Любовь и долг

— Какой план, Томас? — Антония спросила его на следующее утро. Весь предыдущий день она была просто дрожащим и рыдающим беспорядком, но ее разум снова был острым с новым утром. — Хм? — Томми что-то пробормотал и потер глаза. — Ты сказал мне, что у тебя есть план по установлению мира между семьями. — Она улыбнулась и поцеловала его в челюсть, когда его рука опустилась ей на спину, чтобы прижать ее тело ближе к своему. — Есть девушка - Эсме. Эсме Ли, — вздохнул Томми. — Ходят слухи, что ее репутация разрушена. Я устрою союз. Я имею в виду брак. Между ней и Джоном. — О, Томми, это хорошая идея? — Тоня нахмурила брови и закусила губу. — Ее репутация разрушена… И она хорошая пара для нашего Джона? Томми усмехнулся и покачал головой. Иногда она была очаровательна. — Любовь моя, она ангел, когда сравниваешь ее с Лиззи Старк. — Почему ты ее упоминаешь? — Потому что вчера это было кое-что, что Джон объявил во время собрания. Он сказал, что женится на Лиззи Старк. — Он сумасшедший?! Никакая Лиззи Старк не будет ходить с такой же фамилией, как у меня! — щеки Антонии начали гореть, когда она села и скрестила руки. — Никому не нравится эта идея. Полли, Артуру, мне… Никому. — Томми заверил ее и начал рисовать круги на ее бедре пальцами. — Итак, у меня есть идея. — Какая идея? — девушка посмотрела вниз, подняв брови. — Я поговорю с матерью Эсме — Зилфой Ли. Ты поговоришь с Лиззи Старк. — Поговорю с ней о чем? — Ну, не о том, о чем вы двое говорили раньше, конечно… — Томми напомнил своей жене ее прошлый разговор со Старк и усмехнулся, увидев ее смущенное лицо. — Потому что это не то, что тебе нужно, любимая. — добавил он и придвинулся ближе к ее ногам, чтобы нежно поцеловать кожу ниже колена, уткнувшись лицом в ее икру и покрывая ее поцелуями, как будто ее нога была самой красивой вещью на Земле. — Так о чем я должна с ней поговорить? — У меня такое чувство, что она лжет нашему Джонни бою, да? Так что ты просто спросишь ее о нескольких вещах, знаете, как это делают женщины. Отговоришь ее. Или будешь угрожать ей, если хочешь… — пробормотал Томми, все больше и больше зарываясь лицом в ноги своей жены, поклоняясь каждому дюйму ее кожи. — Когда? — Сегодня. — Тогда мне нужно идти. — Тоня ухмыльнулась и слегка пнула его по голове, прежде чем встать с кровати. — О, да ладно! — он воскликнул. — Только так получаются дети! — Шелби пытался убедить ее остаться. — Из поцелуев? — девушка усмехнулась и покачала головой, прежде чем открыть шкаф. — Оставь это на потом, сначала нам нужно заняться делом, Томас.

***

Вечером Томми нашел Антонию с Кэти на диване в гостиной. Его жена учила его племянницу вышивать, в то время как другие дети Джона — Джек, Мэри и Фред — дремали вокруг нее. Томми поднял Василия с кресла и, сев, посадил кота к себе на колени. — Ты поговорила с ней? — Томми тихо спросил свою жену. Это был идеальный уютный момент, и он не хотел будить малышей. Он задавался вопросом, сколько детей у них будет вместе. Господи, по крайней мере, один, он надеялся хотя бы на одного. Она заслужила этого ребенка — он не заслужил, но ради нее — хотя бы одного… — Да. — Тоня кивнула головой. — О чем вы двое говорите? — Кэти хихикнула. — О взрослых вещях. — Антония ответила, и девчушка сразу надулась. — Что вы двое вышиваете, а? —Томми сменил тему. — Жеребёночка! — незамедлительно ответила Кэти. — Для ребенка Ады. — печально пробормотала Тоня. — О, Антония тоже хотела бы собственного ребенка, дядя Томми! — Кэти воскликнула. — Ты не можешь достать его для нее? — Достать его для нее? — Томми усмехнулся. — Мама говорила, что папы достают детей для мам… — Ах, да. Я работаю над этим, — Томми кивнул головой, и Антония фыркнула, отворачивая голову. —Кэти, я думаю, тебе пора спать. — Да, я хочу спать. — смиренно признался ребенок. — Я сейчас вернусь, жди здесь. — Антония бросила мужу, избегая его взгляда. Она встала и положила выкройки на стол, прежде чем тихонько разбудить детей и отнести их в кровати. Маленький Фред снова заснул у нее на руках. Томми улыбнулся про себя и наклонился, чтобы рассмотреть узоры вышивки. Они были очень милыми, и даже вокруг жеребят были розы с шипами - из-за новой фамилии Ады, предположил он. — Помнишь ту, которую ты подарила мне, когда мы встретились? — спросил Шелби, когда его жена снова вошла в гостиную. — Да. Где она? — Тоня прочистила горло и села. — Положил ее в мою специальную коробку. У меня там в основном мамины вещи. — Хорошо. Послушай, Томас… Мой дедуля узнал о гранате, — Антония начала с неприятного. — Он увидел меня, когда я возвращалась от Лиззи Старк. — И на этот раз он не запер тебя в доме? — Я сказала ему, что это была моя вина, а не твоя. Мое собственное безрассудство и то, что ты не виноват. — Почему? — Чтобы он не запер меня. — Может быть, ему следовало это сделать. — Томми тяжело вздохнул. — Ну, Ли не хотели убивать меня, они охотились за тобой. Это был бы несчастный случай, а такое может случиться с кем угодно. — Антония… — Помолчи, это мое оправдание! — она прервала его. — Теперь давай сменим тему. Лиззи все еще блудит. Она поклялась, что это не так, и она подлизывалась ко мне, понимаешь? Она действительно хочет стать Шелби… — Антония презрительно фыркнула. — Но когда она пошла на кухню, чтобы принести нам чай, я заглянула в ее маленькую записную книжку. У нее запланированы клиенты на две недели вперед. Я сообщила ей о том, что все знаю, и она выгнала меня из дома. —Я поговорю с Джоном, — кивнул головой Томми. — Зилфа Ли согласилась на наш союз. — Отлично, — широко улыбнулась Антония. — Значит, мне больше не нужно беспокоиться об этих чертовых Ли? Только об оружии и Кимбере? — Тебе не стоит беспокоиться ни о чем из этого, любимая, — Томми уверил свою жену, и Василий проснулся. Он зевнул и спрыгнул с колен Томми. — Иди сюда, теперь очередь моей девочки. Антония встала и подошла к мужу, чтобы занять место своего кота. Она обняла мужа за шею и положила подбородок ему на макушку. Тепло ее груди окружало его, и звук ее сердцебиения приносил ему покой. — Я люблю тебя… — пробормотала она и нежно поцеловала выбритую часть его головы. — Ты действительно собираешься говорить мне это каждый день, да? — Шелби попытался пошутить, но его сердце наполнилось теплом. — Да, я буду баловать тебя этим каждый день. Не волнуйся, я не жду, что ты будешь повторяться дважды. — Тоня немного отодвинулась, чтобы посмотреть ему в лицо, и улыбнулась. — Забавно. — Что такое, Томми? — Я никогда не хотел чувствовать это. Я никогда не хотел чувствовать что-либо вообще снова. — Я тоже. Я никогда не хотела ничего чувствовать. Думала, так будет проще, — девушка пожала плечами. — Но я не думаю, что смогла бы полюбить другого мужчину, кроме тебя. — Я не хороший человек. — Томми напомнил ей. — О, ты думаешь, я этого не знаю? — девушка закатила глаза и наклонилась, чтобы потереться своим носом о его. — Хочешь знать, когда ты мне понравился больше всего? — Когда? — Когда мы были там с Ли, и ты снял свой козырек, чтобы порезать их за то, что они назвали меня шлюхой. И вчера, когда ты взял в руки эту гребаную гранату, чтобы выбросить ее и спасти нас. — Антония призналась и немного смутилась, в то время как у Томми слегка отвисла челюсть. — Я думал, ты злишься на меня за то, что я начал эту войну. — За это, да. Но ты понимаешь, что я имею в виду, а? — она наклонилась, чтобы поцеловать его в шею. — Томми, одна мысль о том, что ты так себя ведешь, заставляет меня… — Тоня не закончила, смутившись, но ей совершенно не нужно было. — Пойдем наверх, а? Сделаем наконец этого ребенка. — Хорошая идея.

***

— В твоем сообщении говорилось, что у тебя есть для меня адрес. — начал инспектор Кэмпбелл. — Анонимная наводка, — Томми показал ему листок бумаги и сжал челюсти. — Адрес Стэнли Чепмена. — Ты обещал мне Фредди Торна. — Это вместо Фредди Торна. — Никакой сделки… — Кэмпбелл покачал головой и развернулся с намерением вернуться назад, прямо под проливной дождь. — Инспектор, Стэнли Чепмен рыба покрупнее Фредди Торна, — Томми начал. — В настоящее время у него двести фунтов наличными, которые выданы Коммунистической партии советским правительством. — добавил он, и явно заинтересованный Кэмпбелл направился к нему. — Все верно, у Чепмена снег на ботинках, и все, что тебе нужно, это лопата. Если он заговорит, у тебя будут доказательства. Возможно, ты даже получишь медаль. — Шелби немного поддразнил и повернулся лицом к инспектору. — Теперь, прежде чем я дам тебе адрес, я хочу, чтобы ты дал слово, что позволишь Фредди Торну и моей сестре покинуть город. — Очень хорошо. Даю тебе слово. — Кэмпбелл кивнул головой и протянул руку за газетой, которую Томми передал ему. — Я бы сказал, что наше маленькое перемирие оказывается весьма продуктивным для нас обоих, инспектор. — Томми повернулся лицом к дождю и закурил сигарету, в то время как Кэмпбелл спрятал газету в пальто. — Я получаю информацию и защиту, а ты… Ну, ты получаешь большевиков. — Но по более насущному вопросу, — Кэмпбелл указал на него пальцем и схватил стул у стены, чтобы сесть на него. — Боюсь, мистер Черчилль становится нетерпеливым. И я боюсь, что если ты не вернешь украденное оружие в ближайшее время, меня заменят… Для меня это был бы конец. Это точно. Боже, он пытался заставить Томми пожалеть его? Он фыркнул на это. — Когда я закончу дела с Кимбером, оружие будет возвращено. Таков был уговор. — напомнил Томми. — Тогда я в твоих руках. Полностью. — Кэмпбелл покачал головой и посмотрел вниз. — У тебя на руках все карты. Но я молю Бога, чтобы мое увольнение не предшествовало твоему решению вернуть оружие, и я говорю это ради тебя, — инспектор указал пальцем на Томми. — Потому что, если бы меня уволили, и это была бы твоя вина, я сделал бы вещи, которые посрамили бы дьявола. — пожилой мужчина начал угрожать, но его голос оставался спокойным и небрежным, однако Томми не собирался недооценивать своего соперника. Кэмпбелл усмехнулся и продолжил. — На мою ярость стоит посмотреть, — сообщил полицейский и снова встал, чтобы подойти к Томми и посмотреть ему в глаза. — Например, в мой последний день у власти я бы позаботился о том, чтобы тебе и твоим братьям-подонкам проломили головы молотками и лопатами. — он озорно ухмыльнулся и немного отошел. Томми не сводил с него глаз, внимательно наблюдая за ним. Это была не самая худшая угроза, которую Шелби когда-либо получал. — И твоей сестре тоже. Ребенок внутри нее не имел бы для меня никакого значения. — добавил Кэмпбелл. Бесстрастное лицо Томми осталось, но кровь в его жилах начала закипать. — Единственный, кого можно было бы пощадить, это твой младший брат Финн, — инспектор ухмыльнулся. — Его, однако, забрали бы как несовершеннолетнего и бросили в ту часть тюрьмы для взрослых, где у мужчин большой аппетит к таким мальчикам, как он… — он снова посмотрел на Томми. — Говоря об аппетите, я бы хотел попробовать девушку Мейеров, — усмехнулся Кэмпбелл, и Томми удивился, поскольку он не ожидал, что полицейский знает о дедушке своей жены. В конце концов, Йозеф Мейер сказал, что он ничего не сообщал полиции. — Да, я знаю о твоей маленькой жалкой сделке. Ее дедушка прав, думая, что меня не волнует его бизнес. Но я был бы не прочь поиграть с его маленькой Тоней, а затем оставить ее в одном из местных борделей, навещая её каждый раз, когда мне захочется снова ее поласкать. Это был бы действительно черный день, мистер Шелби. Если мое увольнение предшествует твоему решению… Ты понимаешь? Единственное, что удержало Томми от того, чтобы огрызнуться на этого ужасного человека, был шок. Он никогда раньше не слышал угроз в адрес своей сестры, не говоря уже о таких отвратительных вещах о своём младшем брате и жене. Большинство людей, с которыми он имел дело раньше, никогда бы не захотели намеренно причинить вред женщинам или детям. — Знай это… Часы тикают. — объявил Кэмпбелл и небрежно ушел. Томми выбросил сигарету и потянулся за револьвером, чтобы прицелиться в инспектора. В тот момент он был полон ярости и гнева — нажатие на этот гребаный курок помогло бы снять напряжение. Но Кэмпбелл не испугался, он просто остановился на секунду, а затем ушел, даже не оглянувшись. Он знал, что Томми не настолько глуп, чтобы убить важного полицейского.