Шизофрения

      То, что Бетси напортачила с лоботомией Кристиана, она поняла не сразу. Сначала списывала всё на послеоперационный период, потом на адаптацию, но пришёл момент, когда нужно было признать свою ошибку. «Ну хотя бы не умер на операционном столе», — уныло подумала она. Бетси была уже не так уверена в удачном течение будущего эксперимента. «С другой стороны, может оно и к лучшему — легче приживётся, может быть». И всё же она была недовольна.       Бетси сидела в своём идеальном кабинете, где каждая вещь находилась строго на своём месте, где всё сочеталось и не единой пылинки. Ещё в те времена, когда она работала в «Уилшир Мемориал», ей не слишком нравился вкус Кимберли, без особого стиля, с дурацкими африканскими мотивами. Бетси же была по душе старая, добрая классика, где элегантность сочетается с умением расставить акценты, поэтому свой кабинет оформила в тёплых, пастельных тонах персикового цвета, добавив немного чёрного и красивые растения в матово-серых горшках — они все были одного размера, да и цветам не позволяла разрастаться больше положенного. Иногда, когда Бетси задерживалась в клинике допоздна, она включала классическую музыку и закрыв глаза, погружалась в собственные мечты и планы. Больше ничто не тревожило её, не было страха или волнения — всё шло своим чередом, как и было задумано. Кроме Кристиана. Бетси просматривала карту вновь поступившего пациента, когда к ней зашла в кабинет медсестра Линнет Суонк, та самая, которая называла Кристиана улыбающейся устрицей.       — Доктор Шоу, мистеру Бескону становится всё хуже и хуже, — доложила Линнет с озабоченным выражением лица. — Ко всему прочему у него добавилось недержание.       — Да, спасибо, сестра Суонк, — кивнула Бетси. — Я сейчас подойду.       Женщина вышла из кабинета, а Бетси с силой ударила кулаком по столу, так что все бумаги разлетелись на пол. «Ну здорово, теперь ещё и это», — мысленно чертыхнулась она и принялась собирать упавшие документы. Вся эта ситуация с Кристианом, ей не нравилась, он хоть и не умер на операционном столе, но она, похоже, здорово ошиблась. «Нужно было искать нейрохирурга», — кисло подумала Бетси. «Или хотя бы потренироваться на других овощатах. Ладно, что уж теперь, прошлого не воротишь, а если не выгорит с Рокье, то придётся брать в разработку Парсона».       Дэн Парсон — ещё один пациент «Медоу Хилл», которого сбагрила в клинику сводная сестра, и у него на самом деле имелось небольшое психическое расстройство, но вполне контролируемое, если правильно подобрать лекарства и не забывать их принимать.       Почему же Бетси положила на него глаз? Он ей чем-то напоминал Эрика, конечно не так, как Кристиан, но всё же волосы были такого смоляного цвета и тёмные, выразительные глаза, которые не теряли своего блеска даже будучи под транквилизаторами.       Хотя одно время, она рассматривала в качестве донора даже Майкла Манчини, но тот слишком сильно её раздражал, чтобы подселить в его тело Эрика. «Нет, нет и ещё раз нет! Провести с ним рядом долгие годы, что может быть хуже?» Да и потом она уже знала, что в нём, Эрик, скорее всего не приживётся, если вообще сможет заселиться — Манчини был слишком силён, таких людей сломать можно, но сложно, гораздо проще найти кого-то попроще, но и это не самое главное: у донора должен быть повреждён головой мозг. Об этом Бетси догадалась уже после своего успешного заселения в Кимберли. Именно поэтому, она решилась на проведение лоботомии Кристиану.       Бетси вошла в палату к Кристиану. Тот сидел на стуле у окна и бессмысленным взглядом смотрел на улицу — на прогулку как раз вывели относительно спокойных пациентов, которые под присмотром персонала, мирно разбрелись по территории.       — Кристиан, ты меня слышишь? — спросила Бетси, дотронувшись его плеча. Мужчина даже не вздрогнул, лишь лениво повернул голову в её сторону. В его глазах царила пустота, а из уголка рта потекла слюна. Бетси достала из кармана халата платок и вытерла её.       — Мне правда жаль, что так получилось, — почти искренне произнесла она. — Но и ты меня пойми: тебя нельзя было оставлять в том состоянии, а иначе мог бы не получится переход и сейчас нет никаких гарантий, что получится, однако с травмами головы, обычно легче проходит переход. Очень скоро для тебя всё изменится. Я обещаю. Кристиан поднял глаза на Бетси, и его взгляд оставался таким же бессмысленным.       — Ладно, поспи немного.       Она помогла ему встать со стула. У него задралась больничная рубашку, под которой обнаружился памперс для взрослого. Бетси тяжело вздохнула. «Неужели до такой степени?». Не то чтобы ей было его жаль — она давно не знает, что это такое, — но было жаль своих потраченных усилий. Она уже решила для себя, что если ничего не получится, то Кристиан покинет этот мир, и это будет даже милосерднее, чем жить в таком состоянии.       — Я завтра приду, и мы попробуем кое-что интереснее, ты же не против?       Уложив Кристиана на кровать и укрыв его одеялом, Бетси вышла из палаты. Она думала о том, чтобы провести ритуал через неделю, может быть две, но глядя на мужчину, решила, что лучше ускориться, потому что его состояние вызывает у неё серьёзные вопросы. Есть ли смысл и дальше тратить на него время?       Весь следующий день Бетси готовила ритуальные предметы: то самое зеркало, которым воспользовалась она сама для переселения души; свечи, окроплённые кровью; антикварный нож со специальными зазубринами по всему лезвию и конечно же книга, та самая, которая помогла ей когда-то. Всё это она тщательно проверила и упаковала в пластиковый пакет, а потом закинула в сумку. «Сегодня должно всё решится», — думала она, ощущая дрожь предвкушения. Бетси бы соврала, если бы сказала, что не волнуется. Волнуется и ещё как. Ей никогда не приходилось проводить ритуал на другом человеке — только на себе, но даже тогда она не смогла учесть все нюансы, и это дорого ей обошлось.       Вечером, когда всех пациентов клиники отправили спать, Бетси пошла будить Кристиана. Тот мирно спал в своей постели — у него была палата на одного человека, — женщине пришлось потрудиться, чтобы разбудить его. Она совсем забыла сказать дежурной медсестре, чтобы мистеру Бескону сегодня не давали никаких препаратов на ночь. В принципе, ничего страшного, но Кристиан никак не хотел открывать глаза, и ей буквально волоком пришлось тащить его в операционную.       Ночью здесь было особенно тихо, так что можно было услышать собственное дыхание и биение сердце. Бетси включила свет и помещение залил холодный, белый свет флуоресцентных ламп. Вся операционная была покрыта плиткой, включая напольную и это было очень удобно, а вот что доставляло определённый дискомфорт, так это то, что Бетси пришлось самой затаскивать Кристиана на операционный стол — в последнее время он заметно прибавил в весе и уже не был тем доходягой, каким сидел на цепи в подвале Мэрион.       — Какой же ты тяжелый! — сетовала Бетси, закидывая сначала одну ногу мужчины на стол, затем вторую и поддерживая его, наконец уложила.       Пока Бетси готовилась к проведению ритуала, Кристиан спокойно лежал на столе и даже задремал. Ему теперь почти не снились никакие сны или он их просто не мог запомнить в силу нынешнего состояния.       Бетси зажгла свечи, направила зеркало на Кристиана, достала фото Эрика и его любимые часы — их она нашла на чердаке, опять же в доме Мэрион, нож и книгу. Потом она зафиксировала голову Кристиана, так чтобы он не смог повернуть её и не испортил весь ритуал, затем порезала ему руку — он тут же проснулся и застонал от боли.       — Прости, но так нужно, — она успокаивающе погладила его по руке и продолжила.       Кровью Кристиана обмазала изображение Эрика и капнула в свечи, затем взяла книгу и начала читать.       Сначала ничего не происходило, и Бетси уже начала переживать, что ничего не получилось, но потом одна за другой начали гаснуть свечи, подул ледяной, пронизывающий ветер и свечи снова вспыхнули, но уже кроваво-красным пламенем. Она воодушевилась и продолжила.       Тело Кристиана начало выгибать, а он сам не мог издать ни звука. Руки беспрестанно барабанили по столу, выбивая ритм боли, ноги выгнуло так, что коленные чашечки, казалось, вот-вот выгнутся в другую сторону. Через пару секунд всё прекратилось.       Бетси закончила чтение и с опаской двинулась к мужчине. Она коснулась его лба рукой — он был весь мокрый и холодный. «Получилось или нет?» — задалась вопросом женщина и тут же получила ответ.       — Бетси, как же долго я этого ждал! — прохрипел Кристиан, резко открыв глаза.       — Эрик! — воскликнула она и кинулась обнимать мужчину. — Неужели всё получилось?! Я так боялась, что не выйдет! Так скучала!       — Я тоже, я тоже, — шептал он, обнимая окровавленной рукой жену. — Помоги мне встать.       — Да-да, конечно! — Бетси сняла фиксатор с головы, помогла опустить ослабшие ноги мужчины на пол. — Мне нужно столько всего тебе рассказать!       — Расскажешь, но сначала дай попить, — прохрипел он. Счастливая Бетси кинулась за стоящей на полочке бутылке с водой и протянула Эрику.       — Это сейчас так подаётся вода? — спросил он.       — Да, — кивнула Бетси.       — Сколько лет меня не было?       — Очень долго, — вздохнула женщина. — Я в прошлый раз многого не учла, и сама скиталась не одно десятилетие, пока не нашла подходящее тело.       — Значит ты тогда поспешила…       — Но я всё исправила!       — Да, конечно, ты молодец, — кивнул он и осушил бутылку в несколько глотков.       — А теперь, правда всё хорошо?       — Правда, — счастливо рассмеялась она и снова прижалась к нему. — Я расскажу тебе всё по дороге домой.