому что ты меня любишь, - Лёша закинул голову назад ещё раз, сильнее, а младший опустил свою, устало слушая брата. — И ты скрашиваешь моё одиночество, пока мой ненаглядный променивает меня на свою классную. — Точно не поэтому. — Какой ненаглядный? - Женя протискивался через толпу, но сразу одаряя Донского дразнящей улыбкой, от которой тот чуть ли не плывёт. Дарен снова закатил глаза и пнул брата в спину, приводя в чувство, пока Женя жал остальным руки и отбивал кулачки, в конце концов становясь рядом с Дареном. — Ты, конечно. — Не подлизывайся. - Дарен снова пнул брата, на этот раз ехидно посмеиваясь, а Лёша уловил едва заметную Женину улыбку. Миша с Сашей наконец-то подошли к ним ближе. Московский не удосужил их даже кивком, а Саша, наоборот, кивнул Ане ещё раз, но более свободно. — Ольга Владимировна сказала, что линейка начнётся раньше. - Миша наконец-то соизволил кивнуть ребятам. — Тебе, - он показал сначала на Аню, потом перевёл палец на Женю. — И тебе. Доброе утро. - Аня выгнула бровь, но приветливо кивнула. Женя же молчал, лишь показательно моргая. — Я даже не заметил, как вы подошли. - признался Миша более расслаблено, пряча руки в карманы. — Потому что был уж очень увлечён разговорами с Олечкой. - Камалия хмыкнула, но притворилась очень оскорбленной. — Иногда мне кажется, что она твоя лучшая подруга, а не я, козёл. — Он просто в милфхантеры заделался. - Лёша хмыкнул, и совсем легко толкнул подругу в бок. — Не слишком много ли у вас сегодня разговоров про любовь к взрослым женщинам? - Костя сложил руки на груди, глядя то на Зилант, то на её соседа по портфелю. Лёша хотел уже что-то ответить, как из колонок послышался резкий, восторженный звук, и все резко зажмурились, прикрыв уши. — Блять, какой мудак придумал у колонок собираться..? - Юра мял уши, заболевшие от громкого и резкого звука, поэтому дернулся, совершенно не ожидавший того, что ему в голову прилетит лёгкий подзатыльник. Оборачиваясь, Юра уже хотел съязвить, но увидев сзади возмущенную классную руководительницу, быстро отвернулся под предательский Лёшин смех. — И это девятый класс! - она развела руками, пробегая глазами по детям. — Я вас должна искать ещё? Девять лет учатся и не знают где мы каждый год собираемся! Чего вы тут встали? Бегом к нашим! - она подогнала стоящего спиной Юру, и тот, всячески пытаясь избегать зрительного контакта с суетящейся Людмилой, улизнул в толпу, хватая с собой Костю. Людмила Анатольевна же, заметив Лёшу и Камалию, сидящих на портфеле, чуть ли не за уши, погнала их за Татищевым и Ураловым. Те возмущенно помяли уши, но тоже поспешили. Дарен, уже успевший осторожно слиться с толпой, продолжал глазами разыскивать свой класс, делая вид, что совершенно не знает никакого Лёшу Донского. Некоторые пошли сразу: знали, что им по два раза повторять не нужно. Глаза Людмилы Анатольевны сразу нашли знакомую фигуру, которую она видела на каждой перемене возле своих ребят. — Женька! - она впилась руками в бока, наигранно-возмущенно глядя на парня, смотрящего по сторонам, будто кого-то разыскивая. — Что за Женька? - он не понимающе глянул на Людмилу Анатольевну, но всё же решил не испытывать чужие нервы. — Ладно, я уже и так уходить собирался... Та кивнула, но разворачивающего парня все равно подогнала. Её суетливые глаза упали на замершую Аню, неловко переминающуюся с ноги на ногу. — А... - учительница замолчала на секунду, пытаясь вспомнить имя новенькой девочки, но позже расплылась в радушной улыбке. — А... Аня? Анечка, иди за мной! - девушка сразу кивнула и быстро пошла за классной руководительницей, которая уже успела догнать, никуда не торопящихся, девятиклассников. — Быстрей, быстрей! - она рукой подогнала Юру в спину, пытаясь протиснуться вперёд. — Костя, ты хоть немного торопи его! Лёша, в свою очередь, приостановился и найдя глазами Женю, крикнул так, чтоб тот его точно услышал. — Жень, на втором этаже после классного! Людмила Анатольевна закатила глаза, но ничего не сказала, покачав головой. Миша схватил Донского за плечо, чуть ли не силой таща за собой. — Иди уже.

***

Людмила Анатольевна пропускала в класс учащихся, придерживая дверь. Она каждого пересчитывала по головам, успешно сохранив эту привычку ещё с пятого класса. Девятый "А" плелся медленно, переговариваясь, перепихиваясь, иногда громко смеясь, растягиваясь по всей рекреации. Когда одни уже сидели за партой, другие только поднимались по лестнице. Лёша плюхнулся на вторую парту первого ряда, куда к нему сразу подсела Камалия, поправляя свои распущенные волосы. Саша с Мишей, не сговариваясь, сели за ними, пытаясь выглядеть максимально заинтересованными, несмотря на то, то единственное, чего они сейчас хотели — избавиться от лишних глаз и ушей. Темноволосая, холодная, но тихая Таня не здороваясь, прошла мимо них, вглубь класса, и Илья, на удивление, следует за ней. Юра, который шёл рядом с Костей, тут же поднял на друга глаза и тут же встретил его взгляд. — Ты видел? - шепнул Юра, удивлённый тем, что Илья, да, тот идиот Илья, которого он всегда знал — который ржал как конь, проколол переносицу в школьном туалете, ухлестывал за каждой свободной (и, будем честны, несвободной) юбкой. Сейчас этот же Илья сел с Таней. Серьёзной, слишком напряжённой и отчужденной Таней, которая динамила его последние два года. Юра, если бы делал ставки, остался нищим. — Видел. - Костя кивнул, глазами снова находя эту парочку. Его почти веселил шок на лице Юры, который тот отчаянно пытался скрыть. Последний раз многозначительно переглянувшись с Юрой, Костя последовал на первую парту перед Лёшей и Камалией. Юра мысленно закатил глаза, не понимая как он с Костей внезапно поменялись местами с тихими сегодня Сашей и Мишей. Но Татищев решил не высказывать возмущения, а последовать за Костей, иногда бросая мимолетные взгляды на парочку на последней парте. И на тупую влюбленную улыбку Ильи. Юра устало плюхнулся к Косте за парту, тут же повернувшись на стуле так, чтобы ему было видно не только Костю, но в всех остальных. В основном Камалию и Лёшу, что сидел прямо за ним. Ребята, неожиданно для себя, замолчали, нехотя ловя шёпот сидящих на соседнем ряду девочек. Стеснительная Ксюша поправляя короткие волосы, глянула назад, на севших на заднюю парту Таню и Илью, повторяя за Алёной, которая сверлила их незаметным, но очевидно осуждающим взглядом. — Илья опять под юбки лезть что-ли начал? - прошептала Алёна, скептично разглядывая Илью, что сверлил сидящую в телефоне Таню неравнодушным взглядом. Ксюша осмотрелась по сторонам быстро, даже как-то боязливо, проверяя наличие лишних ушей. Ребята, не согласовываясь, сделали вид, что занимались чем угодно, но точно, абсолютно точно, не подслушивали их. Ксюша всё равно наклонилась ближе к подруге. — Ты про... Ну... - девушка тут же смущённо стушевалась, будто ей самой по себе было неловко обсуждать одноклассников. — Про те слухи, что они вместе? — Слухи? Разве он не к каждой так? Иви говорил, что Илья тот ещё бабник. И... парни считают так же. - Алёна, скрестила руки и, отвернувшись, фыркнула. Она замолчала на пару секунд, словно обдумывая сомнительную, но интересную мысль. Она удосужила Ксюшу быстрым, заговорчески взглядом. — Да и... Таня, знаешь ли... — Что? — Кто-то говорил, что девчонки ей нравятся. - всё ещё шептала она, но не так тихо, как Ксюша, явно не боясь быть пойманной на этом разговоре. — Да и не похожа она на тех, кто парней любит. — Давай не будем. Это наверняка не наше дело... - Ксюша, кажется, смутилась ещё сильнее и отвернулась, промямлив это тише обычного. — Конечно. - Алёна сказала это чуть громче, будто подруга сейчас сказала что-то слишком очевидное. — Мне плевать, пусть только меня не трогает. Ксюша медленно кивнула, отведя взгляд, но ничего не сказала. Её тут же отвлек голос Тани, героини их сплетен. Но она просто искала у кого-то ручку. Алёна резко повернулась, смотря на Таню через две свободных парты между ними, прямо в голубые глаза Турской, и вскинув брови, мило улыбнулась. — Чего, Танюш? — Я говорю, у вас ручки не будет? Я не думала, что мы будем что-то записывать. Ксюша пожала плечами и отвернулась. Ей было слишком неловко смотреть на одноклассницу, после недавнего обсуждения её же. А вот Алёна, наоборот, широко улыбнулась, и даже что-то начала рассказывать, разыскивая в пенале ручку. Отдав её в чужие руки, после благодарности и как только Таня развернулась, улыбка спала с лица Алёны, и одноклассница снова принялась без выборочно скучать. Юра вернул взгляд обратно на девочек, что теперь скучающе молчали, и выгнул бровь. Не в возмущении или осуждении, больше в растерянности. Он наклонился к Косте, задавая вопрос конкретно ему, но и негласно остальным восьми ушам сзади них. — Танюха по девчонкам? - прошептал он и как-то сочувственно посмотрел на Илью. — Люди просто болтают, Юр. - отмахнулся Костя резче, чем хотел. Он хотел смять эту тему, не поднимать. Не это, не сейчас, не с Юрой. — Да, может... - Юра дёрнул плечом и отстранился, заметив эту странную нотку в голосе Кости, совершенно ему не свойственную. Почему-то беспокойство царапнуло грудь. Юра ненавидел, когда именно Костя реагировал так, будто тот сказал, что-то не то. Но Юра не знал, не понимал что именно не так. Татищев попытался хмыкнуть, наполовину поворачиваясь к Лёше, что уже наблюдал за их разговором. — Да та же Ксюха больше на лезбуху похожа, разве нет? — А нам ли судить? - Лёша пожал плечами, откидываясь на спинку стула, тоже не заинтересованный тем, что почему-то встряхнуло Юру. — Ну тебе то точно нет, пидорок. - нервно хмыкнул Татищев, пытаясь вернуть себе хоть какой-то контроль над странной атмосферой. У него было чувство, что все что-то знали и понимали. Все, кроме него. Лёша выгнул бровь, но всё же хмыкнул, качая головой, явно тихо забавляясь. Костя напряжённо молчал, постукивая пальцами по столу. — Да даже ты мужик нормальный, на гея особо и не тянешь. — Потому что я и не гей, истукан. — А с Женей вы по дружбе члены друг другу натираете? Лёша закатил глаза, и замучено простонав, стал сползать по стулу под парту. Юра позволил себе искренне ухмыльнуться, облегченный тем, что Лёша реагировал спокойнее, чем, например, Костя. — Фу, Татищев, о чём ты в свои годы думаешь? - в разговор вступила Камалия, у которой, благодаря тому, что из-за парты у Лёши едва ли торчала голова, было больше места, чтобы закинуть щеку на кулак и почти расплыться на парте. — Может быть мне маме твоей позвонить? - она мечтательно склонила голову, глядя в потолок. — Юрий о геях только и думает! — Всё, харе. - Костя взмахнул ладонью, вновь вступая в разговор, в этот раз поворачиваясь к ним также, как и Юра. — Почему вам не всё равно? — Мне всё равно. - Камалия пожимает плечами, выглядя так, словно пребывала в абсолютной гармонии. Да и вообще, их с Лёшей парта выглядела гораздо ленивее и расслабленнее остальных. Юра слегка напрягся, когда в голосе Кости послышалась какая-то невысказанная искра, что-то напряжённое и натянутой — хрупкое, но хорошо спрятанное. Настолько, что Юра не мог этого увидеть. Не мог понять. Но такой тон Кости заставил грудь сжаться и парень не разбирал почему: от раздражения из-за не понимая Кости в такие моменты, или из-за того, что в эти моменты тот смотрел так. Говорил так. Другим тоном. Более защитным, более закрытым. Юра почувствовал себя отвратное, словно его одернули публично. — Да мне вообще поебать. - это звучало полушутливо, но громче. И слишком по-защитному. — Кому там что? - звонкий голос Людмилы Анатольевны раздался по кабинету, и Юра не то, что не повернулся в её сторону, он старался даже не дышать. Камалия только довольно хмыкнула, забавляясь этой сценой, а Костя слегка расслабил плечи, когда ситуация ушла в другое русло. — Татищев, я тебя уже второй раз за утро слышу, теряешь хватку. — Да это вообще они меня провоцируют! - Юра показал пальцем на место, где должен был сидеть Лёша. А потом сделал быструю поправку, и опустил палец ниже, показывая на торчащую из-под парты голову. — Конечно. Верим. Юра фыркнул, но всё-таки отвернулся от друзей, откидываясь на стуле. Людмила, в своё время, закатила глаза и посмотрела совсем не на него, а на дверь и позвала кого-то в кабинет. Из-за двери показалась неловко заглядывающая Аня. Видя сидящих на одном ряду ребят, она выдохнула с облегчением от того, что за Мишей и Сашей осталась свободная парта. Аня прошла дальше, становясь рядом с классной руководительницей. Людмила уже слегка приобняла новую ученицу за плечи, но тут её взгляд вновь упал на первый ряд и она возмущенно развела руками. — Лёша, сядь нормально. Как не посмотрю на тебя — то лежит, то сидит. — Да я не выспался сёдня, Людмила Анатольевна. - Лёша тихо, наиграно хмыкнул, но сел ровнее, совсем слегка. Его вообще очень возмущало то, как упорно Людмила игнорировала то, что буквально за ним Миша спокойно спал на плече Саши, совершенно неприкосновенный. Аня широко улыбнулась, забавляясь привычным поведением Леши. И от чего-то родного в действиях её друзей нервозность Ани сменилась на лёгкую привязанность. — Надо было меньше в танки ночью играть. - внезапно подал голос Илья с последней парты, и на него тут же упали взгляды всего первого ряда, Ани, учительницы и даже сидящей рядом Тани. — Это Татищев меня заставил. - хмыкнул Лёша, оживляясь. — Поставьте ему по литературе два, он всё равно ни бэ, ни мэ. - Лёша передразнил друга и потянулся дать щелбан сидящему напротив парню, но передумал сразу же, стоило Юре повернуться обратно. — Я тебе щас два поставлю. - потом он повернул голову, глядя на Илью. Юра кинул быстрый, но многозначительный взгляд на Таню, но Илья этот мимолетный посыл уловил и пожал плечами, как бы говоря: «Само как-то.» — Ты какого в сети вчера сидел и не зашёл? А я тебя звал, мудила. — Татищев! — Да что Татищев? Ещё скажите, что не правда! Людмила Анатольевна закатила глаза, но тут же нашла за что зацепиться. — Ты вообще какого черта опять у Уралова делаешь? Юра поднял руки в капитуляции, ошарашенный внезапным нападением, но попытался осторожно выкрутиться. — Нет, ну Людмила Анатольевна, я думал, праздник, все дела... И тем более не учёба же, а классный час! — Классный час тоже урок, Татищев. - взгляд Людмилы был не преклонен, поэтому когда Юра скорчил моську, она совершенно не помогла. Татищев устало выдохнул, откидываясь на спинку стула, разочарованно выдыхая. — Ну дайте мне хоть где-то с Костей посидеть! — И не проси, Тащищев. — Ну почему? — Ты мне мальчика портишь. Вы и так друг от друга не отлипаете. Юра опять закатил глаза, но слабая улыбка на губах Кости почему-то успокоила его. Он и не думал бы, что Уралов на него злился, но от подтверждения того что «Нет, Юра, идиот ты, конечно он не злится», стало легче. — Можно меня с Анькой тогда? - он посмотрел на стоящую рядом с учителем Камскую, и та тихо засмеялась, но закатила глаза. — С ней точно нет. - улыбнулась Людмила вопреки своему твердому тону. — Я тебя вообще к девушкам подпускать не хочу. Сейчас с Романовым тебя посажу и конец спектаклю твоему, Татищев. — Да я же не Илья, чё вы сразу! — А что Илья то опять?! - опять послышался возмущенный голос Ильи, который, услышав своё имя, тут же отвлёкся от неудачного разговора с Таней. — Помалкивай там. Я тебе больше ни черта не прощу. — Татищев! - снова прикрикнула Людмила и Юра возмущенно развёл руками. Он даже не матерился! — Да что Татищев? - вместе с его возмущением слышались тихие смешки Лёши и Камалии за ним. — Вы так любите мою фамилию? — Да я скоро только ей разговаривать и буду. Гавкаю то на тебя, то на брата с сестрой твоих. — Какие есть. - Юра пожал плечами, но его улыбка стала шире и довольнее от упоминания брата с сестрой. — Вас слишком много для моих нервов, Юра.

***

Аня болтала ногами, скучающе задрав голову к потолку. В школе стояла полная тишина, и только редко мимо проходили учителя, иногда подгонявшие их домой, на что ребята только лениво качали головами. С одной стороны от Ани сидели Костя и Юра, а с другой, облокотившись на стену и закинув ногу на ногу, сидела, к удивлению, молчаливая Камалия. Она тихо покачивала ногой, иногда поджимая губы, но ни разу не заводила разговор первой. Девушка словно задумалась над чем-то серьёзным, что не могло отпустить её. Хотя обычно Камалия была той, кто разбивал такую неловкую тишину. Аня пыталась выяснить что случилось, правда хотела. Но после первого же взгляда в глаза, отворачивалась, бросая эту идею. Но Юра как обычно сначала пытался разговорить ребят, но не получив заинтересованности даже от Камалии, прекратил говорить, насупившись. Но через время всё равно продолжил. — Кое-кто, кажется, ебать как задерживается. — Ещё пять минут ждём и расходимся. - неожиданно подала голос Камалия, устало глядя на Юру. Тот нахмурил брови, тоже видимо заметив странность в её поведении, но не возразил. — Пятнадцать минут не слишком критичное опоздание. - пожал плечами Костя, который тянул из трубочки яблочный сок, что успел купить себе и Юре (но тот уже давно его выпил). Он выглядел не менее скучающе остальных, развалившись на лавке в рекреации. — Саша даже такое не любит. - буркнула Камалия, опуская глаза себе под ноги. Аня проследила за её взглядом, теперь тоже смотря на её потертые кроссовки. — Может что-то случилось? - тихо спросила Аня, всё ещё не глядя на них. — Просто кто-то гомики, вот что случилось, Анют. - Юра выдохнул, облокачиваясь на холодную стену и не замечая того, как Костя устало закатил глаза. — Ну, будет что Романову предъявить, когда он мне затирать про опоздания станет. — Опоздания. Ваши. - Аня старалась хоть как-то скрасить томительные минуты ожидания, поэтому издевательски выгнула бровь, не прозрачно намекая на то, что ребята абсолютно справедливо получают нагоняй. — Нет, ну, Саша нас с Лехой слишком ебёт из-за этих опозданий. На репетиции! На пару минут! - возмущался Юра, словно защищаясь. — Хотя, по сути, сам ничего не делает. — Юр, он тоже репетирует, ты знаешь. - осторожно возразил Костя, выкидывая пустую упаковку от сока в мусорное ведро возле лавки. — Просто чуть меньше. Он не настолько востребован, как ты и... - Костя махнул рукой, пытаясь подобрать Лёше не сильно грубую замену его тупого имени. — Этот. Ему попросту это не нужно. - он слабо улыбнулся Юре, пытаясь донести это до него в сотый раз. Но он знал, что Юра просто шутит. Глупо, но шутит. — Просто Саша переживает. Он этого не признаёт, и вы, упертые бараны, тоже. - Костя замолчал, но потом всё же решил добавить. — Да ему и дома хватает. Тишина опять заполнила школьный коридор, но в этот раз она казалась другой. Более заполненной. Аня непонимающе посмотрела на переглядки ребят и на то, как Юра в итоге замолчал, отводя глаза. Аня чувствовала, как напряжение заполнило воздух, витая над чужими головами. Она не спрашивала, что те имеют в виду, понимая, насколько это не её дело. Но интерес и осознание того, как многого она о них не знает, душило. Тишину рассекло смешанное бурчание всех четверых, произносящих что-то на подобии «Наконец-то» и «Слава Богу», когда из-за угла показались замученный Миша и слишком радостный Саша. От их вида Аня уже была готова протереть глаза, чтобы точно убедиться в реальности происходящего. — Можно было ещё дольше ебаться? - фыркнул Юра, слегка выравниваясь. Теперь сидя на лавке, а не лёжа. — Нельзя. - Миша даже не удосужил Юру взглядом, подходя к окну, облокачиваясь на подоконник. Камалия, кажется, стала оживленней, когда появился кто-то удрученней её. — Эй, Миш, чего кислый такой? Что случилось? — День учителя случился. Меня опять поставили за эту хуйню обязанным. На этот раз для старшеков. — Вообще, - Саша сел на лавку рядом с Камалией, тоже с соком в руке. — Всё не так плохо. Мы можем поставить в программу ребят из пятого, они подготовят сценку. Не в первый раз уже. И я могу прочитать стихи. - довольно хмыкнул он, но его прервало фырканье Миши. — Извини, но нужен праздник, а не тихое сопение зала, Саш. - Камалия закинула ногу на ногу, скрестив руки на груди. — Тем более, мы готовим программу с девятого по выпускные классы. Им точно нужно что-то нормальное. — Вы разве пытаетесь угодить им, а не учителям? - Костя смотрел то на Мишу, то на Сашу. — Почему бы вам просто не выступить? - Аня вступила в разговор, пробежавшись взглядом по каждому. — Вам, в смысле, как «Ночная инквизиция». - Саша выгнул бровь, а вот Миша молча глядел в поток, но не перебивал задумавшись. — А что? Девушки бы потекли с красивых парней на сцене, я серьёзно. - Юра хмыкнул, широко улыбнувшись, на что Зилант закатила глаза с улыбкой. — А Камалия займётся очарованием парней. - в этот раз Камалия повернулась, удивлённо улыбаясь. От резкого внимания девушки и от этой, о боже, улыбки, у Ани загорелись щеки. Она тут же отвела взгляд, неловко пробунев. — Что? У тебя же это хорошо получается... — Анютка, ты чего? - Камалия улыбнулась шире, пододвигаясь ближе. Аня занервничала сильнее, но не отодвинулась, пытаясь запомнить эти нервы, такие похожие на агрессивный трепет, в каждой детали. Кажется, она уже забыла, как недавно девушка и смотреть на неё не хотела. — Я просто констатирую факт... - Камская смущённо отвернулась, стараясь не смотреть никому в глаза. Особенно, сидящему рядом с Камалией, Саше. Он удивился, но через несколько секунд словно что-то понял и улыбнулся, смотря на красные щёки Ани, пусть, та старалась вести себя как обычно. — А там Саша уже может и стихи почитать. Но перед выступлением! Может, все будут довольны. Миша хмыкнул, возвращая голову в нормальное положение и тут же глазами находя Аню. — Камская, может ты займёшься этим? — Ещё чего! Я просто предложила. - она фыркнула, махнув на Мишу рукой. — Вот гандон. - вдруг заговорил ранее не заинтересованный в разговоре Юра, и все одновременно повернулись к нему. Он только через пару секунд уловил эти вопросительные взгляды и поднял глаза с телефона на друзей. — Что? Лёша гандон, говорю. - под непонимающий взгляд Камалии, Татищев выставил руку с открытой перепиской прямо перед ребятами.

Лёха попущеный

был(а) в 13:29

[13:21] Лёха попущеный: Ну и где вы??? Долго вас ждать? [13:24] Вы усрались там что-ли все разом? [13:27] Вы: ты АХУЕЛ? [13:27] Лёха попущеный: Привет ПОЧЕМУ? [13:27] Вы: ты гандон, вы где? [13:27] Лёха попущеный: У банки* А вы где? [13:27] Вы: НА ВТОРОМ ЭТАЖЕ [13:27] Лёха попущеный: Че вы там делаете? [13:27] Вы: ты болеешь? ты сам сказал там встречаться [13:28] Лёха попущеный: Че? А Вот вы дурачки, я же Жене сказал, а не вам ;) [13:28] Вы: ты реально долбаеб ток честно? [13:28] Лёха попущеный: Я не виноват что вы чё то тупите :) [13:28] Вы: блять да ты опездал >:( мы подумали мы на втором встретимся и ВМЕСТЕ спустимся [13:28] Лёха попущеный: Дурачки вы Сюда идите [13:29] Вы: так ты с Женей? чем вы занимаетесь там, уебаны? XD [13:29] Лёха попущеный: Женя сказал, что ты сам уебан И то, что тебя это не должно ебать :) [13:29] Вы: пидоры XD [13:29] Лёха попущеный: Спускайтесь

***

Миша суетился с замком и тихо шипел отборный мат себе под нос, пока Юра материл Лёшу — не тихо и совсем не шипя. — Может, ножницами вскрыть? - выгнула бровь Камалия, скептически глядя на то, как Миша пытался открыть дверь кабинета. — Себя вскрой. Очень умно было бы сломать замок от кабинета с дорогой аппаратурой. - огрызнулся Миша, на что Камалия лишь закатила глаза. — Да ты быстрее сломаешь. - Костя скучающе следил за копающимся в замке Мишей, облокотившись на стену. — Да и недорогая она. Её перепродать за косарей пять. И то, навряд-ли кто возьмёт. Такую же Б.У. купить в два раза легче. - парировал Женя, совсем не заинтересованный в школьной аппаратуре (а точнее в том, что от её осталось). — Может, всё-таки ножницами? - он облокотился с другой стороны, и такая зажатость выводила Московского гораздо больше неподдающегося замка. Но вдруг — щелчок, и дверь открылась под шумный, полный раздражения, но облегчения, выдох Миши. Аня заглянула внутрь, заходя вслед за Камалией, и молча удивилась от обжитости старого кабинета. Он был небольшой, но в нем еще умещались и стол, и шкафы, и раковина, даже, еле висящая на стене, доска. И всё это — не считая школьной аппаратуры, расположенной почти по всему кабинету, и сдвинутых в одном углу четырёх парт, на которых были сложены упаковки чая. Всего лишь ненужный, бывший кабинет музыки, но в нём была жизнь. Какая-то своя, старая, немного побитая, но ярко ощутимая. Как ей успел рассказать Юра, инструменты были не их, а одолженные школой. Хотя на деле, они уже никому не были нужны, работали неисправно, через раз, и если бы не было ребят, то и стояли бы здесь — пылились и умирали. Костя говорил, что раньше их школа сотрудничала с главным Домом Культуры в городе, но потом их помощь просто перестала быть нужной. Инструменты остались, брошенные на десяток лет, а умелые руки ушли. — Тесно, естественно, но для нас эта каморка стала культовым местом. - Лёша прошёл вглубь кабинета, плюхаясь на школьный стул без спинки. — У вас реально два комплекта инструментов? - Аня пробежалась глазами по каждому углу бывшего кабинета музыки. Много, где застоялась пыль, но паутина в углу, совсем тонкая, еле заметная, особо не бросалась в глаза. Юра прошёл к установке, сразу присаживаясь за барабаны. Девушка была уверена, что первые полчаса (если не час) ребята играть ничего точно не будут, но и почему-то догадывалась о том, что именно здесь было только место Татищева, которое тот регулярно занимал. Саша осторожно положил чехол со скрипкой, который Аня даже и не заметила, на стоящую у окна парту и присел рядом с Камалией, укладывая ногу на ногу. Аня тоже поспешила присесть с остальными и уже смотрела на, стоящего посреди кабинета, Мишу, уставившего руки в боки и осматривающего каждого сидящего. — Это хлам, а не инструменты. - фыркнул Лёша, пересаживаясь с неудобного стула на подоконник. — Зачем они вам тогда? - улыбнулась Аня, слегка наклоняя голову. — Да нам щас репетировать негде. - Юра смотрел на них, но в руках крутил палочки, словно машинально, пытаясь занять чем-то руки. Аня замечала, что такое же он поворачивал и с ключами — постоянно звенел, вертел, крутил и обязательно ронял. — А свои банки сюда не в кайф таскать. - хмыкнул Юра, в подтверждение не сильно ударяя палочкой по мембране. Под уходящий звук барабана Миша закатил глаза. — Сначала мы репетировали у меня в квартире. Это был пиздец. — Не правда, не такой уж и пиздец. - буркнул Лёша, распластавшись на подоконнике. — Вы мне чуть телек не разбили, децл! — Кто «вы»?! Меня там вообще не было! - Лёша возмущённо развел руками, позже медленно опуская их на колени. — Это вообще Уралов и Камалия тогда были, пусть они и отвечают. — Ты зачем своих подставляешь? - Камалия бросила в Лёшу упаковку чая, но тот, к большому сожалению девушки, благополучно увернулся, благодаря Жениной руке, что сидел на одной из парт перед Донским. Костя скучающе следил за шуточной перепалкой, мельком одаривая Аню взглядом. — Ладно, - Миша громко выдохнул, выставляя ладонь вперёд. — Ближе к концу восьмого класса, узнав о нашей... деятельности, Кричун предложил нам выступать на каждом последнем звонке в обмен на... Это. - он развёл руками, лениво обозначая "этим" пространство кабинета. Аня выгнула бровь, но Миша не спешил разъяснять. — Артём Сергеевич Кричун — наш директор. Но эти предпочитают звать его по фамилии. - нежный баритон Саши на протяжении этих месяцев был словно спасение в этой компании. Он помогал, разъяснял, пока остальные общались так, словно Аня была с ними уже давно и ей не нужно объяснять бытовых вещей. Девушке льстило, что её считают своей, но иногда спокойные речи Саши были как якорь. — Он классный мужик. Как батя к нам относится, честное слово. - Юра продолжал крутить барабанные палочки, иногда отбивая у себя на ляжках случайный ритм. — Лично мы с Лехой его знатные любимчики. — Регулярное посещение кабинета директора не делает вас его любимчиками. - Саша едва заметно улыбнулся, а Камалия, воспользовавшись этой улыбкой, закинула руку ему на плечи, притягивая ближе, как младшего брата. — А я думаю, как раз наоборот, Сашуль. — Всё, закрываем базар. - Миша спокойно махнул на них рукой, разворачиваясь. — У нас времени и так мало, а вы ещё и прохлаждаетесь. Лёша замучено простонал, наигранно плача в Женино плечо, пока тот сочувствующе гладил того по волосам, не сдерживая глаза от закатывания. — Шеф, ток первое сентября сегодня. - возмутился Юра менее артистично, чем Лёша. Аня в очередной раз невольно подметила эту странную привычку называть Мишу "шефом". — Людям на работах плевать на праздники, Юр. Представь, что ты взрослый на очень важной работе и не еби мне мозги. - Миша махнул на него рукой, и Юра тоже обречённо простонал. — Самый уебищный сценарий. Костя встал со стула нехотя, и пройдя мимо Лёши, быстро хлопнул по плечу. — Давай, вали на позицию. — А мы ему щас поможем. - заговорчески улыбнулась Камалия, наклоняясь к Лёше и, незаметно для него, придвинулась свои пальцы ближе. — Да, Лёш? — Чего? - Лёша тут же повернулся на неё, но ничего сказать не успел, ведь тонкие пальцы Зилант тут же начали его щекотать, ещё с первого раза запомнив слабое место Донского. Мишу, кажется, это забавляло настолько, что он решил присоединиться. Аня слышала почти истеричный смех, возмущение и крики. Она и сама невольно, слабо и удивлённо улыбнулась, но всё равно уточнила у спокойно улыбающегося Жени. — Господи, у вас всегда так даже на репетициях? - Аня подозревала, что ведут себя они так же, как обычно, но эмоции с лагеря всё ещё пытались убедить её, что эти ребята очень серьёзные. Нет. Теперь Аня знала их лучше. — Привыкнешь. - Женя лишь пожал плечами, улыбаясь шире, когда Лёша уже почти кричал от щекотки, задыхаясь от смеха, не переставая звать Женю и просить о помощи. — Я не верю, что это опять происходит. - Саша покачал головой, хватаясь за переносицу, но всё ещё краем глаза наблюдал как Миша с Камалией мучают щекоткой Лёшу, извивающегося на полу, который мельком поглядывал на спокойного Женю. — Как эти люди дожили до своих лет? — Это ж приключенька. - Женя развёл руки и наконец заметил отчаянный взгляд Донского. Он начал говорить будто ему, а не стоящему рядом Саше. — Нирвану надо заслужить. Как там Иисус говорил? «Не пострадаешь — не покайфуешь.»?

***

Тихие разговоры Жени и Ани оборвались резко, как и музыка, когда дверь кабинета неожиданно открылась. В класс внезапно заглянул высокий мужчина, чуть старше сорока лет. Ребята поздоровались в унисон, отложив инструменты, глядя на директора, опершегося на дверной косяк. Аня узнала директора и тут же поздоровалась, но вышло гораздо напряженнее, чем у остальных. — Чё, молодёжь, электричество жжёте мне? - он хмыкнул, расплываясь в щетинистой улыбке, тут же переводя взгляд на Мишу, сидящего на стуле и держащего в руках повидавший виды микрофон. — Московский, что там надумали? Как учителей поздравлять будете? — Ещё целый месяц впереди. Да и есть кое-что на примете. - Миша кинул мимолетный взгляд на Аню и подмигнул. Камская поймала это подмигивание, но отреагировать не успела, ведь Миша уже вернул взгляд на Кричуна. Директор тихо хохотнул и, развернувшись к выходу, напоследок окинул взглядом всю группу. — Ладно, детки. Ещё полчаса и по домам. Как только закрылась дверь, Аня начала бегать глазами по друзьям, которые выглядели совсем не удивленными. — Он как всегда. - Женя выдохнул, почти лёжа на парте. — В смысле? - Аня повернула голову, вскинув брови. — Каждый раз заходит по пустякам и никак не может признать, что ему просто интересно. - Дунайский пожал плечами, не сводя глаз с ребят. Аня сама не заметила, как непроизвольно следила за каждым движением друга: как тот крутил ключи в правой руке (аккуратнее и тише, чем Юра) и как позже полез в карман за телефоном. Женя слегка нахмурился глядя в экран, но тут же несильно отбросил телефон на парту, между собой и Аней. Отвлек Камскую только недовольный Лёшин возглас. Правда, Женю он никак не заинтересовал. — Да твою мать! - Лёша резко снял ремешок гитары, присаживаясь на комбик и крутя инструмент в руках, осматривая со всех сторон. — Говорил, блять, я свою носить буду. — Да Лёх, что там опять? - Юра устало выдохнул сгорбившись. Он сложил палочки у себя на коленях, следя за движениями друга. — Что случилось? - Костя подошёл ближе к Лёше, сверху, но с таким же интересом осматривая гитару, издалека. — Фонит, ты не слышишь? Костя помолчал какое-то время, будто вспоминая. Он отложил свою бас-гитару и присел на корточки рядом с комбиком, на котором сидел Лёша, и начал невозмутимо изучать инструмент из чужих рук. — Провод отходит или смещается, может. Ты проверял кабели? - спросил Костя, но тут же проверил сам. Лёша на это нахмурился, но ничего не сказал, позволяя Уралову разобраться. — Нужно проверить нормально ли припаяно. - он полностью отдал Косте гитару и встал с комбика, разминая спину. — Жень, подойди сюда! Аня смотрела то на гитаристов, то на Женю, что встал с парты, оставляя телефон на своём месте, рядом с подругой. Камская следила за переговорами и тихим, скорее успокаивающим постукиванием Юры по металлическому барабанному каркасу. Тихо, едва слышно, словно он сам себе, для своих мыслей, набивал личный ритм. Это даже расслабляло и Аня наконец поняла как сильно устала. Но это была приятная усталость, которая осталась в теле не одна. А с уверенностью, что она перевелась в нужное место, к нужным людям. Сначала был просто мягкий свет экрана, случайно пойманный краем глаза. Не любопытство, нет, скорее бессознательное движение, пока Женя отошел. Просто яркое пятно, задевшее внимание. Аня готова была поклясться, что не хотела лезть в чужую личную жизнь, в чужой телефон, и совершенно случайно пробежалась глазами по вылезшим иконкам сообщений. Лишь на секунду. Но этой секунды хватило, чтобы в голове отозвались слова. Осознав, что заметно пялится на экран телефона, девушка резко отвернулась, сжимая колени ладонями. Пальцы сами сжались, ногти впились в кожу. Ане хотелось исчезнуть, провалиться, чтобы эта секунда никогда не существовала. Колкое, резкое чувство стыда за свою проклятую любопытность заставило Аню сглотнуть, прожигая взглядом чужую спину. Это был стыд не только за вторжение. А за ту трещину, которую она увидела в Женином, казалось бы, прочном мире. В сообщениях от «М.» не было ничего сверхъестественного, странного или пугающего, но у Ани было плохое предчувствие. От этих сообщений веяло холодом. Аня захотела дёрнуться, когда Женя подошёл к партам. Но она просто подняла на него глаза. Парень же сегодня улыбался так же легко, как всегда. Он шутил. А за этим фасадом — это? Волнение Ани сплелось со стыдом в тугой, болезненный узел, в то время как парень раздражённо выдохнул, глядя на экран телефона, видимо, увидев только имя отправителя. [17:47] М.: Женя, вали домой Быстрее Папа приехал Девушка заметила растерянность и отвращение в чужих глазах, однако совсем не заметила, как к Жене подошёл Лёша, укладывая ладонь на чужое плечо. Аня поджала губы, когда Женя повернул на него голову, словно ища единственную поддержку. Камская всё-таки отвернулась на остальных ребят, но краем уха всё же слышала Лёшин шепот. — Хочешь, я пойду с тобой? - в голосе слышалось беспокойство, но Аня не хотела предавать этому особое значение. Не сейчас. Не лезть. Не надумывать. — Нет, останься. - Женя резко засунул телефон в обратно карман, быстро подходя к выходу. — Мне нужно идти, закончите без меня! Пару секунд ребята тупо смотрели на дверь, но после перевели растерянные взгляды на Лёшу. Тот лишь пожал плечами, будто отмахнувшись, но на деле пряча что-то больше, чем Аня могла увидеть. Больше, чем кто-либо мог увидеть. Кто-то из ребят выдохнул и Аня отличила женский голос. — А попрощаться кулачком?