«Пародия на плохой детектив» или особенности проведения оперативно-розыскных мероприятий в отдельно взятом районе отдельно взятого города

Уставшую после тяжёлого рабочего дня и крайнего выезда к мадам Грицацуевой Гордееву по уже сложившейся в последнее время традиции у выхода из опорного пункта встретил Рыжов. Дождавшись, когда участковая усядется на переднем сиденьи и пристегнётся, Дмитрий Иванович оглянулся по сторонам и, отъехав от опорника на почтительное расстояние, очень обеспокоенным тоном изложил суть новообразовавшейся проблемы.       – К Гере сегодня приходил Джокер.       – Угрожал?       – Настоятельно советовал никому не рассказывать. – недовольно и достаточно взволнованно пояснил доселе тишайше сидевший сзади Конюхов. Арина Ильинична от неожиданности даже вздрогнула.       – Гера, блин! Предупреждать надо, что ты тоже тут! Герман примирительно поднял ладони вверх и, извинившись, продолжил.       – Походу, идея с установкой прослушки пришла в голову не только вам. – мрачно произнёс Конюхов. – Ещё Джокер сказал, что всё знает, и велел передать, что мешать ему не стоит. Митя, – в который раз за последние полчаса подрагивающим голосом добавил он. – Ты можешь обо мне что угодно думать, но я его реально боюсь.       – Когда он приходил?       – Ближе к двенадцати, когда мы с тобой у Валентины и тёти Маши были. – опередил друга Рыжов. – Ты чего до вечера тянул?       – Да говорю же! – воскликнул Гера. – Он пришел, взял «жучки»...       – А у тебя-то они откуда? – удивилась Гордеева. Герман печально вздохнул и посмотрел на мокрое из-за периодически накрапывающего дождя стекло.       – Бизнес хотел сделать. – нехотя объяснил он. – Продажа компьютерных комплектующих и всё такое. Арина Ильинична и Дмитрий Иванович переглянулись и синхронно подумали, что бизнес – это последнее дело, в которое их незадачливому товарищу стоит лезть.       – Узнал, какая прога для них нужна. – продолжил Конюхов. – Оставил своего амбала, как его...       – Шрама, что ли?       – Ага, вроде его, и приказал, чтобы ни я ни мама никуда не выходили и никому не звонили, потом быстро ушёл, а Шрам только вот минут сорок как уехал. – закончил Гера. – Ну я сразу Мите и позвонил. Мама, между прочим, – возмущённо добавил Конюхов. – До сих пор отойти от пережитого не может... – он сглотнул. – Завтра придёт к вам заявление писать, так что готовьтесь...       – Да, кстати... – вспомнил ещё одну важную вещь Дмитрий Иванович. – Вчера был на вызове и видел мужчину с точно такой же татуировкой, которую ищет Джокер.       – У тебя есть его данные?       – Разумеется. – довольно кивнул Рыжов. – Но только завтра, потому что после той квартиры ещё несколько было, я наизусть не запомнил, а журнал Великанова себе домой забрала. Арина Ильинична, задумавшись, начала накручивать на палец прядь волос. «Только завтра»... Ну что ж, прямо сейчас от этой информации действительно будет немного толку: татуировка в базах МВД, судя по всему, не числится, а товарищ подполковник уже уехал. А вот завтра на утренней планёрке огласить новые вводные будет очень даже неплохо.       – И, насколько я понял, – добавил Дмитрий. – Этот мужик со своим собутыльником собирались куда-то ехать.       – Только не говори, что это было около восьми вечера.       – Вынужден тебя разочаровать. – вздохнул Рыжов. – Но это действительно было около восьми вечера.       – Мне всё это не нравится. – медленно произнесла Гордеева, понимая, что, возможно, скоро появится ещё один повод, доказывающий непричастность Джокера. Хотя, может, Джокер специально нанял человека со стороны, чтобы сейчас выглядеть белым и пушистым? – Дим, ты уже был в «Котле»?       – Да я как-то думал, что тебе не срочно. – замялся Рыжов.       – Тогда – в «Котёл»! – распорядилась Арина Ильинична. – Но сначала – к Гере за «жучками».