The Last Laugh Ritual

      Небольших размеров упругий мяч чуть пружинит в руках и отскакивает от деревянного пола шатра - благо, песком засыпана только внутренняя часть самой арены. - Так..кхм, - После продолжительного молчания голос Игрока оказался хриплым, тихим и неприятно севшим, - Почему же, все-таки, именно клоун? - Дошутился, - Ответ емкий и лаконичный, но явно не от того, что Он не хочет разговаривать. Если бы это было так - Он и вовсе проигнорировал бы вопрос.       Клоун, однако, не удосужился даже взглянуть на собственного собеседника, будучи чересчур занятым чем-то явно, по Его мнению, более важным - сбором разбросанного инвентаря с песка арены, раскладыванию его, аккуратно и ровно, словно бы в согласовании с какими-то внутренними, одному только Ему понятными, стандартами. --Зачем ты придираешься? Все равно ведь сюда, рано или поздно, придет какой-нибудь новый любопытный смельчак и все, со страху, раскидает, как я, - Игрок откинулся спиной назад, сидя на полу шатра.       Спина уперлась во что-то твердое, но он уже даже не обратил на это внимания, сталкиваясь с подобным не в первый раз за последние...интересно, сколько же прошло времени. "Стена" позади должна была, по всем законам логики - да и физики - быть тканевой. На первый взгляд она таковой и казалась - развивалась и чуть топорщилась местами от ветра "снаружи", полы ее колыхались, материал выглядел мягким, легко сгибаемым, податливым, однако, стоило его коснуться, навалиться, хоть самую малость, весом тела - моментально замирал и каменел, не желая сдвигаться ни на миллиметр. Быть может, это было сделано для невозможности побега жертв из шатра - какого-либо выхода здесь не было, просто замкнутое круглое пространство. - Мне нравится процесс, - Отзывается клоун, - Он помогает успокоиться, расслабиться, упорядочить мысли.       В шатре вновь воцаряется недолгая тишина. Песок тихо шуршит, пересыпается под Его легкими шагами, руки в коротких белых перчатках собирают с него мячи и кегли, поднимают два тонких, разноцветных пластиковых обруча, отряхивают от песка - инвентарь оказывается сложен на яркий борт арены в одну линию. - Многие из тех, кто приходил сюда, сумели вернуться обратно в человеческий мир, - Хочется вывести клоуна на разговор, хотя бы заставить посмотреть на себя, поймать во взгляде что-то, что отдаленно напоминало бы нечто человеческое. - Ни один не сумел. - И много их у тебя было? - Достаточно.       Попытки, казалось, были безнадежны и тщетны. То, с каким покоем и апатией Он отвечал на все задаваемые вопросы, пугало и настораживало, постоянно держало в напряжении, не позволяя расслабиться и отвлечься. Правила игры подразумевали, что в случае проигрыша отважный игрок становится "игрушкой скорбного клоуна до скончания веков", однако, прошло уже, кажется, немало времени, а клоун даже не пытался ни то, чтобы притронуться к Игроку - он даже не подходил, даже не смотрел на него. При каждом чуть более резком, непривычно активном Его движении, мышцы всего тела напрягались и натягивались. Постепенно, от постоянного нахождения в стрессе, руки начали дрожать, похолодели, а лицо побледнело. Зрачки сузились, голова казалась противно легкой, в дополнение к этому - чувство тошноты практически не отступало. Сердце билось в нездоровом, рваном, загнанном ритме, тело прошибало болезненными мурашками. - Сколько прошло времени? С того момента, как я проиграл. - Ты хочешь, чтобы я назвал время вашего, обычного человеческого мира?       Вопрос этот показался глупым. Разве же другое время бывает? Исключая, конечно же, тот факт, что течение его внутри шатра казалось совершенно другим, артхаусным, истерзанным и безобразным. - Да. - Практически шесть часов.       Игрок опустил взгляд на все еще лежащий рядом мяч. Положил на него ладонь, пару раз перекатывая туда-обратно, будто бы от скуки, подтолкнул вперед. Мяч ударился о ножку ближайшей скамьи, откатился обратно и Игрок взял его в руки. Обнял, прижав к животу обеими руками и уткнулся лбом в собственное согнутое колено. - Ожидание убивает меня, покоя не дает, - Наконец-то решился тихо признаться он, - Я не знаю, что именно ты собираешься со мной делать и когда начнешь. Это ужасно страшно - ты кажешься таким спокойным, но в любой момент можешь взять и... - Хватит, - Тон клоуна оказался неожиданно резким и раздраженным, заставив Игрока вздрогнуть и чуть податься назад, в который раз уткнувшись спиной в твердую поверхность позади, - Довольно действовать мне на нервы так рьяно, будто я могу поделать что-то с твоим страхом. Я не могу вернуть тебя в мир людей, даже если бы сам того захотел - твое время вышло и все. Это - мое проклятие. Не мной придуман этот ритуал, не вы одни застреваете тут со мной - я застреваю с вами точно так же и это повторяется бесконечно. Это страшнее смерти.       Монолог был окончен. Он вышагнул из арены, перебираясь через борт и облокачиваясь на него правой рукой. Оглянулся вокруг, будто бы в поисках чего-то, наткнулся взглядом на Игрока, приподняв руки и заговорил. Тон Его вновь был спокойным, граничащим с безразличием. - Передай мне мяч, - Попросил клоун.       Игрок медленно приподнял голову, инстинктивно стиснув мяч крепче в собственных руках. Прижал его плотнее к телу, поднял глаза на артиста, чуть вжимая голову в плечи и заметил, как руки того медленно опускаются. Поймал, наконец, чужой взгляд и осознал, что смотрит Ему в глаза. Казалось, дыхание на секунду остановилось, легкие стиснуло ребрами от сдавливающего чувства чего-то неизбежного и страха. Со всех сторон словно надвигалось что-то темное и опасное, всепоглощающее и желающее захлестнуть с головой, отнять последние крупицы здравого смысла, сознания. Кромешный ужас и животный, первобытный страх. - Оставь себе, - Бросил клоун, покачав головой.       Он опустился на скамью в первом ряду, ближайшую к арене, перекинув через деревянную поверхность ноги так, чтобы оказаться лицом к Игроку, но, все так же, находиться на расстоянии от него. Артист не сводил глаз с собеседника и, казалось, даже не моргал, чуть склонив голову вбок, в мимолетной заинтересованности. Это чем-то напоминало Игроку поведение диких, агрессивных зверей : сделай одно неверное, неудачное движение, отвернись на секунду или глаза прикрой - окажешься растерзан в клочья. Игрок медленно, не разрывая зрительного контакта, стал подниматься на ноги. Одна рука по-прежнему прижимала к животу мяч, а второй он уперся на стену позади себя, ища опору. Сделал несколько несмелых шагов вперед, присаживаясь на скамью. Тот же ряд, где сидит артист вот только скамья - самая последняя, расположенная от него максимально далеко. - Пожалел таки?, - Губы Игрока тронула едва заметная усмешка. На душе, отчего-то, стало самую малость спокойнее. - Что? Еще чего не хватало. - Мяч-то - тоже инвентарь, а ты все на бортик выкладываешь, даже мелочи. - Не такая уж это и важная часть. Простой мяч, коих здесь с десяток наберется, стоит только поискать получше.       Клоун демонстративно наклонился вперед, опуская обе руки под скамью, а спустя пару секунд, выпрямился, держа в руках два маленьких мяча. Уложил их на длинное сиденье по бокам от себя, подтолкнул руками, позволяя прокатиться и упасть на деревянный пол, подскакивая после несколько раз с характерным звуком. - Видишь? - Кажется, по правилам игры развлекать тебя должен был я, а не наоборот, разве нет? - Я и не пытался развлечь тебя, - Именно в это мгновение Он позволил себе человеческий жест. Пожал плечами. настолько простое движение, почему-то, заставило Игрока облегченно выдохнуть, - Всего лишь показал, что ты - не прав, это совершенно не смешно. - Смешно, смейся, - Игрок бросил это так легко, будто бы разговаривал со старым другом, столь смело и непринужденно. Он тут же пожалел об этом, замер, сжавшись, затих, кажется, перестав дышать и взгляд его стал медленно приобретать испуганный, напряженный вид, как прежде. - Даже если бы я и смеялся - тебе это уже не поможет. Время вышло, основная задача игры более не имеет никакого смысла. - Надо же, - Игрок хмыкнул, чуть расслабляясь и выпрямляясь, - Не уж то тебе не чужда человечность? Мне все больше начинает казаться, что когда-то ты был самым обычным человеком, таким же, как и я. - Обычным человеком я не был никогда. Однако, ты подобрался весьма близко к разгадке.