Again and again

Естественно два часа перерастают в добрых четыре — но, в целом, это сути дела не меняет, а вот бодрости тела и духа, с которыми их хватает на продуктивное окончание выходного — более чем. Ну как на продуктивное... На тот самый праздник живота и члена, когда в ход идет и оставшееся с обеда мясо, и тот самый горячий бассейн, и даже сауна, от которой Арсений старательно воротит нос до последнего. И, пожалуй, этот выходной Арсений может однозначно назвать одним из самых охуенных в своей жизни, как и, впрочем все дни , проведенные с Шастом. Но именно в это воскресенье он открыл для себя много нового в плане своих личных сексуальных предпочтений и ощущений после них. Да и Шаст явно не вернётся в Москву прежним Шастом, и наверняка будет долго ещё думать над тем, что было в этом шикарном двухэтажном доме. И этот головокружительный опыт навсегда останется в их памяти, как самый сумасшедший, но, в то же время, как тот, что хочется повторять снова и снова. Но, естественно, когда у них будет предостаточно времени для этого. И на следующий день Антон возвращается в Москву, а Арс едет обратно домой, поскольку у него уже к обеду начинаются съемки в фильме. Они долго прощаются, без желания вообще разъезжаться, ведь в следующий раз увидятся они только в Пушкине, через неделю. Но увы, это необходимые меры, которые никто из них проигнорировать не может. У каждого съемки в своём городе. А на том конце Москвы, в офисе Главкино, уже с раннего утра находится Стас Шеминов, собравший вокруг себя ребят. Они бурно и долго обсуждают дальнейшее развитие уже имеющихся проектов, Стас озвучивает и обрисовывает в красках свою идею про новый, где должен участвовать..ю Да, Антон Шастун, а кто ещё? Ведь он самый выигрышный, самый близкий к зрителям, самый миловидный и, как говорят многие фанатки, "самый уютный" из всех четверых. Так что, кому ещё из них четверых звёзды шоу-бизнеса, и не только, могут раскрыть свои секреты? Разве не для этого была создана добрая и притягательная улыбка Антона Шастуна? От него буквально веет чем-то родным, спокойным, добрым и уютным, поэтому Стас вообще ни на минуту не задумывается о том, кто будет вести это шоу. Стас заранее, еще с самого утра, скидывает смс Шастуну, чтобы тот явился в офис и тоже принял участие в этих обсуждениях. Но он, как обычно, опаздывает, являя свой лик в дверях офиса только к тому моменту, как большинство забивает большой и жирный хер и расходится по своим делам, оставляя Шеминова в гордом одиночестве попивать свой мерзотный горький американо за большим круглым столом. - Явился, не запылился.. Если честно, Антон до последнего надеется на два варианта развития событий - или на тот, в котором в офисе будет как всегда много народа, при котором Стасу придется оставить на когда-нибудь потом все свои разговоры о персональном имидже Антона Шастуна и, в частности, о его личных отношениях, или, в идеале бы - там были всё так же нужные ему самому по работе люди, а Стаса не было вовсе. Но... увы и ах, наглая плешивая рожа царственно восседает за любимым столом в гордом одиночестве, пьет свой тошнотворно горький кофе и как будто, сука, только его и дожидается. Хотя почему как будто? Он ведь явно реально только его и дожидается. Ну сука, ну ведь так все хорошо начиналось, так хотелось подольше пробыть в этой неге эйфорического счастья и абсолютного удовлетворения жизнью, с которой он уезжал из Питера не утренним, а дневным Сапсаном, забив хер на своевременное появление в офисе в угоду тому, чтобы хоть немного продлить наслаждение этим совместным утром. Ну вот обязательно было впихнуть в эту идеальную картину мира свою тухлую серую рожу... - И тебе не хворать, начальник. - максимально беззлобно, насколько это вообще сейчас возможно фыркает Антон в ответ, уже, кажется, смиренно плюхаясь за стол, прямо в кресло напротив. - Ну давай, говори все что хочешь, я же знаю, что будешь пытать. Хотя бы за опоздание не пили, я ебал после таких выходных в семь утра уже на Московском быть, а у нас на сегодня была только подбивка таймингов по съемкам, и так всё успеем. - Да, но тебе конечно похую, что час назад я уже должен был смотаться на деловую встречу, и явно не из-за твоих красивых глаз позвал тебя сюда с утра. Из-за тебя мне пришлось перенести встречу, но и на это тебе похуй. Поэтому я даже не думаю тебя отчитывать. Не вижу смысла. Перейдем сразу к разговору, про новое шоу потом поговорим. А сейчас я хочу обсудить твои отношения с Ирой, - Стас шумно выдыхает, вновь отпивая из чашки, после чего наклоняется ближе к Антону, отрываясь от спинки кресла, - Вы расстались? Или?.. - нет, он, конечно, даже не надеется, что Антон взялся за голову и решил продолжить отношения с Ирой, послав нахуй Арсения. Напротив, Стас почти уверен, что они с Ирой расстались, и в Питере Шаст задержался на выходной явно не из-за Иры, а скорее... В общем, Шеминов искренне надеется, что расстался Шаст с Ирой хотя бы по-человечески, не вдаваясь в подробности, по какой причине он это делает, оставляя тем самым Стасу возможность обсудить с ней дальнейший ход событий и проект под названием "Ирон". Ведь и так пиздец как сложно будет уговорить обиженную и разбитую девушку, брошенную в преддверии свадьбы, продолжить делать вид, что она - девушка того самого парня, который её, собственно, бросил. Но это хотя бы возможно, если, конечно, Шаст, как обычно, не облажался. Вот только Антон, в отличие от него, прекрасно знает, КАК именно он расстался с Ирой, и, если честно, даже не представляет, как донести столь пикантную информацию до Стаса. Стасян, братан, прости, я немного обосрался, поэтому Кузнецова застала меня с членом Арса во рту, так что того-этого, тебе с ней говорить придется долго и сложно? И да, пожалуй это и есть самая главная причина того, почему он совершенно не торопится на работу. Потому что как это все говорить Шеминову - он в полнейшем безпонятии, а говорить об этом он точно планирует - это и до начала его великострадательской тирады было очевидно. Еще по дороге в Москву, в поезде Шаст уже прокручивал в голове этот потенциальный диалог... и каждый раз он, блять, упирался в сраные интимные подробности, за которыми его... точнее их застукала Ира. - Слушай, тебе тоже похую, что у меня полноценных выходных - один-два в месяц. Я не то, чтобы прям пиздец сильно жалуюсь, но ты тоже палку не перегибай, у меня маховика времени нет, чтобы сниматься вообще во ВСЕХ проектах, в которые ты хочешь меня запихнуть, поэтому если я уж выбил себе с твоего барского плеча выходной, дай мне его провести по человечески. И... да, мы с Ирой расстались. Еще в тот день, как мы из Сочи прилетели. Больше о ней с тех пор ни сном ни духом. - он до последнего оттягивает момент подробностей, хотя обойти эту тему у него так и так не удастся. - Слышь ты, Гарри Поттер, блять, твой выходной вчера ночью закончился. А сегодня я ждал тебя хотя бы в 10-11 часов утра в офисе, а не в шесть вечера, - огрызается Стас, недовольно глядя в глаза Антону и вновь откидываясь на спинку кресла, - И вообще, ты не за бесплатно работаешь во всех этих проектах, куда я тебя "пихаю", - Стас образно показывает на пальцах рук кавычки, закатывая глаза, - Так что, не пизди, пиздострадалец... По поводу Иры, я так и подумал... Скажи, каков был ваш разговор и ваше расставание? Не то, чтобы мне прям уж очень сильно любопытно, просто, чтобы я знал, как начать с ней разговор, и на что рассчитывать... А то я вообще без информации. Может, она вообще нахер меня пошлёт просто услышав твоё имя? - Стас проницательно, испытывающе смотрит на Антона, скрещивая руки на груди. И этот взгляд из-под тёмной кепки буквально пытается вытрясти из Антона всю правду. Ему действительно нужно знать, о чём они говорили, и какая была реакция у Иры на расставание, ведь ему вытаскивать их из дерьма и доверять роль настоящей девушки Ире... Точнее убеждать её взять эту роль на себя. Поэтому сейчас Антону нужно просветить его, и чем больше он расскажет, тем лучше. - Хочу напомнить, что ты был в курсе, что я свой выходной провожу не в Москве, поэтому, бля, имей совесть, нахера я тебе тут в одиннадцать, чтобы просто из вредности я в пять утра на Сапсан подскакивал, а по факту мы тут торжественно посидели, обсудили дела за час и разошлись по домам? И вообще, сам виноват, я от тебя конкретных установок по времени не слышал, а когда ты меня ждал - это уже не мои проблемы. Сегодня в офисе должен был появиться? Сегодня и появился. А шесть вечера - еще не двенадцать ночи, так что вполне себе время детское. - скептично фыркает Шаст, всячески накидывая всё что угодно, отмазываясь, уворачиваясь, лишь бы оттянуть еще немного времени, за которое мозг хоть как-то сможет сформулировать максимально толерантно то, как именно происходил их диалог с Кузнецовой. И.... что тут сказать - в целом то довольно успешно. Пусть и не идеально, но в целом он, пожалуй, вывозит самое мягкое из всех возможных объяснений и комментариев по поводу той комично-кинематографичной ситуации. - Скорее всего пошлет, причем три раза. Но она сама виновата, я честно хотел поговорить с ней по-человечески, а она все зубы заговаривала, заговаривала, потом по делам сбежала... а потом мы просто поставили ее перед фактом. - и вот это самое "мы" здесь звучит настолько красноречиво, что, кажется, даже интимных подробностей пояснять не нужно - если уж "мы", то, кажется, довольно очевидно, как именно. Или это только ему очевидно? Нет, ну может Стас реально не знает о том, насколько активным в своих кроличьих начинаниях можно быть в сорок лет... Стас недовольно качает головой, выслушивая отговорки Антона, и тяжело выдыхает на его очередной юношеский выпад. "Мы.." ? Интересно, какого хера Арс делал в его квартире, или где они там были, после чего их Ира застала вместе? Ну не ебущимися вместе, ведь, да? Наверняка, просто застала в одной квартире. Хотя, блять, судя по растерянному и откровенно бегающему взгляду Антона, стоит уточнить. - Ну вы же не трахались перед ней, поэтому всё не так хреново, - вроде шутя, а вроде пытаясь докопаться до истины, интересуется Шеминов, в очередной раз окидывая лицо Шаста проницательным взглядом, - Наверняка ведь все вместе поговорили..? Антон?.. - заметив окончательно отупевший и заторможенный взгляд Антона, на всякий случай интересуется Стас, уточняя, как именно они поставили её перед фактом. Шеминов всё же надеется, если не на благоразумие Шаста, то на взрослость Арсения, и хочет верить в то, что они сели и мирно, полюбовно поговорили, придя к чему-то общему. Ну или, блять, хотя бы не унизили Иру до такой степени, чтобы она точно послала нахуй и Стаса и всех их вместе взятых. Только взрослость Арсения пошла по огромной пизде с того момента, как он вписался в... даже еще не отношения с Антоном, а просто в самого Антона. Так то, между прочим, это он был инициатором всего того, за чем их потом застала Кузнецова. И не то, чтобы Шаст не с превеликим удовольствием в этом всем участвовал... Но благоразумие сейчас - явно не его конёк. Ему, конечно, не совсем сносит башню, чтобы выкладывать совместные фоточки с недвусмысленными хэштегами в Инсту - ему даже хватило этого самого благоразумия, чтобы не выкладывать фотки Антона с того пляжа, часть из которых, что уж там, получилась реально охуенной. Но вот когда речь коснулась Ирочки, на которую тот уже давно точит зуб за эти несчастные пригласительные... увы и ах. И Шаст нещадно краснеет до кончиков ушей, и вообще выглядит сейчас как нашкодивший школьник, которого поймали с футбольным мячом, только что влетевшим в стекло актового зала... Но сука, ну не будет же он отрицать очевидное? Лучше он узнает это от него, чем успокоит душу его пиздежом, а потом будет послан трехэтажным матом от Кузнецовой, срывающим все реальные покровы. - Ты никогда еще не был так близок к правде. - с нервной усмешкой пожимает плечами Шаст, изо всех сил пытаясь заставить себя не бегать взглядом, а хотя бы сымитировать спокойное "глаза в глаза". И вот тут глаза Стаса округляются до такой степени, что, кажется, они готовы вылезти из орбит и скатиться по той самой огромной пизде, вызванной его охуеванием. Он невольно приоткрывает рот и буквально минуты две молча просто таращится на Шаста. Удивлённый... Нет, охуевший взгляд сменяется злостью и негодованием, таким, которым никогда не омрачались глаза Стаса до этого, даже тогда в отеле, когда Антон врезал ему со всей дури. Блять, как так? Ну просил же по-человечески расстаться и отдать дальнейший ход событий в его надежные руки. Но нет, блять, решили поебаться в квартире Антона с Ирой. Ёб твою за ногу, Антон Шастун. Стас даже не находит правильных слов , чтобы выразить свою реакцию, он даже не знает, как быть дальше... Наверное, впервые в своей жизни. - Ёбаный нахуй блять... Вы ебались у вас в квартире, где ещё жила Ира, ко всему прочему, зная, что она скоро вернётся?! Вы, блять, серьёзно???!!!! - последнюю фразу Стас буквально вскрикивает так, что аж кепка на голове буквально сдвигается в сторону и уже даже почти падает с неё. Он нервно поправляет головной убор, на этот раз действительно тяжело и шумно выдыхая вместе с воздухом весь негатив, что по щелчку пальца возник внутри, - Бля, нельзя было придержать свои пидорские хуи в штанах и поебаться после разговора, после этого ебучего расставания?! Вам, сука, сколько лет? Семнадцать?! Долбоёбы! Ты-то ладно, хуй вместе мозга, а этот чего? Вроде был огромный потенциал сойти за умного человека! Но теперь я точно знаю, что он точно такой же долбоеб-тупень, как ты! Кролики вонючие, - всё ещё на повышенных тонах произносит Шеминов, после чего встаёт, подходит к кулеру и наливает себе прохладной воды и залпом выпивает содержимое пластикового стаканчика, кидая всё ещё озлобленный взгляд на Антона. - Я даже понятия не имею, как выруливать эту хуйню. Вы настолько охуели, что тут уже даже я бессилен. Ну так то в целом... Не так уж всё и плохо. Даже у Матвиенко в моменты горящего очка словарный запас побогаче будет. А ситуация то реально настолько хуевая, относительно наполеоновских планов Стаса, конечно, что в целом мог бы и втащить в сердцах. Шаст то, конечно, в стороне бы не остался, тоже отзеркалил прошлый рукоприкладный диалог, но доводить до этого бы очень не хотелось... И, вроде как, уже не дойдёт, так что, несмотря на брызжущего слюной Шеминова, в целом он даже вздыхает с облегчением, откидываясь в кресле поудобнее и уже с почти спокойными щами дослушивая истеричный монолог до конца. Что уж там, реально заслужили, реально накосячили, так что пусть человек выговорится, он уже тоже не молод, столько эмоций держать в себе вредно, можно и инфаркт схватить... - Да, да, кролики, я всё знаю, я всё понимаю. Ты до Арса не доебывайся, у него там свои внутренние терки с Ирой, его тоже, в конце концов, понять можно. И вообще, ты же сам хвалился, что ты гениальный продюсер, великолепный психолог, сможешь договориться с кем угодно... Я больше чем уверен, Ира - не самый сложный человек из тех, с кем тебе приходилось договариваться. Ну да, ситуация не ординарная, но я в тебя верю, ты справишься с этим. - звучит как откровеннейшая издёвка, но на самом деле Антон даже этого не подразумевает. Ну или... Почти не подразумевает. Но Стас, уже не сдерживаясь, подходит к Антону и хватает его за ворот футболки, максимально озлобленно глядя в его физиономию. Хочется взять и вот этим одним движением руки вытрясти из этого ушлёпка всю душу. Он ещё и издеваться смеет, хамло воронежское. Пару секунд он просто крепко держит его за футболку, стиснув зубы, после чего шипит практически сквозь зубы: - Ты, говно ебаное, ещё умудряешься отшучиваться?! Ты думаешь, что с тобой будет , если она в сердцах напиздит в прессу, что вы со своим коллегой по цеху ебались, и что она вас застукала за столь увлекательным занятием?! Все прекрасно знают, что Ира твоя девушка, и что она точно пиздеть про тебя не будет на ровном месте, поэтому, можешь быть уверен - ей поверят, блять, все... Сука, все! - Стас истерично трясёт Антона, ещё крепче зажимая ворот его футболки в своих кулаках, - И тогда, тебе, идиотина, точно не до шуток будет, понятно?! Ты пойдёшь нахуй отсюда, да и вообще, походу, из страны со своим лысеющим на пол башки педиком, и поверь, вы недолго будете сказочно жить, трахая друг друга днём и ночью... И знаешь, в каком я сейчас состоянии? В таком, что мне уже даже похуй на эту ебучую Импровизацию, на все вытекающие из неё шоу! Мне похуй на вас всех! Я, блять, устал вытаскивать вас, сука, всех из дерьма... А ты... Ты смеёшься мне в лицо! - наконец, Стас грубо отшвыривает Антона обратно на спинку кресла и отходит на пару шагов, пытаясь выравнять дыхание. У него сейчас действительно нет ни единой мысли по поводу того, чего такого волшебного и сказочного нужно нассать Ире в уши, чтобы она согласилась играть роль девушки этого долбоноса, застрявшего в пубертатном периоде. Да, Ира не самый тяжелый собеседник, но Ира женщина... Оскорбленная и униженная женщина, а это хуже, чем даже сам дьявол во плоти, с которым и то можно договориться, продав ему душу. Если бы Стас только знал, кто же на самом деле окажется тем самым человеком, который... Предотвратил потенциально неисправимое и успел кое-как, пусть на жалкий скотч, но заклеить разваливающуюся на осколки психику Кузнецовой... Человек, о котором он, пожалуй, вспомнил бы в последнюю очередь, и о котором при этом хорошо помнит Антон, только вообще ни малейшего понятия не имеет о какой бы то ни было её причастности ко всей этой ситуации... Ох, если бы они оба знали... Но пока все события того вечера остаются для них обоих тайной за семью печатями, а здесь и сейчас Шаст практически невозмутимо терпит очередной порыв продюсерской истерики, лишь в последний момент удерживая на месте сжавшийся кулак, который едва не начинает замахиваться в ответ на неоднозначно грубые действия с его футболкой. - Угомонись, Стас, не смеюсь я. Вдохни, выдохни, и давай уже говорить спокойно, как ты там любишь. Во-первых, если бы она хотела сделать что-то такое, она бы делала это в сердцах и сразу, а не сейчас, когда времени прошло уже уйма. Это, блять, не то дело, где месть - блюдо, которое подают холодным. И как бы то ни было, да, она конечно один раз некрасиво накосячила, но если бы не накосячила - возможно не было бы того, что... Что сейчас есть, поэтому я, в целом, даже ей за это благодарен. Но в остальном она не такая сука, и ты тоже это знаешь. Да, это было пиздец как некрасиво, но я на 99.9% уверен, что она не будет из-за этого рушить мне жизнь. - Я очень надеюсь на это.. - наконец, окончательно выдохнув всю тяжесть на сердце, произносит Стас, - Я ей сейчас позвоню и договорюсь о встрече, забронирую отдельный зал в одном ресторане, скину тебе локацию. Хоть туда, надеюсь, вовремя приедешь. Сегодня вечером, постараюсь к девяти. И, блять, очень постараюсь её уговорить прийти на встречу. Для неё будет очередным шоком то, что я от неё попрошу... Бля, сука, знал бы я в своё время, что вы с Арсением меня заебёте, нахуй не взял бы его в команду. Сейчас бы не занимался вопросами ваших потрахушек, а точнее их последствиями. Жил бы, блять, себе спокойно, - Стас закрывает глаза на пару секунд, и снова внимательно смотрит на Шаста, - Когда мы сегодня встретимся... Если мы сегодня вечером втроём встретимся, я тебя, блять, прошу... Просто заткнись и сиди. А то опять хуйню ляпнешь. Единственное, было бы неплохо, если бы ты извинился. Искренне извинился, Антон. Потому что это было пиздец как некрасиво, и мстить бабе со стороны Арсения было просто днищем, но это уже отдельная тема. От этой злопамятной суки, в принципе, я другого и не ожидал... Иди, блять, домой. По поводу шоу потом поговорим. Я сейчас вообще не в состоянии. Вытрахали вы мне все нервы.. - наконец заканчивает Стас, пытаясь хоть как-то расслабиться, откидываясь на спинку кресла и уже даже не глядя на Антона. Ему сейчас надо плотно подумать, придумать исключительно правильный аргумент для Иры и стопятьсот регалий, благодаря которым она согласится на его условия. А Шаст сейчас только мозолит глаза и выбешивает своим присутствием. Слушай, будь с самим собой хоть честным, если бы ты в свое время не взял Арсения, то не было бы той Импровизации, на которой ты сейчас охуенные бабки зарабатываешь. Кто бы у тебя был, я, Диман и Дрон? Серьезно? Вот бойзбэнд мечты, куда деваться... Да нас бы закрыли раньше, чем выпустили на федеральный канал. И сидели бы мы дальше, по задрипанным ДК всяких Нижнекамсков выступали, и это был бы предел мечтаний. Так что да, хуйню натворили, не отрицаем, будем разгребать, но не преуменьшай заслуги Арса, а... - Шаст укоризненно качает головой и поднимается из кресла, сваливая нахер от греха подальше, пока Стас не набрал воздуха на очередную гневную тираду и с очень большим трудом сдерживая рвущееся наружу ехидное "сразу бы сказал вообще, я бы еще позже из Питера уехал". И сваливает реально вовремя, потому что Стас действительно готов полыхнуть еще раз - и если бы Шаст вовремя не закрыл за собой дверь снаружи, ему бы точно полетел в голову несчастный стаканчик с остатками американо. Ну вот в какой момент послушный мальчишка превратился в конченую охуевшую мразь? И что, блять, теперь с этим делать? Шеминов все-таки выругивается себе под нос, правда, уже более сдержанно, потому что без аудитории, которой это все предназначается, не так интересно. И, наконец, продышавшись поглубже, даже помедитировав пару минут, чтобы разговаривать максимально спокойно, достает мобильный и отыскивает нужный номер, надеясь, что Ира хотя бы возьмет трубку.

***

После той ночи вся жизнь Ирины Кузнецовой, что уж там, откровенно идет наперекосяк, и теперь она точно не знает, как жить дальше и куда двигаться. Решение вызвать такси в ТО самое утро после ТОЙ самой ночи становится роковым — потому что именно там ТА самая бумажка с мобильным номером Алёны выпадает из кармана джинс, в тот самый момент, когда она роется в поисках налички, когда телефон в упор отказывается менять способ оплаты на карту. И самое обидное, что вспоминает Ира про ту самую бумажку не сразу — лишь после того, как приезжает к подруге, болтает с ней обо всём, но ни о чём в то же время... Коротко рассказывает ей о расставании с Антоном, не вдаваясь в подробности, и получает приглашение на совместное проживание до тех пор, пока она не найдет себе новую квартиру, встречаемое с безусловным согласием и безграничными благодарностями за доброту. И вот только ночью, перед сном, когда червячок в голове наталкивает записать и написать на ТОТ самый номер, Ира принимается судорожно рыскать бумажку по карманам куртки и джинс, и... Блять, неужели проебала? Ну Ира, ну как так? Ну где твоя голова? Девушка искренне расстраивается, не понимая, как теперь связаться с Алёной, ведь кроме этой бумажки, у них нет никаких мостов... Сон улетучивается, оставляя в голове мучительные самокопания, плавно перетекающие в укоры самой себя, которые отпускают только к раннему утру, приносящему долгожданные сновидения. На дальнейшие самобичевания уходит еще дня три — дня три посиделок за вином и тортиками, сопливыми мелодрамами на заднем фоне и полным выпаданием из соцсетей, которые видеть она не имеет никакого желания — особенно некоторых вполне определенных аккаунтов, которые точно обломают только-только начинающее воскресать более-менее положительное настроение. Но это определенно идет на пользу — мысли действительно постепенно начинают менять свое течение, впуская в черепную коробку осознание, что пора бы как бы уже браться за голову и двигаться дальше. Антона больше нет в её жизни, ни в каком смысле, хоть и мысли и тёплые воспоминания о нём порой греют душу, и в то же время отравляют её новой порцией обид и злости. Пусть она только сейчас понимает, что всё это время их связывала лишь взаимная привязанность и обычное сожительство, но всё же ей жаль то время, что она потратила на него. И самое интересное, что одна ночь с Алёной показалась ей намного насыщеннее и ярче, чем семь лет с Антоном в этой маленькой квартирке на окраине Москвы. Но теперь всё не имеет значения, ведь ни Шастуна, ни Алёны в жизни Иры больше нет. Теперь она сама по себе. И надо начинать жизнь с чистого листа. В первую очередь, нужно заполнить свою жизнь всякими проектами, работой, чтобы не оставалось времени на пиздострадания и навязчивые мысли. Она и так уже работает помощницей арт-директора по танцам, но ей этого недостаточно. Она достаточно давно греет в сознании мысль об открытии собственного бренда, и сейчас ей поступает предложение одного из известных фотографов в Москве, который предлагает свои услуги в качестве рекламы и продвижения её будущего бренда. Почему бы и нет? Она охотно соглашается на первую съемку, на которую она берёт парочку своих собственных предметов одежды, которые непосредственно были изготовлены ею самой в хорошем, качественном ателье. Съемки занимают около двух часов, после чего она уже собирается в ближайший ресторан, на обед, ведь потом ей надо срочно заехать в офис к директору по танцам на обсуждение некоторых вопросов с командой. Но тут запланированный сценарий нарушает телефонный звонок, который она ожидает услышать... ну пусть не в последнюю очередь, но сейчас точно его не ждет. Стас, серьезно? Чёрт возьми, что ему нужно? Нет, она, конечно, дружит с Дариной, но последнее время их общение всё больше сходит на нет, и даже если бы не сходило, со Стасом она точно не дружит, да вообще не общается и тем более не созванивается. А тут вот тебе на... Если это по поводу Антона, и сейчас прозвучат нотации по поводу "вам надо помириться, пойди первая к нему на встречу" - она точно пошлёт его нахер и не будет жалеть ни секунды. Но лишь из уважения к Шеминову, Ира всё же поднимает трубку. - Да, Стас. Не то, чтобы это вот прямо "пол дела сделано", но, тем не менее, Стас на какую-то долю секунды даже не верит своим ушам, потому что в его стереотипичном понимании этого мира Ира после ТАКОГО расставания вообще должна была нахер добавить все их телефоны в чёрный список - и Шаста, и его, и даже Оксанин от греха. Нет, у него бы всё равно конечно остался вариант с собственной женой, которая, кажется, все ещё с ней общается, но это уже на совсем крайний случай. А она не просто не добавляет его в чёрный список, она ещё и берёт трубку сразу, не сбрасывая хотя бы пару раз для проформы. Это уже несказанный успех, которым он просто обязан воспользоваться. - Привет, Ир. Только давай сразу, пока ты меня ещё слушаешь - я знаю обо всей... Вашей ситуации, и не буду никак это комментировать и агитировать к чему-то, поэтому не воспринимай меня за врага народа раньше, чем я успею что-то сказать. Я к тебе исключительно с взаимовыгодным предложением, которое требует крепкого детального обсуждения. И желательно не по телефону, а в живую. - насчёт того, что это предложение напрямую связано с Шастом, он, всё же, пока умалчивает - сейчас главное выманить девушку на личную встречу, которую ей покинуть будет гораздо сложнее, чем сбросить телефонный звонок, а дальше уже дело техники - уж что что, а обещать небо в алмазах он умеет прекрасно, да и достаточно давно знает Иру, чтобы хотя бы предполагать, какие именно алмазы её сейчас интересуют. Ну конечно, он в курсе, ага. Стас вообще всегда в курсе всего, и для Иры это не новость - иногда ей кажется, что Стас вообще экстрасенс и знает наперёд всё происходящее, но тогда какого чёрта он не предупредил её о бомбе замедленного действия под названием "Арсений Попов"? Ведь ему всё было виднее, он ведь сам вырезал все эти лишние телодвижения на съемках, сам принимал участие в их сближении, сам того не понимая, забирал у Иры Антона в бесконечные туры, где они практически 24/7 находились вместе с Арсением. Но сейчас ничего не имеет значения, сейчас у нее такая сильная апатия, что даже если осколок метеорита свалится на голову Шастуну, она просто хлопнет пару раз ресницами и пойдёт дальше по магазинам. И эта апатия сейчас распространяется почти на всех, каждый её день - механические движения и желание просто заполнить его делами. И сейчас она так же безразлично, не перебивая, слушает Стаса, после чего тихо выдыхает, не отвечая сразу. Кажется, за эти две минуты молчания Стас должен был окончательно полысеть, но она реально не может просто так взять и ринуться к нему на встречу. Да и что за взаимовыгодное предложение? Какая может быть выгода у Стаса от Иры? Разве что Антон Шастун, но что здесь обсуждать, если они расстались?.. - Если это касается Антона и таким образом ты пытаешься меня заманить на встречу, не упоминая его имя... А потом будешь тщательно стараться нас помирить, я спешу тебя расстроить - у него уже новые отношения, я не знаю, в курсе ли ты с кем... Но поверь, с ним мы точно уже не помиримся. И не потому что Антон весь в любви со своей новой пассией, а потому что я не хочу. Мне это больше не нужно. У меня теперь своя жизнь, в которой никогда не будет Шастуна. Я надеюсь, Стас, что ты меня услышал. Говорю это перед тем, как ты начнёшь читать мне нотации при встрече. Придумай другой монолог, если уже этот твой задуманный отпадает. Потому что, увы, он бессмыслен... А так, скинь локацию и время где хочешь встретиться. Я свободна вечером.. - заканчивает Ира, уже более шумно выдыхая, но не в трубку, а в сторону, чтобы Стас не слышал. А вот это ещё одно очередное открытие для Стаса. И, возможно, Ира никогда не догадается, в чем именно оно заключается, но сейчас она на голову... Нет, на две головы, пожалуй, вырастает в его глазах, даже ощутимо сбивая ту спесь, с которой он ещё пять минут назад крыл последними хуями самого Шастуна. Когда тот утверждал ему, что Ира не такая, Ира не будет сливать в сеть его пидорские проëбы, ему хотелось конкретно плюнуть в еблет за подобную самоуверенность, потому что мыслящий стереотипами мозг просто отказывается верить, что не все бабы в такой ситуации будут вести себя, как мстительные суки. Но сейчас... Ладно чужим людям, но, черт возьми, Ира даже в разговоре с ним пытается завуалировать... Нет, что уж там, прикрыть его блядскую жопу, не зная, в курсе ли сам Стас, что они ебутся с Арсением, или нет. Охуеть. Просто охуеть. Настолько, что Шеминов даже теряет дар речи на пару секунд и нервно прокашливается, прежде чем продолжить. - Я верю, Ир. И, к несчастью, я знаю, с какой именно пассией он там отношается, и именно поэтому у меня к тебе деловое взаимовыгодное предложение. И уж поверь, мирить и уговаривать жить долго и счастливо я вас точно не буду. Значит, я могу на тебя рассчитывать? В плане встречи, естественно. Адрес и время сейчас скину. - Да, хорошо. До встречи. Ира кладёт трубку и только тогда наконец расслабляется окончательно, понимая, что даже если она сейчас отказалась бы от встречи со Стасом - он бы всё равно добился этого личного разговора... Хоть пусть через Дарину или прямиком найдя непосредственно её саму, но этот разговор однозначно состоялся бы. Ведь... Это Стас Шеминов и он обычно добивается того, чего хочет. Он ещё и в курсе отношений Антона и Арсения. Это, конечно, вообще пиздец, и Ира слабо представляет как они продолжают работать вместе, учитывая отношение Стаса к этому всему... Но ей, откровенно говоря, похер. Главное, что не она спалила их и даже не подтверждала информацию, которую озвучил Стас. Потому что её хоть и сейчас бесят Антон с Арсением, но распространяться, с кем спит её бывший, с которым она прожила семь лет, она точно не будет. Даже если бы это был не Антон Шастун, а Вася Пупкин. Ведь это совсем не в её стиле. У неё всё ещё есть уважение к выбору, который она сделала семь лет назад и к отношениям, которые как никак её изменили и стали хорошим опытом. Поэтому Ира молчит и не пиздит налево и направо о том, что Антон и Арсений в отношениях. *** Если честно, она до последнего рассчитывает увидеть в отдельном зале, забронированном Стасом для их переговоров, исключительно его самого, но... Увы. Стоит ей открыть дверь, как всё становится очевидным. За столом, помимо Стаса, сидит Антон и также окидывает её взглядом. Но она, всё же, не настолько плохая актриса - и совершенно невозмутимо снимает с себя пальто, вешая его на крючок, поправляет свою рубашку и под громкий стук каблуков подходит к столу, усаживаясь напротив Стаса с Антоном. Укоризненный пытливый взгляд болотных глаз тут же падает на Шеминова, который, кажется, понимает, что не совсем правильно поступил упустив немаленькую деталь этого разговора. Да что там, деталь в целых два метра с кудрявой растрепанной шевелюрой. Но Ира даже не смотрит на Антона, будто его тут и нет. И это совершенно искренние чувства - у неё нет желания общаться с ним, смотреть на него. И что самое удивительное, в сердце абсолютно ничего не ёкает, там совершенно исчерпывающая пустота по отношению к Шастуну. И самое главное, что у Шаста сейчас... вот примерно то же самое. Ну, разве что, за исключением легкого чувства вины, которое всё же начинает появляться, когда пыл страсти утихает, и здравый рассудок начинает осознавать, насколько это и вправду было некрасиво по отношению к Ире, которая, за исключением этого косяка с пригласительными, по сути, вообще ничего плохого на протяжении всех этих лет ему не делала - наоборот, столько умалчивала, столько терпела, столько просто надеялась на что-то, пока он дарил подарки на отвали, обнимал - потому что так надо, целовал - как по рецепту из аптеки... Да, черт возьми, она ведь неплохая девчонка, просто... просто не его, совсем. И чувств у него к ней нет абсолютно - в романтическом плане, но чисто в человеческом ему бы все же хотелось как-то... нормально общаться, что ли, если конечно Стасу удастся убедить Иру в том, чего он от нее хочет. А именно этим он сейчас и занимается - заботливо наливает даме и неплохого вина, и фруктового сока, на выбор - мало ли, пьет она или нет, и наконец устраивается на своем месте, деловито сцепляя пальцы между собой. - Ир, я еще раз хочу тебя заверить, что мирить вас, просить восстановить отношения я точно не буду. Вы - взрослые люди, кто-то здесь вообще, кажется, слишком резко повзрослел... - он кидает короткий недовольный взгляд на сидящего, как и было сказано, молча и послушно в сторонке Шастуна. - Но ты ведь понимаешь... Мы работаем на федеральном канале. Нам крайне важна репутация, иначе мы можем лишиться всего эфирного времени и контрактов. Пока домыслы ши..фанаток не подкреплены ничем - это лично их домыслы. Чем бы дети не тешились. Но если эта тема будет раздуваться всё больше, а она будет, сама знаешь, там уже резать - не перерезать, даже селебрити, которые к нам в качестве гостей приходят, об этом говорить начинают, а тут сверху как гром среди ясного неба - Арсений Попов разводится, Антон Шастун разошелся с Ирой Кузнецовой - клянусь, через несколько дней головы полетят. И его - в первую очередь. Ира внимательно слушает Стаса и предполагает, но пока не озвучивает то деловое предложение, которое хочет сделать ей Стас. Она ведь далеко не дура. И понимает, что многие селебрити встречаются с другими чисто по контракту. И Шеминов явно офигел настолько, чтобы предложить подобное девушке, которую бросили перед свадьбой. Но она пока молча ухмыляется, не торопясь нарушать тишину. Она пристально смотрит на Стаса, затем переводит взгляд, уже куда более жалостливый... Но унизительно жалостливый на Антона, и тихо смеётся, откидываясь на спинку своего стула. - И ты предлагаешь мне спасти ваши задницы, притворяясь девушкой...Антона? Замечательно, но ты подумал о том, что буду чувствовать я? Да и вообще, какая у меня выгода тут? Моя-то голова останется на месте, - пафосно вильнув бровями, заканчивает Ира, отпивая из бокала с более крепким содержимым. Нет, ну офигеть, мало того, что её смешали с дерьмом и шокировали картиной голых задниц и спермы на лице, так ещё и предлагают светиться с Антоном, изображать его девушку, соответственно поставить крест на своих реальных потенциальных отношениях... Да даже если они будут, их придётся скрывать, и мало кто может согласиться на такой формат отношений, где твоя девушка периодически выходит в свет с другим мужчиной, встречается с ним на коротких прогулках для очередных селфи, заходит к нему домой для всё тех же фотографий-доказательств. И всё это ради чего? Ради того, чтобы спасти две вонючие задницы и проект «Импровизация»? Да нафиг он ей сдался? Она наоборот может получить определенную сатисфакцию, если эта лавочка прикроется и не будет маячить в телевизоре. Но вот может или получит? Будет ли ей приятно от того, что жизнь её бывшего покатится по пизде? Удовлетворится ли она, если все будут презирать его и всё больше гнобить Артоном везде и повсюду? Вот на эти вопросы она не может положительно ответить. Потому что... Она хоть и всё ещё обижена и оскорблена в глубине души, но всё же не конченая мразь и не зло во плоти. - А вот это деловой разговор. - крайне удовлетворенно качает головой Шеминов, подливая явно бойко настроенной на диалог девушке еще вина, да и в себя, что уж там, слегка заливая для конструктивности. - Собственно, о выгодах я и хотел с тобой поговорить. От тебя много требоваться реально не будет - я не прошу продолжать жить с Антоном, не прошу бегать за ним по всем съемкам, куда он ходит. Благо, что вы и изначально не сильно пестрили совместными фотографиями, поэтому для того, чтобы поддерживать все так, как есть для всех окружающих, достаточно периодически выкладывать фотографии из его квартиры, иногда, не часто, раз в месяц, думаю, будет достаточно приходить на какие-то съемки, чтобы засветиться перед камерами в зале. На Истории или что-то такое не предлагаю - думаю, и тебе не слишком приятно смотреть... не только на Антона на сцене, и эти два придурка могут накосячить... Поэтому те же Команды будут идеальным решением. В тех выпусках, где, безусловно, не участвует Арсений. Ну и иногда выходить в свет вместе - вечеринки ТНТ, закрыто-открытые показы, ну ты сама знаешь, здесь всё как и было раньше. Если летом нужно будет создать аллюзию на ваш совместный отпуск - вы всегда можете поехать в соседние отели, один раз отфоткаться и больше не пересекаться до самого конца отпуска. Ну и в его квартире, на всякий случай, лучше оставить какие-то вещи, чтобы если возникнет какой-то проект... да даже если просто кто-то будет свои кружочки снимать, эфир вести - не бросалось в глаза, что он живет один и у него чисто холостяцкие носки на диване валяются. А что касается самих выгод... - подробного списка Стас составить не успел - с учетом, как Шастун огорошил его буквально пару часов назад, времени на раздумия было не так много, поэтому накидывать приходится практически по ходу пьесы. - Ты помнишь, что я все еще продюсер. Сам много чего могу, и связей у меня тоже уйма. Я слышал и про твой танцевальный проект, и про то, что ты хочешь заниматься одеждой - и ты прекрасно понимаешь, что я могу со всем этим помочь, где-то собственным опытом и знаниями, где-то связями, где-то найти нужных людей, контакты. Сммщиков, фотографов, дизайнеров, маркетологов, всё, что тебе будет нужно для продвижения своего бизнеса. Естественно, всё, что будет нужно - отпуска, отдельная квартира, все эти услуги, аренда помещений, зарплата каких-то наемных сотрудников - всё будет полностью оплачено. - Стас снова кидает крайне красноречивый взгляд на Шаста, тонко намекая, что кто косячит - тот и платит. Но тот, в общем-то, и не против - по сути, ведь, ничего и не изменится. А с учетом того, как загружает его новыми проектами Шеминов, у него скоро вообще не останется времени, чтобы как-то тратить зарабатываемое, поэтому обеспечить съемной квартирой, шмотками и всякими бизнес-примочками не особо избалованную и привередливую девушку... Это точно не ударит по кошельку настолько весомо, насколько успокоит его жизнь в лице удовлетворенного обстановкой продюсера, с которым он работает каждый день. - То есть..Ты хочешь купить меня? Точнее, мой статус свободной девушки для сохранения гетеросексуального статуса Шастуна? Очень интересно, конечно. Скажи, по-твоему, помимо финансовой составляющей этого проекта, по какой ещё причине я должна согласиться? Сострадание? Жалость? Дань семи годам моей просранной жизни? А?.. - кажется, совершенно неожиданно для Стаса, интересуется Ира. Ведь он наверняка был уверен, что её легко "купить". Ира, как и любая девушка, любит деньги, любит жить в комфорте. Она любит путешествовать, любит радовать своих любимых и близких хорошими подарками, любит делать себе хорошие подарки... И всё, что предлагает Стас, весьма щедро и привлекательно, но почему сейчас чувство гордости и разбитого собственного достоинства не позволяют ей так быстро согласиться? Почему ей нужно, чтобы что-то сказал Антон? И почему она отчетливо понимает, что согласится по большей части ради Антона, а не ради денег, которые тоже, конечно, играют свою роль, но всё же? Может, потому что она сейчас смотрит на него и видит этот щенячий просящий взгляд? А может, потому что наконец поняла, что Антон всегда был для неё больше другом, чем любовником? И что сейчас она чувствует его острую необходимость в помощи? С каких пор она спасательный круг? С каких пор она должна заботиться о будущем мужчины... Да что там, мужчин? Ира испытывает странные ощущения по поводу этого разговора, и, сама того не замечая, опустошает уже второй бокал вина, расслабленно откидываясь на спинку стула. И Антон словно... чувствует это. И понимает, что это - самый подходящий момент, как бы там Шеминов не пиздел ему, чтобы вообще сидел тихо и не рыпался, но он здесь вообще не при чем - и ведь самое главное, что он действительно мог бы сейчас ничего не говорить, ведь Ира и так наверняка согласится - каждая девушка ведь должна немного набить себе цену, прежде чем на что бы то ни было соглашаться, а Стас убеждать умеет получше многих... Но нет, сейчас он реально легонько толкает его локтем, прерывая набираемый им в лёгкие воздух и наконец подает голос сам, вот сейчас, вопреки практически всем им предыдущим разговорам за последние несколько месяцев глядя девушке прямо в глаза. - Семи годам, за которые я хочу попросить прощения, Ир. Реально. Искренне. Я врал себе, врал тебе. Я портил тебе жизнь и не давал строить то, чего ты реально заслуживаешь. Семьи, крепкой, с любовью, со взаимопониманием, с детьми, в конце концов... Да, блять, я не мог тебе этого дать, но ссал самому себе в этом признаться, признаться в причине, признаться в том что боюсь... Вообще во всем. Да, блять, я был ссыклом. Но сейчас я не настолько ссыкло, чтобы не попросить у тебя за всё это прощения. Прости, что столько лет жила без должной заботы и любви, когда я считал, что могу откупиться подарками и деньгами... И прости за ту ситуацию, я знаю, что это было пиздец как некрасиво, я представляю, насколько это было обидно, а все потому, что я опять зассал сказать тебе это раньше, перед уходом... Прости. За всё. И вот тут притихает даже Стас, откровенно пялящийся на него округлившимися до выпадания из орбит глазами, потому что такой... взрослой, взвешенной, и самое главное, реально искренней? тирады он вообще никак не мог ожидать. И Ира слушает. Слушает внимательно, тихо, не перебивая, глядя в некогда до боли, до смеха, до счастья, до тесной близости родные глаза... Но сейчас такие отчужденные, отстранённые, хоть и действительно искренние. Она смотрит прямо в его глаза и понимает, что он ведь никогда не был с ней на самом деле. Ведь то, кем он является на самом деле - это он сейчас, перед ней. Тот самый Антон Шастун, который боялся самого себя, стеснялся, прятался, прятался в углы своего сознания. А сейчас он говорит, и у Иры нет ни малейшей причины не поверить в его извинения. И она сама не замечает, как по щекам скатываются одна слеза за другой. Но происходит это с какой-то совершенно безмятежной, доброй улыбкой на лице. Она любила его. И любит. Как человека, как друга, как кого-то родного, но не в том сакральном смысле, где есть место любви женщины к мужчине. Она просто любит его за его нелепость, неуклюжесть, за это корявое и жалостливое "Ну Ииир..", за его заразительный смех, за то, как он постоянно ударяется о все углы и как падает на ровном месте, за то какой он есть на самом деле, без прикрас, без идеализации... И эта любовь сейчас настолько чище и искреннее , чем та, которую она себе буквально внушала все семь лет, что на душе внезапно становится так легко...Так свободно и чертовски хорошо. - И ты меня прости... За то, что я не замечала, какой ты на самом деле. Но теперь я знаю. И я тебя прощаю. И кстати, извини отдельно за подставу с пригласительными, но, судя по событиям в твоей жизни... Я тебе даже помогла, - усмехается Ира, - Но просто знай, что я не жалею ни о чём, хоть и семь лет просрались и я всё ещё не замужем, - она внезапно смеётся, невольно касаясь руки Шаста, что сейчас лежит на столе, - Всё в порядке..Я согласна на твои условия, Стас. И вот тут Стас кажется настолько лишним, настолько... не вписывающимся в эту внезапную минутку щемящей искренности, такой сильной, такой настоящей, какой, кажется, не было между ними ни разу за все эти почти семь лет... Он настолько сейчас выглядит паршивой овцой со всеми своими договорными бизнес-идеями, когда речь о чем-то гораздо более высоком... Да, пусть и так неожиданно. Зато - вовремя. И пока он всё еще обтекает, неверяще моргая при виде всей этой картины, максимально далекой от его планов на сегодняшний вечер - конечно, ему бы даже в голову не пришло, что не везде всё решают деньги, - Шаст просто поднимается из за стола, прикусывая губу при виде Ириных слез, и протягивает уже обе руки - всё же не рискуя тянуться сразу и напрямую, оставляя ей право выбора, но более чем красноречиво приглашая в эти трогательные, отчасти, с его, неуклюжей и такой до сих пор по-медвежьему непропорционально нелепой стороны даже забавные объятия. И на душе вдруг становится так легко.... Словно именно это было тем единственным, что сидело где-то глубоко в душе и не давало полного и окончательного покоя и гармонии с жизнью. А Ира улыбается всё более широко, даже весело, вытирая слёзы с щёк и, обойдя стол, подходит к Антону. И обнимает его. Крепко, тепло и по-дружески, теперь уже точно отдавая себе отчёт в том, что все обиды позади. Это объятие окончательно ликвидирует всё плохое и недосказанное, что было между ними, позволяя расслабиться в этих неуклюжих руках. Ненадолго, но достаточно ёмко, чтобы следом окинуть победным взглядом охуевающего от происходящего Шеминова и хлопнуть его пару раз по плечу, усаживаясь обратно на своё место. Очевидно, что он не совсем привык к таким откровенным порывам и редко являлся свидетелем подобного, особенно между бывшими. Но ему не понять, что ведь действительно не всё решают деньги, и пусть сейчас в их проекте «Ирон" они будут играть немаловажную роль, что уж греха таить - Ире поддержка в её начинаниях не будет лишней - но всё же что-то высшее, неосязаемое, что нельзя купить и продать, прямо здесь и сейчас решает всё. Поэтому Ира соглашается. И поэтому Стас сидит в охреневшем состоянии. - Ну всё уже, выпучил глаза..Расслабься, - усмехается Ира, отпивая из своего бокала. И это такой внезапный порыв, что Стас реально, кажется, как будто вываливается в параллельную реальность, из которой с недоуменным взглядом хлопает глазами, до последнего, кажется, им не веря. Серьёзно, да они только что друг на друга смотреть не могли, а уже обнимаются? Нет, это, конечно, безмерно, просто нереально охуенно, но так разве вообще могло быть? Вот всё настолько просто? Но всё действительно мучительно просто. Просто потому, что Стасу, видимо, не знакомо понятие "искренность". Чистая, светлая и совершенно мгновенно переворачивающая всю ситуацию с ног на голову. Шаст ведь говорит абсолютно серьезно, искренне... Настолько, что так - наверное, впервые за все семь лет. И у Иры просто нет повода не верить в его слова, ведь даже если самому Шасту было сложнее, когда он говорил с Поповым - тот, по факту, тот ещё пиздун, по крайней мере за фактами пиздежа замечен был неоднократно, пусть и не ему лично, а на каких-то шоу или в разговорах с Шеминовым, но осадочек, как говорится, остался. А вот в том, что Шастун не умеет врать, убеждены абсолютно все. И Ира в том числе. Он скорее сбежит от правды и не скажет ничего, чем будет врать в лицо. Даже та ситуация, когда он говорил, что все позади, пытаясь вернуть её из Воронежа - он ведь не пиздел, он реально верил в то, что говорил, просто... Не получилось. Тем не менее, у Антона на душе неимоверно легчает, и он даже незаметно чмокает девушку в макушку, прежде чем вернуться на место и уже куда расслабленнее растечься по своему креслу. - Ну... Что ж... - голос Стаса явно подергивается, срывается на хрипловатые нотки, но он старается держать лицо настолько невозмутимо, насколько это возможно. - Ну, раз мы все, вроде бы, договорились, может быть тогда 21го и начнём? У Камеди Продакшн закрытое мероприятие, что-то вроде закрытой презентации новых проектов. Ну сами знаете, немного посветить лицами, посмотреть с умным видом, максимум - высказать своё авторитетное мнение для подсъема, и дальше спокойно вкусно пожрать и выпить. Было бы очень неплохо, если бы вы там появились вместе. - Ну... Можно. Да, конечно, надо так надо, - пожимает плечами девушка, переводя свой взгляд на собственный телефон и неловко улыбаясь, - Ребят, мне уже пора... Так что, до 21-го? Ближе к корпоративу спишемся, Антон, - еще раз обнимая Шастуна, произносит Ира, после чего приобнимает Стаса и покидает ресторан. Да, всё прошло не так хреново, как ей показалось. Пусть она и не ожидала сюрприза в виде Антона, всё же этот самый сюрприз пошёл на пользу. В конце концов, они наконец смогли спокойно и по-честному обо всём наболевшем поговорить, попросить друг у друга прощения и остаться хорошими приятелями. Хоть и придётся делать вид, что они - всё ещё влюблённая пара. Но ничего, это мелочи, ведь самое главное, что груз с плеч спал, и Ира сейчас внезапно понимает, что и сама свадьба, и предсвадебные заботы были неким грузом на её плечах и не доставляли должного удовольствия. А ведь она сама себе максимально старалась создать ту самую предсвадебную атмосферу, но... Ничего не вышло. И хорошо, что так. Сейчас же она чувствует себя больше свободной, чем одинокой, а самое главное - наконец счастливой. Ведь как оказалось, не только Антон обманывал себя семь лет, но и она сама. Теперь-то всё встало на свои места, и пусть их пути окончательно не разошлись, но ,тем не менее, перешли на какой-то другой уровень, где вы можете быть абсолютно честными друг с другом и пожелать взаимного счастья с другими людьми. А вот тут даже Антон, если честно, немного удивляется, потому что не ожидает, что та настолько легко и быстро согласится, несмотря на произошедшее примирение. Но... Тем лучше? Значит действительно полностью простила и можно наконец отпустить это чувство вины, которое так или иначе небольшим червячком глодало где-то на задворках сознания. - Так, я тебе ещё нужËн, или я свободен? - он разворачивается к Стасу и вопросительно вздергивает бровь. Но, кажется, тот всё ещё настолько пребывает в ауте от развязки этих переговоров и того, насколько лучше, чем вообще могло ожидаться, всё в конечном итоге прошло, что только отмахивается от Шастуна как от назойливой мухи, напрочь забывая, что планы по работе они на сегодня так и не выполнили. И Шаст, безусловно, пользуется шансом, торопливо отчаливая в закат в нетерпеливом желании позвонить Попову - ведь если Стас говорил про посветить ебалами от лица проекта, значит светить должны все, и... Он увидит Арса раньше, чем планировалось, на целых два дня? Но и заодно стоит его предупредить, что он там будет с Ирой, чтобы не возникло ситуаций, зеркальных с тогдашней немой сценой на вокзале. - Ааааарс? - он набирает родной номер, едва плюхнувшись обратно в машину. - Тебе же звонил Шеминов? А Арсений весь день проводит на съемках фильма, и по факту только сейчас наконец заваливается домой без задних ног. Такое ощущение, что работал он целую неделю, не покладая рук, хотя прошел всего-то один рабочий день... Да уж, такой охуительный отдых с Шастом за городом, где они то и делали, что трахались, жрали, спали, развлекались в бассейне и опять трахались, даёт о себе знать... Ведь после него, пусть и с новыми силами, но с уже особой ленью врываться в рабочую неделю становится чем-то странным. Всё же им был необходим отдых вдвоём хотя бы в два дня. Но Арс и на это прекрасное воскресенье не жалуется, а лишь вспоминает с блаженной улыбкой на лице и приятным теплом, разливающимся по организму. Ему до сих пор не верится, что у них случился секс, где Шаст полностью доверился и вверил себя ему целиком и полность. Не просто позволил лишить свою задницу девственности, а беспрекословно слушался и выполнял любое желание. .Это очень ценно и очень важно для Арсения, и теперь он точно уверен на сто процентов, что он нужен Шасту, что Шаст любит его и нисколько не сомневается в своём выборе. И именно эти приятные мысли прерывает звонок телефона. И, увидев на экране любимое и совершенно нейтральное "Шаст", Арс с тёплой улыбкой на лице поднимает трубку. - Привет, Шаст.. - судя по интонации Арса можно понять, что он улыбается во все 32 зуба. А после вопроса про Шеминова, он вспоминает, что говорил с ним ещё на съемочной площадке, пока собирался домой, - Ага, ты про корпоратив? Сам в ахуе и в диком восторге, что увижу тебя раньше. Правда пришлось перенести одну рекламную съемку из-за вечеринки, но это мелочи... Ты сам как? - Да я вот как раз только что с разговора с ним, он тоже как-то решил так невзначай, в последний момент перед фактом поставить, но я свалил от греха, прежде чем успел спросить, все ли четверо туда приглашены, поэтому спрашиваю у тебя напрямую. - Шаст заводит мотор, откликающийся на поворот ключа приятным низким рычанием и легкой вибрацией, разливающейся по огромному кузову и поудобнее откидывается в объемном кожаном кресле. - Только это, Арс... - сейчас говорить об этом почему-то мучительно неудобно, ведь их обоих должно крыть эйфорией от того, что ближайшая встреча произойдет на целых два дня раньше, чем это было запланировано, а с учетом того, насколько сильно возрастает их зависимость друг от друга в последнее время, это пиздец как много и важно. И самое главное, что их кроет, реально кроет, и Шаст нереально счастлив от этой незапланированной пятничной встречи, которая, так или иначе, сто процентов не ограничится одним лишь несколькочасовым пребыванием в обители Камеди продакшн, но такое чувство, что он сейчас обязан своими руками капнуть ложку дегтя во всю эту необъятную бочку меда. - Стас попросил Иру там тоже присутствовать. Ну в смысле... Я как бы с ней номинально туда иду - не знаю, на весь вечер, или так, чисто ебалом перед камерами светануть и она уедет, но я решил заранее предупредить, вот... Мы вообще сегодня по этому поводу собирались. Разговаривали о том, что дальше будем делать и о Шеминовских Наполеоновских планах по нашим фиктивным отношениям. И мы кстати... помирились. Нет, не в смысле что что-то вернется на круги своя! Но в смысле, что Стас опять пытался ее тупо купить, предложить ей моих бабок на бизнес, на хату отдельную, все дела... А я просто... извинился. Реально извинился за то, как с ней себя вел, за то, как у нас с ней... кхм... разговор не случился, ну в общем... Короче, кажется, теперь все хорошо. Именно по-дружески хорошо. А Арсений... молчит. Молчит где-то с минуту - вроде как и не совсем долго, но по телефонному разговору кажется, что вечность. Он тихо выдыхает в сторонку и невольно задумывается о том, с какого хуя у него сейчас внутри мелькает доля ревности, которая, в общем-то, ему не совсем свойственна? Нет, понятное дело, что у Шаста с Ирой точно всё, там явно нет никаких шансов на возобновление отношений и вероятности того, что у Антона резко могут вспыхнуть к ней чувства... Но всё же в глубине души ему хочется владеть Шастом единолично, даже без всяких фальшивых отношений, без всяких прикосновений со стороны другого человека, а особенно того, кого Шаст ебал на протяжении семи лет... Но он, естественно, это не озвучит, ведь если посмотреть глобальнее - всё очень даже хорошо разрешается. Ира больше не держит зла на Шаста, у них теперь абсолютно точно дружеские отношения, и, помимо всего прочего, Стас, наконец, отъебется от них обоих и будет довольствоваться теми редкими выходами в свет Иры с Шастом и помалкивать себе в сторонке... Но блять, почему этот ёбаный червячок в подсознании вибрирует и портит всё настроение? - Ну, отлично, что сказать?.. -Арс несколько неосознанно притворно улыбается, как если бы это сделал лично при встрече, услышав данную информацию, - Я рад, что всё так разрешилось. Правда. Ну что тогда, увидимся на вечеринке? А может даже и раньше... И кстати, приеду я с Кьярой и Алёной. Они всё равно собирались на днях в Москву, к подруге Алёны. Чего отдельно ехать, вместе приедем... Могу вас познакомить с Кьярой, если хочешь, конечно.. - совсем неуверенно и даже несколько неожиданно для себя в первую очередь, произносит Арс. Блять, сука, Арс, что за лютый контраст?..То ты совсем неправдоподобно радуешься примирению Шаста с Ирой, то сразу-таки сходу предлагаешь познакомить его со своей дочерью? И черт возьми, Арс молчит, а Антон даже в этой тишине слышит, как скрипят шестеренки ревности Попова. Он буквально чувствует его мысли, буквально видит их в своей голове - как тот за эту минуту сосущей пустоты в трубке пытается убедить себя, что так правильно, что так должно быть, что это лучший из всех результатов, которых могли добиться переговоры Стаса со всеми ними в конечной цели сохранить гетеросексуальный образ Антона Шастуна. И вроде хочется что-то добавить, хочется как-то прокомментировать и успокоить, но почему-то кажется, что Арс и сам с этим справляется, потому что всё здесь настолько очевидно, что все, что нужно знать, он и так знает и понимает, а все остальное, вызывающее эту минуту молчания - это та ревность искренне любящего человека, которой вообще не нужно никаких обоснований, и которую, соответственно, никакими контраргументами не пресечь. Просто она есть и никуда не денется, и с этим нужно смириться. А вот следующие вводные от наконец очнувшегося на том конце провода Попова ставят в некоторый ступор уже его. Нет, эта встреча с Алёной примерно неделю назад действительно назревала, потому что лично его ревность, похоже, действительно могла нейтрализовать лишь она, будучи настолько уникальным в своем роде человеком, что тут, кажется, не увидишь - не поверишь. Но вот насчет Кьяры они не разговаривали фактически ни разу, и его неожиданно бросает в пот - почему-то осознание наличия и перспективы уже конкретного живого знакомства с ребенком собственного... партнера? мужчины? любовника? блять, да как бы это ни называлось, это, оказывается, пугает не меньше, чем знакомство с его родителями. Хотя ладно, нет, пиздёж, знакомство в таком контексте с Доном - это вообще самоубийство, и тем не менее, мурашки все равно бегут вдоль позвоночника, собираясь небольшим комочком где-то в глотке. - Эм... а ты... ну... а Алёна... а она... ну... Это нормально? В смысле, я буду... ну... короче, блять, это уместно? - Ну а чего нет? Без Алёны увидимся. Только ты, я и Кьяра. Я знаю, что ты любишь детей и даже находишься с ними чаще всего на одном вайбе... И мне хочется этого. Но если ты против, я пойму и приму, без всяких обид, - искренне признаётся Арс, который действительно не обидится, если Антон откажется от знакомства с его дочерью. Это ведь не обязаловка? Конечно, никто из его коллег с ней не знаком, помимо Серёжи, но Шаст ведь теперь не просто коллега, с которым Арс дрочит по любви? Он его... Блять, мужчина? Его любимый человек. А его любимые люди всегда приближены к его жизни, знают о ней пусть не всё, но многое, знакомы с его ребёнком, родителями... И даже для такого скрытного человека, как Арс, совсем не проблематично познакомить Шаста с Кьярой и провести время вместе. В конце концов, у них с Антоном достаточно серьёзные отношения, пусть и длятся совсем ничего, но ведь знакомы они семь лет, и явно эта симпатия и химия возникла не пару месяцев назад. В общем, Арс уверен в своих намерениях. Это не совсем спонтанное решение, ведь что-то такое было в его планах уже достаточно давно, и эти мысли грели его, но почему-то этот самый план решил реализоваться совсем скоро, плюс вырвался с его уст прямо-таки совсем неожиданно, так что, Шаст, наверняка, сейчас в лёгком ахуе. Но ведь это Арсений, и пора бы привыкнуть к американским горкам в отношениях с ним... Да и Шаст ведь всегда говорит, что он скрытный пиздун, а сейчас есть отличная возможность приоткрыть свою жизнь "за кадром" для Антона, и показать серьёзность своих чувств к нему... Ведь Кьяра - самое дорогое и неприкосновенное, что есть у него. И да, пожалуй, это действительно то, на что Шаст просто не может не повестись, несмотря на какие-то безобоснованные внутренние страхи и блоки. Осознание, что Арс в личном, семейном плане настолько закрытый, скрытный человек, что для него до такой степени приоткрыть этот железный занавес, впустить в него и показать своё святая святых - собственного ребенка - это знак просто высочайшего доверия, которое он не имеет ни малейшего права подвести, обмануть и отказаться от такой возможности. - А она... ну... - это максимально дебильный вопрос, с учетом, что Кьяра еще маленькая, и до тех лет, когда о чем-то подобном будет говорить хоть относительно, но допустимо, еще очень далеко, но, тем не менее, он обязан его задать, потому что опыта ему уже достаточно - от этой нестандартной во всех смыслах семьи можно ожидать чего угодно. - Ну не в курсе же, кто я? Не в смысле актера, коллеги там, а именно в смысле... кто я тебе? Ну, то есть, ты хочешь меня с ней познакомить, как с добрым дядей Антоном, двухметровым дядей Стёпой, которого она видела по телевизору? Или ты вообще ей не показываешь Импру и она особо не в курсе, чем именно ты занимаешься? Блин, Арс, черт, я же вообще не знаю, как у тебя в семье заведено, какая она, что вы с ней обсуждаете, а что нет, о чем она знает, а что ей говорить пока нельзя... И сейчас Арс искренне смеётся, слушая вопросы Шаста. До чего он смешной, но в то же время внимательный и ответственный. Это даже умиляет. Нет, он никогда не показывал Кьяре ни один выпуск "Импровизации". Ну хотя бы потому, что ей всего семь лет, а там явно движуха не для маленьких детей... Да и зачем? Ей достаточно знать, что её папа - актёр, как бы это ни звучало стереотипно, потому как Арс везде кричит об этом, но Алёна всегда убеждала Кьяру, что папа - лучший актёр в мире и занимается любимым делом, а остальное знать не обязательно. А по поводу Шаста, точнее отношений с ним, он ей не говорил подавно... Возможно, когда-то скажет, когда она будет постарше и осознаннее, но точно не сейчас. Сейчас он хочет начать с простого знакомства с хорошим другом и близким человеком папы... А дальше видно будет. Она ведь ещё совсем мала, ей лишняя информация, тем более такая провокационная, вообще не нужна. И он отдаёт себе в этом отчёт. Да, они сумасшедшая семейка, но всё же не настолько ведь.. - Шаст... Успокойся для начала, - смеясь, просит Антона Арсений, - Кьяра - самый обычный ребёнок, который любит смотреть мультики, учит стихи с мамой, ходит на кружки по актёрскому ремеслу и рисованию и просто любит баловаться... Импровизацию она не смотрела. Да и ей не особо интересно будет. Она смотрела пару фильмов с моим участием, пусть и небольшим... И этого ей хватает. А так, я вас просто познакомлю как двух хороших и близких мне людей. Я, конечно, не буду вдаваться в подробности, что мы с тобой спим по любви, упаси Господи... Ей всего семь. Так что, можешь расслабиться и вести себя так, как хочешь...Но чур, не приставать ко мне при дочери.. - в очередной раз смеётся Арсений. Черт, неужели даже сквозь электромагнитные волны, или на чем там строится эта ваша мобильная связь, слышно, насколько он волнуется? Нет, в смысле да, он действительно отчего-то вдруг начинает... нет, не паниковать, конечно, но все-таки почему-то облажаться перед даже не Кьярой, а самим Арсением в общении с его дочерью как-то... страшно? Пиздец, Шастун, серьезно, испугался семилетнего ребенка? - А если вдруг она... ну... что-то сама поймет? Нет, я к тебе приставать при ребенке точно не буду, но я как-то слышал, что дети всякие такие психологические штуки иногда лучше чувствуют, чем взрослые... - и это, кстати, чистейшая правда. Слышал ли он это от кого-то из Диминой компании, или читал в интернете - сейчас уже и не вспомнить, но откуда-то в его мозгу точно взялась мысль, что дети, даже самые маленькие - даже не в семь лет, а порой и меньше, в три, четыре года могут на каком-то своем внутреннем уровне, даже еще не умея толком выражать свои мысли, интуитивно понимать то, что порой долго не могут понять и осознать взрослые. И особенно это касается всяких таких штук с эмоциями и эмоциональной химией, и чем сильнее эмоция, тем лучше они ее чувствуют - любовь, злость, ненависть, не зря же дети никогда не тянутся к тем, кто их не любит, даже если этот человек будет улыбаться им во все 32. А то, что между ними с Арсом есть какая-то химия, которую видно извне - в этом они убедились уже много лет назад, вместе с появившимися сотнями, тысячами шипперов. Она может задуматься, но она точно не озвучит свои мысли вслух, такая уж Кьяра. Из неё надо все переживания и мысли клещами вытаскивать. И Арс обязательно поговорит с ней на эту тему, а пока ведь можно просто познакомить. Она, в конце концов, может ничего и не понять и не подумать лишнего. Арс с Шастом, наверняка, увлекут её чем-то куда более интересным, чем просто общение с ними, в процессе которого она может заметить что-то большее, чем нужно. Кьяра ведь в первую очередь ребёнок, и для неё на первом месте развлечения, сладкая вата, сплошное веселье. Поэтому Арсений нисколько не сомневается в своём решении. Да даже если догадается, он спокойно объяснит ей всё, как и объяснил развод с её мамой. - Шаст, если поймёт, я с ней поговорю на эту тему. Но уже без тебя, не переживай, не хочу, чтобы у тебя случился инфаркт, - Арс снова не сдерживает свой смех, но быстро успокаивается, не желая показаться уж совсем гондоном, издевающимся над искренне переживающим человеком. - А как, кстати, ты ей объяснил ваш с Алёной развод? Ну опять же, чтобы я не ляпнул что-то спонтанно и вообще знал, какая теория у нее в голове... - да, Антон почти читает мысли Арсения, двигаясь по течению синхронно с ними. Хотя это уже скорее в рамках любопытства, нежели прям каких-то конкретных приготовлений, ибо вряд ли Кьяра у чужого дяди будет спрашивать "почему от мамы ушел папа", да и судя по тому, сколько они с ней общаются, если бы даже у нее такие вопросы были - она бы задала их напрямую обоим. Поэтому да, это определенно любопытство. - И какие есть планы? Где вы хотите погулять? Я то, если ты там в начале про это спрашивал, за, правда. Да, немного неловко, все-таки ты - не Дима, и Кьяра - не Савина, сам знаешь, как я отношусь к тебе и ко всему, что связано с тобой и твоими личными делами, которые за семью печатями... Короче, как там, блять, я не трус, но я боюсь. - Я просто сказал ей, что папа должен жить отдельно от мамы из-за работы. Но что мы с мамой так же как и раньше дружим и любим её. Просто теперь мы просто дружим с мамой, и ничего более... И я и так практически постоянно с ними, когда в Питере, поэтому думаю, разницы она не почувствует, - улыбается в трубку Арс, наливая себе в бокал вина, - Так что, это было проще, чем я мог себе представить... А по поводу планов... Я пока не думал об этом. Ну, наверное, ВДНХ? Вроде там можно и поразвлекаться, и просто погулять и покушать вкусно, - Арс отпивает из бокала, делая небольшую паузу, после чего продолжает, - А вообще - без разницы. Главное ведь знакомство. А погулять можно везде, она у меня не капризная. - Арсу невероятно приятна эта искренняя забота и внимание Шаста, его ответственность, волнение по поводу встречи. И он нисколько не сомневается в правильности своего решения. Зная Антона, он уверен, что знакомство и вообще прогулка пройдут легко, непринужденно и весело. Ведь это Шаст - душа компании, само добро, кумир детей и подростков... Человек, который всегда найдёт контакт с детьми, который в каком-то смысле сам ещё ребёнок... Поэтому Арс буквально в предвкушении этой встречи, и он уверен, что Алёна не будет против. Вообще, если прямо честно и откровенно, Антон тоже практически не сомневается в глубине души в том, что все пройдет прекрасно и Кьяре он действительно понравится - но тут уже сказывается опыт, который показывает, что дети его любят, причем любят просто так, ни за что, умудряясь тянуться еще до полноценного знакомства. Возможно, тут сказывается образ и эдакий вайб, который он источает в хорошем настроении, а с детьми оно редко бывает другим - для детей он всегда большой, забавный, слегка неуклюжий и очень добрый дядя Степа - смешная непропорциональная шпала. Но да, будь это дети Димы или кого-то из общих друзей - он бы вообще совершенно не парился, а тут всё же ребенок Арсения, и только это добавляет ему чрезмерно ответственного волнения. - Покушать вкусно на ВДНХ это сильно, у меня оно только с Маком ассоциируется. Но я согласен, там и где погулять есть, и на колесо сходить можно, и вообще... короче, план - огонь. С тебя тогда все имена-пароли-явки, где, когда, во сколько. - Ну так Мак вообще отлично, дети ж любят, - усмехается Арс, выпивая залпом то скромное количество вина, что он налил в бокал, и благополучно заваливается обратно на кровать, - Так что, не парься, всё пройдёт офигенно. Я уверен. А по поводу явок - ближе к этому дню спишемся, я по времени пока точно сказать не могу. Шаааст... А вы прям помирились-помирились с Ирой? Ну типа она отпустила все обиды и вы торжественно чокнулись алкогольными напитками, подняв тост за дружбу? Или тебе кажется, что всё нормально, а она чисто из-за бабла согласилась играть роль твоей девушки? Не то, чтобы Арсу прям сильно интересно - простила ли Ира Шаста - откровенно говоря, вообще плевать, - но вот просто интересно в каком ключе всё же состоялся разговор, и да ему интересны подробности. Ведь ему далеко не всё равно на Антона и на их отношения, и теперь очень любопытно, будет ли Ира и дальше изощрённо мстить, строить свои планы по уничтожению их отношений, или вот прям действительно она больше не держит зла и решила стать такой же святой, как Алёна?.. Вот обратного поворота-разворота к теме с Ирой Шаст никак не ожидает, поэтому чуть не давится заложенной в рот сигаретой, которую как раз собирался прикурить, не особо торопясь отъезжать и планомерно разлагаясь на водительском кресле под приятный родной бархатистый голос. Серьезно, он еще хочет об этом поговорить? И какой, блин, здесь ответ будет правильным? Точнее, что Арс бы больше хотел услышать, и что его реально бы больше успокоило - то, что они действительно искренне помирились, и от Иры не придется ждать никаких подлянок, или наоборот, что ее интересуют только бабки и от нее точно не будет никаких личных поползновений в его сторону, к которым стоит ревновать? Бляяя... И времени на раздумия нет, чтобы это не показалось странным... - Ну... вообще... я думаю, что да. Стас сначала сказал мне вообще сидеть смирно и не рыпаться, начал предлагать ей то, сё, связи свои для развития бизнеса, бабки на квартиру, на бизнес, на проект, на путешествия там отпускные, но ее как-то... не проняло, что ли. А потом просто в какой-то момент меня перемкнуло, и я понял - вот сейчас нужно. И я реально искренне извинился. Ну, не просто "прости", а прям многословно, сказал реально всё что думаю - она ведь действительно не плохая девчонка. Ну просто... не сложилось, и, блять, с самого начала не сложилось, а она семь лет это терпела, семь лет жила без любви, без взаимности, без желанности... Мне кажется, я столько за один раз вообще ни разу ей не говорил искренних вещей, сколько за этот заход. Из плешивого, кажется, еще кусок волос выпал от ахуя, а она реально даже... ну не заплакала, но слезу пустила. Короче, обнялись, вроде действительно искренне улыбнулись и прям похоже, что правда простила... А Арсений всё таки не конченый эгоист — он безусловно рад, и облегчение сейчас максимально искреннее. Та картина на коврике пусть и была некой сатисфакцией для него, но всё же это было некрасиво и даже не совсем в его стиле - пускать кого-то в свою постель, позволять лицезреть себя голым со своим партнёром... Блять. На тот момент, конечно, было весело, смешно и очень даже кстати, но сейчас он понимает, что извинения Шаста были просто необходимыми, да и было бы неплохо, если б и он сам извинился, но ему похуй. Да, та маленькая сучка в Арсении всегда жива и периодически даёт жару. - Ну молодцы..Я рад. Надеюсь, она тоже обретёт своё счастье. А ты - моё, - мечтательно улыбается Арсений, облегченно выдыхая, - И сумасшествие, и счастье... На голову свалилось в 39 лет... Ладно, Шаст, я, наверное, в душ, а потом спать. Пиздец уставший. У тебя завтра съемки, нет? Да блять, у тебя всегда съемки. Так что, тоже поспи, отдохни..Сейчас сон наш единственный досуг. А то до следующих выходных не скоро... - и вот эта фраза прямо-таки моментально окунает в тот самый охуенный выходной, в том самом домике, в том самом лесу... И на губах невольно дрожит хитрая, многозначная улыбка, которую сейчас Шаст, хоть убей, никак не увидит и не почувствует. И, судя по тону Арсения, в котором Шаст конечно еще не разбирается до конца целиком и полностью, но всё же понимает его куда лучше, чем раньше, тот действительно... удовлетворен этим ответом, и это просто не может не радовать - потому что он больше всего боялся, что Попов сейчас опять начнет загоняться из-за собственной ревности, которая у них, похоже, одна на двоих. И он безмерно рад, и затягивается дымом на все легкие уже с не менее лёгкой душой, пристегивая ремень и поглядывая на часы. - У меня всегда съемки, Арс... Мне кажется, еще немного, и я даже ночевать дома перестану - для ютуба, без селебрити, можно ведь и в три часа ночи снимать... Да пофиг, сейчас три дня сурка и уже пятница. Жду тебя - пиздец. Сам знаешь. - романтика по-Шастунски, ни дать ни взять. И примерно на этих же нотах они прощаются, а черный Тахо наконец улетает в закат, точнее уже в ночные просторы Москвы в нетерпеливом ожидании, когда его дни сурка наконец сменятся этой самой долгожданной встречей.