Я буду ждать тебя здесь

      — Добрый вечер. Спасибо большое.       Антон расплачивается с курьером и закрывает дверь. В квартире опять царит тишина. Слышен лишь гул машин за окном. А соседей, слава богу, нет — звукоизоляция довольно хорошая. Антону в этом плане повезло. А кому-то не очень. Например, Олеже. По воспоминаниям Звёздочкина, в общежитии не то, что звукоизоляции не было, там стены буквально из картона. Так что, как Душнов там жил, для Антона остаётся загадкой. Тем не менее, тот никогда не жаловался.       Парень смотрит на пакет, который ставит на стол. Опять заказал доставку. Совсем обленился. Домашняя еда была очень вкусной — Антон не спорит. Умел бы он ещё её готовить… У него и яичница-то через раз получается, а не то, что ужин! Раньше готовил Олежа. Антон его совсем не заставлял, нет. Скорее даже наоборот — хотел, чтобы тот отдохнул, поэтому при любом удобном случае заказывал что-то. Не совсем дорогое, конечно, — знал, что такое Душнов не одобрял.       Олежа же — всегда, когда Антон заказывал что-то из фастфуда, — говорил, что это всё очень вредно, и вообще: лучше бы он сам приготовил какое-нибудь рагу из овощей, что лежат у Антона в холодильнике! Старался не допускать возможности ужина из доставки. «Бог его знает, что из чего они там готовят, Антон! Я сам всё приготовлю. Отказы не принимаются». Иногда такое не работало: Олежа либо засыпал из-за сложного дня, либо приходил слишком поздно, и времени на готовку просто не было. Только в таких случаях он соглашался, да и то с горем пополам.       Антон от воспоминаний грустно улыбается.       Всё не должно быть так, как есть.       Олежа не должен был умереть.       Он достоин жизни.       А вот Антон в своём достоинстве на жизнь сомневается.       Взгляд снова падает на пакет, который Антон до сих пор не разобрал. Аппетит резко пропадает. Нужно убрать всё в холодильник. «Ты бы меня поругал, я знаю…» — мысленно говорит Звёздочкин, смотря на фотографию Олежи из газеты, лежащей рядом. Он понятия не имеет, зачем он собирает все газеты, в которых пишут что-то про «Смерть студента!», но они имеются.       Смотреть на них тошно. Грустно. Самое главное — больно. Боль поражает самое сердце и душу. Антон не может позволить себе сдаться; не может просто так взять и заплакать. Он — камень, который в глазах общества и должен быть таким — «достойным». Правда, достойным чего, Антон не понимает. В глубине души смеётся с этого. …А может и плачет. Он не достоин ничего, что имеет. И Олежи он не достоин. Был. Был не достоин. Да и сейчас тоже.       Это просто ошибка.       Смерть забрала не того.       Должна была забрать Антона.       Теперь уже даже мечтать о смерти Антон не может. Он должен страдать. Смерть, как считает сам Звёздочкин, — слишком лёгкое наказание для него.       «…А ведь все эти мысли начались с какого-то фастфуда. — смеётся с собственных мыслей, но почти сразу прекращает. Всё что происходит, не повод для смеха. Даже над собой. — Олежа, я так…» — даже в мыслях договорить не может. Мотает головой, пытаясь забыть это. Нет. Уже поздно. Ничего не исправить, его не вернуть.       …скучаю.       Антон не может даже себе признаться в этом. Как и в том, что любил Олежу. И любит. Не может признать факт, что Душнов был… каким-то не слишком большим, но слишком значимым смыслом жизни. А сейчас этого смысла нет. Возможно, это объясняет его мрачное состояние. Таблетки, что прописали, либо не помогают, либо же Антон и вовсе их не пьёт. Да и правильно, наверное, делает, с одной стороны. Мешать таблетки с алкоголем — так себе идея.       Да, Антон обсуждал эту тему с психотерапевтом. Это был последний его приём. Больше Антон туда не совался. Считает, что ему там навязывали то, чего вообще-то и нет. И не скучает он вовсе. Что всё это бред, и он в порядке. Сам понимает, что ложь, зато ему она нравится больше, чем то, что всё было и есть. Отвратительно.       …Олежа, я скучаю.       Скучаю по тебе; по твоему смеху, твоей улыбке; скучаю по бессонным ночам, которые проводил с тобой; скучаю по твоей вкусной еде; по объятиям; да даже, чёрт возьми, по ссорам. Скучаю.        Тишина в квартире давит ещё сильнее. Антон не выдерживает, идёт опять к холодильнику. Берёт пакет, который положил туда недавно, и выбрасывает его в помойку.       Хватит с него.