Друг моей сестры

Глава 4

Потом они побежали, а охотники за ними, я тогда пересрался, конечно... — Юра восторженно продолжает рассказывать о фильме, который посмотрел на днях. М-да... Кусок в горло не лезет, а он за обе щеки уминает школьный пирожок. Есть вроде хочется, а как только кладу ложку в рот, тут же хочется всё обратно выплюнуть. Нет аппетита. Краем уха улавливаю знакомый смех. Там у них повеселее, чем у нас. — Они уворачивались, но в одного всё же попало, а потом... — обрывки фраз Юры доходят до меня, но умом я не здесь. Я там... За столом Павлова. И что же так бурно они обсуждают? — Дань, ау, ты слышишь? — рука друга пару раз помаячила возле лица. — Да-да, слышу всё. — положительно киваю и поворачиваюсь обратно к Юре. — О, Танька уже ждёт, ну, я пошёл! — с улыбкой встал, помахал и быстрым шагом пошёл к мойке, а потом и к своей возлюбленной. Эх... Вот почему даже на тупоголового Юру нашлась девочка, а я один уже последние лет 16. Несправедливо. Да я и сам в этом виноват. Разворачиваюсь с интересом к тому самом столу. Стучащие ложки и монотонный гул приглушают разговоры за столом Павлова, а так хочется послушать. После того дня, когда мы гуляли, он писал несколько дней и доставал меня глупыми вопросами или темами для разговоров, но уже последние три или четыре дня тишина... Неужели побесил, вымотал мне последние нервы и смылся? Хотя, пф... подумаешь... Мне же и лучше, будет только лучше, если больше не заговорим. Отворачиваюсь обратно к тарелке, но есть окончательно расхотелось. Встаю и иду к мойке. Краем глаза замечаю, что сзади меня стоит высокий парень, и я, конечно, же узнал. Узнал Павлова по запаху мяты. Уже готовлюсь к его приколам, но мне в спину прилетает лишь короткое: "Привет". Озадаченным взглядом отвечаю ему, но он уже не смотрит на меня. Идёт к своим друзьям, будто меня и вовсе нет, словно те слова сказал в пустоту. ............... Урок проходит мучительно долго, а за второй партой вообще от скуки помрёшь. Ох уж, этот четвёртый урок... Отпрашиваюсь и выхожу из класса. Иду естественно вниз, а что ещё делать? Ноги еле плетутся, сейчас помру... Может это на меня предстоящие экзамены так действуют? Открываю старую потёртую дверь, а ветер сдувает чёлку, которая теперь лезет в глаза. Погода отвратительная сегодня. Чьи-то холодные пальцы помогают её убрать, я тоже усердно пытаюсь это сделать. Когда наконец стал хоть что-то видеть, увидел Павлова собственной персоной, который держит сигарету в другой руке. Неудивительно. — Привет, Василёк, опять на уроках скучаешь? В последнее время я стал реже спускаться, потому что один раз чуть не спалили, но урок и впрямь скучный сегодня. Положительно киваю и иду к своей прилюбившейся стенке. Павлов видимо тоже её обожает, поэтому в миг появляется рядом. Вытаскиваю содержимое из кармана толстовки. — Девушку нашёл? — саркастически спрашиваю у него. С непониманием смотрит, выдыхает и отвечает: — Неа, наоборот, расстался. А чего вдруг? Неужели переживает? Поэтому не пишет ничего? Хотя вряд ли. Ему, видимо, вообще всё равно. — Меня перестал доставать. Хмыхает куда-то в сторону. Знал, что так сделает, поэтому от некой "победы" сам улыбнулся. — Но это было два месяца назад. А ты расстроился? — вновь улыбается, хотя я уже давно понял, что у него идеальные зубы. Сам знает это прекрасно, поэтому пользуется. Значит дело не в девушке. А в чëм же тогда? Я ему просто надоел? — Нет. — Ой, ну, конечно, вижу по глазам, что без меня не можешь. — А ты у нас экстрасенс?! —говорю более громче, наигранно удивляясь. — Можешь погадать, когда один наглый олень подавится своим вонючим дымом? — сердито говорю. — Хм... Дай-ка подумать, — закрыл глаза и положил два пальца на виски, предварительно выбросив окурок, потом схватил мою руку, пару раз провёл по ладони, — смутно вижу, но... Хм... Это случится... Когда... Когда ты поцелуешься с девочкой, — не выдержав, тихо рассмеялся, а потом добавил, — то есть никогда. — Дай сюда, — резко убираю свою руку и отворачиваюсь. —Да ладно тебе, с девочками встречаться уже не модно, с мальчиками лучше. — снова не упустил возможность подколоть меня. —Да-а? А ты у нас эксперт в этих делах? — наигранно удивлённо поворачиваюсь к нему. Ничего не ответил, лишь ещё раз выпустил дым. Как он до сих пор меня не прогнал? Я бы сам себя не выдержал, хотя его терпеть тоже нужны силы. — Дань, а можно сегодня.... — вдруг обратился Павлов. — Чё? — Да нет, ничего... Его лицо стало какими-то серьëзным, а потом он и вовсе полез в карман за наушниками и телефоном. Воткнул провод, а затем засунул один наушник в ухо. Посмотрел лишь раз на меня, а потом перевёл взгляд на соседнюю многоэтажку, которая блекло стояла напротив. Музыка звонко играла сквозь динамик, но мелодию я так и не расслышал, а может просто не знаю. В любом случае, мне пора идти. — Ну, я пошёл, — поднял руку в воздух, типо на прощание. В ответ он мне кивнул, даже улыбнулся краем губ и снова посмотрел вперёд себя. Странный какой-то. ............... Ногой пропихиваю свой рюкзак в комнату и иду на кухню. Открываю холодильник. Да что ж такое? Совсем ничего вредного, боже, скукота. Вот что значит жить с двумя девушками, которые сидят на диете. Мы с папой такое не поддерживаем, но выбора нет. Скоро должна вернуться Ленка, надеюсь она не вернётся прям сейчас, тогда я успею сбегать за чипсами в магазин у дома... Как только я об этом подумал, в дверном замке повернулся ключ. Облом. Хотел было выкрикнуть сестре: «вспомнил говно, вот и оно», но по голосу понял, что была не одна. Неужто привела своего хахаля к нам? Ну уж нет... Но мужской голос был мне до боли знаком. Голос, который эхом отскакивал от стен в подъезде, заставил меня проматериться себе под нос. Это ещё хуже, чем ухожёр сестры. — Проходи, да, можешь тут, — раздалось из прихожей, после того, как дверь закрылась. Зачем она его привела? Ну зачем?! Что они собираются делать? Домашку? Ну почему именно с ним?! Закатываю глаза, потому что знаю как пройдут следующие несколько часов или минут уж точно. — Он, наверное, на кухне, а может и у себя. Чтобы они ненароком не зашли ко мне, тут же откликаюсь, хоть очень не хотел: — Я здесь... к сожалению, — с грустной интонацией отзываюсь. Оба проходят на кухню. Сестра схватила с полки резинку и в миг собрала свои волосы. Павлов просто прошёл и сел напротив меня. — Ну и чё ты сюда пришёл? — Что? — отозвалась сестра, — ты же сам его пригласил. — она достала кружку и налила туда воду, стоя к нам спиной. Я не понимающе посмотрел на Павлова, хотел уже возразить, как меня тут же перебивают. — Эх, забыл наверное. Ну ничего, я же обещал помочь сделать тебе домашнее, поэтому обязан сдержать обещание. — А... Он встал, схватил меня за плечо и потянул на себя. — Не будем терять ни минуты и отправимся к тебе в комнату. — сказал он это для показухи, специально погромче, чтобы услышала сестра. Я ещё и слово вымолвить не успел, как меня заталкивают в комнату. Но прям у входа останавливаю его, после того как дверь захлопнулась. — Какого хуя?! — огрызаюсь и тут же отлипаю от него. — Привет. — улыбнулся, как будто всё нормально, — давно не виделись, вот, пришёл тебя навестить. — Не придуривайся, идиот, какого хрена ты тут? — Понимаешь... — Нет. — тут же отвечаю в ответ. — Мне срочно надо провести время плюс-минус два часа после школы, а потом я вдруг вспомнил, что у меня есть лучший друг моей лучшей подруги, — наигранно виновато улыбнулся и взглянул в глаза. За что мне всё это?! Ударяю кулаком по стене за ним и устало отворачиваюсь. Неужели не было никого другого, кроме меня? — Ладно, только выйди ненадолго, мне надо прибраться. А потом поможешь с домашкой, раз "обещал" — на последнем слове делаю упрекающий акцент, вспоминая его слова на кухне,— у меня есть проблемки. Он тут же повеселел и отозвался: — Отлично! Это я могу. И как я на это согласился? ............... Постукиваю пальцами по столешнице, грызя ручку, и внимательно слежу за цифрами, который Никита пишет на листочке. — Ты понял? — Да, вроде бы, да. Смотрю на задание и, быстренько сообразив, приступаю к новому. Теперь хоть стало понятнее, ему бы преподавать у нас математику. — Жарко у вас тут... — Ага, солнце днём выходит на наши окна. Повернулся к окну. Солнечный луч отражался на стене. Странно, что после плохой погоды умудрилось солнце выйти. Но это довольно красиво. Становится спокойно на душе от чего-то. — Можешь водички принести? — он оттянул футболку (которую успел переодеть у меня. Значит ещё с утра знал, что будет не дома), чтобы немного пропустить воздух. Пока мы решали задания последний час, он успел не только мне объяснять задания, но и поприкалываться, конечно, же. Поэтому я даже обрадовался, что сейчас могу над ним поиздеваться. — Да, сейчас принесу, — развернулся, а пока он не видит, я не сдержал ухмылку. Ну жди, гад! Прохожу на кухню и хватаю прозрачный затемнённый стакан с верхней полки. Наливаю воду из фильтра, и тянусь за солью. Вот теперь ты, Павлов, поплатишься за всё. Не жалея, кладу ложку соли и размешиваю воду. Так тебе и надо, умник. Так, а теперь главное не рассмеяться. Но перед своей дверью останавливаюсь и слегка улыбаюсь. — Вот, держи, — протягиваю стакан, стараясь лишний раз не смотреть на него. Берёт и подносит к губам. Делает небольшой глоток, а потом переводит взгляд на меня и спокойно выплёвывает обратно. — Дохлый приём, — протягивает стакан мне, вытирая рот о край моей футболки. Я резко вытянул её обратно, а он рассмеялся. — Ты... — агрессивно огрызаюсь, но замолкаю, потому что в соседней комнате сестра. — Знал бы ты, как я тебя ненавижу! — шёпотом обращаюсь к нему, а после разворачиваюсь. — Я тебя тоже люблю! — улыбнулся и поднял руку в знак прощания. ............... Прошло уже два часа с его прихода, я сделал всю домашку, потому что он мне и вправду помог. Хоть в чём-то полезен. Поднимаю голову в сторону часов, а потом перевожу взгляд на него. — По-моему, тебе пора. Павлов лежит на моей кровати, закинув ногу на ногу и вдупляет в телефон. И что у него могло произойти? Я в этой суматохе даже не спросил, хотя ему наверное не хочется об этом говорить. Ноль внимания. Встаю и иду, наклоняюсь над ним, упираясь одной рукой чуть правее от него, выдираю наушник и вставляю себе. Удивлённо смотрит на меня снизу вверх. — Тебе не пора? У меня скоро родители придут. — в такт качаю головой, а он приподнимается. Музыка неизвестная мне, на английском, но очень качает. Приятная на слух, но довольно депрессивная. — Да, пора. — на пару секунд замирает, смотря мне в лицо, но опомнившись встаёт и забирает наушник. — Спасибо тебе, ну, и Лене за всё. Правда. Кидает свои вещи в рюкзак и пожимает мне руку. — Что за музыка? — Могу в вк скинуть пару своих песен. — Своих?! Это твоя? Он усмехнулся, и положительно покачал головой. Провожаю его до двери и закрываю дверь. Хах, дружеское перемирие на два часа закончилось, видимо столько я могу его выдержать. Было весело, и всё-таки что у него случилось? Иду в комнату сестры и стучу три раза (так мы договорились делать). — Можно? — Ага, — лениво отозвалась из комнаты. Открываю дверь и направляюсь к её кровати. — А Павлов ведь отличник? — Никита? Чего это ты вдруг? — улыбнулась и сразу же ответила. — Да. — А как он себя ведёт в классе? Сестра задумалась, глядя на потолок, потом ответила: — На самих уроках сидит тихо, рисуя что-то на тетради, а может и пишет. Он вроде хочет стать репером. — сестра слегка усмехнулась, — порой любит отпускать шуточки. На перемене может устроить кипиш. Сейчас не такой активный, как раньше. В восьмом классе, помню, один раз смастерил баррикаду из парт, а потом они с жëстким грохотом рухнули, завуч тогда очень сильно ругалась. Но ему хоть бы хны, ему нравилось, когда на него обращали внимание. Однажды вообще принёс ящерицу, а потом потерял из виду, а наша девочка орала как не в себя, когда почувствовала, что по её ноге кто-то ползал. — сестра не сдержалась и засмеялась, переворачиваясь на живот. — Давай колись, зачем спросил. — Грустный он. У него какие-то проблемы? — Не знаю, — пожала плечами, — думаю есть что-то, хотя не уверена. Никита стал какой-то другой в последнее время, но я очень рада, что вы подружились. — Лена улыбнулась и толкнула в плечо. Так, ну, по-сестренски. — Мы н... ага, — замолчал на полуслове, всё-таки не хочется, чтобы сестра знала о том, что он пришёл просто отсидеться у меня, пусть думает, что я сам его пригласил. Если бы он хотел, то сказал бы ей. Пусть думает, что мы друзья, хотя таковыми мы не являемся.