Когда опадут листья сакуры

Хенджин и Миян познакомились, когда ему было 8, тогда он впервые пришел в поместье Со, чтобы поиграть с Чанбином. В детстве у нее были большие румяные щеки и блестящие глаза, которые часто рассматривали Хенджина, когда тот играл с ее братом. Обычно они виделись только тогда, когда Миян звала их пообедать или приносила им его сама. Они разговаривал не особо часто, но много, обсуждая повседневные вещи. После смерти родителей, она часто приходила к нему домой поздней ночью, чтобы выплакаться и неожиданно в один из этих дней она поцеловала его. Миян с горящими глазами ждала от него ответа, но получила лишь растерянное мычание. Хенджина привлекали женщины и в одну он даже был без памяти влюблен, но Миян он воспринимал как сестру, не больше. После полученного отказа, дева Со еще долго плакала, запираясь у себя в комнате из-за чего Хвану было совестно приходить в поместье. Его друг наивно полагал, что чувства сестры со временем угаснут, но и по сей день она продолжает забирать внимание лекаря себе, как и тогда на празднике. Хенджину было интересно, что такого он пропустил из-за чего его новоиспеченные ученики, бежали куда-то сломя голову, когда он объявлял, что занятие закончилось. Все оказалось до смешного просто. Ключ от библиотеки был утерян, из-за чего вход в нее был закрыт. Сынмин и Феликс три дня носились по всему поместью, пытаясь узнать у кого находился ключ. Они опросили всю прислугу, младших и старших адептов, при том что последние явно не хотели идти на контакт с ними, Чана, Хенджина, Чонина и даже Миян. Сынмин в один момент настолько отчаялся, пытаясь найти ключ, что даже предложил взломать здание, но рука на плече и голос Хенджина заверили, что библиотека окружена талисманами и круглым магическим полем, которые не под силу разбить даже Чанбину. Они уже было утратили всякую надежду найти ответы, когда, возвращаясь после ужина и медитации в свою комнату, Сынмин заметил, что дверь была открыта. Засунув руку в рукав, он достал из него заточенный столовый нож и аккуратно заглянул в комнату. Все в ней была абсолютно таким же, кроме маленького серебряного ключа на подушке. На утро обсудив находку с Ли и решив, что им просто подыграла судьба, они отправились на занятия к Хенджину. В этот раз они проходили водную нечисть, самым распространенным представителем из которых были водные и речные гули, которых можно было найти у местной речки. Вообще сама деревня Фэминь не была населена большим количесвом темных существ. Изредка тут можно было встретить тех же водных гулей, неупокоенные души, которые возвращались в виде злых духов и пугали людей, еще реже встречались ходячие мертвецы или другая высокоуровневая нечисть. А вот на севере и западе провинции часто находились недалекие заклинатели, практикующие темное искусство из-за чего там всегда находилась работа для странствующих заклинателей и бывших адептов ордена Со. Но почти всю работу по защите простых людей и изгнании темных тварей брал на себя очень изветный человек в ордене Со и за его пределами, которого Хенджин пытался вспоминать как можно реже. На лекциях Сынмин любил рисовать на бумаге параллельно слушая учителя, в то время как Феликс либо засыпал с открытыми глазами, потому что ему до сих было сложно просыпаться в семь утра, из-за чего бедному Сынмину приходилось каждое утро его поднимать. Либо представлял что-то у себя в голове, пропуская лекцию мимо ушей. Хенджин заметил, что в этот раз они оба сидели как на иголках, поглядывая на горящую палочку благовоний, которая показывала, оставшееся время. После традиционного «На сегодня мы закончили», Сынмин подскочил и подбежал к Хенджину, что было очень странно ведь даже после их милого разговора на празднике, младший все равно старался обходить лекаря за сто ли, но тем не менее предупредил, что сегодня на обеде их не будет. Схватив Феликса за руку, Ким вылетел из дома, оставляя ошарашенного Хенджина наедине с этой ситуацией. Отобедав, Хенджин решил разузнать, куда они так быстро смылись и вспомнив недавний разговор о библиотеке, решил для начал отправится туда. Библиотека представляла из себя дом выполненный в лучших традициях того времени. Само здание сзади было окружено лесом, что придавало ему большей эстетичности. Внутри располагались стеллажи с книгами и древними рукописями, небольшое окно с видом на деревья, несколько полок, с наименее опасными артефактами, и три котацу посередине комнаты. У Сынмина кружилась голова от разнообразной литературы на полках. Что мы вообще здесь ищем? После, примерно, часа поисков, они нашли раздел с легендами и сказаниями о героях и стали перечитывать все книги, которые там были. — Это займет вечность, Мин! — округлив глаза от количества страниц только в одной книге, простонал Ли. — Да… Нужно конкретизировать то, что мы знаем. — с умным видом произнес Ким и отыскал на одной из полок лист и чернила с кистью. — Мы загадали желание использовав статуэтку Будды. — с противоположной стороны стола послышалось согласное мычание. — Нас обоих встретила женщина с повязкой на глазах в каком-то парке и толкнула нас в озеро. — Ли нахмурился, играясь под столом со своим поясом. — Ты так быстро говорил о том, как попал сюда, что я не понял кое-чего. — зажав рукоять кисти в зубах, сказал Сынмин. — Чего? — вскинув брови, спросил Феликс. — Та женщина сказала мне, что я сын какого-то Ояна, но ты не говорил, что она сказала тебе. — Сынмин ткнул кистью в сторону Ли, из-за чего на его листок упала капля чернил. — То же самое, что и тебе. Но перед тем, как столкнуть меня в озеро, она попросила пробудить счастье, которое скрыто за яблоней. — с задумчивым видов, пробубнил Феликс. Он искренне не понимал, зачем было говорить загадками, если можно сказать напрямую. А если он не разгадает этот шифр и кто-то умрет? Возможно он сам? — Ну и бред. — хмыкнул Сынмин и нарисовал кривое дерево на листке. — Значит начнем поиски с легенд, где присутствуют женщины… Господи! — закричал Ким, когда дверь в библиотеку резко открылась и в проеме показалась длинная черная фигура. — Доброго вечера. — прыснул лекарь, рассматривая перепуганного Сынмина. — Чем занимаетесь? — Напугали. — схватившись за сердце, выдохнул Ли. — Пытаемся найти легенду про ослепшую жен…- он осекся на половине слова, посмотрев на лицо своего друга, на лбу которого было написано «я задушу тебя во сне, падаль». — Слепую женщину? — удивился лекарь. — Не припоминаю таких. — он задумался, прикусывая губу и пытаясь вспомнить были ли упоминания о чем-то подобном в книжках о нечисти, которые он читал. — А зачем вам это? — Мы не можем этого сказать. — прошептал Сынмин, испугавшись, что их тайна оказалась под угрозой раскрытия, только из-за длинного языка Ли. — Вы можете не таить от меня своих секретов, но если вы не желаете, можете не говорить. Доброй ночи. — улыбнувшись, Хенджин закрыл дверь и пошел на выход из поместья. Идя по поместью, он размышлял о том, не могли ли эти двое быть шпионами. Даже если и так, стал бы его ученик за них ручаться? Он не раз доказывал свою преданность ордену и самому Хенджину, в особо важные дела никогда не лез. Он чувствовал, что Сынмин и Феликс что-то скрывали, но не мог понять что. Либо не хотел. Выходя из поместья и шагая к своему дому, который находился в начале центральной улицы города, он продолжал размышлять о них. Точнее о Сынмине. Ким Сынмин не был невероятно красив, не владел в совершенстве никаким духовным оружием, не был искусным заклинателем и уж тем более не имел никакого статуса в свете. Но что-то в нем заставляло огонек озорства в Хенджине разгораться сильнее. Возможно лекаря привлекала его покорность, целеустремленность, упрямство, склад ума или все вместе… Больше думать об этом Хенджин не собирался, потому что заметил свет в окошке комнаты его ученика. Это значило, что он освободился от работы и готов наконец обсудить все последние новости за чашкой лавандового чая. После ухода Хенджина, Сынмин и Феликс вернулись к своему невероятно важному делу. Через некоторое время продолжительных поисков и пары интересных книг, которые откопал для себя Сынмин, прозвучал горн, оповещающий о начале часа крысы. Горн звучал три раза в день из дома Со. В первый раз утром, означая начало нового дня для адептов, во второй где-то в середине дня, созывая всех обедать и третий раз ночью, опуская поместье и всех его обитателей в сон. Прибрав библиотеку, Сынмин и Феликс разошлись спать, пообещав на следующее утро обязательно вернуться и продолжить поиски, что они и сделали. Решив в этот раз не прогуливать обед, чтоб не вызывать подозрений, сразу после него они пошли в сад к Чонину, который играл там на гуцине. Немного с ним поболтав и забрав ключ, они двинулись в библиотеку, по пути в которую Сынмин заметил силуэт, который прятался за одним из домов, но списав это на усталость, он пошел дальше. После десятков изученных книг, когда уровень уверенности в том, что они правда что-то могли найти, стремился к нулю, Феликс резко завопил, подзывая Сынмина к себе. — Послушай, Минни! Я нашел. — радостно ерзая на месте, пищал Ли. — Что это? — Сынмин вопросительно кивнул на книгу и приготовился слушать, когда Ли прочистил горло и уселся поудобнее.

Легенда о Сянь Дзянжу

Эту историю рассказывал мне мой отец. Когда он был еще совсем юн, они с моими дедушкой и бабушкой жили в деревне в 17 ли от сюда. Там и началась история Сянь Дзянжу. Сянь Дзянжу было девять, когда в их деревню пришла болезнь. Страшная проказа, которая не жалела ни стариков, ни детей. В первый день по всему телу появлялась сыпь, которую расчесывали до крови. Во второй день руки и ноги начинали неметь, отказывая через пару часов. На третий день лились кровавые слезы, а тело изрыгало все, что в нем находилось, вплоть до внутренних органов. Так люди умирали в агонии. Мать Дзянжу подхватила болезнь у какого-то бродяги и умерла, оставляя ее отца и четверых детей без матери. Сянь Дзянжу было пятнадцать, когда два крупных клана сошлись в кровавой битве. Люди в золотом, забирали женщин и детей, убивали стариков и жестко казнили мужчин. Сянь Дзянжу успела сбежать вместе со своими младшими братьями и сестрами в горы, прежде чем к ним пришли воины. Вернулись они уже на пепелище. Шли годы и через четыре года, когда деревню отстроили вновь, в нее пришла новая беда. Голод. Скотина умирала, вся рыба в реке плавала вверх пузом, а про урожай и вовсе сказать страшно. Сянь Дзянжу видела, как люди убивали своих питомцев, чтобы прожить хотя бы еще один день. Вернувшись поздно ночью домой, она поняла, что ее младшая сестра так и не вернулась. Соседский юноша, позже поведал ей, что видел, как безумный отшельник разговаривал с юной Июши и больше ее никто не видел. Когда Сянь Дзянжу исполнилось двадцать три, наступили лютые холода, которые забрали двух ее братьев. Люди замертво падали на улицах. Некоторые пропадали бесследно и были найдены только весной, когда снег начинал таять, а кому-то пришлось сделать себя калекой из-за отмороженных конечностей. Скорбь захлестнула юную деву, и она двинулась в храм богини Гуаньинь, чтобы молить ту избавить ее от страданий и сберечь, последнюю оставшуюся в живых, сестру. Два дня проведя в пути, с восходом солнца она зашла в храм, тут же рухнула на колени и взмолилась. — Прошу тебя. Я больше не желаю видеть болезни, смерть и ужас. Я буду служить тебе до скончания веков и попрошу лишь о возможности прекращать страдания людей и даровать им желаемое. — не получив ответа Дзянжу, собиралась в отчаянии покинуть гору, когда небольшой сосуд рядом с ней затрясся. Она подошла к нему и, только потому что всю жизнь свою провела простой девой, открыла ловушку для демонов. Из нее полился черный туман, который собрался в черную тень перед ней. Сосуд выпал из ее рук, когда темная фигура резко оказалась перед ней и вырвала ей глаза. Дзянжу приложила руки к пустым глазницам и громко закричала от боли. — За что? Разве я недостаточно страдала? — всхлипнув, спросила она. — Достаточно, провидица. — ответил ей демон. — Но я лишь исполнил твое желание больше никогда не видеть бед. — он злобно захихикал и толкнул девушку на пол, забираясь к ней на бедра. — Отныне и навсегда ты будешь служить мне. Ты сможешь слышать каждого, кто попросит нас о чем-то и помогать им. — тень положила руки ей чуть ниже пупка и скрестила их души, передавая часть своей ци. — Возвращайся домой и начни творить чудеса. Я догоню тебя позже, сестрица. — он опять мерзко захихикал и растворился во мраке ночи. Сянь Дзянжу возвратилась к себе в деревню и спросила людей, чего они истинно желают. Получив ответ, она стала творить чудеса одно за одним, но через девять дней ей пришлось создать собственный дворец и вознестись туда… — На этом история заканчивается. — выдохнул Феликс. — Сынмин, тут не хватает трех страниц. — Кто-то специально выдрал их, чтоб никто не знал, почему ей пришлось скрыться от людей? — сгоревшая палочка благовоний, подсказывала им, что скоро начнётся тренировка у Чана и им нужно поспешить. Придя на поле, Сынмин не мог перестать думать о провидице. Что могло случаться такого, что ей пришлось вознестись? Люди начали желать слишком много? Она бы могла просто уйти в другую деревню или перестать выполнять их желания. А зачем кому-то вырывать часть легенды? Возможно, как демон и говорил, он догнал ее и она сама стала бедой. Я сразу понял, что она не такая, какой может показаться. Нам с Ликсом стоит быть начеку. В результате своих размышлений Сынмин пришел к выводу, что ему нужно быть осторожнее, особенно когда из-за своего друга он чуть не остался без руки, слишком глубоко уходя в себя. Феликс лишь виновато улыбнулся и предложил пока выкинуть это из головы. После ужина они решили вернуться и забрать остатки легенды себе. Кто бы не вырвал страницы, он сделал это специально. Зайдя в свою комнату, чтоб забрать ключ, Сынмин заметил силуэт в окне, который тут же скрылся, замечая слежку. Встретив Феликса, он жестко схватил его за руку и потащил в библиотеку. Захлопнув за собой дверь, Сынмин с тяжелым вздохом скатился вниз. — Минни, с тобой все хорошо? — с беспокойством в голосе, прошептал Феликс. — Сегодня днем я видел силуэт, когда шел в библиотеку. Только что я заметил тоже самое у себя в окне. — прибывая на грани истерики, Сынмин развязал пояс на своем ханьфу, вдыхая больше кислорода. — Ликс, сначала мне подкидывают ключ, потом вырывают страницы, а теперь следят. Разве это не стра- — Сынмин. — Ким поднял взгляд на друга, который стал белым как молоко и испуганно смотрел в окно. — Сюда кто-то идет. Сынмин не думая схватил Ли за руку и потащил в самый темный угол, прячась за книжным шкафом. Они прижались друг к другу и задержали дыхание. Раздался трехкратный стук из-за чего Феликс начал трястись как лист на ветру. После секундного затишья, дверь со скрипом отворилась. Вошедший молча оглядел комнату и подошел к столу с книгами. Подняв ту самую, он покрутил ее в руках и именно в этот момент половице под Сынмином нужно было скрипнуть, привлекая внимание незнакомца. Он шел медленно, словно тигр, подкрадываясь к добыче. Сынмин начал думать, что ему хочется пожить еще чуть-чуть и стал искать, чем он будет обороняться. Киму не хватило нескольких секунд, чтобы дотянуться до фарфоровой статуэтки слона, когда незнакомец резко завернул за поворот. От неожиданности Феликс громко закричал и присел, закрывая себя руками. Сынмин все же дотянулся до статуэтки и замахнулся, когда луна освятила лицо юноши. — Не бей, Сынмин, это я! — выставив перед собой руки, громко сказал парень. — Джисон?!