Человек, который очень не хотел умирать

Минуло немногим меньше трех месяцев с того момента, когда на Яшмовой горе были подписаны первые соглашения и договоры, что легли в основу будущего Четверного союза. Название это было выбрано, не смотря на упорные возражения Фрица, большинством голосов - слишком уж заманчиво было назвать объединение четырех королевств подобным образом. И никакие параллели с человеческой историей в данном случае никого не волновали. Цель союза была всего одна, и заявленная, и действительная - противостоять нарастающей небесной угрозе. Но чтобы провернуть такое дело, как это обычно бывает, нужны были ресурсы, причем немаленькие. Основную финансовую нагрузку взяли на себя Песчаное и Морское королевства, как самые богатые из представленных. Они же, а также земляные, взялись за комплектацию личного состава и материальную базу готовящейся союзной армии. В первую же неделю по городам и сёлам, в разные уголки податных территорий были высланы гонцы, чтобы уведомить местные власти о начале мобилизационных процессов. И скоро по земле и небу потянулись вереницы рекрутов. Они двигались медленно, неохотно, не вполне осознавая, за что идут воевать. Но если одни обеспечили союз солдатами, оружием и золотом, Радужное королевство обязалась предоставить доступ к своим богатым ресурсам, а также своим научно-техническим специалистам из числа ночных. А их нужно было не мало, учитывая запросы, направляемые королевам от лица Центрального квартирмейстерства союза. Кстати, Высшим квартирмейстером, то есть главным по части оружия, доспехов, логистики и осадных орудий, был назначен сам Фриц, ибо изначально именно он поставил вопрос о коренной реорганизации войск из классических, принятых в драконьих королевствах, в новую, с использованием тактик, выработанных человечеством за свою долгую военную историю. — Раз господин Фриц так хочет испробовать на наших солдатах тактики своего вида, то пускай возьмётся за это дело со всей широтой должностных полномочий. Всё таки, до первых сражений ещё далеко, и генералом ему сейчас быть без надобности, — с улыбкой произнесла Тёрн на первом заседании ставки командования, разведя крыльями. С того момента на человека свалилась целая тонна различных обязанностей. Помимо проектирования чертежей орудий, оружия и амуниции, по которым у него уже были наработки, ему пришлось почти в одиночку составить единый воинский устав, обозначить чины, рода войск и субординацию между частями. Дело было муторным, тяжелым, но важным, поэтому Фриц с присущей ему немецкой дотошливостью приступил к делу. Все начинается с роты - отряда до ста бойцов, во главе которой стоит ротмистр, то есть младший офицер. Рота - основа маневрирования армии, её глаза и уши в разведке, идеальна для засад и мелких стычек. Сорок рот составляют бригаду- мощную боевую единицу под командованием гауптмана, или же капитана. Она уже способна вступать в полномасштабные сражения, ввиду своей численности и укомплектованности различными родами войск. Шесть бригад объединяются в дивизию - ею руководит оберст - это сила для генеральных сражений и взятия городов. А из дивизий, коих предполагалось четыре, и складывалась армия Четверного союза. И хоть в беседах с ним драконьи офицеры делали ставку на массовость и напор дивизий или хотя бы бригад, Фриц был стойко убеждён, что эту войну не выиграть без усиленного акцента на ротах. И именно на сражения с участием большого числа скоординировано воюющих отрядов он сделал основную ставку. Но эта, совсем не интересная для Фрица работа не шла ни в какое сравнение с тем, что потребовалось от него потом. Оказалось, что стандартные торговые логистические пути, по которым драконьи племена обменивались товарами, никак не годились для массированных военных поставок. Поэтому ему, как Высшему квартирмейстеру, пришлось как ошпаренному носится из лагеря в лагерь, из города в город, чтобы согласовать пути снабжения и связать многочисленные ниточки караванов в единую паутину тыловых служб. Была только единственная проблема, которая могла поставить крест на всем участии Фрица в этом мероприятии. Он не умел летать. Совсем. Нет, конечно, если бы вы спросили его, он бы нашел тысячу и одну причину дать ему время и ресурсы на постройку самолета, на котором он, будьте уверены, будет не медлительнее дракона. Но ни времени, ни подобных ресурсов ни у кого не было, поэтому требовалось решение несколько приземлённее, но все так же срочно. Фриц как-то раз проговорился, что мол неплохо бы выделить ему кого-нибудь под седло, чтобы компенсировать недостаток скорости. То ли в ставке чего-то не так поняли, то ли кто-то решил зло пошутить, но уже на следующий день человеку пришло донесение, что королева Ибис выделила ему для передвижения... дракона, и попросили как можно скорее подготовить все необходимое для полета. Что ж, сказано - сделано, и уже скоро полный комплекс из сбруи, уздечки, седла и стремян были готовы. Дракон, а точнее дракониха - небесная по имени Свиристель, служившая раньше у Ибис послом в Небесном королевстве, сопротивлялась недолго, и вскоре смирилась со своей участью. И вот, ранним утром, предрассветную дымку рассекли взмахи кроваво-алых крыльев. Остроконечные пики горной цепи внизу сменились обширными сочно-зелёными лугами, испещрённые россыпью мелких, похожих на борозды, озёр. По предположениям Фрица, уже наблюдавшего подобные пейзажи на родной Земле, это были следы падения расколовшегося в атмосфере метеорита. — Какой умиротворяющий вид, — завороженно произнесла Свиристель. Она редко говорила - мешали удила - но на счастье Фрица не была обделена незаурядным умом, что неплохо скрашивало их долгие перелёты. — Да... но это не на долго. Скоро здесь пройдут наши войска, и я не думаю, что после нас здесь останется, на что смотреть, — усмехнулся он, разминая спину. — Это если все пойдёт так, как ты планируешь. А если ваш враг окажется способнее, чем вы рассчитываете, о мой наездник? — усмехнулась в ответ дракониха и взяла крен, заставив человека покачнутся в седле. Фриц не мог не почувствовать в её голосе привкус яда. — Лучше поменьше болтай! И вообще, чем ты недовольна? — возмутился Фриц, дёрнув поводья. — Кто сделал тебе эту прекрасную сбрую, и седло, идеально подогнанное под твою спину? Далеко не каждый жокей так заботится о своем скакуне, как я о тебе! — Единственное, почему я терплю все эти унижения, Фриц, так только потому, что обязана королеве Ибис жизнью с того самого момента, когда она выдернула меня из Небесного дворца до того, как ворота захлопнулись прямо у меня перед носом, — обернувшись, Свиристель пронзила человека острым, как наточенный немецкий альшпис, взглядом жёлтых глаз. Фриц ничего ей не ответил, лишь сложил руки на груди и откинулся в седле. Скоро небесная прекратила ворчать, поудобнее закусив удила, и ещё два с половиной часа они летели в тишине. И вот, когда сияющий диск солнца уже высоко поднялся над горизонтом, а склоны гор за спиной окончательно скрылись из виду, внизу показались очертания военного лагеря. Лагерь дивизии «Альба» стоил того, чтобы его увидеть. Более того, он заслуживал того, чтобы им любовались. По словам Спрута, очень образованного морского дракона, летописца и секретаря королевы Коралл, с которым Фрицу удалось познакомится, такой военной мощи эта земля не видала уже многие сотни лет. А возможно, что не видала никогда. Бескрайнее море палаток, шатров, бревенчатых блиндажей и наскоро возведенных деревянных построек, широких улиц и плацев, полигонов и тренировочных ристалищ раскинулось на многие гектары, и оценить его подлинные размеры можно было лишь с высоты драконьего полета. Из седла также отлично была видна широчайшая синяя полоса, проложившая свой путь сквозь зеленые равнины и разделившая лагерь на две части. Полноводная Пятихвостая была одной из троицы самых крупных и значимых рек Пиррии, и, исходя из чисто экономических соображений, решение расположить здесь на стоянку дивизию сразу было одобрено. Вода была жизненно необходима не только солдатам, но и кузнечным цехам, расположившимся прямо на правом берегу Пятихвостой. Без этого о модернизации армии не могло идти и речи. Свиристель нырнула вниз, приметив среди мешанины пёстрых тканей свой ярко-красный шатер. Почувствовав твердую почву под лапами, она сразу улеглась, потянулась и с неописуемым наслаждением выплюнула уздечку. Фриц тоже был рад наконец оказаться на земле. Слезши со спины небесной, человек снял и седло, уложив его рядом с драконихой. — Всё, отнеси амуницию к себе в шатер и можешь быть свободна. Сомневаюсь, что нас с тобой сегодня куда-нибудь отправят, — бросил ей он через плечо. Краем глаза Фриц заметил небольшое чёрное пятнышко, что стремительно приближалась к нему, и обернулся на встречу. Хлопок, и черные крылья с россыпью серебристых точек окружили его тело, а в плечо уткнулась маленькая мордочка. — Фриц, наконец-то вы вернулись! Не представляете, как я скучала! — выпалила Мудрость, поднимая на человека свои огромные глаза. — Я понимаю, радость моя. Но все эти дела требовали моего личного присутствия, — Фриц мягко улыбнулся, ставя ночную на землю. — Ну как ты тут? Привыкла к новой должности? Интенданты вели себя хорошо в моё отсутствие? — Да... да, конечно, — протянула Мудрость, пристально смотря куда-то мимо него. Слегка оглянувшись и проследив за завистливым взглядом ночной, человек осознал, что смотрит она на Свиристель, а точнее на аккуратные ремешки из черной кожи, которую небесная с невероятным облегчением снимала с себя. «Во дела... какие ещё удивительные пристрастия я обнаружу в этой черной крошке?» — подумал Фриц, невольно вскинув брови. Решив не напрягать небесную дракониху таким вниманием со стороны своей подопечной, человек легонько подтолкнул ночную в бок: — Пойдем, Мудрость. Мне надо доложить в ставку командования о делах со снабжением, а тебе - составить по этому докладу отчет. Не будем заставлять королев дожидаться. Услышав это, ночная тотчас оторвалась от лицезрения кожаной сбруи и вновь повернулась к нему. — Ах, точно-точно! Да, скорее идёмте! — закивала она, и они направились вперёд, к центральному шатру. Дальше по дороге лежал плац. Здесь, на просторной и ровной площади, офицеры муштровали своих подчинённых, отрабатывая строевой шаг, идеальное построение и безукоризненное исполнение команд вышестоящего. Сейчас, каменные плиты скрежетали под когтями седьмой роты тяжелых пикинеров. В отличие от полков своих линейных товарищей, или педзетайров, как излюбленно их называл Фриц, отсылая ко временам античности и войскам царя Александра Македонского, тяжелые пикинеры были оснащены высокими и окованными железом щитами-павезами, что, вместе с трёхчетвертным доспехом, закрывавшим всю фронтальную проекцию, обеспечивало самую надёжную защиту. Это, в купе с тяжёлыми двухметровыми копьями, удобными для фехтования на близкой дистанции, делало даже из одной баталии тяжелых пикинеров грозную боевую единицу, но это же сильно ограничивало возможное количество подобных войск, ибо если простых кирас и шлемов на почти стотысячную армию произвести можно, то вот снарядить всех полными латами и щитами - увольте. Сейчас солдат - в основном песчаных и морских - гонял по плацу ротмистр Сайгак, сурового вида песчаный дракон, прошедший немало битв в армии принцессы Огонь. По всему телу виднелись шрамы, а на левой передней лапе не хватало когтя. Когда Фриц и Мудрость подошли к ним на достаточно близкое расстояние, стали отчетливо слышны те, исключительно цензурные выражения, которыми бывалый офицер покрывал одного из солдат. — Верблюжье вымя, ты меня слушаешь или нет?! Сколько раз повторять - забудь уже слово «сэр» или как ты там меня обозвал! Ко мне и ко всем вышестоящим по рангу обращаться не иначе как с приставкой «герр», или «фрау»! Это значит «господин» и «госпожа» соответственно, рыбья ты башка! — орал Сайгак, нависая над крупным, но, видимо, очень недалеким морским. Заслышав приближение тех самых вышестоящих, он спешно обернулся, бросив последний грозный взгляд на строй. — Герр Высший Квартирмейстер, Фройляйн Первый Секретарь! — почтенно поклонился Сайгак сначала Фрицу, а потом и Мудрости. — Чем обязан Вашему вниманию? — Я бы хотел узнать, как у вас дела со снаряжением, герр ротмистр, — улыбнулся человек. Он был в высшей степени горд - в такой короткий срок он привил этим драконам исторические порядки, дисциплину, даже характерные обращения германского народа. До чего же эти драконы оказались обучаемы! — О, конечно-конечно, я сейчас же позову ротного интенданта! — заторопился ротмистр, разглядывая в строю нужного ему дракона. Выцепив наконец-то нужного ему, Сайгак быстро замахал ему лапами, и из толпы вышел усталого вида песчаный почти белого цвета и вынул из сумки на плечевом ремне блокнот с карандашом. Фриц кивнул Мудрости, и та с энтузиазмом принялась за свою работу, начав бомбардировать несчастного песчаного вопросами о состоянии доспехов, оружия солдат, их самочувствии, режиме питания, и прочих вещах, на первый взгляд абсолютно не важных для армии. Сам же человек, наблюдая за всем этим процессом, незаметно склонился к уху песчаного офицера и едва слышно произнес: — Герр ротмистр, я заметил, что вы отчитывали рядового за незнание субординации, и употребили при этом выражение... указывающее на его принадлежность к другому племени, — вкрадчиво прошептал Фриц. — Я надеюсь, что вы скажете, что это просто досадное недоразумение, и вы не питаете никакой неприязни к нашим товарищам по союзу. Так ведь, герр ротмистр? Сайгак поднял на человека глаза, полные ужаса. — Нет-нет, герр Высший Квартирмейстер, вовсе нет! Как вы могли такое подумать, я отношусь с одинаковым уважением ко всем племенам! Просто этот... он уже доставил мне немало головной боли, вот я и не сдержался! — затараторил песчаный. — Очень на это надеюсь. Всего вам доброго, герр ротмистр, — этими словами Фриц дал офицеру понять, что сейчас ему нужно исчезнуть с глаз долой и вернутся к своим обязанностям. Что песчаный с радостью и сделал. Удовлетворенный, человек отошёл от плаца на пару шагов. Ещё через пять минут к нему присоединилась Мудрость. — Я закончила, Фриц. В этой роте полный порядок - копья и мечи исправно затачивают, доспехи подходят всем солдатам, все здоровы, никто не жалуется! — отрапортовала маленькая ночная. — Чудесно. От образцовой тяжелой пехоты я меньшего и не ждал. Пойдем, — кивнул он и махнул рукой. Они побрели дальше. Дорога разветвлялась, пуская в стороны более узкие проулки. Справа они уходили к казармам солдат, а слева открывали дорогу в столовую. — Слушай, Мудрость, скажи, что тебя беспокоит? — спросил Фриц ночную, заметив, что та как-то странно себя ведёт. — Меня? Ничего! — воскликнула она, но звучало это слишком неуверенно. — Просто... Я знаю, что у вас были дела, но... я думала, что теперь я буду ближе к вам, и мы сможем проводить больше времени вместе. — О, радость моя, ну чего ты? Я сделал тебя своим личным секретарем - куда уж ближе? Если не брать во внимание мои разлёты по логистическим базам, кои окончены, теперь я полностью в твоём распоряжении! — с улыбкой заверил её Фриц, положив руку ей на крыло. Ночная остановилась и серьёзно взглянула на человека снизу вверх. В её больших глазах плескалось смутное чувство неуверенности. — Даже если завтра начнется война? — спросила Мудрость, схватив его руку. Фриц замялся. Этого он, к сожалению, не учел. Действительно, что ему делать если, а точнее когда, боевые действия начнутся, и он поведёт созданную им армию в бой? Не потащит же он на войну пятилетнего дракончика, которая, в случае чего, не сможет за себя постоять? — Я... подумаю об этом. Сейчас не могу сказать, — уклончиво, не найдя что ответить, произнес Фриц. Подняв рукав, он скользнул взглядом по циферблату наручных часов и спохватился: — Ох, я совсем забыл - нам же надо было прибыть к ставке! А ну пойдем! На его счастье, Мудрость оказалась не слишком заинтересована в продолжении этого разговора, потому путь до командирского шатра они прошли молча. Под широким лилово-пурпурным навесом, что пах эфирным маслом и ароматным шафраном, скрывался круглый стол, вокруг которого собрались почтенные королевы Тёрн, Коралл и Ореола, а также несколько старших офицеров. На столе была расстелена карта континента, а расставленные на ней флажки отображали позиции союзных войск. — Разъясните мне расклад ещё раз, пожалуйста. Слишком тут много всего, — хрипло попросила Ореола, потирая когтями меж рогов. — Граница коалиции с Небесным королевством была нами разделана на два участка - условно Западный фронт и условно Восточный. На Западном расположились мы - «Альба» и «Импера», а по ту сторону хребта Облачных гор встали лагерями дивизии «Гросс Мунд» и «Виктория», — Акула, получивший звание оберста, указал когтем на четыре фишки с гербами, обозначавшие лагеря. Герб дивизии «Альба» - стяг с изображением черного двуглавого орла, на груди которого красовался щит с белым лебедем и пятью артиллерийскими ядрами - был фамильным гербом Георга фон Фрунсберга, знаменитого предводителя наемников-ландскнехтов. Фриц выбрал именно этот геральдический знак, в первую очередь исходя из личных предпочтений - каждому хотелось бы вести войска под знаменами, покорившими Ломбардию и Пикардию, одержавшими победу под Биккока и при Павии. — Между нашим лагерем и... этой... дивизией "Импера", целый отрезок фронта не прикрыт нашими войсками. Настоящая брешь в обороне. Этому есть какое-то объяснение? — спросила королева радужных, проведя дрожащим когтем по карте между двумя фишками. Ореола была явно не в лучшей форме. — В этом промежутке находится Мечта, ваше величество. Мы отправили туда десяток наших рот на разведку боем, ждем первого шага небесных - если они попытаются занять город, а они точно попытаются - то мы сразу навалимся на них с двух сторон! — со знанием дела включился в разговор Фриц. И неудивительно, ведь именно ему принадлежит это стратегическое решение. Тёрн приподняла крылья. — Фриц, ты как раз вовремя. Как там со снабжением, выяснил? — спросила она. — Что-то ты припозднился - нам доложили, что ты прилетел уже как полчаса назад. — Прошу меня простить, заглянул на проверку в одну роту, — Фриц прочистил горло. — Мудрость, готовься записывать, — Бросил он ночной, и, получив решительный кивок, начал. — Итак, спешу доложить, что тыл армии в полной мере обеспечен, устойчивые логистические пути сформированы, и нашему продвижению в глубь вражеской территории, ежели оно случится в ближайший год, ничего не мешает. Из тридцати семи городских коллегий только пять не готовы предоставить нам доступ к своим продовольственным запасам, но приняв во внимания не стихающий в тех районах после окончания последней войны голод, я принял решение простить им подобную дерзость. В остальном - положение более чем благоприятное. — Что по осадным орудиям? С «Альбой» то понятно, к нам инженеры прибыли вместе с Ореолой, но что с остальными дивизиями? — поинтересовалась Коралл. Подобные инновации в военном деле были ей действительно интересны. — Дивизия «Импера» оснащена требушетами и катапультами по высшему разряду, поэтому не только мы сможем стирать укрепления небесных в пыль, — с гордостью ответил человек. — На востоке, правда, все не так гладко - у «Гросс Мунд» пока не хватает канатов, чтобы доделать последний требушет, но думаю, им и семи хватит. А вот у «Виктории» проблем нет только с баллистами - их у них аж сорок штук, а иные осадные орудия пока в неудовлетворительном количестве. В защиту тамошнего квартирмейстера скажу, что им они пока без надобности - разведка сообщает, что на пути "Виктории" не встретятся ни крепости, ни форты, так что пока можем пренебречь их оснащением. В худшем случае, наше продвижение будет остановлено у берегов Бухты. — Ладно, пролетели. Что там дальше по списку? Так прошло ещё по меньшей мере полчаса. Королевам было доложено о каждой мелочи, начиная с количества состоящих на вооружении пик и заканчивая составом индивидуального рациона питания солдат и офицеров. Было ли это важно? Да, несомненно, военачальники должны знать о своей армии всё до последней заклепки на доспехе кирасира. Интересно ли это было хоть кому-то в шатре? Разве что только Мудрости, радостно документировавшей каждое сказанное её начальником слово. Фриц по началу часто встречал у драконов некоторое пренебрежение к таким аспектам военного дела как логистика, связь и тактическая проработка сражения. Все эти многочисленные типы построений, наступлений и манёвров будто утомляли их. Казалось, что для них война - это просто большая драка, где решает решительность и злоба, где нет лучше оружия, чем когти и клыки. «С шашкой наголо» - это выражение точно описывает их. Совершенно не соответствует тому жуткому и монументальному «лику войны», который Фриц хотел, словно венецианский скульптор, подражающий античным мастерам, изваять по подобию людской истории. Когда, наконец, его часть доклада закончилась, а Мудрость принялась отвечать на вопросы королев и их слуг, Фриц выхватил из темноты шатра взгляд дивизионного квартирмейстера, морского по имени Гребень. Наклонив голову на бок и дёрнув подбородком, человек подозвал его к себе. — Мы можем поговорить наедине? — тихо, почти шёпотом, спросил он у дракона, покосившись на выход из шатра. Морской оглянулся на королев, но поняв, что те были слишком заняты обсуждением отчета, чтобы заметить, он утвердительно кивнул, и они тихо выскользнули на улицу. — Что вы хотели от меня, герр Высший Квартирмейстер? — спросил Гребень, озираясь по сторонам. — Я могу попросить вас об одолжении? — быстро произнес Фриц, перейдя сразу к делу. — Я восстановлен в звании и нахожусь в войсках исключительно благодаря вашему ходатайству. Я многим вам обязан. Чем могу вам служить? — морской почтенно склонил голову. — Мне нужна личная гвардия. Полторы-две роты отборных бойцов. Вы можете это организовать? Дивизионный квартирмейстер слегка опешил. — Могу я спросить, для каких целей она вам нужна? — с недоверием спросил он. — Для охраны... высокопоставленных чинов. — протянул Фриц, бросив быстрый взгляд на Мудрость. Гребень заметил это, и спустя секунду ожиданий понимающе кивнул. — Из кого посоветуете мне формировать гвардию? — Из лучших бойцов отборных рот тяжелых пикинеров, молотобойцев и родельерос. Я назову их доппельзольднерами. Собери их из дивизий «Импера» и «Виктория», а снаряжение закажи у кузнечных цехов Гросс Мунд, или у кого-нибудь в тылу. Нельзя собирать все в одном месте, я не хочу, чтобы кто-то раньше времени узнал и... чего-то не того подумал, — со всей серьёзностью в голосе продиктовал свой наказ человек. — Я могу на вас положится? — Я не подведу вас, герр Высший Квартирмейстер, — взял под козырек Гребень, став слишком уж похожим на очень знакомых Фрицу людей с берегов Рейна. И только они хотели возвращаться в шатер, как вдруг их кто-то окликнул. Оглянувшись, Фриц увидел несущегося к ним на всех порах песчаного, облачённого в клёпаный жилет с перекинутым через плечо ремнём, на котором болталась подзорная труба, которая явственно говорила о его принадлежности к караульной службе лагеря. Песчаный был чем-то очень напуган, потому когда он, поднимая с дороги облачка пыли, остановился перед человеком и приготовился отвесить уважительный поклон, Фриц остановил его, дав понять, что сейчас можно и обойтись без субординации. — Что у вас там стряслось, солдат? Говори, скорее! — велел ему человек, в голове уже перебирая возможные происшествия: драка, бунт, пожар, или того хуже... — Герр... герр... — пролепетал караульный, набирая в грудь побольше воздуха. — На подлёте к лагерю замечены наши бойцы, за ними гонятся небесные, целая туча! Они летят с северного рубежа! В голову Фрица как-будто воткнули толстенную иглу. Целую секунду он стоял, как вкопанный, не в силах выдавить ни слова. Получается, это одна из тех рот, что была отправлена на вражескую территорию несколькими днями ранее? Получается, что в недавнем разговоре с Мудростью он невольно предсказал будущее, и ему правда придется в ближайшем времени сменить должность тылового управленца на военачальника? — Сколько небесных? Число, и хотя бы примерно, где они, чёрт возьми?! — выйдя из ступора, спросил первоочередное он. — Не менее сотни, герр. Когда меня послали к вам, точнее к королевам, они пересекли седьмую линию засечек! — дрожащим голосом ответил песчаный. «Значит сейчас они примерно в пяти километрах от укреплений!...» — Фриц представил себе план окружавшей лагерь местности. — Вот холера, они скоро будут здесь! Звони в колокол, быстрее! — рыкнул он, и караульный пулей унёсся в сторону плаца. — Найди мне три линейные роты и дуй к северным укреплениям! — обернулся человек к дивизионному квартирмейстеру. — Слушаюсь, — кивнул Гребень, и поспешил к ближайшим палаткам. Сам же Фриц бегом рванул к стойке с оружием, и схватил первую попавшуюся на глаза алебарду - двух с половиной метровую палку с аляповатым тирольским обухом и острым гранёным наконечником. Следом он побежал к стоявшему на пути широкому шатру синего цвета, принадлежавшему третьей роте арбалетчиков - они то и были сейчас нужны как никогда. — Фрау ротмистр! Собирайте роту, срочно! — рявкнул Фриц, заставив подпиравшую в полудрёме свой арбалет дракониху-офицера подпрыгнуть. — А?! Герр Высший Квартирмейстер, что стряслось? Мы только со стрельбища, — промямлила элегантная, но сонная песчаная, поднимая голову. — Это приказ, быстрее к северным укреплениям! Небесные наступают! — отрезал человек. Это слегка прояснила ситуацию. — Что?! Небесные?! — сонливость крылатой как рукой сняло. — Рота, быстро в строй! Бегом к северному посту, марш! Арбалетчики оправдали возложенные на них ожидания и собрались с невероятной скоростью и дисциплиной, и скоро целая сотня стрелков вместе с Фрицем прибыла на указанные позиции. С тыловой стороны деревоземляного редута, возведённого силами инженерных войск на северном рубеже лагеря, уже собралось достаточное количество бойцов, что из-за укрытия с волнением наблюдали за тем, как несколько десятков их сослуживцев стремительно приближаются, ведя за собой целую красно-оранжевую тучу. Караульный явно преуменьшил количество преследователей - по приблизительным оценкам, к лагерю приближалось не менее двухсот пятидесяти небесных солдат. — Наконец-то вы здесь, герр, — крикнул подбежавшему Фрицу Гребень, что успел даже раньше него собрать и привести к границе нужные три линейные роты - лес огромных пятиметровых пик, должно быть, уже был виден неприятелю. — Ну, командуйте. Человек оценил ситуацию. У него - три сотни линейных пикинеров, и ещё примерно сотня арбалетчиков. Там, за земляным валом, укреплённым досками и брёвнами, в добром километре - несущаяся на полной скорости вражеская орда. Их меньше, но у них преимущество в инициативе. Если подпустить их на дистанцию рукопашного боя, никакие пики не спасут - небесные просто сожгут и перережут добрую половину его солдат, не успевших принять оборонительное построение. Однако, если успеть организовать пикинеров должным образом, то может появится шанс обойтись вообще без потерь. — Значит так! — громогласно пробасил Фриц, привстав на первую ступень земляного редута. — Пикинеры - четвертое построение, живо! Встать полукругом, пики вперёд, пригнутся к земле! Арбалетчики - под пики, быть готовыми открыть огонь! Марш, марш! Солдаты отреагировали мгновенно. Все таки, не зря Фриц гордился тем, что смог за столь короткий срок вымуштровать целую армию. Заслуга, конечно, была не одного лишь его, а ещё сотен офицеров и тренеров, но все они работали именно по его методическим материалам. За считанные секунды разрозненная толпа разделилась, повинуясь приказу, и построилась слабо выгнутым полукругом, глубиной эдак в шесть шеренг, обратившим свои пики в сторону лагерной границы. — Равняйсь! Равняйсь! Равняйсь! — Прокатилось по рядам. Это ротмистры причёсывали строй, устраняя малейшие прорехи в построении и выравнивая ряды. — Под пики, гадючьи зубы, под пики скорее! — надрывала голос песчаная командирша, почти пинками загоняя стрелков под защиту ровных рядов деревянных древков. — Оружие на плечо! — скомандовал человек, выглядывая из-за укрытия. Красной туче до редута оставалось ровно пять сотен метров. — На плечо! На плечо! На плечо! — отозвались ротмистры. Строй грозно зашелестел пиками, похожий на сжавшегося ежа, готового ощетиниться острыми иглами. Фриц снова выглянул. Уже четыреста метров. — Жда-а-ать! Жда-а-ать! — с невыносимым напряжением протягивал он, сдерживая солдат от поспешного рывка. Триста метров. Двести. Сто пятьдесят. Ожидание было невыносимым. Воздух с каждой секундой делался все тяжелее, и было это подобно запекавшей пирог духовке. Фриц сильнее сжал древко алебарды, да так, что ясень тихо хрустнул. И вот, над головой у него промелькнуло сине-зелёно-жёлтое пятно. Отряд солдат в кирасах, те самые преследуемые бедолаги, что на излёте сил пронеслись над пригнувшимся строем, без сил рухнул за ним. Именно этого Фриц с таким нетерпением и ждал. — ПОДНЯТЬ ПИКИ!!! — взревел человек на пределе возможностей голосовых связок. Строй рванулся, подобно натянутой тетиве. Три сотни пик разом взмыли вверх, образуя шипастый щит того самого ощетинившегося иголками ежа. Солдаты будто вросли в землю задними лапами, крылья прижаты, спина изогнулась, хвост работает как третья нога, а головы вжаты в плечи, насколько позволяет драконья шея. Положение не сказать что удобное, но зато в строю максимально устойчивое. Что-то красное блеснуло на периферии зрения. Несколько особо стремительных небесных, задев когтями край земляного вала, преодолели границу лагеря. Преодолели... и на полной скорости напоролись на стальные лепестки наконечников пик. Воздух разорвал пронзительный вопль, оборвавшийся, не успев как следует налиться болью - насаженному на копье дракону пронзили горло ещё два острия. Затем последовал ещё один. И ещё. Округа наполнилась лязгом, стонами и гулом хлопавших крыльев. Основные силы подошли, подумал Фриц. Пора. — Арбалетчики - ОГОНЬ! — скомандовал он, и как раз вовремя. Алая волна, разом накатила на редут, готовая обломать длиннющие пики о свои нагрудники, встретилась с залпом тяжелых болтов, массой под сто грамм и ударной силой в почти триста джоулей. Хоть без специальных сошек эти арбалеты и не отличались точностью, но при такой кучности противника это было неважно - стреляй, в кого-то уж точно попадешь. Бронебойные аргументы, отдавшие честь своим земным товарищам из Генуи, ударили разом, пробивая сталь, круша кости, разрывая плоть. Добрый десяток тел посыпался на стенки редута, остальные отступили. — Коли их! Пики, на первую ступень! — рявкнул Фриц, метнув в одного из нападавших свою алебарду. Кольчуга не спасла мягкое брюхо дракона от гранёного стального шипа, и неприятель с воем рухнул наземь. Строй начал медленно подниматься на вал, выставив алые от крови пики вперёд и вверх. Но продолжал колоть, колоть как заведённый. Огромные пятиметровые копья не давали небесным подлететь на расстояние, достаточное для того, чтобы нанести удар или изжарить врага огненным дыханием до золотистой корочки. Но они очень старались. То и дело один из стаи, а никак по-другому эту массу круживших перед строем драконов нельзя было назвать, с рыком взмывал ввысь и камнем срывался вниз, целясь копьём кому-то в шею, но его каждый раз отгоняли выставленные навстречу пики, заставляя смельчака отступить. А самые безбашенные, или те, кто просто не успел затормозить, обламывали свои жизни о неприступную скалу пикинеров. Минута сменяла минуту, а небесных становилась все меньше. Наконец кто-то из них не выдержал - рванул прочь. За ним последовал ещё один, а затем ещё, и ещё, и ещё. Враг отступал. — Арбалетчики - залп по отступающим! И поточнее! — отдал последний приказ человек, и в его голосе послышались горделивые нотки. — Эй, Гребень! Вели пикинерам - пусть идут отдыхать, они сегодня славно послужили отечеству, а вот арбалетчиков оставь, и усиль на всём северном направлении охрану, — велел он дивизионному квартирмейстеру. — Слушаюсь, герр! А вы что будете делать? — крикнул морской из задних рядов строя. — Пойду поболтаю с бойцами прибывшего разведотряда, — бросил Фриц, похлопав между делом по плечу ротмистра арбалетчиков, мол, «молодец, не сплоховала». — Точнее, с тем, что от него осталось, — мрачно добавил он. Продравшись сквозь толпу воодушевлённых солдат, некоторые из которых впервые ощутили на языке привкус чужой смерти, и доходчиво объяснив некоторым из них, что вместо того, чтобы тут торчать, бойцы бы топали по своим палаткам, человек подошёл к лежавшим на пыльной земле драконам, тем самым разведчикам, вокруг которых уже суетились двое полевых лекарей. — Как они, док? — спросил Фриц, присев на корточки рядом с худым ночным, накладывавшим повязку на бедро левой задней лапы одного из пострадавших. — Множественные колотые раны, несколько переломов - постаралась булава - и множественный износ плечевых мышц и суставов крыльев, — пробубнил врач, не отрываясь от работы. — Хотели чего-то, шеф? — Да... да, — задумавшись, ответил человек. — Я бы хотел поговорить с их командиром, расспросить его, удалось ли что-нибудь разузнать. — О, так вон он, — Ночной поправил очки в серебряной оправе и указал когтем в сторону. — Всё просит позвать кого-то из офицерского состава и бормочет про какое-то наступление. «Не хорошо, ой, как не хорошо...» — про себя посетовал Фриц. — Спасибо, док. Пусть не дрогнет твоя рука. — Угу, — хмыкнул лекарь, не обратив внимание на пожелание, так ненавязчиво отсылающее то ли к поэзии госпожи Ахматовой, то ли к военным стихам Сергея, упокой Господь его душу, Михалкова. Подойдя к указанному ночным солдату, человек взглянул на лежавшего, распластав крылья в разные стороны, молодого песчаного. Стёганый поддоспешник был расстегнут, кираса лежала поодаль, а на самом солдате остались только кованые наручи. Был он и без шлема - судя по всему, его сбило у него с головы, или же тут позаботился лекарь, снявший мешавший осмотру защитный элемент. Кстати, о лекаре. — О, герр Высший Квартирмейстер, вы как раз вовремя! — дружелюбно пискнула радужная, ассистентка того ночного доктора в очках. — Герр Верблюд как раз хотел видеть кого-то из вышестоящих. Песчаный, услышав свое имя, встрепенулся и уставился на человека взволнованным взглядом. И только он хотел что-то сказать, как вдруг разразился страшным приступом кашля. — Ох, бедняжка. Хорошо ему в грудь прилетело, — с жалостью покачала головой радужная. — Герр, наверное, вам лучше выслушать его рассказ позже - сейчас ему нужен покой... — Нет! Не-экх-ет... — прервал её песчаный. — Я должен скорее... скорее рассказать. Фриц взглянул на него с неподдельным уважением. — Ну, раз ты готов, то говори, где вы были и что видели. Мне важна каждая деталь, — человек опустился на корточки и протянул дракону флягу с водой. — Ух... спасибо... спасибо, — верблюд жадно отпил освежающей жидкости, насколько хватило горла. — Наш отряд послали дойти до пятого порога, а от него пройти и занять деревушку южнее него. Мы прошли через рощу, чтобы не привлекать... привлекать внимание, и, видимо, из-за этого мы опоздали. Когда мы вышли к деревне, оказалось, что она уже занята отрядом небесных... Командир предпринял попытку штурма, попытался з-застать их врасплох, но нас заметили. Завязался бой, мы были в меньшинстве, командира убили, а меня он назначил своим заместителем, — песчаный ненадолго замолчал. — Я приказал всем быстрее улетать, но одна земляная, она ослушалась приказа и бросилась в гущу врагов, чем выиграла нам время. Ну а дальше вы знаете... — Поступок, достойный медали, — произнес Фриц, покачав головой. Он чувствовал, что за следующие пару месяцев он наслушается много подобных историй. — Но знаете, что самое страшное мы увидели, пока спасались от них, герр? — дракон чуть приподнялся, напрягая уставшие мышцы, и поднял глаза на человека. В этих глазах плескался страх. — Этот отряд, как и наш, был всего лишь разведывательным. По дороге мы увидели остальных... никогда это не забуду. Тучи, несметные тучи небесных летели по небу и шли по земле по направлению к Полноводной Хвостатой. Их были тысячи, много тысяч, с обозами, с телегами! — Они идут к Мечте... — вслух подумал Фриц. — Проклятье, именно этого я и боялся! — он рывком поднялся на ноги и хотел было бегом побежать к королевскому шатру, но осёкся и повернулся к Верблюду. — Благодарю за службу, солдат. Песчаный слабо кивнул и вновь опустился на землю, в нежные объятия заботы радужной целительницы, все это время сидевшей рядом. Пробежка до ставки командования была быстрой - нечеловеческую скорость Фрица усиливала срочность дела, по которому он спешил. На бегу к нему присоединилась Мудрость - неугомонная ночная расспрашивала человека почти налету, о том, что произошло на северном рубеже, что вокруг за шум и куда это он так спешит. Фриц слушал её вопросы вполуха - не до неё было сейчас. Наконец, в поле зрения стал вырисовываться контур лилового шатра, а рядом с ним - двое драконов. — Фриц, что за суматоха вокруг творится?! Сначала кто-то зазвонил в колокол, а потом все побежали к северным постам! А меня пускать не хотели, якобы там опасно! — Тёрн была явно не в духе от всего этого и говорила сердито, теперь уж больше похожая на королеву, чем раньше. — Да, немедленно объяснитесь, герр Высший Квартирмейстер! — добавил оберст Акула, грозно фыркнув. — Ваше Величество, герр оберст, у меня плохие новости, очень, прости меня Господь, дерьмовые новости! — отдышавшись, выдал Фриц. — Только что небесные в погоне за нашим разведотрядом атаковали северный редут лагеря. Мы эту атаку успешно отбили, обратив остатки войск неприятеля в бегство, но вот те сведения, которые мне поведал командир этого отряда, сильно омрачают недавнюю победу. — Ну так что же за сведенья? Не томите, Фриц, говорите! — на морде песчаной королевы читалась тревога. — Небесные, они двигаются на Мечту, всей оравой прут! По словам Верблюда, их там много тысяч, уж неизвестно, сколько точно. Тишина на добрые полминуты сомкнулась вокруг. Фрицу и самому не верилось, что всё завертелось так быстро, а уж королева... Тёрн была просто в ужасе, если не сказать больше. Она перестала переминается с лапы на лапу, оцепенев и распахнув глаза, уставилась куда-то в землю. — И... что же мы будем с этим делать? — раздался издевательски-спокойный голос Акулы. — Как что?! Трубите наступление, и пусть дивизия «Импера» тоже собирается в темпе! Отзывайте все наши разведотряды, а то их просто сметут! — воскликнул Фриц. Морской даже не шелохнулся. — Чего стоишь?! Марш! — в сердцах рявкнул человек, подступая ближе. — Мной могут командовать только королевы, — холодно произнёс оберст. — А не какой-то вшивый квартир... — но тут его прервали. — Исполняй приказ, Акула, — так же холодно сказала ему Тёрн. — Живо. — Ваше Величество, я не... я не совсем понимаю... — замялся морской. — Исполняй приказ, потому что он был отдан старшим по званию, — пояснила песчаная королева, и, не обращая внимание на ошарашенный взгляд оберста, глянула на человека. — Фриц, за образцовую работу в квартирмейстерстве, а также за успешное командование войсками в трудной ситуации, произвожу тебя в чин рейхсмаршала, командующего войском наравне с нами, членами королевского совета. Казалось, что у Акулы глаза сейчас выпрыгнут из орбит, словно черные резиновые шарики, до того они у него выпучились. Не выдержав, он кое-как кивнул, прошипел сквозь сжатые клыки «поздравляю с повышением», и зашагал прочь. Фриц ехидно улыбнулся и отвесил поклон. — Как пожелает Ваше королевское Величество! — пафосно произнес он, чем изрядно насмешил Тёрн. — Полно тебе. Ну, так куда мы теперь, герр рейхсмаршал? Фриц улыбнулся ещё шире, расправил плечи и, посмотрев вдаль, скомандовал, как капитан на корабле. — На Мечту!