Сказание о стонущем ветре и увядшем дурмане

Джинн оборачивается на рваный вздох и с сочувствующим взглядом присаживается рядом с Венти. Ожидаемо, после встречи со Скарамуччей его состояние сильно ухудшилось. Она не понаслышке знала, как сильно могут болеть старые шрамы. Многие из ветров знали об этом, и Сяо тоже был знаком со столь отвратительным явлением. — Венти, прошу, послушай, ты… — Не надо, я знаю, что ты хочешь сказать… Это лишнее, — он по привычке улыбнулся, но измученно, не приложив никаких сил, чтобы вышло убедительно. Это был очень плохой знак… — Но и я противоположное говорить не буду. В этом нет смысла. — Для тебя ведь непривычно, что слова излишни? — тихо выдохнул Сяо, в поддерживающем жесте мягко сжимая изуродованное чёрными полосами запястье. Тьма… Она оживилась и лес это чувствовал. Надвигающаяся угроза, но не для жителей, а для чужака, которого лес возжелал спасти, но в итоге всё обернулось наоборот. Никто не знал, когда холодные ветра успели сделать свой ход в этой ситуации. — Хей, Сяо, я сейчас так плохо выгляжу? — усмехнулся бард, сжимая в руках лиру, чей некогда яркий свет совсем потускнел. Спаситель… Что сейчас происходит с Итером? Парень с радостью ответил бы, что скорее ужасно, но в итоге лишь хрипло произнёс: — Могло быть и хуже. — Ты ведь так и не рассказал ему об этом, верно? — Джинн нахмурилась, понимая, что попала в точку. И как же угораздило двум сломленным душам такую похожую судьбу прожить? — Похоже я совсем ослаб, раз вы читаете меня как открытую книгу, — прикрыл глаза Венти, медленно выдохнув. Времени оставалось ничтожно мало, но в нынешнем состоянии он ничего сделать не мог. Ещё и Хранители сейчас в крайне ужасном состоянии, пусть и стараются не показывать этого. Небольшую поляну окутало молчание, в котором было перемешано слишком большое количество мыслей, что рисковали наткнуться друг на друга. Возможно, на самом деле так оно и было, просто никто не решался высказаться об этом вслух. Сейчас было неспокойной всему лесу, ведь если предание, которое когда-то поведала Создательница произойдёт, то всему придёт конец. Конечно, единственной надеждой оставалось пробуждение Нахиды, но кто знал, когда это произойдёт? Сколько ещё ждать и сколькими жизнями пожертвовать? Вновь цветущие дурманы ни разу не ответили. — Колокола… Они снова звучат… — хрипло произнёс Венти, сжимая дрожащие руки вместе. — Что-то не так… — Неужели холодные ветра пошли на такой риск, даже зная то, что скорее всего на зов не откликнутся? — поражённо выдохнула Джинн, сжимая губы. — Но если ничего не выйдет, они… — Потащат его прямиком к сердцу тьмы, — закончил мысль Сяо, отрешённым взгляд смотря куда-то вдаль. Причина, почему никого не пускали на поля дурманов было не только в том, что они были ядовиты, а ещё и в том, что было сокрыто среди белых цветов. — Но у него же было кольцо. Что произошло с ним? — Скарамучча отозвал наши силы, принеся клятву холодных ветров. И я не смог ему помешать… — Эй, Венти, не дави на себя так. Ты прекрасно знаешь, что этот придурок не брезгует использовать отвратительные приёмчики против всех, чтобы добиваться собственных целей, — мягко улыбнулась девушка, стараясь лишний раз не бередить шрамы Венти. Кто знает, когда они вновь закровоточат. — Но ведь раньше… — Раньше много чего было по-другому. Бессмысленно лелеять воспоминания о прошедших днях. Не только ты, Венти, несёшь ответственность за тот день. Райден тогда сама откинула тебя и приняла удар на себя. Это было её решение, и если Скарамучча сам пожелал не принимать реальность, это его проблемы, — спокойно остановил лишний поток мыслей парень, мягко массируя подрагивающие ладони. — Я тоже когда-то не хотел принимать смерть Чжун Ли и винил его в том, что он спас меня. Всё в порядке, у каждого из нас есть ноющие шрамы, которые даже спустя века не могут зажить. — Сяо, но ведь… Если бы я мог… — упорно продолжил Венти, однако рука, мягко зарывшаяся в волосы остановила бесполезные попытки продолжить спор. — Нет смог бы. Думаешь, он стал бы тебя слушать? Думаешь, он бы смог здраво оценить ситуацию, находясь в неконтролируемом отчаянии? — Венти, Сяо прав. Ты сделал всё что смог, а дальше уже было решение за Скарамуччей. Как видишь, он выбрал не тот путь, который для него желала Райден, — согласилась Джин, поддержав позицию бывшего холодного ветра. — Ты слишком много на себя взвалил, точно так же, как и Итер. — Н-но я ведь не смог защитить… — Венти, тебе нужно отдохнуть. От твоего героизма никому легче не станет. Сейчас пока лучше просто понаблюдать. Я отправил прекрасных разведчиков, которые легко найдут Итера и узнают, какого его положение, — качнул головой Сяо, наблюдая, как сменяются эмоции на лице барда. — Хорошо, только ненадолго. Я не хочу его потерять… — тихо прошептал он, прежде чем позволить себе прикрыть глаза и лишь немного расслабиться.

* * *

Медленный вдох и рваный выдох, плавные движения и слишком напряжённый разум, холодный расчёт и хрупкая надежда. Вся эта ситуация была противоречивой и Итер сомневался, что Создательница отзовётся на его танец. Однако выбора у него не было, поэтому он был обязан закончить начатое, несмотря ни на что. Его спасение было именно в удачном завершении ритуала. Тогда всё должно было стать на места окончательно. Итер не ожидал, что мелодия будет настолько переменчивой. Она менялась так же неожиданно, как и его собственные чувства. Создавалось такое ощущение, будто музыка предугадывала его следующие эмоции и заранее изменяла темп. Страх ошибки порой затуманивал все чувство и на мгновение всё утихало. Именно по этой причине духи, которые отвечали за лиры и другие инструменты, умело создавали необычную для леса песню. Парень знал это наверняка, потому что ему довелось услышать парочку легенд от Венти. Венти!.. — И чего он замер? — раздражённо цыкнул Скарамучча, сверля взглядом Спасителя. Через некоторое время музыка вернулась и танец продолжился. — Мне кажется у него сейчас слишком много мыслей в голове. Даже для Спасителя, — предположил Хейзо, раскачиваясь на лианах, что свисали с одной из толстых ветвей дерева. — Возможно из-за последних событий, в результате весь лес и его создания встали на уши, духи особенно чувствительны к эмоциям. — Стоит ли нам вмешаться в ритуал и остановить его, пока Спаситель не потерялся среди собственного сознания? Он сейчас слаб, не ровен час, и тьма вернётся за ним, — мелодично протянул Кадзуха, с удивительным спокойствием наблюдая за всем со стороны. — Это лишнее, — отчеканил Скарамучча. — Если в итоге тьма поглотит его разум, значит он просто очередной слабак. — Ты говоришь так каждый раз, но всё равно остаёшься ни с чем. Стоит только Верному Псу отследить тебя, и считай голова уже слетела с твоих плеч, — с протяжным воем хохотнул Хейзо, уворачиваясь от небольшой ветряной сферы. — Как грубо! — Меньше болтать надо… — Скарамучча, а ты похоже всё-таки боишься. Или это не страх, а совесть? — наклонил голову Кадзуха, всматриваясь в эмоции холодного ветра слишком пристально. — И с чего бы мне испытывать хоть что-то из этого? — Потому что ты всегда боялся кого-то разочаровать, и именно поэтому сейчас убегаешь от себя настоящего и в итоге теряешься в собственных чувствах. Разве холодному ветру это свойственно, или в твоей шкуре на самом деле кто-то другой? — парень улыбнулся, и в алых глазах полыхнул хищный огонь. Но Скарамучча проигнорировал очевидную провокацию, ведь зная Кадзуху, тот с радостью доведёт любого, лишь бы насытить собственный интерес. Общение с Альбедо плохо на нём сказалось, но, увы, уже ничего нельзя сделать. Хейзо так и останется самим собой и со своими странными мыслями, Кадзуха по-прежнему будет искать что-то среди эмоций и осколков прошлого. Скарамучча навсегда останется верен Создательнице, потому что во благо её умерла Райден, а значит и он должен отдать всё, чтобы она вернулась в лес. Да, слабак здесь только Венти, отринувший желание использовать ради этого Спасителей. — Эй… У него похоже получается, — поражённо выдохнул Хейзо, едва ли не свалившись. Мягкий зелёный свет окутал ритуальный круг, и символы, вырезанные на нём, вспыхнули. Вмиг все отравленные растения очистились и вновь расцвели. Такова была сила Создательницы. Именно она, обладающая силой сильнее кого бы то ни было откликнулась на зов просто человека? Того, кого просто вышвырнули из семьи и почти убили? Холодный ветер взбесился, рыкнув. Он не мог принять этого. — Дитя, постой. Не кружись так спешно в этом танце, ибо он уже бесполезен долгие годы, — Итер замер и вздрогнул, когда перед ним предстала высокая девушка, чьи вьющиеся длинные волосы проросли яркими цветами, напоминающими дорогие украшения. — Я понимаю, что не по своей воле ты вновь применяешь свою силу, поэтому прошу, закончи своё дело здесь. Твоё дальнейшее геройство не принесёт плодов, лишь смерть и страдания твоему народу… — Значит, тот сон, где всё захватила тьма… — неуверенно прошептал Итер, оглядываясь на холодных ветров. — Если она поглотит меня, уже ничего не сможет её остановить… — Дитя, ветра, внемлите моему рассказу. Истину открою я лишь вам, поэтому запомните. Никто желанного не получит, коли пойдёт против воли леса, — мелодично запела девушка, кружась в незатейливом танце. За каждым её шагом тянулся цветочный след, в очередной раз доказывая, что она та, кто жизнь порождает. Запоздало парень последовал за Девой, отчего-то спокойно подстраиваясь под её движения. — Древнее зло сокрытое в лесной чаще глухой ждёт новой жертвы, — лиры затянули слёзную протяжную мелодию, будто предупреждая о трагедии. — И когда она получит её и поглотит сердце юное и чистое, покоя на землях людских и наших не станет… Всё увянет, водоёмы кровью наполнятся, а леса вспыхнут. Перерождалось зло веками копя силу поглощённых им несчастных душ… — она остановилась и возвела руки к потолку пещеры. Через мгновение к ней спустился длинный тонкий стебель, удерживающий искусный хрустальный бокал. — Дитя, твоя сила огромна, поэтому ты станешь последним. По этой причине, если что-то пойдёт не так, я наделю тебя знаниями, которые я копила все эти долгие века. В них ты узнаешь обо всех событиях. Итер послушно отпил из протянутого сосуда и, едва допив до дна, рухнул в руки Создательницы, не имея каких-либо сил, чтобы пошевелиться. — Прости, Дитя, это довольно неприятный процесс, поэтому придётся немного потерпеть. — Так ты всё это время не показывалась, потому что тебе нужен был этот слабак?! — в гневе бросил Скарамучча, приближаясь к Деве. Сейчас ярость поглотила его настолько, что ветру уже было всё равно на нарушение проведения ритуала. — Я так много сделал для твоего возращения, но ты ни разу не откликнулась на мой зов! — Потому что я не та, кого ты ищешь. Новая Создательница скоро закончит свой долгий сон, и я исчезну. И не откликнись я на зов этого Дитя, он бы так и не познал истинную суть вещей, которую от него скрыли. Никто ему так и не рассказал о самом важном. — И что же там было такого важного, раз никто не смог рассказать ему об этом? — сжав до боли кулаки, глухо спросил он, получив в ответ улыбку. — То же, что не сказали когда-то тебе. Но у тебя ещё будет шанс это услышать, но Дитя может и не дожить до этого момента из-за тебя. Чем ты пожертвуешь, Скарамучча? Ты готов отдать ещё одну жизнь и взрастить новый лес вместе с новой мной, или ты предпочтёшь послушать мой совет и дать этому Дитя шанс на мирную жизнь? — Дева мягко поглаживала Итера по голове, наблюдая за его пустым взглядом. — Сколько же ты натерпелся, милый маленький Спаситель… — И что же он такого пережил, чтобы я отказался от своих идеалов?! — рыкнул Скарамучча, не понимая Создательницу. Почему после стольких лет она беспокоится не о нём? Значит ли Скарамучча для неё хоть что-то? — Это секрет, но ты можешь узнать об этом напрямую у Дитя. Если только прислушаешься к настоящему себе, который уже очень давно не даёт тебе покоя… — Ложь! Я совершенно спокоен! — Кадзуха обеспокоенно дёрнул Хейзо за рукав, хмурясь, на поведение лидера. Он никогда не терял контроль над эмоциями, так почему же?.. — Запомни, я не обещаю не использовать Спасителя, если его последующие ответы мне не понравятся!.. — Глупый, я ведь тебе уже сказала. Я не та, кто тебе нужен. Просто дождись, когда другая «я» проснётся. Потому что тогда лес Акеграцелл начнём свою историю заново. Не пытайся удержать время на месте ещё дольше… — Я не понимаю! Объясни мне! — обессиленно и раздражённо выпалил парень, падая на колени рядом с Создательницей. Увы, как оказалось, прошлой… — Что всё это значит? Я не хочу, чтобы ты менялась! — Скарамучча, мой холодный ветерок, у всех живых существ есть предел, и вот настал мой. Я бы могла прожить дольше, у меня недостаточно сил, чтобы сдерживать тьму, которая обрела силу раза в три больше, чем была до этого. Все твои жертвы были напрасны… — Это ложь! Спасители были призваны, что сражаться с тьмой! — Только с её подпиткой. И Райден знала об этом, но увы не успела тебе рассказать. Поэтому, пожалуйста, не совершай одну и ту же ошибку вновь. — Но как же… Я ведь слышал, что Спаситель должен… — Не слушай этот голос. Это сердце тьмы. Оно говорило и с маленьким тёплым ветром, и с Дитя. Ничего хорошего его советы не дадут, поэтому не дай тьме заполнить своё сердце ошибочными мыслями. — Но что делать с самим сердцем тьмы?.. Хотел было продолжить Скарамучча, но резкий болезненный стон, который перешёл в крик прервал его. Итер, с силой сжав ткань рубашки на груди, сжался что-то бормоча между вскриками. По его телу вновь расползлись тонкие бледные чёрные полосы, которые стремительно темнели, контрастируя с бледной кожей. Зрелище очень и очень болезненное… — Ох, моё милое-милое Дитя, — вытянув губы в противной улыбке, пропела Создательница, наклонив голову, из-за чего волосы скрыли лицо. — Осталось тебе недолго страдать… — Что происходит? Чем ты его напоила? — нахмурился Кадзуха, в мгновение оказавшись рядом со Скарамуччей. — И точно ли ты теперь Создательница? Уж больно странно, что Спаситель вновь покрылся чёрными полосами. — А ты умён… Но уже ничего нельзя изменить. Вы не сможете ничего сделать, зато обо мне наконец-то забудут! — Итер вздрогнул, подняв затуманенный взгляд на лицо Девы. В мгновение его едва не стошнило, потому что он помнил такое выражение лица слишком отчётливо, чтобы просто так выкинуть этот образ из головы. Да, он заплатил много и за побег, и за проживание в лесу, но платить ещё больше он был не готов. — Х-хватит… Я не последую за сердцем тьмы… Я больше не хочу слышать эти голоса… Прекрати! — дрожащими руками он оттолкнул её от себя, неловко ударившись плечом о каменные плиты. — Дитя, моё милое Дитя, — хрипя произнесло нечто, и парень потянулся, чтобы прикрыть рот ладонью. О, он узнает этот голос из тысячи… Нет, он не вернётся в те времена. Он не повторит своих ошибок. — С твоей помощью лес переродится… Просто доверься мне… Теперь в тебе течёт моё знание… — некогда мелодичный голос, стал больше похож на булькающий смех смешанный с хрипами. Лицо Создательницы преобразилось и стало настолько отвратительным, будто это было едва ли не то самое первое чудовище, про которые ему рассказывали. — Слушай… Слушай старую песню… Она укажет тебе путь… — Назад! — крикнул Хейзо и, швырнув в тварь ветряную сферу, оттащил Спасителя подальше. — Не подходи к… этому. — И каковы же твои истинные намерения? — поднявшись, Скарамучча холодно взглянул на нечто, прикинувшееся Создательницей. — Должен признать, у тебя даже получилось меня обмануть. — Мои выше цели твоего понимания. Вы хотите просто использовать Дитя для спасения леса, но никто из вас не подозревает даже близкий уровень его возможностей. С моими знаниями и его силой… Мы сможем создать новый лес… Там наконец-то все будут равны и не придётся ни от кого избавляться… — Это Создательница... П-просто… Её сознание отравила тьма… — хрипло произнёс Итер, приподнимаясь на дрожащих руках. Холодный ветер тут же помог ему сесть. Пусть из-за множества воспоминаний он не мог понять, как ему стоит правильно поступить, но он был уверен в одном. — Ты не можешь освободиться из-за сердца тьмы, верно? — Дитя… Ты должен… Именно… Замолчи! — Создательница с силой сжала волосы и, оттянув их с силой, так быстро меняла свои два сознания, что парень не мог разобрать что она говорила. — Просто оставь меня… Забудь про мой покой… Скарамучча едва слышно выдохнул, метаясь в сомнениях. Он не понимал, что происходило на его глазах. В одно мгновение всё его естество начало отвергать Создательницу. Что же не так?.. — Мой милый ветерок… Она не простит тебя! Я та, кому отдала верность Райден… Просто дай мне вырвать воспоминания о себе из… Новая «я» ждёт тебя… — Это бесполезно, — наконец выдохнул Кадзуха, впервые за долгое время что-то сказав. — Единственное, что в наших силах, это даровать ей покой. Она сама скоро рассеется, присоединившись к сердцу тьмы. — Н-но как же… Мы же можем что-то сделать для неё! — со слезами на глазах выпалил Спаситель, сжимая кулаки до боли. Всё его тело трясло, болело, не в силах совершить простое обыденное действие. Почему в этот раз он ничего мог сделать? Он же столько всего сделал, благодаря своим силам! Прикрыв глаза и, медленно выдохнув, Итер попробовал вспомнить, тот момент, когда он впервые встретился с Венти. Да, тогда он смог заставить цветы распустить на песчаном дне, а значит сейчас он может попробовать очистить душу Создательницы перед её исчезновением?.. Что ж, по крайней мере он должен попытаться. — Хейзо… — Что такое, Спаситель? — вопросительно наклонил голову парень, краем глаза наблюдая за переговорами Скарамуччи и Кадзухи. — Придержи моё тело ветром, пока я попытаюсь очистить исчезающую душу Создательницы, — Итер взглянул на свои конечности и, поняв, что времени у него немного, прикусил губу. — Но ты ведь не в стабильном состоянии, — нахмурился Хейзо. — Но могу… Хорошо, только осторожно. — Спасибо. Через мгновение Спаситель почувствовал как его тело подняло и удерживало прохладное дуновение ветра. Это было странное ощущение, но в большей степени оно было приятным. Чем-то оно напоминало ему былые времена, когда он играл со своими братьями и сёстрами. Подняв руки к небу, на мгновение Итер застыл и, почувствовав на кончиках пальцах тепло, двинулся вправо. Тут же духи подхватили новую мелодию, которая была такой тёплой и нежной, каким был лес, когда Итер только пришёл в него. Она вызывала множество воспоминаний и приносила какое-то принятие всего произошедшего. Пусть, Итер и не мог помочь себе сейчас, но он хотя бы мог помочь прошлой Создательнице, чьё состояние в любой момент могло измениться и она начала бы всё уничтожать. — Он идиот?! — в сторону громко раздался голос Скарамуччи, но Итер его не слышал, поглощённый своей основной задачей. За всё то время, пока он, можно так сказать, отсутствовал в реальности, поглощённый потоком воспоминаний, он многое узнал, и, наконец, увидел настоящую версию событий вековой давности. Он видел как только зарождался лес, затем жизнь в нём, как появлялись духи, ветра, Хранители. Как красиво расцветали и позже печально увядали цветы и деревья, не имеющие сил сопротивляться недолгой жизни. Но в то же время он видел пожары, наводнения, смерти, кровь и борьбу… Давнюю борьбу, о которой ему рассказывали. Сильные пожирали слабых, и лес тогда был в полном хаосе, в каком был дворец, во время его побега. Вся тьма и чернь буквально лилась из почвы, капала сладким нектаром с бутонов и текла по бурным течением рек. А потом вновь среди всего этого мрака проглянул свет надежды. Появились Спасители, чьи судьбы сковали оковами все жители леса, но в итоге удерживали только Ветра. Он видел последнее масштабное противостояние, где было отдано множество жизней, только, чтобы остановить разбушевавшееся сердце тьмы. Кровь тогда окропила землю подобно дождю, а клёкот птиц сменили слёзные крики и отчаянные плачи. С рваным выдохом Итер открыл глаза и обнаружил, что окончил танец прямо перед прошлой Создательницей. Он сидел на коленях и протягивал к ней руки, прося разрешение на исцеление. Позднее, но успокаивающее, как последний счастливый день перед смертью… Итэр знал, точнее видел своими глазами, каково это, умирать мучительно, не в состоянии найти покой. — Ваша душа не знала покоя долгие века, поэтому позвольте мне дать Вам заслуженный отдых без кошмаров, — мягко произнёс Итэр, чувствуя, как дрожь в теле усилилась. Перед глазами всё предательски начинало плыть. Времени оставалось совсем мало. — Нет… Я не могу забыть это всё! Они все умерли ради меня! — Нет, они наоборот хотят, чтобы Вы наконец отдохнули. Ваша миссия по защите леса на этом закончиться, потому следующая «Вы» встанет вместо Вас, — парень сочувствующе взглянул на дрожащие ладони, робко протянутые к нему, после нескольких минут молчания. Дева колебалась. Он чувствовал как за ним внимательно следили, но упорно продолжал своё дело. Несмотря ни на что он должен был успеть. Спаситель мягко положил свои ладони на другие и, прикрыв глаза, неспешно напел колыбельную, которую ему однажды спел Венти. Когда же это было?.. Точно не в лесу, тогда где же?.. Мягкое тепло растеклось по его ладоням, и вмиг вокруг них разрослись белые изящные дурманы, будто защищая их от прерывания ритуала. Никто из ветров не сдвинулся с места. Оставалось каких-то несколько жалких мгновений, прежде чем ему в ответ начали подпевать. Сознание бывшей Создательницы удалось успешно очистить, что несказанно обрадовало Итера. — Дитя, твои поступки не будут забыты… Я вижу будущее всех, но твоё — мне не открыто. Поэтому, пожалуйста, выбери его себе сам, хорошо? — Дева мягко улыбнулась и, мягко обхватив его лицо напоследок, начала растворяться, рассыпаясь на множество маленьких огоньков. Отчего-то, будто чувствуя странный порыв, он потянулся к ней, чтобы прикоснуться, но было поздно. Бывшая Создательница почти растворилась, и лишь тепло от прикосновения к огоньку было последним напоминанием о ней. — Это конец? — спросил Хейзо, вновь подхватывая Спасителя сгустками ветра, чтобы тот смог мягко осесть на землю и не упасть, после внезапного резкого подъёма. — Почти, осталось одно незаконченное дело, но в итоге его решать не нам. Ну, Скарамучча, диктуй действия, — улыбнулся Кадзуха, скрещивая руки на груди. — Мог уже и не прибегать к вежливости, — цыкнул холодный ветер, но замер, когда Итер сдавленно вскрикнул, прежде чем глухо упасть на землю. Чёрные линии, рассекающие его тело подобно трещинам стали толще, и теперь от них отходили более тонкие линии, словно это треклятая тьма разветвлялась, прорастая на теле парня всё больше и больше. Дыхание сбилось и теперь было настолько частым, будто Спаситель пробежал весь лес Акеграцелл кругом. — Успел… — едва разборчиво выдохнул он, прежде чем закрыть слипающиеся глаза и позволить тьме утащить его в далёкие воспоминания, которые он не помнил. Те шрамы, которые смогла вновь открыть она, но не смог он, поэтому и не помнил многое. Скарамучча среагировал первым и, подхватив Итера на руки, несдержанно рыкнул: — Открывайте портал в поселение. Без ушастого лекаря не справимся. — Так они же нас на шашлык пустят, если увидят, — нервно хмыкнул Хейзо, но после немого согласия Кадзухи подчинился. Времени на споры и подобные вещи времени не было. На кону стояла жизнь Спасителя, в этот раз в его руках оказалась сила, равная Создательнице. Но отправлять его на бой с сердцем тьмы никто уже не собирался. Ветра не знали, что заставило их отказаться от этой затеи, но раз уж карты повернулись не в их пользу, они должны были срочно исправить положение. Воздух рассекло бесформенным бледным пятном, которое постоянно изгибалось и меняло форму. Подобные порталы предназначались для мгновенного перемещения, а потому возник один единственный вопрос: — А он выдержит? — поинтересовался Кадзуха для чистого интереса? — Это неважно. Другого выбора нет, потому что если будем использовать обычный, Спаситель за время перемещения успеет окочуриться. — Твоя правда, — кивнул Хейзо, и они втроём поочередно исчезли в портале. Всё-таки у Спасителей оказывается были удивительные способности притягивать всех живых существ леса Акеграцелл к себе. Хотя, была высока вероятность, что плакучие ивы, дали бы Итеру покачаться на их ветвях, что не было позволено никому. Перемещение проходит мгновенно, как и было сказано. На удивление, Спаситель переносит перемещение достаточно стойко, и его давление даже не подскакивает и не падает. Что ж, парень оказывается даже более стойким, чем предполагалось первоначально. Дальнейшая дорога до домика лекаря проходит в молчании, которое прерывает хриплое дыхание Итера. Кадзуха, стоило им троим переместить, натянул на их компанию невидимую завесу, чтобы не привлекать слишком много внимания и, случайно не наткнуться на Верного Пса. Шанс этого был высок, учитывая всю ситуацию. Хотя, был высок и шанс, что их присутствие почувствует Венти… Три коротких глухих стука, нервное ожидание и последующие приближающиеся чертовски медленно шаги. — Что Вы?! — с порога вскрикивает Тигнари, но Хейзо тут же шикает и протискивается в здание. — Мы всё расскажем, только будь добр позаботиться о нём, потому что иначе он умрёт, — грубо объяснил Скарамучча, так же бесцеремонно вваливаясь в чужое жильё. Единственным, кто из их троицы входит вежливо и воспитанно, оказывается Кадзуха.