В паутине Готэма

      Выспались, ага… Подумал Кон забираясь в постель спустя час и закрывая глаза, чтобы открыть только утром. Поздно утром. Чувствуя себя точно с большого похмелья. И если бы не обещание брату, наверное, забил бы на мероприятие под кодовым названием «Каток».       Не то, чтобы следить за благополучием брата и Тима, было чем-то тягостным, но… Чертовски не хотелось выбираться из постели. А пришлось. Прямо так, завернувшись в одеяло. За ночь вновь изрядно похолодало и даже Крипто бесцеремонно забрался в его кровать в попытке согреться. Надо бы прибавить отопление.       Ну вот какой каток в такую погоду?       Вон Джон, вернувшийся с прогулки с домашним любимцем, капусту напоминал, нацепив сто пятьдесят одежек, теплую куртку и шапку с огромным помпоном, связанную бабушкой Мартой. А Тима из-за шарфа, наверное, сегодня вообще не видно будет. Оставалось только надеяться, что у него есть что-то теплее пальто и кашемира. Да и самому было бы неплохо одеться потеплее.       Что он и сделал, выбравшись из дома, чтобы почистить клумбу. А когда вернулся, его уже ждал горячий кофе со специями. Какая-то восточная смесь, сладкая и пряная.       — Ты просто волшебник, — улыбнулся он брату, делая осторожный глоток и заедая тостом. — Или это предвкушение встречи окрыляет?       Джон пожал плечами:       — Тим рассказал, какое кофе любит Дэми. Вот я и решил попробовать приготовить. Надеюсь, правда вкусно.       Кон едва подавил желание побиться головой о стол. Боже! Кажется, Джон уже дошел до этапа «узнать какой кофе нравится, чтобы не налажать с завтраком в постель». Что ж он такой скороспелый-то? Или это Кон тормоз со своим робким приглашением на кофе?       Хотя, казалось бы…       Впрочем, возможно, сегодня все как-то сдвинется с мертвой точки. Ему бы этого хотелось во всяком случае. Вот и погода, как добрый знак, переменилась. К вечеру потеплело и не пришлось кутаться в сто одежек, стесняющих движения. Чем бы им ни приспичило заняться: кататься на коньках или… целоваться. Джон, прибираясь на кухне после готовки для них позднего ужина, что-то мурлыкал себе под нос. И это одновременно настраивало на позитивный лад и раздражало. Коон, неужели ревность?       Самому стало смешно от нелепости ситуации. Его брат вырос. И Кон уже не главный мальчик в его жизни. Пока оставалось только надеяться, что аль Гул тоже. Кент-старший покачал головой, выкидывая оттуда все лишнее. Иначе до катка они не доберутся. Пока так как есть. А дальше — посмотрим.       Знакомые до боли фигуры они заметили еще с парковки, и сидение Джона точно превратилось в кресло йога. Сидел весь как на иголках от нетерпения. Господи, они не виделись пол дня!.. Поставив машину, Коннер вышел первым, одернув брата, готового выскочить и бежать, точно героиня какой-нибудь романтической пьесы навстречу возлюбленному.       — Помни про приличия.       Наверное, навстречу Мэган он бежал точно также. Да он бы и к Тиму так бежал, если бы не боялся смутить и спугнуть робкую маленькую птичку. И как в семье с такими эмоциональными охламонами вырос такой приличный мальчик как Крипто? Невероятно, но факт.       Улыбаясь самому себе и этим глупым мыслям, он пошел вслед за братом, уже издалека разглядывая Тима, завернутого слоев в десять объемного вязаного шарфа неизменного алого цвета и ловящего редкие снежинки руками в пушистых красных варежках. Аль Гул на его фоне казался еще мрачнее, чем обычно. В чем дело? Сам же позвал…       Джон замахал им рукой, привлекая внимание нескольких человек помимо желанных персон, и ускорил шаг. Коннер едва не закатил глаза. Ну как есть восторженный щенок… Пришлось его догонять, в последний момент ухватив за капюшон, не позволяя наброситься на аль Гула с объятиями.       — Привет, — улыбнулся он Тиму. — Как вы? С утра был такой собачий холод, что я думал, встречу придется перенести.       — Привет, — Тимоти, кажется, улыбнулся в ответ. С мягким кашемиром эмоции и мимику определять было проще, чем с шерстью крупной вязки. Кинул мимолетный взгляд на Дэмиана: — Да, мы тоже думали позвонить вам и позвать в кафе. Впрочем, покатаемся, по-любому пойдем погреться.       — Звучит заманчиво.       — Не будем мешать друг другу, — вдруг решительно объявил Джон и, не оглядываясь на брата, вложил свою руку в руку Дэмиана. — Ты хорошо катаешься? Мне недостает опыта…       Коннер покачал головой, не ожидая от брата такой прыти, аль Гул, кажется, тоже не ожидал, даже — о, боги! — смутился. Кон же послушно потянул Тима в противоположную сторону, позволяя братишке совершать собственные глупости.       В спину им ударил требовательный голос аль Гула:       — Не давай этому убогому выполнять сложные элементы, Кент. А-то по катку размажет, сам собирать будешь. И возьми его под руку. Свидание у вас или где?       Тим густо покраснел, едва не сливаясь цветом с шарфом.       — Не слушай этого идиота.       — Да я, собственно, не против, — признался Коннер, впрочем, не делая никаких поползновений в сторону Дрейка. — Но, если тебе неприятно, ты скажи. Договорились?       Он усадил спутника на скамейку, чтобы лично надеть ему коньки. Крепко зашнуровал, проверив, чтобы было комфортно. Сам не знал, почему. Просто захотелось поухаживать. Кинул взгляд на Дрейка. Тот сидел, вцепившись в скамейку мертвой хваткой, ярко пунцовый, у него разве что пар из ушей не шел. Но молчал. Не хотел отказывать? Или Кон угадал, и висеть, склонившись, было для него довольно серьезной нагрузкой?       — Вот так, — улыбнулся Кент, довольный работой. Надел собственные коньки и подал Тиму руку. — Пошли?       Под руку взять не решился, все так же крепко, но мягко сжимая чужие пальцы. И только, когда выходили на лед, осторожно поддержал за талию, боясь уронить птичку. Маленькую, напряженную и чуть нахохлившуюся малиновку.       — Почему малиновка? — спросил он, все еще придерживая Тима, боясь отпустить. Уж больно неуверенно тот стоял. Что там аль Гул говорил про сложные элементы? Очередная издевка?       — Что? — пропыхтел Дрейк, пытаясь уловить баланс, мышцы его казались каменными от напряжения.       — Почему именно малиновка? — переспросил Коннер, осторожно отлепляя их обоих от бортика. — У тебя на брошке. И Дэмиан тебя так назвал.       — От… — Тим запнулся и тихо пробормотал: — от очень близкого человека прозвище досталось. И брошка тоже.       Ну вот, опять он лезет, куда не следовало бы…       — Аа. Прости, — выдохнул Кон, спеша переключить разговор в менее опасное русло. — Тим, а ты точно прежде уже катался? Если ты не хочешь или тебе сложно, мы можем просто посмотреть на других.       — Ох, просто заткнись, — пробормотал Тим, переводя дыхание и отпуская ладонь Кона. — Я, конечно, мало, что могу теперь, но не беспокойся, соскребать меня со льда не придется.       Он пытался говорить ровно и спокойно, но в голосе скользнула сталь. Коннер почувствовал себя разгуливающим по минному полю. И определенно он был близок к тому, чтобы подорваться. А потому последовал совету и умолк, просто оставаясь рядом, чтобы помочь, если в том возникнет необходимость. Точно любящая мать с волнением и тревогой наблюдая, как Дрейк делает первые шаги по ледяной поверхности, сперва покачиваясь, но удерживаясь на ногах. Как затем движения его становятся увереннее, четче — навыки не забываются. И Коннер позволил себе пристроиться сбоку, чтобы буквально катиться рука об руку.       И, наконец, будто отпустив собственное напряжение, уже вполне уверенно скользя по льду, Тим повернулся к нему, чтобы взять за руку и вдруг произнести:       — Извини, я, наверное, кажусь тебе странным. Да я и есть странный, честно говоря. Но… спасибо. Ты первый с кем я… — он замялся, подбирая слова. — С кем я чувствую себя спокойно за последнее время.       — Для меня это честь, — улыбнулся Коннер, сжимая чужие пальцы в ответ. Хотел добавить, что вовсе даже он не странный, если хоть немного понимать в психологии, но благоразумно промолчал, не забывая, что мин вокруг еще хватает… — Ну что, поищем нашу влюбленную парочку?       Спросил он, оглядываясь по сторонам, когда они уже немного покатались и ему было не страшно отвести Тима дальше от бортика.       — Прислушайся. Едем туда, откуда ветер доносит арабский мат, — хмыкнул Дрейк, мягко сжимая ладонь Коннера, чтобы потянуть его за собой, — Дэми слишком теплолюбивое создание, чтобы уверенно держаться на коньках. Надеюсь, они там не убились.       Кент засмеялся, не отставая от спутника, что держался на коньках все увереннее:       — Парадоксальный выбор места свидания, — отметил он вслух, пытаясь понять странного персонажа, что бесцеремонно ворвался в его жизнь.       Они нашли сладкую парочку у противоположного бортика. Дэмиан вытянулся на льду, Джон приземлился сверху, и теперь самозабвенно целовал парня.       Твою маковку! Коннер даже застонал, спрятав лицо в ладонях. Кошмар какой! Он едва поборол желание вздернуть Джона за шкварник. Ведь просил же…       А вот Тим вдруг неожиданно засмеялся в свой шарф.       — Внука Демона разложили на льду. Мне срочно нужен мой фотоаппарат.       Дэмиан протестующе застонал в поцелуй. С явным трудом оторвавшись от зацелованных губ Джона, кинул на Тимоти гневный взгляд:       — Какого хрена ты еще жив, приблудный? Я искренне надеялся, ты убьешься, едва выйдешь на лед.       — Так вот на что был расчет! — неожиданно засмеялся Коннер, заразившись вдруг всеобщим настроением. — Джон, надеюсь, ты ему что-нибудь отбил?       — Максимум копчик, — буркнул Дэмиан, а после самодовольно усмехнулся, сверкнув глазами: — Главное, чтобы он себе ничего не отбил. Ниже поясницы.       — Ты ужасен, — хмыкнул Тим, покачав головой, отъезжая чуть подальше, дабы не мешать пунцовому от таких намеков Джону подняться на ноги. Перехватил Кона за локоть, надеясь удержать от публичного смертоубийства.       И ему это, как ни странно удалось. Дернувшись было, Коннер сдержался, боясь уронить ненароком Тимоти, а потом и вовсе выпустил пар, шумно выдохнув. Увы, он уже не имел никакого права контролировать личную жизнь брата, да и не мог. Если Джон решит пойти с аль Гулом до конца, кто ему запретит?.. А брат был упрям.       — Ты не примерз? — деловито поинтересовался Дрейк, принимаясь кружить вокруг Дэмиана, что пытался подняться на ноги.       — Захлопнись, убогий, — рыкнул аль Гул, прежде чем схватить Тима за штанину и резко дернуть, повалив на себя, смягчая падение.       — Придурок, лезвия же! — засмеялся Тим. Сев на лед, приспустил шарф, открывая лицо свежему холодному воздуху, переводя дыхание, хитро сверкнул глазами: — И да, «я тебя люблю» по-английски все еще звучит несколько иначе.       — Так, — вдруг вмешался в дружеские игры Коннер, как самый, если не старший, то серьезный и ответственный член их маленькой банды, — думаю, нам всем пора согреться. Кто-то предлагал кофе? Я угощаю.       Валяния на льду, в мороз, еще никогда не шли на пользу. Так недолго и все каникулы проваляться в постели… с грелкой.       — Отлично! — улыбнулся Тим, поднимаясь вслед за Дэмианом. — Мне двойной капучино с фисташковым сиропом.       — Не мог бы ты нарушать предписания врача не в моем присутствии? — скривился Дэмиан, отчаянно цепляясь за бортик, и Джон подставил ему свое плечо. — Ты после вчерашней чашки до утра не спал. Мне имбирный чай.       Коннер бросил тревожный взгляд на Дрейка, что утаивал от него важную информацию о своем здоровье. Хотел предложить заменить напиток на какой-нибудь экзотический чай, но тот посмотрел на него так жалобно, что сердце не выдержало. Сегодня все для его птички, а ограничения начнутся завтра.       — А что, мы сегодня собираемся спать? — поинтересовался он, подмигивая Тиму.       Дэмиан закатил глаза:       — Ты должен беречь этого идиота, а не помогать ему самоубиться, Кент.       Тим только засмеялся в ответ и потянул Кона за собой в сторону ларьков с горячими напитками, что стояли прямо на льду. Мимо влюбленных парочек, детишек и группок друзей. Отовсюду слышался смех и радостно-испуганные визги. Создавалось впечатление, будто на каток вывалилась большая часть школьников и студентов города. Впрочем, стоило ли удивляться? Каникулы!        Кто-то лип к бортику, кто-то наоборот показывал скиллы, крутясь волчком. Какой-то безмозглый пролетел мимо будто находился на конькобежной дорожке, отчего Тим потерял равновесие, растерянно взмахнув руками. И вероятно пришлось бы, в самом деле, собирать бедолагу по всему катку, если бы Коннер не успел поймать его, сжимая в объятьях. Крутанулся, медленно тормозя у вмороженной в лед у бортика скамейки.       — Ты как? — выдохнул он. Впервые оказываясь настолько близко лицом к лицу, облизал неожиданно пересохшие губы.       Такой красивый. Но теперь если приглядеться можно было заметить чертову пудру, что оставила следы на шарфе.       — Голова немного кружится, а так нормально, — прошелестел Тим, словно завороженный, не сводя взгляда с его губ. Словно… хотел поцеловать. Но вместо этого мягко отстранился и вновь спрятался в шарф по самые глаза. — Думаю, выпью кофе и станет легче. Идем.       — Если ты совсем не спал, ничего удивительного, — обеспокоенно заметил Коннер, однако все же повел Дрейка к одному из ларьков, занимая небольшую, но очередь.       Они одновременно улыбнулись, и от этого стало тепло на душе.       До заветного кофе оставался всего один человек, когда мимо промчался знакомый уже полудурок. Да что ж такое… Коннер даже не знал, почему тот вызывал такое раздражение. Кинул на него мимолетный взгляд, и время будто замедлилось. Вот этот идиот мчится на толпу девушек, быть может, в надежде впечатлить их, запинается, сбивает с ног девочку, исполняющую какой-то элемент, и они оба летят на лед. Коннер не знает, что парализует его сильнее: крики или кровь, что заливает ледяную гладь.       Тим первым скидывает с себя оковы оцепенения. Кидается вперед, на ходу стаскивая варежки и откидывая в сторону. Падает на колени перед парнем, буквально приземляясь в лужу крови, и почти тут же запускает пальцы в ужасающую рану от лезвия конька у того на шее. Действует уверенно и технично.       — Вызывайте девять один один! — Рявкает он, приводя в себя шокированных свидетелей. — Рассечение яремной вены. Быстрее!       Коннер тянется за телефоном, но несколько человек уже вызывают спасателей, и он спешит на помощь Дрейку. Хотя лучшее, что сейчас можно сделать — не мешать ему. Ожидание длится чертову вечность, прежде чем прибывает помощь, и он расчищает ей путь от столпившихся посторонних. Помогает подняться заплаканной девочке, которую уводят в сторону подруги…       Когда он вернулся к Тиму, парнем уже занимались медики. Дрейк сидел на коленях, на льду, тяжело дыша. Носом у него шла кровь, но всем явно было не до него. Только аль Гул, матерясь на все лады, продирался сквозь толпу зевак.       — Тим, что с тобой? — спросил Коннер, опускаясь рядом на колени и пытаясь остановить платком кровь, запрокинув тому голову. — Может в больницу?..       — Там все равно ничего не сделают, — отмахнулся Дрейк, с трудом поднимаясь на ноги, опираясь на Кона. Его не то, что шатало — его мотало из стороны в сторону. — Ох, боже… Надеюсь, Дэми взял лекарство…       — С тобой, убогий, я целую аптечку за собой таскаю, — прорвавшийся к ним аль Гул казался взбешенным и обеспокоенным. Но руками за талию придерживал Тима исключительно корректно. — Что, мать вашу, здесь произошло?!       Доверив свое хрупкое сокровище подоспевшему Джону, Коннер поднял варежки, надев Тиму на ледяные руки. И пусть те были в крови, не хватало еще, чтобы он обморозился.       — Несчастный случай. Парень получил коньком по горлу, а Тим… Боже, да он спас ему жизнь.       — Ни дня без приключений, — хмыкнул Дэмиан, как показалось, с оттенком гордости. Мягко потянул Тима в сторону скамеек, чтобы усадить, снимая излишнюю нагрузку. Принялся выуживать из карманов необходимое.       Коннер наблюдал, как тот четко и бесстрастно готовит лекарство, чтобы размотать все-таки шарф, открывая тонкую шею, сплошь покрытую синяками. Тим судорожно вздохнул, уткнувшись лицом ему в живот и безропотно позволил вогнать себе еще порцию неизвестного препарата.       Повисло молчание, и даже звуки катка померкли. Дэмиан почти ласково, но как-то неловко погладил Дрейка по плечу. Будто стеснялся проявления чувств и… прятался за своей показной агрессией? Да что не так с этим парнем?!       — Ты как? Надеюсь, тебя не вырвет прямо на меня? — хмыкнул аль Гул, чуть усмехнувшись.       Тимоти только чуть качнул головой, выдохнув:       — Чувствую себя беспомощным. Бесполезным. Никогда не восстановлюсь…       Сердце невольно сжалось от осознания, что Дрейк постоянно носит в душе и прячет за тихими улыбками. Коннер позволил себе так же погладить парня по плечу, выражая поддержку.       — Да что ты такое говоришь, Тим?.. Бесполезный… Ты же только что человека спас. А я бы даже не сообразил, что делать, — честно признал он. — Ты поправишься, вот увидишь.       — Не хочется это признавать, но Кент прав, — фыркнул Дэмиан, отстраняя от себя Тима, чтобы присесть перед ним на корточки, выуживая из кажется бездонного кармана миниатюрную пачку влажных салфеток и протягивая парочку Дрейку, стянувшему уже прилипающие варежки. — Ты не бесполезен. Твои мозги все еще при тебе, навыки и умения тоже. И даже, если ты не видишь прогресса, не значит, что его нет. Летом, ты не мог без помощи с кровати встать. А сегодня?       — Мы поможем тебе, — поддакнул Джон из-за плеча брата.       И по губам Тима скользнула тень улыбки. Чтобы успокоить друзей, конечно, но все же Кон почувствовал, что кризис преодолен. И он постарается поскорее вытеснить воспоминание о нем из очаровательной головы Дрейка.       — Может, поедем к нам? — предложил он неожиданно.       Тим и Дэмиан переглянулись. Аль Гул передернул плечами, а Тимоти лишь смущенно промямлил, вновь заматываясь в шарф:       — Неудобно… Я весь в крови.       — Заодно и душ примешь. Не парься, мы тебя таким уже видели, а предков все равно нет дома, — успокоил Кон, пихнув Джона локтем.       Тот закивал, бросив смущенный взгляд на аль Гула. Да, приглашение в дом возводило отношения, будь они дружескими или сердечными, на новый уровень, но разве он не этого хотел?       Тим же смотрел на аль Гула испуганным и просящим взглядом, но тот только цыкнул, качнув головой:       — Поехали.       — Дэмиан… — предупреждающе сощурился Тимоти, и Кон даже чуть вздрогнул от угрозы, скользнувшей в голосе.       — Восемнадцать лет — Дэмиан, — сухо отрезал тот. — Ты не можешь постоянно избегать общения со всеми, кроме меня и Ричарда. Иначе посттравматика сведет тебя с ума. Тем более никто не тащит их на твою территорию.       — Тим, — как можно мягче позвал Коннер, убеждаясь в худшей своей версии. — Просто поход в гости. Обещаю, что мы с Джоном не сделаем ничего, что тебе не понравилось бы. Не будем задавать вопросы. Послушаем музыку, выпьем кофе. Без коньяка.       — Мне не во что переодеться, — тихо пробормотал Тимоти, тупо пялясь на свои окровавленные джинсы и явно ни на что, особо, не надеясь.       — Мы примерно одной комплекции. Джинсы точно найдутся, — возбужденно отозвался Джон, которого перспектива пригласить в гости Дэмиана явно впечатлила.       Тим тихо застонал, но деваться было некуда:       — Ну, хорошо-хорошо. Все равно не оставите меня в покое…       — Ты не пожалеешь, — заверил Кон.       Дрейк только скептически усмехнулся, а выбираясь из салона авто, уже у дома Кентов, выглядел так, словно пожалел уже раз десять. А может, так оно и было. Сильнее закутался в шарф, точно направлялся в логово вампиров, и поднялся на крыльцо будто на эшафот.       Коннер, за дорогу накрутил себя не меньше и теперь жутко нервничал, только успев порадоваться, что заставил себя прибраться днем.       За дверью послышался радостный возбужденный лай. Соскучился, хороший…       — У вас есть собака?! — в один голос удивились гости.       Кон, открывая дверь, не успел вовремя отреагировать. Мысль о том, что это могло быть проблемой, что у кого-то могла оказаться аллергия, посетила его слишком поздно. Уже через мгновение Крипто выскочил на улицу, радостно напрыгивая на Дэмиана.       — Ох… Прошу прощения, что не предупредили… Крипто, — укоризненно окликнул Коннер пса, пропуская пальцы под ошейником, чтобы оттащить. — Разве можно пугать гостей? Проходите.       Он отступил в сторону, чтобы не мешаться под ногами.       Дэмиан внезапно улыбнулся во весь рот, заверив, что все в порядке. Присел на корточки гладя и почесывая довольного до нельзя Крипто. Сам аль Гул чуть ли не светился от счастья. Это было так неожиданно, что Джон, кажется, даже выпал, засмотревшись на такую красоту, заливаясь нежным румянцем.       — Кажется, вы нашли друг друга, — тихо засмеялся Кон, подумав, что все щенки одинаковы. Попросил: — Джон, проводи Тима в ванную.       Так оно будет лучше. Вряд ли тот может увидеть угрозу в Джоне, по уши влюбленном в его друга. А вот Кону до того, как Тим закутается назад в свой шарф, рядом появляться не стоит.       Джон не сразу осознал, чего от него хотят, но отвиснув поспешно закивал, помогая Тиму стянуть куртку, чтобы затем буквально потащить его за руку вглубь дома.       — Спасибо, — когда их шаги стихли, хмыкнул Дэмиан так тихо, что Коннеру показалось сначала, что он ослышался. Но нет, не отрываясь от Крипто, аль Гул поднял на него серьезный взгляд: — Ему это сейчас правда нужно, Кент. Даже если он считает иначе.       — Я буду рад, если смогу помочь Тиму вернуться к нормальной жизни, — заверил Коннер. — Ты ведь объяснишь мне, чего делать крайне не рекомендуется, верно? Пошли в дом.       Однако скомандовать Крипто: Место, не успел. Появившись на пороге, все еще одетый, Джон заявил, что пса надо выгулять перед сном. Засиделся один дома, лапы размять не помешает.       — Я помогу, — тут же нашелся Дэмиан.       Кон покачал головой.       — Не увлекайтесь только. Через полчаса будет кофе с пирожными.       Впрочем, сильно настаивать не стал. У парней сегодня свидание обломилось как никак. У него, впрочем, тоже. От мысли, что это реально могло быть свиданием, Коннера бросило в жар и он поспешил стянуть с себя верхнюю одежду и перебежать на кухню. Ему срочно нужно выпить. Чего-нибудь холодненького…       Кон налил себе бокал шипучки, когда из ванной послышался озадаченный голос Дрейка:       — Дэми! Я полотенце на полке оставил, подай, пожалуйста…       Газы пошли в нос, глоток встал в горле. Коннер мысленно чертыхнулся, в какой-то отчаянной надежде бросив взгляд в окно — не возвращаются ли гулены. Гулены не возвращались.       — Дэмиан?..       Твою маковку!       Мариновать Тимоти в душе тоже не вариант. Так что, залпом допив газировку, Кон направился в ванную, словно на расстрел. Вот уж не думал, что у него реально будут дрожать колени от мысли заглянуть в ванную к парню, что был ему симпатичен. Эх, если бы то было возбуждение или хотя бы смущение…       В ванной вились клубы пара, точно Тимоти не мылся, а пытался свариться заживо. Проскользнув в помещение, Кон взял с полки полотенце, осторожно отложив в сторону две пудреницы, или что там это было, чтобы не разбить. Собирался протянуть искомое гостю и моментально исчезнуть, чтобы, возможно, тот даже не понял, кто к нему заходил. Однако, стоило ему приблизиться, как створка душевой кабины открылась навстречу.       — Дэми…       В глазах Дрейка осознание сменилось испугом. Он отпрыгнул, прикрывая лицо ладонью и забиваясь вглубь душевой кабины. И Коннер немедленно отвернулся, не глядя протягивая полотенце.       — Прости. Они ушли гулять с Крипто.       Однако то, что он успел увидеть, то, что первым бросилось в глаза, Кент не забудет никогда. Плечи и грудь Тимоти покрывали многочисленные шрамы, если он не ошибался, от ножа, а еще… Господи! Следы тушения о кожу сигарет. Сердце на миг остановилось, дыхание прервалось, стоило представить, что довелось пережить этой нежной птичке.       — Понятно, — глухо отозвался Дрейк, вцепившись в полотенце, как в спасательный круг, голос его дрогнул. — Ничего… Ничего страшного. Выйди, пожалуйста. Я скоро.       — Конечно. Меня уже нет, — заверил Кон, спеша оставить гостя одного. В дверях, не оборачиваясь, задержался. — Ты не торопись. Они раньше, чем через пол часа не вернутся.       Если они вообще увидят их раньше утра… С аль Гула станется убить разом двух зайцев: устроить Дрейку психотерапию и уединиться, наконец, с объектом своих желаний.       Закрыв за собой дверь, Кон подпер ее спиной тяжело дыша и чувствуя, как его трясет. Он был в ужасе. Нет, он не испытывал отвращения, не испытывал и страха. Только чистый ужас перед тем, через что пришлось пройти Тиму. Вот мрази!       Сердце до боли колотилось в груди, к горлу поднялась тошнота.       Надо выпить. Срочно. И не газировки.       Плеснув себе в бокал виски, впервые, наверное, в жизни, не добавив туда льда, Коннер залпом его осушил, и еще один… Однако в третий не попал, пролив драгоценную влагу на стол, увидев в этом знак. Что он делает? А если Тим почует? Испугается… Чтобы перебить запах, поставил на конфорку турку, варя кофе.       В таком состоянии его и застали младшие. Джон непонимающе нахмурился. А вот аль Гул помрачнел, наоборот, все поняв. И отослал Джона переодеться, потому что Крипто протащил его по всем сугробам.       Прикрыл за ним двери и не громче шепота спросил:       — Видел?       Коннер кивнул, испытывая острое желание провести по лицу рукой, смывая чужой кошмар, который отныне будет и его кошмаром.       — Кто сделал это с ним? — хрипло спросил он, так же понизив голос до минимума слышимости. Едва не упустив кофе, поспешил снять турку с конфорки.       Аль Гул только покачал головой.       — Это неважно. Важно другое. Ты видел его лицо?       — Лицо? — Пришло время нахмуриться Кону. — Я видел мельком, но…       — Не заметил, — задумчиво кивнул Дэмиан, сложив руки на груди. Посмотрел на Коннера в упор. — Ни о чем не спрашивай. Сделай вид, что ничего не произошло. Если… — скривился как от зубной боли, но все же продолжил: — его внешность тебе противна, скажи мне сейчас. Я найду слова, чтобы отвадить его.       Значит, неспроста Тим так штукатурится… Господи, какие мрази! Кон шумно выдохнул, выпуская пар, что грозился привести к взрыву. Он должен держаться. Тимоти и так несладко, а после того, что случилось, его страх может обостриться…       — Не беспокойся, я сделаю все, чтобы сгладить этот момент. И я не намерен отталкивать Тима только потому, что какая-то сволочь… — Тихо скрипнула дверь ванной, и он немедленно замолк, сделав знак аль Гулу. Улыбнулся Тимоти, возникшему на пороге. — Ты как раз вовремя. Кофе готов.       Тим только кивнул, не зная куда девать взгляд, нервно теребя рукава кофты.       — Спасибо. Прости за неудобства. — Кинул быстрый взгляд на Дэмиана, с любопытством осматривающего кухню, будто задавая немой вопрос, столь очевидный, что у Кона скрутило внутренности, но вслух спросил совсем иное: — Куда ты дел Джона?       — Заморозил в самой привлекательной позе, — хмыкнул аль Гул. — Поедем домой, заберу, поставлю на постамент и буду любоваться.       — Какой ты все же пошляк, — засмеялся Коннер, качая головой. Разлив кофе по чашкам, подвинул гостям. Достав из холодильника пирожные, подвинул ближе к Дрейку. — Прости, у меня дома нет сиропов… Но мы обязательно зайдем как-нибудь в наше кафе и купим все, что захочешь, — пообещал он.       Услышав, как сбегает по лестнице Джон, поставил на конфорку новую порцию кофе.       — Простите, «ваше кафе»? — ухмыльнулся Дэмиан так, что захотелось дать ему по зубам. — Слышал бы Ричард… Схватил бы инфаркт и инсульт от умиления.       Покраснев как помидор, Тим втянул голову в плечи и спрятался за глотком кофе, попросив заглохнуть. Что аль Гул и сделал, когда на кухню прошел Джон в обтягивающих штанах и синей водолазке, что очень ему шла.       — Кофе, — мечтательно протянул он и плюхнулся на стул между Тимоти и Дэмианом. — Я подумал, может мы посмотрим какую-нибудь комедию? Или ужасы? А-то мы даже не знаем ваших предпочтений.       — Все, что угодно, кроме заунывной классики, типа «Унесенных ветром» и диснеевских мультфильмов, — тут же отозвался аль Гул, не сводя глаз с Джона. Кон был уверен — будь они наедине, он бы уже разложил его младшего брата на столе.       — Но ты любишь диснеевские мультфильмы, — хмыкнул Тимоти, хитро сверкнув глазами. — Или боишься не сдержаться и прилюдно разрыдаться над смертью Муфасы?       Уже через мгновение, Дрейк в припрыжку убегал от взбешенного аль Гула, чтобы со смехом спрятаться за спиной Кона, что едва успел снять кофе с конфорки. Развернулся к Дэмиану, точно собираясь драться за свое Солнце. Вот только теперь он знал, что тот сам побьет кого угодно, но не позволит обидеть Дрейка.       В кармане Дэмиана завибрировал телефон, и он, мельком взглянув на экран, фыркнул что-то типа: «живи, убогий». Вышел из кухни, чтобы ответить. Следом хлопнула и входная дверь.       — А я за старую добрую фантастику, — вернулся Коннер к выбору вечернего фильма. — А ты, Тим?       — Как насчет марафона Звездных войн? — чуть улыбнулся Тимоти, выскальзывая из-за спины Коннера, чтобы присесть на край столешницы. Кент только кинул на него мимолетный взгляд, вдруг поняв, что улыбки того могут быть скованными не из-за стеснения.       Боже…       — Я не против. Давно их не пересматривал, — поддержал Кон. — Ты с нами, Джон?       — Можно, — передернул тот плечами, уступая большинству. — Пойду настрою все.       Они же с Тимом перебазировали в гостиную угощение и уселись на диван перед огромной плазмой, висящей на стене.       — Не хуже, чем в кинотеатре, — заверил Коннер.       Дэмиан присоединился к ним через пару минут. Он был бледен, как мел. От него веяло холодом с улицы и… сигаретами. Тим кинул на друга обеспокоенно-вопросительный взгляд, но тот лишь качнул головой и, устроившись в углу дивана, притянул Джона в свои объятия. Тот прильнул к аль Гулу, точно котенок, устроив голову на плече, и Кон только вздохнул. В конце концов, не самый худший выбор для первого опыта. Словно невзначай, подвинулся ближе к Дрейку, что забился в противоположный угол, но более не сделал никаких поползновений в его сторону.       Впрочем, под конец первого фильма, Дрейк, разморенный кофе и сладостями, а может хорошей компанией, все же немного расслабился, перестав напоминать зажатый комок нервов. Поэтому, передавая ему банановые чипсы, Кон решился едва ощутимо коснуться его руки. А когда тот не отдернулся, рискнул переплести их пальцы. И почувствовал робкое ответное сжатие. Огромный шаг вперед, если подумать. Коннер ободряюще улыбнулся Дрейку и, как бы ни хотелось сделать еще один шаг, не спешил, позволяя тому закрепить результат, привыкнуть. Они не будут спешить. Не будут рисковать.       — А какой фильм из франшизы твой любимый? — тихо спросил он Тима.       — Только не бей меня, но пальму первенства держат «Атака клонов» и «Месть ситхов», Юэн шикарен, — бросив мимолетный взгляд на Кона, также тихо засмеялся Тимоти в ответ, чтобы не мешать остальным.       Впрочем, остальным вряд ли можно было полноценно помешать. Джон был весь поглощен происходящим на экране, будто не засматривал все это до дыр с пеленок, а Дэмиан… Дэмиан, кажется, был где-то не здесь. Просто пялился в экран, рефлекторно поглаживая руку Джона, так и не выпустив его из объятий.       Дурные вести из Готэма?       — Бить не буду, — нарочито сурово заверил Кон. — Но только потому, что Юэн действительно хорош. — Признался: — Мне вообще нравится мир, описанный в книгах. Гениально и с размахом.       Тим только понимающе кивнул, и кинул на Дэмиана очередной обеспокоенно-вопросительный взгляд. Тот же, словно почувствовав его кожей, чуть повел головой, не отрываясь от просмотра. Кон хорошо знал подобные жесты. Так мама порой откликалась на просьбы отца. Не здесь и не сейчас. Не при свидетелях.       Все же эти двое что-то скрывали и, хотя Коннер успел убедиться, что оба новичка люди хорошие, этот факт продолжал его беспокоить. Просто так прошлое не «чистят», не создают фальшивые имена и личности. Их преследуют те, кто сделал такое с Тимоти? Или… они боятся, что война мафии в Готэме каким-то образом накроет и их?       Кон чуть нахмурился, рассматривая Тимоти. Вдруг понял, что, увлекшись версией темного прошлого аль Гула, действительно упустил прошлое Тима. Однако мысль пробить и его данные казалась кощунством. Да и вряд ли это могло что-то дать. Если эти двое вместе давно, то прошлое Дрейка зачищено также хорошо. Стало неуютно. Но одно Кон знал точно: Тимоти Дрейк не плохой человек. Потому что тот, кто способен без раздумий кинуться на помощь, не может быть плохим.       Был уже десятый час, когда гости засобирались домой, осилив третий фильм и предложив продолжить в другой раз. Особенно торопился Тимоти, и Коннер мог его понять: слишком много общения, а еще известие, что не давало ему покоя. Да и одежда уже давно высохла. И хотя он видел, что Джону хочется продлить вечер до утра, не стал гостей удерживать. Лишь спросил, не жалеет ли Тим, поменяв каток на кинотеатр?       Тот улыбнулся, заворачиваясь в шарф, чувствуя себя гораздо увереннее, заметил, что все прекрасно. Поблагодарив и попрощавшись, с трудом оторвал Дэмиана от разомлевшего от переизбытка внимания Крипто, направился прочь. На подъездной дорожке их уже ожидало такси.       — О чем говорили с аль Гулом, пока гуляли? — словно из праздного любопытства спросил Кон, когда загадочные гости уехали, а они вернулись в дом, начиная прибирать со стола.       Конечно, главной зацепкой сейчас был Готэм, но этого слишком мало, чтобы вычислить парочку с пустотой за спиной.       — Да обо всем на свете, — мечтательно улыбнулся Джон, у которого разве что сердечки вокруг головы не летали. Поделился, приступая к мытью посуды: — У него дома остались пес и кот. А однажды он чуть не уговорил отца завести корову, представляешь?       — Ну а что, — засмеялся Коннер, — с ней хлопот только… зато в доме всегда свежее молоко в холодильнике. А кто его отец?       — Бизнесмен какой-то из эмиратов, — пожал плечами Джон и почти тут же нахмурился, закинув на плечо полотенце. — Опять начинаешь, Кон? Кажется, уже понятно, что он никакой не маньяк, не садист и не насильник! И пальцем твоего Дрейка не трогал.       — Да знаю. А-то сидел бы ты с ним весь вечер в обнимку… ага. Но мне не дает покоя их общая тайна. Надеюсь, ты не станешь отрицать тот факт, что знакомы они дольше, нежели всем говорят?       Джон скривился, но все же кивнул, соглашаясь с предположениями Кона. Это было слишком очевидно, чтобы отрицать. А брат, при всем его упрямстве и наивности, был все же умным малым.       — Я не уверен, что Дэми… гм… главный носитель этой тайны, — попытался он подобрать слова, выключив воду и вытирая руки. — Скорее это что-то связано с Тимом, его болезнью. — Вдруг издал тихий смешок. — Хотя возможно мы просто защищаем того из них, кто нам больше симпатичен.       — Известное психологическое явление, — улыбнулся Коннер, вдруг крепко и порывисто обняв брата. Господи, пусть с ним никогда не случится ничего подобного. Дикая мысль о том, что брата может однажды что-то изменить настолько, убить его жизнелюбие и детскую непосредственность, поселить ужас в его глазах, занозой засела в груди. — Ничего, уверен, однажды мы во всем разберемся.       Отправив брата спать в одиннадцать, хоть тот еще и долго будет лазать в телефоне по соцсетям, Кон отправился в кабинет родителей. Раны Тима наверняка были очень серьезными, учитывая последствия, и, хотя в больнице тоже наверняка подчистили данные, где-то, что-то могло остаться. Хотя бы на левых снимках… Однако через час выключил комп, откинулся на спинку кресла, смывая рукой увиденное во время поисков. Увы, все не то. Даже ультра навороченная система распознавания лиц от ЛексКорп не дала ничего, кроме фото времен университета. Тимоти Дрейка будто не существовало вплоть до поступления. Все та же сухая и поверхностная информация, что Тим выдал на вечеринке. Но Кон был уверен — про отца тот не лгал. Впрочем, чем больше в легенде правды, тем легче в нее поверить. Коннер неожиданно понял, что ему надо выпить. И двумя бокалами он не ограничится.       Но опустошать родительский бар совести ему не хватило. Да и потом могли возникнуть лишние вопросы. Кроме того, не хотелось лишний раз беспокоить Джона, не хватало, чтобы еще и он себя накрутил. Хотя, казалось бы, разве не этого он добивался?       Горько усмехнувшись, Коннер покачал головой самому себе и вызвал такси. Идти в ближайший, облюбованный им бар не было ни смысла, ни желания. Слишком велик риск наткнуться на друзей и знакомых. А он не был расположен обсуждать хоть что-то. Мысли и так оставались слишком хаотичными, а он, увы, не из тех, кто структурировал в диалоге. Чтобы разобраться хотя бы с самим собой, ему необходимо одиночество и алкоголь. Ну и, возможно, немного ритмичной музыки, что пульсирует в висках.