Вторая смена. Жаркий июль

Утром в палату почему-то зашла Лена и велела будить ребят и вести их на зарядку. Володи нигде не было. И на линейке он не появился. Юрка уже начал беспокоиться, но тут совершенно неожиданно увидел, что Володя стоит с третьим отрядом. Лена перехватила его изумленный взгляд и шепнула: — Марине Ивановне срочно понадобилось уехать в город, и Ольга Леонидовна перебросила Володю на третий. Юлька-то одна не справится, у неё там те еще фрукты! Самый трудный возраст. — Надолго? Или он там теперь навсегда? — стараясь скрыть волнение, спросил Юрка. — Дня на два вроде бы. Но мы же с тобой справимся, да, товарищ помощник? — улыбнулась Лена. Так вот зачем его вчера позвала Леонидовна! Ну что ж, может, так будет лучше. Видеть Володю, быть все время рядом и знать, что между ними всё кончено, теперь уже бесповоротно, было мучением. Но всё равно Юрка не мог не смотреть на него, не любоваться его слегка вьющимися волосами, вспоминать, какими они были под его пальцами, их ни на что не похожий запах. На ямочки, которые появлялись на щеках, когда Володя улыбался. На его худые руки и стройные ноги… — Юра, а сегодня будет репетиция? — дернул его за рукав Антошка. — Я уже немного выучил свои слова. — А, ну да, будет. Я вас отведу. После завтрака, когда все пошли на речку, им в помощь определили физрука Женю, чтобы следить за детьми в лягушатнике. А Володя стоял поодаль по пояс в воде и смотрел, как ребята из третьего отряда играют в мяч. Тут же была и Юля в ярком открытом купальнике. Когда мяч попал к ней в руки, она кинула его Володе, но тот не заметил, и мяч чуть не сбил с него очки. Юля подскочила к нему: — Ой, Володечка, прости! Я не нарочно! — Ничего, я просто задумался. Всё в порядке. «Конечно, у него-то всё в порядке. Он просто вычеркнул меня из своей жизни!» — мрачно думал Юрка, наблюдая эту картину. На репетицию пришли все, хотя пока нужны были только Ольга, Георгий, Женя и Тимур. Юле всё-таки удалось уговорить Пашу Крюкова, но он явно был недоволен, что ему пришлось променять кибернетический кружок на театральный. Володя и Юля руководили процессом из первого ряда. Они, казалось, были очень увлечены и живо обсуждали подробности. Юля после каждой фразы добавляла «Да, Володь?» и трогала его за предплечье. И тот не отталкивал её руку и не смущался. Рядом с Юркой сидели его подопечные, сзади девочки, а перед ними вожатая четвертого отряда Таня, та, с которой Юля тогда курила за кинозалом. Олежка начал пересказывать свою роль, и Юрка понял, что надо и её переписать так, чтобы его картавость была незаметна. Тут к ним повернулась Таня: — Это кто тут так замечательно читает роль Коли Колокольчикова? — Это я, — гордо сказал Олежка. — Только я калтавлю, поэтому звучит смесно. — А хочешь я с тобой позанимаюсь? Я ведь учусь на логопеда. Может, у нас с тобой получится? — А что, Олеж, попробуй, — обрадовался Юра. Ему было жаль парнишку, над ним часто подтрунивали из-за этого дефекта речи. Решили, что Таня позанимается с ним во время репетиций, когда Олежка не будет участвовать в постановке. Пока читали роли, Юрке особенно нечем было себя занять, и он решил скоротать время до ужина в библиотеке, выбирая аккомпанемент. Аня пошла следом за ним. — Ты не против? Мне там пока тоже делать нечего. Юля пообещала написать мне список того, что понадобится, но пока не отдала. — Пойдем, — Юрка был рад поболтать с Аней. Это как-то отвлекало от грустных мыслей. Пока он перебирал ноты — хозяйство музыкального руководителя — Аня рассматривала старые альбомы с фотографиями. — Смотри-ка, а вот это не ты? Это альбом 83 года. — Я. Надо же, как ты узнала? — Ну ты всегда был заметной фигурой. Кстати, как тебе Наташа? — Нормально, а что? — По-моему, ты ей нравишься. Она меня всё время о тебе расспрашивает. Юрка молчал. Он и сам уже догадался об этом. — А она тебе нравится? — не умолкала Аня. — Не знаю, Ань. Я об этом не думал. — А ты подумай. Она хорошая девчонка. Вечером снова была дискотека. Юрка предложил подежурить в отряде после малышового отбоя, чтобы Лена могла отдохнуть. Та с радостью согласилась. По просьбе ребят он стал рассказывать им очередную историю. В этот раз это была не совсем страшилка. «Давным-давно недалеко от этих мест была усадьба. Там жила семья одного дворянина, и было у него три сына…» — Два умных и один дулак, — засмеялся Олежка. — Сам ты дурак, — шикнул Петя, — не перебивай. Юрка начал повествование о таинственном проклятии, преследовавшем этот род. Избавиться от него можно было только с помощью старинного кинжала, который братьям предстояло найти. Но тут дверь тихонько открылась. У него ёкнуло сердце — не Володя ли? Но это была Наташа. — Можно я тоже послушаю? Она примостилась на краешке Юркиной кровати. Когда тот закончил историю на оптимистичной ноте, притихшие ребята быстро уснули, и Наташа потянула его за рукав. — Пошли? Они вышли на улицу, в отдалении играла музыка. Юрка облокотился о перила веранды. — Не хочешь потанцевать? — Спросила Наташа. — Я не могу, я должен быть в отряде. Вдруг кто-то проснётся. Юрке совершенно не хотелось танцевать. — А пошли посидим на карусели, — предложила девушка. — Да ну, там сейчас сыро от росы, — только бы не вести её на ИХ место. Наташа встала рядом и тоже облокотилась о перила. — Ты так здорово рассказываешь. Тебе бы книжки писать. — Да ну, это так, ерунда. — Аня говорит, ты раньше ещё на пианино играл, а потом бросил. Почему? — Была причина. Но я снова начал немного играть. Вот буду аккомпанировать на спектакле. — А я не умею. Меня в детстве спросили, что я больше хочу — танцевать или играть, я сказала, что хочу быть балериной, ну меня и отдали на хореографию. Но для балета данных не оказалось. Из-за облака вышел месяц. Кое-где мерцали звезды, ветер шелестел в листве. Рядом стояла милая девушка, так что вечер казался вполне романтичным, да вот только у Юрки было тоскливо на душе. Он вздохнул, а Наташа, видимо, приняла этот вздох на свой счёт. Она положила голову ему на плечо, пушистые волосы защекотали шею. Юрку передёрнуло. Зачем эта девочка льнёт к нему? Но ему было так тоскливо и одиноко, что он рад был принять и такое проявление симпатии, поэтому не отстранился, а продолжал стоять и смотреть на небо. В этот момент сбоку раздались шаги. — Ой, извините, если помешал! Я только возьму куртку и уйду. А то комары злющие. «Володя. Ну почему он появился здесь в этот момент?! Он же всё неправильно понял! Теперь он точно думает, что мне есть дело до этой девчонки!» Юрка был в отчаянье. Он хотел побежать за Володей в вожатскую, сказать ему, что всё не так, как выглядит, но потом вспомнил — между ними всё кончено. Володя забрал какие-то вещи и ушёл. — Неловко получилось, да? — Наташа заглянула ему в глаза. — Ты иди, наверное, Наташ, я пойду посмотрю, всё ли тихо у девочек. — Ладно. Тогда пока, — она явно была расстроена отсутствием интереса с его стороны. — Пока. Разгулявшийся вечером ветерок принес тучу, и ночью зарядил дождь. Он барабанил по подоконнику, мешая спать. Обычно-то Юрка отлично спал под стук капель, а теперь они раздражали, барабанили будто не по жести, а по макушке. Он встал, надел спортивный костюм и куртку, и вышел на крыльцо. Ему показалось, что вдалеке мелькнул луч фонарика. Вдруг это Володя? Вдруг получится поговорить с ним? Им надо ещё раз объясниться. Юрка ринулся туда, где заметил свет. Но увы, это всего лишь раскачивался фонарь, оставляя на мокрой траве желтые блики. Сна не было совсем, и Юрка побрёл к «убежищу» за сценой. Скользнул в просвет между фанерными деревьями, пара шагов, и он упал лицом в подушки. Вроде взрослый парень, а так хотелось разрыдаться! Всё вышло из-под контроля и катилось чёрт знает куда! Почему нельзя быть с тем, кого любишь? Почему всё так глупо получается?! Под матрасом захрустел спрятанный накануне журнал. Юрка достал его, включил свет и стал читать дальше, чтоб отвлечься от навязчивых мыслей. Часов у него не было, и он не знал, во сколько закончил читать. Очень не хотелось идти обратно в отряд, но надо было взять себя в руки — на нём лежала ответственность за подопечных, а он решил вести себя как взрослый, чтобы Володя понял, он, Юрка, уже не ребёнок и не бросает слова на ветер!