Я вижу будущее

      Высокие бетонные здания всегда казались Аккерману какими-то непривычно холодными. Наверное, поэтому он так сильно ненавидел жизнь в городе. Здесь было так пусто, несмотря на множество построек вокруг. Так холодно зимой и невыносимо жарко летом. Здесь было так шумно. Вокруг всегда царила суета. Люди всегда куда-то спешили. Хотя, будет правильнее сказать, что люди всегда куда-то спешат. Это раздражает. Не говоря уже о том, что неимоверно сложно найти место для парковки. Эта задача, порой, становится просто невыполнимой, поэтому приходится оставлять машину на обочине и молиться, чтобы никакой лихач не влетел в неё.       Благо, в этот раз мужчине повезло. Нашёл место он довольно быстро и сейчас просто стоял около своего автомобиля, выпуская изо рта колечки дыма. По правде говоря, это была не первая его сигарета за пятнадцать минут нахождения здесь. Может, уже пятая? Или шестая? Впрочем, это неважно, ведь уже после второй выкуренной подряд, он начал чувствовать себя ещё хуже, чем прежде. Во рту появился отвратительно горький привкус, а с каждой новой затяжкой к горлу подкатывал очередной приступ тошноты. Мерзкое ощущение, но оно хотя бы немного помогало притупить боль.       Леви безразлично бросил недокуренную сигарету на землю и сразу же затушил её, наступив сверху и слегка растерев по асфальту. Оставаться здесь и дальше было бессмысленно. Если приспичит, можно будет просто покурить на балконе. Так чего зря задницу морозить?       Аккерман запер машину и направился к знакомому подъезду. Как же давно это было… Прошло пять лет с тех пор, как он посещал это место в последний раз. Не самые приятные воспоминания, конечно, но оставаться в огромном доме в полном одиночестве сейчас ему хотелось ещё меньше, чем быть здесь.       Эрвин жил на двадцать третьем этаже, поэтому из его квартиры открывался довольно неплохой вид на город. Что ж, хоть что-то приятное во всём этом будет. Можно просто сесть напротив окна и долго смотреть на то, как со временем суток меняется и пейзаж.       Леви спокойно нажал на кнопку звонка и стал ждать, когда хозяин откроет ему дверь. Много времени это не заняло. Смит практически моментально среагировал и поспешил впустить гостя. Щелчок замка и через пару секунд двое мужчин уже пристально смотрели друг на друга. — Привет. — растерянно произнёс Эрвин. — Хм… — не дожидаясь приглашения, Леви проследовал в квартиру. Он около минуты оглядывал всё вокруг, прежде чем снять обувь. — Удивительно, здесь ничего не изменилось. — Ха-ха. Из твоих уст это звучит как упрёк, знаешь? — почесав затылок, спросил Эрвин. — Отнюдь. Это называется констатацией факта. — спокойно ответил Леви. И опять, не дожидаясь разрешения, он прошёл вглубь квартиры. — Ты так внезапно мне позвонил… У тебя всё нормально? — обеспокоенно спросил Эрвин. — Ага. Здоров, бодр и весел. — Леви вошёл в гостиную и направился к шкафу. Он открыл его и принялся усердно искать что-то. — Ты ведь всё ещё хранишь алкоголь здесь? — Что? Да, там, на верхней полке. — указав мужчине направление, ответил Эрвин. Он подозрительно принюхался. Ещё на пороге ему в нос ударил запах сигарет, но Смит списал всё курящих соседей. — С каких пор ты снова куришь? — А? Да где же оно…? — Леви шарил рукой по верхней полке словно слепой котёнок. Наконец, его пальцы нащупали прохладное стекло. — Нашёл. Замечательно. — Так, когда ты снова начал курить? — неодобрительно взглянув на мужчину перед собой, повторил свой вопрос Эрвин. — Недавно, ясно? С чего вдруг интересуешься? — Леви грубо открутил крышку у бутылки и плюхнулся на диван рядом с панорамным окном. Он сразу же сделал несколько глотков и, вздрогнув всем телом, выдохнул. — Ну и дрянь же пьёшь. — Эй, полегче. Это довольно крепкая штука. — Эрвин инстинктивно выставил вперёд руку, но почти сразу же опустил её. — Расскажешь, что происходит? — А что происходит? Я пришёл выпить. Одному мне… Неважно. Хочу напиться и отрубиться здесь. — Леви пожал плечами и сделал ещё несколько глотков прямо из горла. — Давай я тебе хотя бы стакан принесу. — растерянно предложил Эрвин. — Не нужно, мне и без него нормально. — повертев бутылку в руках, ответил Леви. — Так… Либо ты сейчас же говоришь мне, что случилось, либо… — Эрвин не смог закончить свою фразу. — Либо? — Леви усмехнулся. — Что? Неужели выставишь меня за дверь? — Нет. Конечно, нет… — Эрвин издал протяжный вздох. — Леви, я просто хочу знать, что случилось. — Моя сестра в больнице. — сухо ответил Леви. Взглянув на бутылку, он сделал ещё один глоток. — Что?! — ошарашенно выпалил вопрос Эрвин. Такого поворота он явно не ожидал. — Почему? Что случилось? — Потому что я ужасный брат? — печально улыбнувшись, ответил Леви. — А… Ты ведь должен быть сейчас рядом с ней. Она в порядке вообще? — растерянно спросил Эрвин. — Ненавидит меня, а в остальном вроде всё неплохо. — тяжело вздохнув, ответил Леви. — А где этот… В смысле, где Эрен? Почему он не рядом с тобой? Мне казалось, между вами очень тёплые отношения. — нервно кашлянув, сказал Эрвин. — Эрен… — Леви напряжённо сжал бутылку и уставился в одну точку. — Забудь о нём. Кстати, теперь тебе придётся самому разбираться со своим маньяком. Не думаю, что Эрен и дальше станет помогать. — В каком смысле? Да что у вас там вообще произошло?! — раздражённо спросил Эрвин. — Я прогнал его. — устало ответил Леви. — Чего…? Почему? Как? Я так и буду каждое слово из тебя клещами тянуть?! — недовольно глядя на мужчину, спросил Эрвин. — Моя сестра попыталась покончить с собой из-за того, что я переспал с парнем, который ей нравится! — раздражённо выпалил Леви. Он сделал ещё несколько глотков из бутылки и глубоко вздохнул. — Оказалось, что она призналась ему в своих чувствах, но Эрен сказал, что уже влюблён в меня… Поэтому я и прогнал его. — Поэтому и прогнал…? Леви, ты вообще головой думал в тот момент?! Зачем ты это сделал?! — ошарашенно спросил Эрвин. — Я с самого начала не должен был подпускать его близко… Знал ведь, чем всё закончится, но всё равно… Чёрт! Если бы я только не подпустил его так близко, ничего бы не произошло… — опустошённо глядя в пол, ответил Леви. — Где твой телефон? Немедленно звони ему и проси прощения! Что хочешь делай, но верни его! — недовольно заявил Эрвин. — Не стану. — напряжённо ответил Леви. — Хватит так себя вести! Звони ему немедленно! — раздражённо воскликнул Эрвин. — Сказал же, что не стану этого делать! — разгневанно прокричал Леви. Он сразу же осёкся и глубоко вздохнув, спросил: — Тебе то до него какое дело вообще? Ты ведь изначально не хотел, чтобы посторонние вмешивались. Что изменилось? — Это так, но… — Эрвин глубоко задумался, прежде чем ответить. — Жаль мне этого парнишку. — С чего бы тебе его жалеть? — удивлённо спросил Леви. — А я уже не могу посочувствовать ему просто так? Это что, преступление? — Эрвин сжал пальцами переносицу. — Надеюсь, ты повёл себя более человечно и не сказал ему ничего жестокого. — Я сказал, что использовал его. — тихо ответил Леви. — Ты что…? Как ты мог такое сказать?! — ошарашенно спросил Эрвин. — Он продолжал так отчаянно цепляться за меня… Я… Я не хотел, чтобы он и дальше продолжал страдать! — раздражённо ответил Леви. — А сейчас ему как по-твоему? Думаешь, он от счастья прыгает?! — Эрвин был в шоке и не знал, как ему реагировать в данной ситуации. — Хватит! Давай закроем тему. — тяжело вздохнув, произнёс Леви. — Ты снова это делаешь? Опять выбираешь чужое счастье, вместо своего собственного? — печально взглянув на мужчину, спросил Эрвин. — Прекрати! Не тебе меня отчитывать! — раздражённо воскликнул Леви. — Я не отчитываю, а беспокоюсь. Это разные вещи. Разные! — от негодования Эрвин всплеснул руками. — Беспокоишься? — Леви нервно усмехнулся. Он презрительно взглянул на мужчину перед собой. — Если вдруг забыл, то ты просрал это право ещё пять лет назад. — Чёрт… И как долго ты ещё собираешься припоминать мне мою единственную ошибку? — напряжённо вздохнув, спросил Эрвин. — Так ты это называешь? «Ошибка»? — Леви забарабанил пальцами по бутылке. — Твоя «ошибка» разрушила мою жизнь! Всё, что я так долго строил! Всё, к чему так долго шёл! Эрвин, ты меня предал. Растоптал. Окунул меня в такую грязь. — И кто же в этом виноват?! — недовольно спросил Эрвин. — Что ты сказал? — взгляд Леви за секунду стал убийственным. — Значит, в том, что ты свой член в штанах удержать не можешь, виноват я? Хочешь сказать, что это я вынудил тебя? — Чёрт, я же не об этом… — Эрвин нервно закусил нижнюю губу. — А о чём тогда? — Леви внимательно смотрел на мужчину перед собой. Он сжимал бутылку с такой силой, что, казалось, она может вот-вот лопнуть. — В чём ещё меня обвинишь? Может в том, что я подложил под тебя собственного пациента? Думаешь, я надавил на него и заставил с тобой переспать? — Нет, я… — Эрвин не знал, что сказать. — Он был ребёнком. Травмированным ребёнком! — раздражённо воскликнул Леви. — Этот травмированный ребёнок глаз с меня не сводил. Постоянно вис на мне, пока ты не видел. — Эрвин ляпнул это, явно не подумав. — Ему было шестнадцать лет. Шестнадцать лет, Эрвин! Он несколько раз пытался покончить с собой из-за издевательств в школе! Этот парень признался мне, что его изнасиловал тот, кого он считал своим лучшим другом… Он был разбит и сломлен. Нуждался в помощи! Он так отчаянно желал любви, а ты просто воспользовался им! Думаешь, после всего этого есть хоть какое-то оправдание твоему поступку? — с отвращением глядя на мужчину, спросил Леви. — Оправдание? Оно и правда так тебе нужно? — Эрвин усмехнулся. — Хорошо, ты его получишь. Тебе было наплевать на меня! Я столько раз пытался с тобой поговорить, но ты был вечно чем-то занят. Этот парень… Чёрт, это лучшее, что со мной случалось! Впервые кто-то смотрел только на меня и не видел больше никого! Впервые я целиком и полностью занимал чьи-то мысли. Хоть представляешь, как с тобой нелегко? Ты же был помешан на своей сестре! И до сих пор не видишь никого, кроме неё! Тебя вообще больше ничего не заботит! — Тогда стоило просто порвать со мной. Если тебе было так плохо, зачем изменил мне, а потом продолжал, как ни в чём не бывало, трахать меня?! Нравилось ощущать свою безнаказанность? Так хотелось посильнее унизить меня? — раздражённо спросил Леви. — Нет. Я любил тебя. Правда любил, Леви. — Эрвин стыдливо отвёл взгляд. — Не смей говорить о любви. Отвратительно. Тебе даже не хватило смелости, чтобы признаться мне во всём. Ты и эту ответственность возложил на другого. Если бы не тот парень, я бы так и остался дураком. Продолжал бы верить, что у нас с тобой счастливые отношения… — Леви прикрыл рот рукой. — Знаешь ли ты, что я чувствовал тогда? Мне казалось, что всё моё тело покрыто грязью. Каждый раз, когда кто-то касался меня, я чувствовал тошноту. Меня буквально наизнанку выворачивало от этого. Я из дома нормально выйти не мог. Не мог больше принимать пациентов. Мне было так паршиво, что жить не хотелось. Если бы не моя сестра… — Мне жаль. Я не пытаюсь переложить вину на тебя, правда, но… В отношениях состоят двое. И они в равной степени несут ответственность за всё. Нельзя сделать одного монстром, а другого выставить ангелом. — говоря это, Эрвин нервно выкручивал свои пальцы. — Я был тем, кто окончательно разрушил наши отношения. Но именно ты был тем, кто положил этому начало. — Снова старая песня? — раздражённо фыркнул Леви. — Не старая. Сейчас она актуальна как никогда. — Эрвин сделал глубокий вдох и продолжил: — Я понимаю, почему ты тогда выбрал не меня. Твоя сестра была ребёнком и нуждалась в тебе. Но вот сейчас… Она больше не та маленькая девочка. Ей уже восемнадцать. Я просто хочу знать, как долго ты ещё будешь выбирать её, а не себя? — Это тебя не касается. — недовольно ответил Леви. Он снова прижался губами к горлышку бутылки и начал жадно втягивать её содержимое. — Ты прав. Однако, ты здесь со мной. Продолжаешь разговаривать, несмотря на всю свою неприязнь. Признайся, что тебе сейчас очень плохо. Ты страдаешь, потому что умом понимаешь, что натворил. Тебе хреново от того, что ты, возможно, никогда больше не увидишь его. — Эрвин говорил спокойно. Он наблюдал за реакцией Аккермана. Ему хотелось, чтобы тот выплеснул всё, что чувствует. — Плохо ли мне? — Леви поджал губы, глядя в пол. Отрицать что-то было очень глупо. — Да. Мне и правда плохо. Хреново, как ты и сказал. Поэтому я здесь. Хочу просто напиться и забыться. Пусть это и не продлится долго. Хочешь знать, почему я пришёл к тебе? Потому что у меня больше никого нет. Я пришёл сюда, потому что весь мой чёртов дом наполнен им! Каждый уголок хранит воспоминания о нём. И когда я думаю, что мы больше никогда не встретимся… Я хочу пойти к нему. Хочу обнять его. Я хочу быть с ним, но не могу… — Из-за Микасы? — тяжело вздохнув, спросил Эрвин. — Нет. Потому что я жалкий трус, который боится собственного счастья. — Леви невольно рассмеялся. Это был самый настоящий смех отчаяния. В нём скрывалось столько боли, что Эрвин с трудом сдержал свой порыв обнять этого мужчину. — Я лишь слегка ощутил его и сразу же сбежал. Это глупо, правда? Смогу ли я когда-нибудь жить как раньше? — Не сможешь. Ты его не забудешь. Отныне, везде, куда бы ты ни пошёл, станешь искать его глазами. В толпе будешь видеть его лицо. Захочешь окликнуть, но он тут же испарится. Ты повсюду будешь ощущать его запах. Не сможешь спать, есть, дышать нормально. Ты не сможешь жить без него. — голос Эрвина звучал спокойно, но едва различимые печальные нотки выдавали его истинный настрой. — Говоришь так, будто сам через это проходишь. — устало произнёс Леви. — Кто знает…? Всё может быть. — с улыбкой ответил Эрвин. — Я могу остаться здесь? — взглянув на мужчину затуманенным взглядом, спросил Леви. — Конечно. Можешь свободно пользоваться всем, что видишь. Я схожу, проветрюсь, заодно в магазин заскочу. Ты, наверное, голоден. — Эрвин начал собираться. Мужчина, сидящий на диване, кажется, не обратил на это особого внимания. Сейчас он был слишком занят своими мыслями. — Как ты там, Эрен? Нормально ли добрался до дома? Ничего ведь не случилось? Ты же не заливаешься слезами сейчас? Хочу тебя обнять. Прости меня. Пожалуйста, прости меня… Прости, что я такой трус… Я люблю тебя. — Леви уставился в окно, размышляя обо всём. Кажется, он только сейчас начал осознавать, какую ошибку совершил. Если бы только была возможность всё вернуть назад, он бы никогда не сказал тех слов. Неважно, что случилось бы потом…       Аккерман вздрогнул, услышав хлопок входной двери. Кажется, Эрвин сказал, что собирается зайти в магазин. Но есть совсем не хотелось. Единственное, что нужно было мужчине сейчас — это ещё одна бутылка крепкого. Хорошо, что этого добра у Смита оказалось навалом. Пришло время заняться тем, чем психологи, как раз, заниматься то и не рекомендуют. Время утопить все свои печали в море алкоголя.

•••

      Прошёл, примерно, час с тех пор, как Эрвин занял это место за барной стойкой. В подобных заведениях он был нечастым гостем. Мог иногда выпить с коллегами, но предпочтение всё же отдавал тихим домашним посиделкам с бутылкой один на один. Так ему было куда проще настроиться на нужный лад. Да и никто не крутился вокруг. — Хэй, привет. Ты здесь один? — сбоку раздался уж больно слащавый голосок какого-то парня. — Не интересно. — даже не повернув голову, ответил Эрвин. Он залпом осушил стакан виски и подтолкнул его к бармену. Тот понял всё без слов. — Не интересно, говоришь? Это только снаружи. Внутрь то ты не заглядывал. — рассмеявшись, ответил навязчивый паренёк. Он по-хозяйски положил свою руку на мужское плечо. — Я же сказал, что мне такое неинтересно. Пошёл на хрен. — недовольно сбросив с себя руку паренька, выдал Эрвин. И что это вообще такое?! Это ведь самый обычный бар! Так какого чёрта за час к нему подходит уже третий «мистер загляни ко мне внутрь»? — Грубиян! Мог просто сразу сказать, что не стои́т! — обиженно выпалил паренёк, прежде чем убежать в негодовании.       Смит, наконец, вздохнул спокойно. Теперь его ничто и никто не будет отвлекать от свидания с горячительным. Он бы мог выпить и дома, но атмосфера там была, мягко говоря, гнетущая. Да и разговор о прошлом лишь сильнее усугубил её.       Эрвин и сам не понял, в какой момент снова начал думать о том парне. Ему казалось, что всё давным-давно забыто. Ведь тогда… Сразу после того, как этот мальчишка рассказал обо всём Леви, пропал. Словно сквозь землю провалился. И как мужчина не пытался, так и не смог его найти. Это удручало. В ту ночь он столько говорил о своей любви, а на утро просто исчез, не оставив даже записки. Из-за этого между ними так и осталась некая неразрешённость. — Ваа… И сколько можно думать о нём? Хватит уже. Пора заканчивать. — Эрвин залпом осушил содержимое стакана и с глухим стуком поставил его на столешницу.       А ведь и правда, пора прекращать думать об этом парне. Он наверняка уже всё забыл и живёт счастливой жизнью. Скорее всего он даже не узнает Эрвина, если случайно столкнётся с ним на улице. Так почему же…? Так глупо! Глупо!       Почему же Смит не может выбросить из головы его лицо? Почему не может забыть эти шелковистые и мягкие блондинистые волосы? Почему же его голубые глаза никак не оставляют в покое? Почему же он до сих пор помнит вкус его губ? Почему не может забыть это хрупкое худощавое тело? Нужно забыть! Давно пора выбросить это из головы! Да… Это будет правильно… Определённо правильно… Правильно? Тогда почему мужчина продолжает искать в толпе его лицо? Почему продолжает слышать его голос? Почему продолжает чувствовать его прикосновения? Может, это болезнь? Определённо точно болезнь. — Добрый вечер. Вы здесь один? — и снова сбоку раздался мужской голос. Все парни в этом баре сговорились что ли?! — Не интересно. — уже в четвёртый раз произнёс эту фразу Эрвин. — Ах, как жаль… Я надеялся, что хоть немного заинтересую тебя, Эрвин. — спокойно произнёс парень. Только сейчас Смит уловил знакомую интонацию в его голосе. Неужели? Он резко развернулся, чтобы лично убедиться, что окончательно спятил, но, видимо, это придётся немного отложить. — Ты! — растерянно воскликнул Эрвин.

•••

      Жаркий, горячий, наполненный страстью, по-настоящему животный поцелуй. Грубо распахнутая дверь. Смятые в один миг простыни. Едва уловимый аромат жасмина, который окутал комнату. — Не ожидал, что когда-нибудь ещё встречу тебя. — тяжело дыша, произнёс Эрвин. Он прижал парня к кровати и начал жадно покрывать его шею поцелуями. — Ха-ха… — юноша тихо рассмеялся, запустив руку в волосы Смита. — Кажется, это я должен был сказать. Не ожидал, что ты до сих пор помнишь меня, Эрвин. — Помню ли я? — Эрвин резко отстранился, чтобы вновь взглянуть на юношу перед собой. Бледная, как и пять лет назад, кожа, которая сейчас горела явственным румянцем. Растрёпанные в порыве страсти блондинистые волосы. Бездонные глаза, в которых даже самой тёмной ночью отражались бескрайние голубые просторы. — Как жестоко с твоей стороны сказать такое. Я никогда не забывал. Ни на секунду, с той самой ночи. Ты был в моих мыслях всегда. — Настолько запал в душу? — недоверчиво взглянув на мужчину, спросил юноша. — Настолько. — Эрвин наклонился ниже и, не раздумывая, поцеловал парня. Глубоко, жадно, страстно. Словно зверь, желающий без остатка проглотить свою жертву. — Где же ты прятался все эти пять лет? Хоть представляешь, как долго я искал тебя, Армин? — Где я был уже не важно. Сейчас же я здесь. — медленно облизав верхнюю губу, ответил парень. — Хаа… Серьёзно? Ты так ничего мне и не объяснишь? — недовольно сжав руки юноши, спросил Эрвин. — А ты так хочешь поболтать? Не думаю, что сейчас подходящее время. Только взгляни, так думаю не только я. — Армин неожиданно прижался к паху мужчины своим и слегка потёрся. — Ну, оставим весёлые беседы до утра? — Чёрт, ты… — прикусив нижнюю губу, произнёс Эрвин. — Я покажу тебе, насколько опасно дразнить дикого зверя. — Вперёд, ведь я тоже очень долго ждал этого. — усмехнувшись, ответил Армин.

•••

      Ночь сменилась утром. Жар ушёл и наступила приятная прохлада. Сквозь плотно задёрнутые шторы начали проклёвываться первые солнечные лучи. Эрвин сонно потянулся и легонько приобнял что-то тёплое рядом с собой. Всё ещё приятно пахло жасмином. Тепло и так успокаивает… Стоп. Минуточку…       Мужчина резко открыл глаза и с трудом не свалился с кровати от неожиданности. Перед ним лежал уже знакомый парень. Правда, слегка повзрослевший с их последней встречи. Его бледная кожа была покрыта ярко-красными следами. Он выглядел так, будто очень крепко спит.       Смит нервно оглядел комнату. Не его… Что же вечера произошло? Он ведь просто выпивал в баре, а потом… Потом к нему подошёл Армин. Как они оказались здесь? Что делали? Глупый вопрос… По оставленным следам и разбросанной одежде всё понятно и так. Боже, что же он наделал? Снова? Сколько же он выпил? Да, он был пьян, поэтому это и случилось… Стоп. Алкогольное опьянение ведь считается отягчающим обстоятельством. Нельзя использовать его как оправдание! Как этот парень вообще оказался в том баре? Почему подошёл? Чёрт, это сейчас неважно! Нужно как можно быстрее уйти.       Эрвин аккуратно выбрался из-под одеяла, чтобы случайно не разбудить спящего рядом юношу. Он принялся разыскивать свою одежду. Трусы. Носки. Носок? Где второй? Ага, вот и он! Так, дальше брюки. Брюки, брюки, брюки… Где же они? На полу нет. Под кроватью? Тоже ничего. Стоп, на столе? Серьёзно? Ладно, об этом можно подумать и потом. Рубашка. А вот и рубашка.       Наспех одевшись, мужчина подошёл к двери. Он замер, никак не решаясь открыть её. Повернул голову, чтобы ещё раз взглянуть на парня, которого так долго искал и, наконец, покинул комнату.       Смит чувствовал себя немного потерянным, уходя вот так. Не оставив ни записки, не попрощавшись. Хотя, это, пожалуй и не требовалось. Ведь они с Армином попрощались уже давно. Ещё тогда, пять лет назад, когда он просто внезапно исчез, даже не назвав причины. Вновь встретившись, они переспали, но это ничего не меняет. Прошло слишком много времени. Интересно, сведёт ли их судьба снова? Вот бы этого не произошло, ведь никому из них от этого не будет лучше. Всё станет лишь хуже. Страстная ночь послужила отличным началом, пусть же послужит таким же прекрасным концом. — Прощай, Армин. — как-то печально произнёс Эрвин, прежде чем закрыть за собой входную дверь.

•••

      Смит вернулся домой без настроения. После выпитого алкоголя в висках пульсировало. Через несколько часов ему нужно было быть на работе. Да ещё и дом, который раньше служил уютным местом для ночлега, теперь превратился в притон. Спасибо, что обошлось без граффити на стенах.       Эрвин тяжело вздохнул, запнувшись о пустую бутылку. Она с громким звоном закатилась под диван, странным образом не разбудив того, кто на нём спал. Хотя, ничего удивительного в этом всё же не было. Одна. Две. Три. А четвёртую так и не добил до конца. Видимо, просто уснул на середине. Как ему только удалось выпить столько в одиночку и не умереть? Магия какая-то.       Мужчина взглянул на спящего Аккермана. Его лицо выглядело таким измученным. И как на него злиться? В конце концов ему и правда плохо. Хотя он тот ещё дурак. Зачем страдать, когда твоё счастье прямо перед тобой? Нужно лишь руку протянуть и ухватить его покрепче. — Ха-ха… А мы с тобой похожи больше, чем я думал. — Эрвин печально усмехнулся. — Оба просрали своё счастье. Это так раздражает.       Смит наклонился, чтобы поднять пустую бутылку. Он на секунду замер, держа её в руках. В голову неожиданно закралась мысль о том, что было бы, если бы он остался. Что было бы дальше, если бы ему только хватило на это смелости? Они бы поговорили по душам? Выплеснули бы друг другу свои чувства? Был бы у них шанс на что-то? — Я такой идиот, раз думаю об этом. Прошло ведь пять лет, мне пора бы уже забыть и жить дальше. Но я не могу… Всё ещё не могу отпустить его. Глупо, правда? Мы всего раз переспали, а я угробил столько времени. — Эрвин аккуратно поставил пустую бутылку на стол и сел в кресло. — Леви, как сильно ты разозлишься на меня, если я прямо сейчас возьму твой телефон и позвоню Эрену? Может, именно так мне и следует поступить? Что думаешь? — в ответ раздалось лишь тихое посапывание. — Не моё дело? Ты прав, абсолютно точно не моё. Но, кто знает… Может, тогда хоть у кого-то из нас появится шанс на нормальную жизнь. Как считаешь, правильно ли это?

•••

— Эрен, твой брат уехал. Не впустишь меня? — Жан уже несколько часов сидел под дверью, пытаясь достучаться до лучшего друга. Пока безрезультатно. Тот ни на что не реагировал. — Эрен, пожалуйста… Я очень переживаю. Ты пугаешь меня своим молчанием. Ну? Открой, пожалуйста.       И снова она… Тишина, скрывающая за собой боль. Даже через дверь она ощущалась довольно отчётливо. Это пугало. Её было так много. В ней можно было утонуть. Боль, за которой, словно верный щеночек, следует отчаяние. — Эрен? Ты ведь там? Не хочешь говорить со мной? Я не заставляю тебя говорить, просто открой дверь. Пожалуйста, позволь мне посмотреть на тебя. — ответа не было. За дверью никто не шуршал, не плакал, казалось, что даже не дышал. От этого становилось ещё страшнее. В голову лезли разные нехорошие мысли. — Я принёс тебе сладенького. Открой, чтобы мы могли вместе всё съесть.       С каждой секундой Жан переживал всё сильнее. Чем дольше его друг молчал, тем больше внутри нарастала тревога. Хотелось начать колотить по двери кулаками. Хотелось закричать. Хотелось заплакать. Он готов был к чему угодно, лишь бы привлечь к себе внимание. — Ты ведь знаешь меня, Эрен. Я никуда не уйду. Не сдвинусь с этого места! Если понадобится, я умру здесь от голода и жажды! Слышишь? — и снова оставленные без ответа слова. — Эрен, пожалуйста… Хочешь, я на колени встану? Ты только открой мне дверь… Позволь увидеть тебя. Прошу… Я очень хочу обнять тебя.       Жан не знал, какие ещё подобрать слова. Он никогда не был особенно хорош в этом. Мог лишь говорить то, о чём думал, то, что было на душе. Ему очень хотелось донести до друга, что тот не один. Есть человек, на которого он может положиться. Которому может поплакаться и открыть своё сердце. Ведь есть человек, который готов сколько угодно раз залечить раны. Человек, который всегда был рядом, всегда разделял с ним его боль. Он ведь здесь. До сих пор рядом. — Тебе сейчас очень плохо. Я не стану говорить, что когда-нибудь будет лучше. Не стану спрашивать. Я не стану поучать и осуждать. Эрен, я просто хочу быть рядом. Пожалуйста, впусти меня. Позволь мне, как и прежде, разделить с тобой твою боль. — Жан уже ни на что не надеялся. Если честно, он уже начал задумываться над тем, чтобы просто снять с петель эту чёртову дверь, но это не понадобилось.       Парень не знал, какие именно слова подействовали, но ведь важен был результат. Который, кстати говоря, оказался просто поразительным. Эрен, наконец, открыл дверь и теперь смотрел на своего друга сверху вниз. И этот взгляд был таким несчастным. И столько боли плескалось в этих изумрудных глазах. — Спасибо… — Жан резко поднялся на ноги и обнял друга. Он прижимал его к себе так крепко. Ему казалось, что тот мог в любой момент испариться, если его не держать. — Спасибо, что позволил мне обнять тебя.