Мороктябрь

— А если между ними просто договор? С самого начала ходит слух, что их брак фиктивный. Где-то у столиков шушукались люди. — Ну, не знаю… — Да бред это всё. Люди просто любят наговаривать на других, — сквозь перезвон бокалов и гомон голосов музыка постепенно меняла свой лад. — Вон они, гляньте. Отцепиться друг от друга не могут. Это было танго. — Дань, ну не моё это… — Бурах топтался на месте, уложив руки на его талию, и, кажется, пытался прислушаться к мотиву. Кто бы что ни говорил про бедолаг, которым медведь наступил на ухо, Данковский хорошо знал, как чутко его муж может улавливать звуки — и встраиваться в них. Особенно, когда пьян. А пьяны они были оба, в праздничной стадии “навеселе”. Так что он ничуть не переживал, когда прижал его грудь к груди и цепко ухватил за талию. — Бурах, ближе, — на лице расцвела хищная ухмылка. — Это же танго. Из толпы раздалось чьё-то хихиканье: Даниил краем глаза заметил, как несколько леди отвернулись, игриво бросив что-то про правила приличия. Он мысленно закатил глаза и постарался не обращать внимания на факторы отвлечения. А потом провёл рукой по чужой груди, и они пустились рассекать по залу. Было несложно: за год “супружеской” жизни они хорошо научились касаться друг друга и двигаться в ритм. Провести ногой меж его коленями, сжать его руку и нетерпеливо вздрогнуть, когда он наклонится и коснётся носом твоей шеи в ложном обещании поцелуя. Уж сколько синяков они друг другу наставили, чтобы теперь не сталкиваться лбами и щадить чужие ботинки. И всё же Артемий прошептал ему, откровенно пошло: — Не буду скрывать, я сейчас очень хотел бы с тобой поругаться. По спине пронеслись знакомые мурашки. — Попробуй показать это в танце. И он попробовал, резко наклоняя Данковского, прижимая его к себе под звучный удивлённый вздох. Чёрт знает, сколько они простояли вместе, пытаясь отдышаться, когда музыка наконец затихла: это ощущалось самым правильным и важным из всего, что могло происходить в данный момент. Впрочем, это не помешало Даниилу влезть в перепалку с изрядно подвыпившим Андреем через несколько минут. — Ну вы даёте… Как ты вообще уговорил его на танец? Он почти трахнул тебя на танцполе! — Если хочешь посмеяться над Бурахом, то надо мной тоже не забудь. Бурах налегал на шампанское. Даниил знал, что ему некомфортно ловить чужие взгляды на себе после танца. Его фиктивный муж никогда не был особенно светским человеком: это внимание на себе, пошлые шутки про них с Данковским.... Что ж, Даниил с охотой поставит на место любого, кто попытается испортить их вечер. К счастью, их маленькая выходка не обсуждалась слишком долго: в полночь забили куранты. Артемий приобнял его за талию, чокнулся бокалом. — С Новым годом, — затем наклонился и оставил на его губах смазанный поцелуй. — А, блин. Промазал. Второй поцелуй пришёлся в уголок рта. Данковский смущённо фыркнул. — Ты на вкус как дешевое шампанское. — Не нравится?.. — Мм... дай-ка подумать... — Даниил изобразил на лице задумчивое выражение и поцеловал его сам — под шумок. Медленнее, властно задевая кончиками пальцев подбородок. — Пожалуй, не так уж и плохо. Артемий усмехнулся, отстраняясь. — Ты козлина, Данковский. — Да-да. С Новым годом.