Мерлин, дай мне сил!

— Это Забини? — хриплый голос Поттера, (не Гарри, не заслужил), разрушил приятную утреннюю тишину, и я в очередной раз мысленно залез в петлю. Вчерашний вечер заставил меня пожалеть, что я вообще появился на этом свете. И снова из-за Поттера. Везде, блять, этот Поттер. Я опять решил попрактиковаться в технике, которую мне посоветовала Миссис Эддингтон и у меня даже стало получаться. Жаль, что Поттер, как обычно, отобрал у меня возможность порадоваться своему триумфу. Лучше бы у меня не вышло, ей-Мерлин, все бы были счастливы. Жалко, что некоторые ситуации нельзя испепелить простеньким «Инсендио». Можно только сделать вид, что ничего не было, но Поттер мою позицию не разделяет, никогда не разделял. Да я и сам болван, хоть бы дверь закрыл что ли. Этот вездесущий Гриффиндорец медленно подсасывает мой интеллект, хотя лучше бы пососал что-то другое, прости, Мерлин. Только неизвестно куда он его, блять, девает, потому что сам умнее не становится. Именно вчера я решил, что мне нужно снова проанализировать все свои чувства, поведение Поттера. Думал после разговора с Панси станет попроще, но не то, чтобы я смог себя хоть в чём-то убедить. Не знаю, какие силы уберегли меня от того, что Поттер не сообразил о ком речь, но игра в угадайку — лучший исход, который мог быть.

***

Зачем я каждый раз берусь за это? Я уже битый час разглядываю своё лицо (отлично выгляжу, кстати), периодически обращаясь вслух. То ли к себе, то ли к высшим силам, я уже сам не понимаю. Во-первых, я только сильнее путаюсь, во-вторых, разговаривать со своим отражением сложно, и я чувствую себя чокнутым. А я не люблю чувствовать себя чокнутым, но раз Поттер занял большую часть моей жизни — это неизбежно. Ладно, должно помочь, иначе бы мне не это рекомендовали, ведь так? — Он делает мне комплименты, заботится обо мне, рвётся помочь, и на днях мы просидели в объятиях полночи, — я вздохнул, потирая лицо ладонями. — Это указывает, блять, только на одно, но как я должен в это поверить после всего, что было. Семь лет вражды, разные стороны войны. У меня метка на руке, ради Мерлина. Это не может быть правдой. Я удивлённо уставился на своё отражение. Так мысли движутся, будто, быстрее… Я не успеваю задуматься прежде, чем сказать. Может, мне это порекомендовали как раз из-за моей склонности к излишнему анализу? С другой стороны, как только наступит ночь я снова вернусь в свою голову и поверю только в самый абсурдный, но логичный исход. Логика — какое прекрасное качество, присущее человеку, но как же оно, блять, мешает. — Либо практика неэффективна, либо я настолько болван, что на мне она не сработает, — я погладил пальцами своё отражение. — Ну, что ты смотришь? Боишься? Конечно, блять. Снова поверить с шансом на разочарование всегда страшно. — Панси говорит, что это взаимно. Панси много чего говорит, но она всегда оказывалась права, — я запустил руку в волосы и шумно выдохнул. — Хотя откуда она может знать, она всего лишь взгляд со стороны, и они мало контактируют, но обычно, взгляд со стороны — трезвый взгляд. Но с Панси… Ей лишь бы свести меня с кем-то, это длилось всё время, что я себя помнил. Слишком много противоречий. Я упёрся руками в раковину, прикрывая глаза. Если отбросить всё то, что было, это определённо звоночки к взаимности, но это Поттер, и то, что было нельзя просто взять и выкинуть. Может, ну его? Все эти размышления, страхи, пустить всё на самотёк и решать проблемы по мере их появления. С другой стороны, это минус балл моего самообладания, ведь так я не буду готов к различным исходам, но как там Блейз говорит: не попробуешь — не узнаешь? Попробуешь — будешь жалеть, что открыл рот. Не попробуешь — что не решился. Если в любом случае будешь жалеть, почему бы не сказать, если так хотя бы есть мизерный шанс. По словам Панси у меня он не мизерный. По моим словам… меня лучше в делах, касающихся Поттера никогда не слушать, в них не бывает ни капли истины. Разве, что глаза у него, зелёные, блять. И безумно глубокие, в этом я прав. Возможно, это немного эффективно, думал я, пока не увидел в отражении ошарашенного Поттера. Я резко обернулся, испуганно его разглядывая. Гарри разглядывал меня в ответ и его губы медленно расплылись в хитрой усмешке. Плохой знак, очень плохой. Мерлин, дай мне сил. — Как много ты услышал? Я сначала хотел включить дурачка, или на крайний случай психбольного, но вспомнил, что с Поттером надо прямо и в лоб. Надеюсь, мне в лоб ничего не прилетит. — Драко Малфой влюблён? — он сложил руки на груди, облокотившись о дверной косяк. — Не отвечай вопросом на вопрос, — ситуация безумно нервировала, и я сжал кулаки, впиваясь ногтями в нежную кожу ладоней. — Я задал вопрос, Поттер. Как много ты услышал? — Со слов, где ты признал себя болваном, — Гарри улыбнулся, но как-то по-другому. Не так, как обычно. — Расскажешь? Я похвалил себя за то, что последние умозаключения были у меня в голове. — Что расскажу? — я сменил настрой на менее враждебный, вспоминая, что не упомянул никаких имён после признания себя болваном. Можно ли считать, что фортуна совсем немного на моей стороне? — Кто это? — он сощурился, внимательно разглядывая моё лицо. — Я тебе ничего не скажу, даже не пытайся, — категорично заявил я, намеренно задевая его плечом на выходе. — Ну мы же теперь друзья, — Поттер пододвинул стул спинкой к моей кровати, уселся напротив меня, пристроил подбородок на сложенных руках и состроил умилительное лицо. На мне такие заклинания не работают, Гарри. — Это не значит, что ты можешь лезть ко мне в голову. — Тогда я угадаю. — Валяй, — я ухмыльнулся, глядя на него из-под опущенных ресниц. Абсурд. Поттер будет угадывать в кого я влюблён. Посмотри в зеркало, придурок. Если я склонен отрицать очевидное, то он склонен не замечать. Отличная пара, замечательно бы спелись.

***

И с этого момента начался опрос с пристрастиями. За пять минут после пробуждения я успел пожалеть, что разрешил ему вчера это сделать. Глупо было надеяться, что так и не получив ответ, он от меня отстанет. Глупо вообще что-то предполагать, если дело касается Поттера. Я не устану это повторять. Мерлин, дай мне сил. — Гермиона? — Сдурел? Грейнджер, конечно, славная, но явно не для меня. Гриффиндорка, да и лохматая, но не то. К тому же, за ней уже приударил Забини. — Паркинсон? — Избавь меня. Ну, вот, я же говорил, что все считают, что мы с ней трахаемся. Вряд ли мы от этого открестимся. — Булстроуд? — Меня сейчас вырвет, ты угадываешь или издеваешься? Надо было его тогда пришибить. — Дай хотя бы наводку. — Обойдёшься. Все наводки укажут на тебя, а это в мои планы не входило. — Ну хотя бы факультет. — Ладно. Я дам подсказку, des yeux verts, des cheveux noirs hirsutes et c'est juste un imbécile impénétrable. — Это нечестно. — Ну и я не Гриффиндорец. Он, кажется, перебрал половину учеников, некоторых из них я даже не знал по имени, но в завершении, я ещё сильнее подпалил его интерес и вовремя не закрыл рот. Кто меня за язык дёрнул. — Поттер, если ты хочешь хоть немного приблизиться к ответу тебе нужно… М-м-м, сменить команду. Отличный выход из шкафа, Малфой, надёжный, блять, как сейфы нашего менора. Вчера он перебрал женскую половину школы, подходящую по возрастной категории, сегодня на очереди мужская. Он уже начал. Мерлин, дай мне сил. — Поттер, уйди с глаз, — процедил я, думая, чем можно в него запульнуть. — Ладно, я продолжу, когда ты станешь чуть добрее. — Если ты продолжишь, добрее я не стану. — Значит, я тебе надоем, и ты сам мне расскажешь, — самодовольно выдал он. Какая наивность. — Ты надоел мне ещё на первом курсе, как видишь, я всё ещё молчу, — я даже открыл глаза, чтобы разглядывать его недовольную физиономию. Он задумчиво поглядел в пол, судя по его хмурому выражению лица, вспоминая что-то неприятное. — А ты не заметил, что вчера… — Не говори мне ничего про вчера, Мерлина ради, — перебил его я, надеясь, что он не нашёл за что зацепиться. — Нет, я про другое, — он как-то неловко замялся, и я немного напрягся, приподнимаясь на локте, — ты заметил, что вчера была схожая ситуация с той… эээ, на шестом курсе, — он замолчал, не заканчивая и поднял на меня глаза. На таком расстоянии было сложно разглядеть, что в них отражалось, но он выглядел виноватым. Нестерпимо захотелось его обнять, чтобы больше так не смотрел. Мерлин… — Я понял, — я невольно усмехнулся, — спасибо, что в этот раз без проклятий. Я пытался отшутиться, но вышло как-то паршиво. Будто бы, я в чём-то его обвиняю. Он заметно поник, нервно разминая пальцы. — Мне очень жаль, Драко, я не хотел. — Нет-нет-нет, Поттер, давай без этого, — я замахал руками, будто пытаясь отмахнуться от мухи, — Я простил тебя в тот же день. Давай больше не будем поднимать это, что было, то было. И не забывай, что я хотел наслать на тебя «Круцио», — виновато добавил я. — У тебя бы не получилось, — тихо пробормотал Гарри, разглядывая свои руки. — Я знаю, — прошептал я. — А у меня получилось, — он наткнулся на мой недовольный и немного съехал с темы. — У тебя остались шрамы? — Да. — Но их ведь можно было… — Я в курсе, — я грустно ему улыбнулся, — я сам решил их оставить. Как напоминание о прошлых ошибках. — Покажешь? — и снова этот взгляд умоляющего пёсика. — Мы ещё не на том уровне отношений. — Ещё? — он широко улыбнулся, приподнимая одну бровь. Засранец. Настрой сменился с траурного на привычный, и мне снова захотелось отвесить ему подзатыльник. — Это не означает, что когда-то мы к этому придём, — я дёрнул дверь ванной комнаты, вздёргивая подбородок. Хотя хотелось бы. — Всё в порядке, Гарри, — я решил, что ему нужно это услышать, останавливаясь в проёме. — Мы оба были неправы, пусть это будет просто неприятным событием в большой истории. — Спасибо, — Гарри грустно мне улыбнулся. Всё равно ведь винить себя будет, ишак. — И больше не сгущай тучи с утра пораньше, — фыркнул я, скрываясь из его поля зрения.

***

На стол с глухим стуком опустился новый выпуск «Пророка», и я удивлённо округлил глаза, не торопясь его открывать. Я уже давно даже не открывал этот сборник грязных сплетней, если бы я хотел, чтобы мне навешали лапшу на уши, я бы убедил себя, что нравлюсь Поттеру, благодарю. — Это просто абсурд! — гневно вскрикнула Панси, плюхаясь на скамью сбоку от меня, и я поднял взгляд от яичницы. Я бы соврал, если бы сказал, что мне было неинтересно. Хотя вряд ли я бы увидел там что-то новое.

«Дружба между Гарри Поттером и Драко Малфоем».

Что движет бывшим Пожирателем Смерти и какие у него мотивы?

Ответ на странице №9.

Я фыркнул и покачал головой, отпихивая газетёнку подальше от себя. И на что я рассчитывал? — Как думаете, в Хогвартских кругах завелась крыса? — Блейз понизил голос до заговорщицкого шёпота и наклонился ближе к столу, рассматривая всю нашу компанию. — Скорее реанимировалась, — процедил Поттер, прожигая взглядом несчастную газету. На её месте я бы уже убежал, даже если бы не имел ног. От греха подальше. Гарри Поттер страшен в гневе, я специалист, не нужно благодарностей за то, что я прощупал почву. Может, даже посадил помидорчики. — Гарри, — Грейнджер попыталась отвлечь его внимание на себя. — Все и так знают, что из себя представляет «Пророк», тем более ты. Не стоит обращать на это внимание, видишь, Драко это только насмешило. — Поттер поднял на меня взгляд, и я улыбнулся из солидарности к Грейнджер. Она единственная, кто пытается его образумить. Не знаю, где бы был Поттер, если бы Грейнджер не усмиряла его пыл. В противовес словам Гермионы, я оглядел Зал, натыкаясь на несколько недовольных взглядов. Ещё один повод покидать в меня бумажками или огрызками. Абсурд. — Не все, — заметила Панси, также разглядывая помещение и не забывая приторно-сладко усмехаться. — Я бы тоже поспорил, — с трудом пережевав половину содержимого своей тарелки, вставил Уизли. Куда ж без тебя, убогий ты фестрал. Почему фестрал? Потому что ведёт за собой смерть. От хохота. — Никто не сомневался, что у тебя мизерный склад ума, — не без удовольствия фыркнул я. — Ты же рыжий. — И что, что я рыжий?! — за секунду разгневался Уизли. Ожидаемо, этого я и добивался. — А то, что, когда рыжие люди занимают высокое положение в обществе, их цвет волос принято называть каштановым, — я самодовольно усмехнулся, наблюдая, как его лицо сливает цветом с вышеупомянутой шевелюрой, разве, что пар из ушей не идёт. — Смекаешь к чему я веду? — Цитируешь Твена? — улыбнулся мне Забини. — Всё ждал, когда пригодится, — я вернул ему улыбку, снова уделяя внимание завтраку. — Может, вы хотя бы попробуете игнорировать друг друга? — взмолилась Грейнджер, глядя на меня. Мне стоит рассчитывать на то, что этот жест значит, что она считает меня более благоразумным? Я, если честно, польщён. Не то, чтобы я ждал её одобрения, но получить её расположение неплохой бонус. Это лучше, чем получить от неё в нос, Забини всё ещё подтрунивает меня за это. Зря я ему рассказал… — Не могу ничего обещать, — без конкретики ответил я, поправляя чёлку, упавшую мне на глаза. — Было бы замечательно, — вставил свою лепту Поттер. Ну, конечно, предводитель команды «Мир во всём мире». На самом деле, в моменты, когда я разрешал себе думать о возможных отношениях с Гарри, я рассматривал тот факт, что с Уизли мне придётся установить какой-никакой контакт. Это было бы неизбежно. Может и правда попробовать хотя бы поменьше его провоцировать? Если Панси права, было бы неплохо проложить почву, я же Слизеринец в конце концов. — Вы даже с Гарри смогли подружиться! — не лучший аргумент, Грейнджер. — Серьёзно? — и не я один так думаю. Панси вскинула бровь, изящно постукивая ноготками по поверхности. — Они бы подружились ещё на первом курсе, не будь Поттер таким упёртым. — Если бы один засранец не бахвалился вместо приветствия, может быть, я бы и не упрямился, — возразил Гарри, мягко мне улыбаясь. — Не побоюсь спросить, что заставило тебя передумать? — я наколол сосиску на вилку, удерживая её у своего рта. — Я всё ещё засранец. — Но больше не бахвалишься, — я ожидал такого ответа и подавил жалкое «мне больше нечем». Потому что я всё ещё Малфой. Даже если кажется, что уже нечем, при желании я найду за что зацепиться. Так что, это было бы не совсем правдой. А я не приверженец вранья, только периодически недоговариваю. — У кого какие планы после занятий? — вклинился Блейз, меняя тему разговора. — Я не буду играть с тобой в плюй-камни, — безапелляционно заявил я. — Найди какого-нибудь наивного первокурсника. — А я тем более, — смерив его гневным взором, подтвердила Грейнджер. — Одного раза хватило. — Ой, да подумаешь, всего лишь один синяк, ты же умеешь их… — он не закончил, задерживая взгляд за моей спиной, и я поспешил обернуться. И наткнулся на ухмыляющееся лицо неподалёку от себя. Снова, Мерлин. Что на этот раз? — Недолго тебе осталось быть незамеченным, тебя уже рассекретили, — какой-то Гриффиндорец наклонился к моему уху, гневно шипя. — Отсчёт пошёл. Как банально, хоть бы придумали что-то поинтереснее. Я поморщился от столь неприятного контакта. Поттер, видимо, отжал себе всю благородность. — А ты метишься на место Трелони? — я ухмыльнулся уголком губ. — Придётся подождать, думаю, она тут надолго. — Да ты! Как ты смеешь ещё… Да как ты, — красноречиво, ничего не скажешь. Я услышал шорох с другой стороны стола и периферическим зрением заметил какие-то шевеления на месте Поттера. Тот парень, видимо, тоже это заметил и поспешил смыться. Оно и к лучшему. — Гарри, сядь, — я обернулся и понадеялся, что мой голос не звучал, как мольба. — Он переходит границы, — Гарри гневно оглядывал помещение, пытаясь выцепить того смельчака. Он и правда отличился, в присутствии Поттера ко мне никто не лез. Я не знаю, что думаю по этому поводу. С одной стороны, я имею «власть» только за счёт его присутствия, с другой — так меня хотя бы не достают. — Ты не хочешь драить котлы на отработке за драку в учебном заведении, — попытался я, и это сработало. Он сел, складывая руки на груди и продолжил хмуро разглядывать стол. Завтрак прошёл в спокойной обстановке, за обсуждением Блейза и его выкриками «Вы просто скучные зубрилы и совсем ничего не понимаете». Если это можно называть спокойствием. По крайней мере, ко мне больше не лезли.

***

— Мне кажется, или наша главная сплетница теряет хватку? — Блейз вальяжно раскинулся в кресле, хитро поглядывая на Панси. После безобидных подтруниваний Блейза, что я либо в книжках, либо с Поттером, я правда задумался, потому что в каждой шутке есть доля правды. Я безвылазно сидел в комнате и выходил только на занятия и в Большой Зал, хотя частенько пропускал завтраки. Гарри периодически таскал мне их в комнату, после того случая, это стало почти традицией. Блейз был прав, я либо читал учебники, либо слушал жужжанье Поттера над ухом, не то, чтобы я этому не рад, вы не подумайте, но я и правда уделял им мало времени. Нужно было исправляться. — А что вам рассказывать? — Панси разглядывала свои ногти, скривив недовольное личико. — Вы отлично справляетесь сами, косточки только и перемываете, — она подняла взгляд, поджимая губы. — Не делай такое лицо, Забини, я знаю, что вы обсуждали с кем я трахаюсь. Блейз задохнулся в возмущении, не в силах найти ответ на такое серьёзное обвинение, я тихо посмеивался в кулак. — И не надо возмущаться, не удивлюсь, если вы сплетничаете даже, когда трахаетесь, друг с другом или нет — неважно. — Мы не трахаемся, — я сложил руки на груди, закатывая глаза. — Вообще ни с кем. — Говори за себя, безответно влюблённый и целомудренный кретин, — шутливо фыркнул Блейз, и я скосил на него презрительный взгляд. — Очко, как книга — не доверяй никому, а то порвут, — отмахнулся я, вызывая приступ смеха у обоих. — На практике проверял? — Ты что идиот? Это же даже логически не складывается. — Значит, не Забини, — сзади меня раздалось задумчиво бормотание, и я поспешил обернуться. Поттер двигался в направлении выхода, потирая щёку. — Подслушивать невежливо, Гарри! — призвал к вниманию я. — А я не подслушивал! Я мимо проходил, — он обернулся через плечо, коротко улыбнувшись и вышел из гостиной. Я покачал головой, пытаясь подавить ответную улыбку. — Признайся ему уже, вон как лыбится, — Панси заговорщицки оскалилась, закидывая ногу на ногу. — C'est plus facile de sauter de la falaise... — задумчиво пробормотал я. — Ну что же так категорично? — Блейз потёр ладони, и я наткнулся на недовольный взгляд Панси. — Что ты сказал? — Что… — Что сделает это прямо сейчас. — Я не так сказал! — Не обманывай нашу драгоценную подругу, ты пользуешься её ограниченными знаниями. — Как раз-таки ты этим пользуешься! — Заткнулись оба! Что, как дети малые? — рявкнула Панси, выпрямившись на диване. — Ты, — она указала пальцем на Блейза, — не смей называть меня ограниченной! А ты, — повернулась ко мне, — переведи то, что сказал! Нормально! — Я сказал, что… — Признаешься ему прямо сейчас. — Заткнись, Мерлина ради! — Что проще будет прыгнуть со скалы, — наконец закончил я, и Панси закатила глаза. — Ты меня достал, — фыркнула она, надувая губы. — Лично у меня, нет никакого желания это делать, — я вздёрнул подбородок, недовольно вздохнув, — Если вам так хочется… — Не хочется, не начинай, — отмахнулась от меня Панси, будто я был назойливой мухой, — и да, Забини, я не трахалась с тем Пуффендуйцем с седьмого курса, прекрати строить нелепые теории. Грейнджер ничуть не сделала тебя умней, а я так надеялась. — И ничего они не глупые, — насупился он. — Это ты ничего не понимаешь. Всё-таки, мне этого не хватало.

***

— Сегодня удалось стащить только булочки, — Гарри отлеветировал тарелку на мой стол, — Эльфы чего-то не в духе. Я вдохнул ароматный запах, исходящий от аппетитных булочек, и улыбнулся. Иногда он вспоминает, что волшебник. Я потянулся к тарелке, замечая, что Поттер копошится в своей сумке и выглядит максимально сосредоточенным. Лучше бы на уроках так сидел, ей-Мерлин. Не было бы потребности задавать мне, при написании эссе, глупых вопросов. — Вот ещё, — он подошёл ко мне, протягивая запечатанный конверт. — Макгонагалл просила передать. — От кого? — я освободил одну руку, стряхивая крошки и потянулся к посланию. — Может, от мамы? — задумчиво предположил Поттер. — В какой момент жизни Миссис Эддингтон стала моей матерью? — я хитро улыбнулся, поймав его смущённый взгляд. — И почему я не в курсе? — Я не разглядываю чужие письма, — насупился Поттер, разглядывая ножку стула. — Ты сам говорил, что это невежливо. — А ты давно стал меня слушаться? — А ты давно стал таким проницательным? — Гарри скорчил недовольную гримасу, передразнивая меня. — А ты давно стал замечать, что я проницательный? Эта шутливая перебранка вызывала у меня какой-то детский восторг. Будто бы не было никаких недомолвок, драк и пылающей ненависти, и мы всегда ограничивались безобидными подколками. Судя по лёгкой улыбке, играющей на губах Гарри, наши мысли были схожими. Я бы хотел запечатать её поцелуем… Дракл! Сейчас он должен меня раздражать. — А ты давно стал думать, что спорить со мной — хорошая идея? — А ты давно стал думать, что угрожать мне такой мелочью — хорошая идея? — я фыркнул, поудобнее устраиваясь на кровати. — По-моему, ты забываешь, какие отношения нас связывали. — По-моему, это ты забываешь о том, что называл меня все эти годы «упёртым бараном», — парировал Гарри. Мне было безумно интересно к чему мы в итоге придём. Отступать никто не собирался. — Ты же всегда был умным, Драко, — он заговорщицки улыбнулся, упираясь щекой в ладонь и нагло посмотрел мне в глаза. — Знать этот факт и продолжать спорить — верх идиотизма. — Что ты пытаешься сделать? — я хитро сощурил глаза. — Ты не возьмешь меня этими мелкими уловками. Выпускай тяжёлую артиллерию. — И что же в моём арсенале является тяжёлой артиллерией? — Включить ещё большего идиота, чем ты есть. Это чертовски выводит меня из себя. — Спасибо, за наводку, — он поднялся со стула, потирая ладони о брюки. — Буду делать так почаще. — Ты уже начал? — я поднял на него насмешливый взгляд, кашлянув в кулак, чтобы скрыть смешок. — Засранец. А ты уже раздражён? — Гарри, ты идёшь или нет? — из-за двери показалась рыжая тупая, извините, просто рыжая голова. — Привет, Малфой, — не совсем добродушно бросил он, одарив меня мимолётным взглядом, и я просто кивнул в ответ. — Иду, — Поттер закинул сумку на плечо и уже на самом выходе обернулся через плечо, с самодовольным выражением лица. Въехать бы по его довольной морде. Или поцеловать… Я ещё не решил, чего хочу больше. Можно и совместить, конечно. — Ты не думай, что я закончил, мы ещё вернёмся к этому, — бросил Гарри, поправляя очки, которые до этого съехали на кончик носа. — Ты не думай, что я буду тебя слушать, когда ты вернёшься к этому, — я махнул рукой в его сторону, пригубив тыквенный сок так, будто там было вино. Лучше бы было. — Засранец. — Ты это уже сказал. Уизел, забирай своего несносного дружка, мне нужно восстановить душевное равновесие, — я чиркнул по конверту с письмом режущим заклинанием. — Я теперь и твой несносный дружок. — Помоги мне, Мерлин, — я возвёл глаза к потолку и сложил ладони на уровне груди. Дверь закрылась, и я ещё какое-то время мог слышать бормотание Уизли о том, что несносный тут только я.

***

Простите, Драко, на Рождественские каникулы выпадает мой медовый месяц, мы можем обсудить это здесь, или на выходных, после праздников, если это может подождать. Я поджал губы, сворачивая письмо и убрал конверт в выдвижной ящик стола. С другой стороны, изъясниться на бумаге будет проще, я смогу всё проанализировать, прежде чем отправить, но я бы этого не хотел. Сбивчивые откровенности помогли бы Миссис Эддингтон лучше проанализировать ситуацию. На самом деле, я сомневаюсь, что смог бы выдавить из себя хоть слово. Письмо, так письмо. Прошло минут десять кряду, пока я рассматривал все неровности пергамента, пытаясь сформировать мешанину собственных мыслей в одну кучу и сплести из них логическую цепочку. Я уже говорил, что с участием Гарри логических цепей не построишь? Так вот, от своих слов не отказываюсь и никогда не откажусь. Я думал, стоит ли мне начать с азов, или перейти уже к самой сути и активным действиям. Знакомство точно следует упомянуть, моя многолетняя обида, наверное, играет какую-то роль. Стадии принятия, можно смело опустить, а вот то, из-за чего у меня всё пошло к Дракловой бабушке, я распишу поминутно. Все предубеждения, все многолетние установки, вообще всё, что он мне перевернул. Устроил бардак у меня в голове даже без легилеменции. Хоть бы прибрался, что ли… По ощущениям прошло часа три, но на деле минут сорок от силы, я придирчиво разглядывал ответное письмо, размышляя, упомянул ли я всё нужное и не написал ли я лишнего. Какая-то полупоэма-полусеренада, ей-Мерлин. Я мельком упомянул историю нашего знакомства, написал, что после этого мы враждовали до недавних пор и прошёлся во всех подробностях по последующим событиям. Его знаки внимания, забота, инициатива, самые яркие воспоминания с ним, которые отпечатались под коркой моего мозга и пытался объяснить, что чувствую по этому поводу. Это заняло больше всего времени, я в принципе привык анализировать всё, кроме своих чувств, так я ещё и сам не понимаю какие эмоции, это у меня вызывает. «Это меня сильно тревожит, я проводил в раздумьях почти каждую ночь и постоянно спорил сам с собой. Не могут не радовать знаки внимания от объекта любви, но меня слишком смущают наши прошлые взаимоотношения. И с ним никогда не было просто, я всю жизнь ждал от него какой-либо подковырки, так и было всё это время, придумал логичный исход истории и до начала учебного года свыкался с этим сценарием. Всё пошло прахом после того, как он решил со мной подружиться». И дальше всё в ярких подробностях, с моими скупыми и смятыми комментариями. Мне её даже жаль, я сам с трудом разбираюсь в написанном. Ладно, первая мысль — лучшая мысль. Я поднялся с тяжёлым вздохом и пошёл маршрутом, который ведёт к совятне. Мирабель, наверное, уже соскучилась. Мирабель с латинского переводится, как «чудесный» или «удивительной красоты», когда я впервые увидел её, я сразу понял, что это про неё. Глаза, будто из стали, белоснежное оперение и мягкое угуканье. От части, похожа на меня, совсем каплю, не то, чтобы я такого высокого о себе мнения, но давайте по-честному, я достаточно симпатичный. Сойдёмся на этом.

***

Я ворочался уже около часа без сна. Нога лежит не так, матрац резко стал жёстким, подушка утеряла былой комфорт и вообще Поттер слишком громко дышит. Перевернувшись с одного бока на другой, я показал подушке, кто здесь хозяин, репетируя на ней удары. Наконец, вроде как удобно устроившись, я почувствовал, как меня морит сонливость. Протяжно выдохнув, я поглубже зарылся лицом в подушку и затих. Не знаю, как Гарри меня ещё не прибил за это мельтешение, я бы на его месте уже давно приложил чем покрепче. Чуть позже, находясь на грани сна и реальности, я услышал странные звуки и мысленно воззвал всех известных мне богов. Сначала подумал, что Поттер решил мне так некрасиво отомстить, но звук больше походил на… Стук? Можно, конечно, подумать, что Гарри возомнил себя невъебаться крутым барабанщиком и словил вспышку ночной продуктивности, но я правда надеюсь на остатки его благоразумия. Стук всё не затихал, казалось, даже усилился. Или я так думал из-за того, что этот мерзкий звук держал мои виски в крепкой хватке. Поттер, в самом то деле, сходи да посмотри, это невозможно не услышать. Надеюсь, он как более благородный из нас всё-таки поднимет свою задницу. Ты Гриффиндорец — ты и иди. После ещё одной последовательности стуков по моей нервной системе я уже хотел встать и отстучать по голове самодовольного болвана ритм самой мерзкой мелодии магического мира, кто бы это ни был. Со стороны Поттера послышались шаркающие звуки и недовольное мычание. Проснулся всё-таки. Если узнаю, кто так по-хамски нарушил мой покой — надеру задницу всеми извращёнными способами, которые придумаю. — Гарри, — этот голос я узнаю даже если он будет варварски искажён, а тут всего лишь шёпот. — Ты спишь? Уизли. Барабанить в дверь, так с радостью, а как открыли, так шепчем. Да и знаете, насчёт задницы… Я же хотел быть к нему более снисходительным, зачем оттягивать, начну прямо сейчас. Хотя постучать по голове было бы славно, чтобы не ломился посреди ночи, как взрывопотам. Он и так не самое тихое создание, на контрасте с продолжительной тишиной, было ощущение, что кто-то посмел поорать мне в ухо. Мне хватает того, что Поттер сносит всё на своём пути, если ещё и Уизли планирует в последующем так наведываться, я во всех красках распишу, куда ему следует идти. К дементоровой бабушке. Гарри я терплю, потому что люблю, а вот рыжий, спасибо, Мерлину, таких эмоций у меня не вызывает. — Минут пять назад я бы ответил, что да, — сонно пробормотал Гарри. — А чего не открывал? — Думал, что показалось, — задумчиво промычал Поттер. Конечно, так и скажи, что просто не хотел. Или думал, что я открою. Выкуси! — Так я чего хотел то… Да, Уизли, мне очень интересно, какого дьявола ты чуть не снёс дверь с петель своими огромными кулаками. — Малфой спит? Гарри выждал какое-то время перед ответом, видимо, пытаясь понять, сплю я или нет. — Наверное. Я еле удержался от того, чтобы гаденько не похихикать. Сплю, сплю, не сомневайся. — Я хотел поговорить, мы в последнее время… — Почему сейчас? — перебил рыжего Гарри, его шёпот звучал возмущённо. — Тебя как-то совсем не видно было, — растерянно пробормотал Уизли, — да и Малфой этот твой постоянно рядом. — Рон. — Я отчасти из-за этого и пришёл. — Если снова собрался во всех красках выражать своё недовольство по этому поводу, то не стоит, — дверь протяжно скрипнула. — Во-первых, Драко спит, во-вторых, я злой и безумно хочу спать. Я улыбнулся, стараясь как можно более бесшумно спрятаться в подушку. «Драко спит». Это лёгкая забота приятно грела душу, даже отмахиваться от этих мыслей не хотелось. — Нет, я как раз хотел сказать обратное, — две пары шагов куда-то направились, видимо, к кровати Поттера. — В общем, э… Какой обширный словарный запас! Как многословно! Заставляет задуматься. — В первую очередь я хотел извиниться. А вот это уже интересно. — Прости меня, за эти сцены. Я доверяю тебе, Гарри, просто ты же знаешь, что мне сложно принимать какие-то изменения, — Поттер заинтересованно промычал, и я сам напряг слух, чтобы лучше разбирать, что там шепчет Уизли. — Тем более такие глобальные, хоть я и знаю, что ты… Эээ… — Не здесь, — я даже немного вздрогнул от неожиданно резкой интонации. Не понял. Что он «эээ»? И почему не здесь? Что за секретики, Поттер? Вот ведь гад, сам ко мне в голову залезть пытается и при этом гасится. Ну-ну. — Короче, раз ты смог найти с ним общий язык, значит он не так уж и плох, просто дай мне немного времени, чтобы я смог привыкнуть. — Тебя Гермиона надоумила? — шутливо поинтересовался Гарри. — Отчасти, — сознался Уизли, но быстро встрепенулся, —но я и сам всё осознал! Ты мой друг, Гарри, я не хочу с тобой ссориться. — Всё нормально, Рон, я не обижался, просто ты, немного, — он сделал небольшую паузу, — надоедал. — Ещё раз извини, надеюсь, всё хорошо? — Да, отлично, — звучало устало. — Теперь я могу лечь обратно? — Конечно, — судя по звукам Уизли резко куда-то вскочил. Лучше б навернулся, ей-Мерлин, я бы поржал от души после этой сопливой тирады. Дверь за ним захлопнулась, это были самые мучительные пять минут моей жизни. Я правда пытался промолчать и дальше притворяться спящим, но я просто не мог это сделать! — Я же говорил, — самодовольно фыркнул я, поворачиваясь лицом к его кровати, но не открывая глаза. — Ах ты, засранец! — воскликнул Поттер, рассмеявшись. — Ты всё слышал, — я почувствовал, как в меня прилетело что-то тёплое и тяжелое. Кидаться, значит, удумал? Я ловко подхватил его подушку, пряча её у себя за спиной. — Всё, что было в моей кровати — остаётся в ней, — я поудобнее устроился, подкладывая ладони под щёку. — Это негласное правило. Сегодня спишь без подушки. — Я тоже был в твоей кровати, — усмехнулся Гарри. А вот это уже… Звучит странно. Мне не нравится. — А ты хочешь остаться в моей кровати? — я старался звучать максимально незаинтересованно, чтобы не выдать то, что волнуюсь из-за его ответа. — У тебя моя подушка, — уклончиво ответил он. И кто из нас ещё засранец. — И что с того? — Я сплю там, где спит моя подушка, — я слышал улыбку в его голосе. — Это негласное правило. — Ты его только что придумал? — А это имеет значение? — Правила созданы, чтобы их нарушать, — я надеялся, что он не использует это против меня. Гарри сонный и до него долго доходит, Мерлин, пощади. — И что это значит? Спасибо, Мерлин. — Что сегодня ты спишь без подушки, — безапелляционно заявил я. — Я тебя наказал за плохое поведение. — Ты ещё не мой муж, чтобы меня наказывать. Блять. Ну ты и скотина, Поттер. — Статус наших отношений не имеет для меня никакого значения. У меня больше привилегий, — я мысленно похвалил себя за самообладание. — И почему же? — Потому что я так решил. Муж, блять. Муж объелся груш, что за придурок, я не выдерживаю. Лучше бы он был немым. Мерлин, дай мне сил.