Сорви маску безразличия

Т/И сегодня была как на иголках — она остро чувствовала, что что-то произойдет. Больше всего её волновало то, что ей надо прикрыть Побрацкого перед Антоном. Нет, ей только этого в, и так, напряженных отношениях с гендиректором не хватало. И ведь главное, Дима же видел, что что-то не так и всё равно попросил, а она не смогла отказать. Ей не было всё равно на него, нет, она переживала, что если правда всплывет, то Диму уволят, а он для неё единственный друг по работе. К сожалению или, к счастью, Антон на эту роль не рассматривался — не только потому, что он гендиректор и быть для кого-то другом, кажется, не в принципах рабочей дисциплины Звёздочкина, а потому что Т/И всегда будет видеть в нём больше, чем будет хотеть он. И, хоть её обижало решение Антона дистанцироваться, ведь от беспокойств о нем и невозможности понять душит ли его вина или в душе становится легче, она понимала, что это единственное логичное решение для того, чтобы она не перешла дозволенную грань, особенно если Антону это не надо. Сегодня начальство опоздало на целый час и выглядело помято. Не успел гендиректор зайти к себе в кабинет, как уже вызвал к себе Побрацкого, удивившись ответу, что его нет. — Как это отсутствует? Дмитрий лично не предупреждал, — строгость во взгляде снова вернулась к Звёздочкину. — Я-я осведомлена, — встала Т/И, понимая, что час настал. — Вы? И с каких пор он отчитывается перед вами?! — был раздражен Антон. — Э-это не для всех ушей, Антон Эдуардович, — понизила тон девушка. И тогда он вроде как понял и приказал рассказать в его кабинете что к чему. — Ну? Что стало причиной нарушения дисциплины Дмитрием? — всё также раздраженно произнес гендиректор. — Он выполняет часть спец работы, просто ему нужно было съездить и проверить что-то, и вы были заняты, и он через меня передал, мы же вместе над планом работаем, — постаралась правдиво донести это оправдание девушка, — в подробности не посвятил, но я думаю, что это правда, он хороший человек, — догрузила лишним она. Антон на этот шквал оправдания тяжело вздохнул, потер виски как при головной боли. — Что же все сегодня пытаются испытать мое терпение? — как-то обреченно произнес он, — ладно, сегодня есть смысл ждать его на рабочем месте? — Нет, — Т/И опустила голову, боясь смотреть в глаза боссу. — Хм, — задумался, затем безразлично произнес, — идите, это не ваша забота. Она вышла всё еще в напряжении, села за рабочее место и только тогда смогла спокойно выдохнуть, написав Дмитрию на полученный номер «для друзей», что всё ок, но завтра пусть имеет что-то, чем задобрит Антона Эдуардовича, иначе проблем получит. Тот ей в ответ зачем-то отправил фото своей улыбающейся девушки со словами благодарности. После обеденного перерыва Антон Эдуардович отправился на важную встречу, оставив за главного… Диму? Его не было сегодня… Т/И? Нет, не её… Елену… Что?! Т/И было даже как-то обидно, что главная сплетница коллектива, та, которая ничего такого из себя не представляет, но строит мисс вселенную осталась главной. «Несправедливо» — подумала девушка и отвернулась обратно к экрану компьютера, но поработать ей не дали. — Ой, как грустно, тебя опять не заметили, — подошла Елена к Т/И. — Мне всё равно, — ответила девушка. — Третий день всё равно, ага. Колись! Отшил, да? Ты вся такая я вас люблю, а он такой фу вы мне неинтересны, да? — ехидно улыбалась Лена. — Нет, всё не так, — защищалась Т/И. — А как? После того вызова в кабинет на тебе лица нет, зато вон, Димка прогуливать стал, а начальство опаздывает, — давила сотрудница «за главного» — Я не буду участвовать в сплетнях, но всё не так, как вы думаете, — бросила Т/И, выйдя с офиса подышать. — Я тебя не отпускала! — послышалось в спину. — Да пофиг, вернется, — остановила ту Марина. Т/И была уверена, что сейчас те последним словом обзывают её и ей хотелось этого всего не слышать и тем более их новые связующие, которые вообще не имеют ничего общего. Секретное дело сблизило их троих, и это стало заметно извне. Теперь Диму и Антона девушки решили сделать оправданием для того, что не смогли заполучить красавчика-босса, а Т/И козел отпущения, третья лишняя, которая ближе их к нему, поэтому они и завидуют, злятся. Они действительно верят в слова Марины или пытаются выжить Т/И с компании, потому что видят соперницу? Когда они все вместе обсуждали какой Антон хороший и интересный, то все были такими милыми, а когда они придумали сказку, то девушке достался лишь хейт. Почему люди так отрицательно относятся к чужим чувствам? Почему иметь к кому-то чувства начинает становится чем-то постыдным? Т/И не понимала сейчас вообще ничего и потому лишь обреченно вернулась в офис, натянув маску незаинтересованности во всём. Её будто и не заметили, продолжая полноправно делиться мыслями и сплетнями, ведь их никто не услышит, а значит нечего бояться. — Она скрывает от нас, ну и ладно. Наверняка ей больно было узнать, что возлюбленный вообще другого любит, хаха, — Аня посмеялась. — Точно, зря не поверила нам. Вон, сегодня он такой грозный, помятый и Диму искал, — Марина. — А Димка-то не пришел. Как думаете, поругались или наоборот? — Ира оглядела всех, в том числе и Т/И. — Посредница знает и молчит, всё отрицая, да Т/И? — обратилась к ней Лена. — Да. Вы не понимаете, что беспочвенно строите свои догадки? Что просто оправдываете этим, что не интересны ему, — взорвалась Т/И. — Типо ты ему интересна, ага. Вот как холодно любит, что ты грустно счастлива, — высокомерно произнесла Лена. — Это неважно, — мотнула головой девушка. — Не убедила, — медленно произнесла Марина. — У Димы есть девушка и, — пыталась пояснить Т/И, хотя понимала, что это бесполезно. — А новых фактов не будет? — Аня. — А ты знала, что у Антона в кабинете есть фотка, где он с симпатичным брюнетом? — довольно сощурилась Лена, смотря как глаза девушки округлились. — Да, как думаешь, почему мы не интересны Антону? Почему он так часто вызывает Диму и почему у него только фотка с каким-то пацаном? — Лена строила догадки. — Потому что моя теория верна, — Марина улыбнулась. — Т/И, пойми, он был счастлив с ним, и ты сейчас мешаешь им с Димой, — грустно произнесла Лена. — Но… — Антон любит того брюнета на фотке, но они видимо расстались и только спустя полгода наш босс готов к новому. Почему ты не можешь признать, что он гей? Тебе фотку показать или что? Ты же и сама это, наверное, знаешь, почему ты уперто всё отрицаешь? Диму прикрываешь девушкой, Антона карьерой, — Лена тоже взбесилась, пытаясь пояснить ей её правду, — да тот брюнет выглядит как… — Интересная теория, но, к вашему сожалению, не имеет ничего общего с правдой, — Звёздочкин был внешне спокоен, но излучал такую агрессивную энергетику, что пробирали мурашки. — В-вы как давно с-стоите? — боязливо посмотрела на него Елена и последние нотки высокомерия сошли с её лица. — Достаточно, чтобы уволить вас за нарушение личных границ. Вы рылись в моем офисе! — громко, с прожигающим насквозь взглядом произнес Антон. — П-простите, — на глазах у Лены выступили слёзы. — Вы в компании больше не работаете, прощайте, — Антон резко развернулся и направился в сторону кабинета. Повисла тишина, прерываемая тихими всхлипами Елены. Девочки начали жалеть коллегу, а Т/И же нечего было сказать. Она больше беспокоилась не о девушке, которая, будем честны, нарывалась уже давно на увольнение и в целом настраивала коллектив против многих людей, Т/И больше переживала за Антона, ведь сотрудницы обсуждали и его друга, наверное, это очень неприятно и больно. Где-то через полчаса тяжелой обстановки в офисе, как раз под конец рабочего дня, из своего кабинета вышел Антон Эдуардович, на него практически не обратили внимание девушки, всё оттягивая момент прощания с подружкой, но вот Т/И обратила внимание. Он шёл с отрешенным выражением лица к лифту и в его печальных янтарных глазах была смертельная тоска.