Работа над ошибками

После лекции мы с Софой вышли в коридор, и там встретились с Лолой. Она стояла и разговаривала с подругами, а потом заметила нас. — Соф, привет. — улыбнулась она. Софа медленно повернула к ней голову и о чём-то задумалась. Потом заулыбалась во весь рот. — Привет, Лола. Мне было неловко находиться рядом с подругами брюнетки из-за утреннего разговора, поэтому мне очень хотелось отсюда свалить. И чего-нибудь сладкого… когда мне плохо, я обычно его ем и отвлекаюсь. Чёрт, Лола права, я разжирел так не из-за лекарств, просто кто-то слишком любит поесть. — Раф, ты чего такой притихший? — спросила меня одна из девочек, Мэри. — Я? я… да так, задумался. Я пойду, возьму учебник в бибиотеке. — У тебя же есть вроде… — Я ей. — я показал на Софу. Рыжая повернула ко мне голову. — А? — не понимая выдала она. — Я быстро! — пообещал я и умчался прочь. Пока я слонялся между стеллажей библиотеки, я очень хотел уйти домой. Чтобы меня никто не трогал, и чтобы я мог в полной мере осознать, насколько я толстый и насколько это плохо. Я потянулся к верхней полке, на которых стояли в ряд учебники истории, и свитер сильно задрался вверх. По оголённой коже живота пробежались мурашки. Я опустил руки и стянул свитер вниз. Не забыть: после пар поехать за одеждой на несколько размеров больше, чтобы не дай бог не обтягивали жир. Я вышел из библиотеки и в дверях столкнулся с Софой. Она влетела мне в грудь лбом и тут же шагнула назад. — Пардон. — сказала она. — Нормально. Держи. — я протянул ей книгу. — Спасибо, но я и сама могла. — Я хотел сделать приятное. И сбежать от Лолы и девочек. Софа взяла учебник и пролистала. Я подтянул круглое брюшко, которым несильно упирался в девушку, ведь мы очень близко стояли. Флейм подняла голову и молча уставилась мне в лицо. Интересно, о чём она думает? Зачем она пришла? За мной? Да прям уж, сдался я ей. Наверное, ещё что-то хотела взять. — Ты занят сейчас? — спросила она вдруг. — Да нет, что такое? — Можешь показать мне дорогу до общаги? — Хорошо, пойдём. Только зачем тебе? — Надо. Мы вышли на улицу, и я повёл девушку по тропинке через парк. На солнце рыжая макушка Софы прямо блестела, моя наверное тоже. Флейм поёжилась и развела огонёк на кончиках пальцев, придавая ему различные формы зверей. Идти было недалеко, минут пятнадцать, так что назад мы вернулись быстро. На истории со мной сидела Лола, хотя старательно делала вид, что не замечает меня, и лезла к Софе. Та же отвечала либо с ленцой, либо вовсе не реагировала. Домой я вернулся к семи часам. С кучей безразмерной одежды. Лола уже была дома, она делала домашку по химии. — Я дома. — сказал я негромко, вешая пальто на плечики. — Я слышу. — ответила девушка. — В холодильнике стоит кефир. Я моргнул. — Ясно, а зачем? — Это твой ужин. — Чт… но я не ел толком целый день, я голоден. — Рафаил, — она отвлеклась от учебника и посмотрела на меня, поднявшись. — Мне казалось, утром мы всё выяснили, и ты с этого дня худеешь. — Лола, я начну терять сознание. Если ты правда думаешь, что я могу прожить на одном кефире, то ты сильно ошибаешься. — Ты же целитель. Исцелишься. — Голодание — это не болезнь! — Хорошо, тогда начни наконец ходить в спортзал. При одном упоминании этого места я ощутил, что побледнел. — Я… но я не могу… — Раф, прошло больше полугода. Месяцы прошли. Я и так терпела то, что ты толстеешь, мне теперь надо смириться и с тем, что ты стал трусом? — Лола, не надо. Пожалуйста, хватит. Я и к Рирзу-то привыкал долго, хотя он ниже меня, а тогда… я просто не могу туда пойти, я тебя умоляю, не заставляй меня. — Так, хватит. Выбирай: либо зал, либо диета. — Лола… — Неужели тебе самому не надоело быть таким шариком? Нижняя губа предательски дрогнула. Боже, нет, я сейчас заплачу… нельзя, чтобы она это увидела. Я развернулся и пошёл в душ, где выкрутил воду на полную и под её шум совершил прерывистый вдох. Чшш, тише. Это было давно, ни в какой зал мы не пойдём, сейчас мы просто примем горяченький душ и ляжем спать. Мы устали, день был долгий и безрадостный, нам надо просто немного отдохнуть. Я залез под горчую воду и закрыл глаза, старательно вдыхая и выдыхая и считая до двадцати на немецком. Понемногу удалось успокоиться. Вот и чудно, вот мы и молодцы. Я вышел из душа, завёрнутый в махровый халат, и прямо в нём завалился спать, несмотря на раннее время и включённый свет. Среди ночи я проснулся от кошмара. Я начал ощупывать свою шею и живот. Ничьих рук там не обнаружив, я пришёл в себя. Увидев, что Лола спит, и что сейчас два ночи, я переоделся в пижаму, ибо халат был сырым и спать было холодно, и улёгся обратно. Больше мне ничего не снилось, кроме огромной стопки блинов.