Если я пойду

- Я не могу тебе верить! Ты заставила нас всех тебя ждать, Гермиона. Джинни была невероятно разочарована! - Рон, мне очень жаль. Но я же сказала тебе, я обнаружила… - Я знаю! Ты нашла Снейпа! Это здорово! Но здесь были люди, которые зависели от тебя! Гарри и Джинни рассчитывали на тебя! - Я не переживаю из-за Гарри и Джинни, Рон. Они поняли, почему мы пропустили фильм, и были в восторге от причины, по которой я опоздала. Я просто расстроена, что разочаровала тебя. Этого больше не повторится, обещаю. Я обменяю билеты. Мы можем пойти в другой вечер. Рон всплеснул руками. - Ты просто не понимаешь, правда? Ты не понимаешь! Это не обо мне, это о них. Я думал, что могу рассчитывать на твою поддержку, когда я делаю для них что-то хорошее! Но ты помогаешь всем, кроме моей семьи! Гермиона чуть не закричала. Она была так зла на него, но сжала челюсти до боли, только бы не закричать. Она не могла сказать ему, что это он не позволяет ей помочь им – что это его семья не хочет, чтобы она им помогала. Рон был хрупким, как стекло. Если она потеряет контроль сейчас, она может причинить ему ужасную боль. - Мне жаль, - прошептала она. Он вздохнул и пошел прочь. В ту ночь, когда он пришёл в её комнату, она спала в постели Джинни.

***

Гермиона проскочила через палату со стопкой грязных подносов с едой. Она соскребла остатки еды в мусорное ведро, положила подносы на полку, продезинфицировала руки, схватила стопку чистых простыней и помчалась в новом направлении. Она толкнула бедром дверь. - Вы готовы к следующей газете, профессор? Или вы хотите сделать перерыв? О, черт, это два вопроса. Она сунула белье в шкаф, подошла к его кровати и сняла длинный валик, который она установила над его головой. - Другую? Да. Она покачала головой, загрузила следующий Ежедневный пророк на устройство и снова подключила его. Она постучала по нему своей палочкой. - Достаточно времени для просмотра одной страницы? Да. - Вам нужно что-то ещё? Нет. - Хорошо, я ещё вернусь. Он посмотрел на неё взглядом, который она интерпретировала как комбинацию «спасибо», «до свидания» и «вы порадовали меня» - слегка прищуренными глазами. Он, вероятно, проглотил бы свой язык, если бы знал, что она называла это «обниманием глазами» в своей голове. - Увидимся позже. Она выскочила из комнаты, чтобы поменять простыни Чжоу.

***

- Над чем ты работаешь? - спросил Гарри, присаживаясь рядом с ней на диван. - Я пытаюсь придумать, как превратить мое изобретение в перелистыватель для книг. Мы с Артуром покопались в его сарае, и думаю, что я близка к решению. - Ааа. Как там дела со Снейпом? - Хорошо. Я думаю. Есть прогресс в лечении. Эффект Круцио, кажется, прошел. Теперь он может выдерживать прикосновения. Он всё ещё парализован, но его волосы снова отрастают. Он такой же, как ты. Ты знаешь, как твои волосы всегда снова отрастали за ночь после стрижки? У него уже около трех дюймов, а прошло всего две недели. Слава богу. Он лысым выглядел так нелепо. Гермиона вздрогнула. - У меня заканчиваются все газеты, которые можно дать ему почитать. Он читает невероятно быстро. Быстрее меня, если ты можешь в это поверить. Мы просмотрели все последние газеты, поэтому я хочу оборудовать устройство под книги. - Он уже разговаривал с тобой? Он что-нибудь рассказал тебе? Гермиона оторвалась от кусков проволоки, которые скрепляла вместе. - Гарри, у него в горле трубка, и его рот заклеен, не говоря уже о дренажной трубке в его шее. Он не может глотать, где уж тут заботиться о разговоре. Я знаю, что ты хочешь поговорить с ним, но всё, что он может передать, лишь "да" или "нет". Гарри выглядел смущенным. - Я забыл. Ты всегда говоришь о нём так, что, кажется, будто вы ведёте беседы друг с другом. Она рассмеялась. - Нет. Разговор подразумевает добровольный обмен мнениями. Он в основном жертва моей болтовни. Я подозреваю, что если он когда-нибудь вернет свой голос, его первыми словами будут: «Грейнджер, заткнись». Она возилась со своей штуковиной. - Хотя, должна сказать, мы выработали довольно хорошую форму общения, несмотря на препятствия. Я могу сказать, что не раздражаю его так сильно, как могла бы подумать. Он так много может сказать глазами. Просто его глаза, понимаешь? Это, наверное, как: он парализован, а я могу читать язык его тела. Она фыркнула. - По крайней мере, я думаю, что могу. Я могу ошибаться, и он, скорее всего, почти сходит с ума от того, насколько я тупая. - Ты сказала ему, что Кингсли проводит расследование, чтобы оправдать его? Её лицо затуманилось. - Да, сказала. Она намотала еще одну проволоку на тонкий металлический стержень, который держала в руке. - Я не думаю, чтобы это его заботило. Он не выглядел довольным. Она взяла кусачки и отрезала конец. - Честно говоря, Гарри. Я начинаю думать, что Снейп не хотел выжить. Думаю, поэтому его выздоровление идет так медленно. Даже на маленькое продвижение в лечении уходит много времени, и целители не могут это объяснить. Пай думает, что Снейп активно работает против собственного исцеления. Гарри удивленно посмотрел на неё. - В этом нет смысла. Почему же он так обрадовался, когда узнал, что не останется парализованным? Гермиона подняла голову и посмотрела на него. - О! Я не думала об этом. Ты прав! Она добавила еще один стержень в своё устройство и взяла еще одну проволоку. - Я должна сказать это Паю. Должно же быть какое-то другое объяснение. Гарри откинулся на диван. - Как остальные ваши пациенты? - Хорошо. Мистера Рейли отпустили сегодня. Он вернется на лечение, но он почти как новенький. О! Я говорила тебе, что Лаванда вернулась добровольцем? - Замечательно! - Да, я была так взволнована, увидев её в костюме в тонкую полоску. Забавно, как всё меняется. Все эти годы мы были соседками по комнате и терпеть не могли друг друга. Теперь мы действительно хорошо ладим. - Всё всегда меняется неожиданным образом, - сказал Гарри. Его тон заставил Гермиону закрыть глаза. - Я слышал, как вы с Роном снова спорили прошлой ночью. Гермиона только покачала головой. - Ничего не было. - Я знаю. Абсолютно ничего, Гермиона. Как долго вы двое собираетесь продолжать в том же духе? - Все наладится. Гарри вздохнул. - Ты уверена? Глаза Гермионы снова наполнились слезами, и она посмотрела на свою штуковину затуманенным взглядом.

***

- Доброе утро, профессор. Я, наконец-то, закончила своё устройство. Я уже загрузила в него книгу, и оно прокрутится на десять страниц, прежде чем мне понадобится его перезагрузить. - Я не спала всю ночь, пытаясь сообразить, что вы желаете прочитать. Я думала, что Шекспир был немного чокнутым, а «Война и мир» казались слишком банальными. Я не могла понять, что будет представлять собой бегство от реальности для такого умного человека, как вы. Затем я решила начать с Салмана Рушди, Умберто Эко и Иэна Бэнкса. Если вы их ненавидите, тогда нам нужно будет обсудить ещё вопросов двадцать. Я думаю, вам понравится Бэнкс. Он полный псих, но гениальный. Очень сюрреалистичный, умный материал. Я думала, что мы начнем с его книг, но без М. Я не знаю, сколько научной фантастики вы сможете выдержать, не запутавшись в самой науке. Она закончила лепетать, заменила веретено своей штуковиной и посмотрела на него сверху вниз. Он выдержал её взгляд и медленно приподнял бровь. Ему всё время удавалось опускать их, но она впервые увидела, как он её поднял. - Профессор! Ваша бровь! Можете ли вы сдвинуть их обе? Он моргнул, а затем медленно покачал ими с самодовольным видом. - Это замечательно! Что еще вы умеете делать? Она схватила его карту и пролистала страницы. - Пальцы на руках и ногах! Она подтянула одеяло, покрывающее его ноги, и пронаблюдала, как он двигает пальцами ног. Она чувствовала себя до смешного гордой. - Силы небесные. Думаю, я собираюсь заплакать. Нет, я не собираюсь смотреть на вас. Я и без того знаю, что вы думаете обо мне, что я чокнутая, поэтому, каким бы взглядом вы сейчас на меня не смотрели, это будет совершенно напрасно. Она слышала, как он фыркнул носом, и все равно взглянула на него. Его глаза смотрели самодовольно с тенью легкой улыбки. - Это так чудесно! Есть ли боль, когда вы ими двигаете? Нет. - Это очень сложно? Да. - Могу представить. После почти месяца постельного режима у вас появятся затёкшие мышцы. Они запланировали вам какое-либо физиотерапевтическое лечение? Он просто тупо посмотрел на неё. - Упражнения, которые помогут вернуть тонус мышцам. Во взгляде загорелось понимание, и он моргнул: «Нет». - Что ж, всё в свое время. Предупреждаю, вы возненавидите это. Все остальные пациенты ненавидят. Чжоу Чанг пытается восстановить мышцы рук и клянется, что в первую очередь она их применит, чтобы задушить целителя Фларка. Он приподнял бровь, и она рассмеялась. - Я знаю, вы уже замышляете придушить меня. Вам нужно что-нибудь, прежде чем я начну танцы с утками? Нет. - Хорошо. Тогда я займусь делами. Я выставила интервал времени в пятнадцать минут, прежде чем устройство перевернет страницу. Вам желательно читать медленно, чтобы понять его. Эта книга захватит все ваши мысли. Я вернусь в свой обеденный перерыв, и посмотрим, возненавидите ли вы это. Он обнял её взглядом, и она погладила его ноги, прежде чем накрыть их одеялом. - Должна сказать, профессор, у вас самые красивые ноги, из тех, что я когда-либо видела у парня. Она оглянулась через плечо и увидела, что его брови поднялись до середины лба, а щеки медленно покраснели. Она вышла за дверь его палаты и рассмеялась.

***

- Ты слышала, что поступил Люциус Малфой? Гермиона, запихиваясь обедом, покачала головой Лаванде. - Вчера днем. - Что с ним случилось? - спросила Гермиона, закончив глотать. - Я не знаю. Я видела, как Драко и его мать шли по коридору. Не думаю, что они позволят кому-либо посмотреть на него. Гермиона перемешала лапшу. - Я не знаю, что сказать, - прошептала она. Лаванда энергично кивнула. - Я знаю! Часть меня до сих пор считает их Пожирателями смерти, но, в конце концов, они перешли на другую сторону, не так ли? По крайней мере, миссис Малфой помогла Гарри. Я хочу сказать: «Черт возьми, надеюсь, с ним всё в порядке», но это застревает у меня в горле. Гермиона кивнула. - Точно. Лаванда ткнула вилкой в сторону тарелки Гермионы. - Тебе лучше пошевеливаться, иначе ты пропустишь свидание со Снейпом. Она нахмурилась, глядя на рассмеявшуюся Лаванду, и всплеснула руками. - Шутка! Но мне кажется странным, что из всех людей в больнице он потребовал тебя. - Он потребовал? - Разве ты не читала уведомление на посту медсестер? Никому из нас не позволено находиться в его палате. Он дал допуск только тебе или домашним эльфам. Приказ Пая. Гермиона улыбнулась, с набитым ртом. Она подняла руку и поднесла ко рту. - Я знала, что совершенствуюсь благодаря ему, - она проглотила. - Думаю, я открыла у себя новые могущественные способности. Убалтывание людей до полного подчинения. Они обе засмеялись, Гермиона встала и взяла свою тарелку. - В окопы, - сказала она. Она запихивала лапшу в рот до самого мусорного ведра, прежде чем соскрести её остатки в мусор и выскочить из столовой. Она все ещё жевала, когда толкнула его дверь тремя этажами выше. Он выглядел взволнованным. Шевеля пальцами под одеялом. - С вами всё в порядке? Да. - Вам нравится книга? Да. - Отлично! Он один из моих любимых авторов! Он закатил глаза, и она начала догадываться, что ему не понравилось. - Вы хотите, чтобы я заставила устройство быстрее перелистывать страницы? Он закрыл глаза и распахнул их в мгновенной версии крика. Она рассмеялась. - Извините за это. Я думала, вам понадобится минута, чтобы привыкнуть к стилю написания. Она вытащила книгу и передвинула на следующие десять страниц, прежде чем повернуть ручку на устройстве и постучать по нему своей палочкой. - Вот так. Вам что-нибудь нужно? Он моргнул: «Нет», уже читая.

***

Гермиона присела на край кровати, а Рон проскользнул в комнату и направился прямо к кровати Джинни. Он даже не взглянул на неё. Она смотрела, как он стянул рубашку через голову и уронил её на пол рядом с рубашкой, лежавшей там с прошлой ночи. - Мы вообще будем об этом говорить? - спросила она тихим голосом. Он нахмурился. - Я не знаю, что сказать, - ответил он. - Может, ты скажешь мне, что я всё ещё твоя девушка? Он рухнул на кровать Джинни. - Ну, мы вроде как поспешили с этим, не так ли? Я имею в виду, наверное, учитывая всё, что происходило, время было не очень удачное, не так ли? Она смотрела, как он суетится, и огромная тяжесть придавила её сердце. - Так ты меня не любишь? - спросила она. Он осёкся. - Люблю. Я люблю тебя, Гермиона. Просто… Я не могу справиться с этим прямо сейчас, понимаешь? Она избавила его от дискомфорта, связанного с разговором, перекатившись под одеяло. Он вздохнул с явным облегчением и задул свечу. Гермиона уткнулась лицом в подушку, чтобы не потревожить его сон, пока она плачет.

***

- Доброе утро, профессор. Вы хорошо спали прошлой ночью? Да. - Есть жалобы? Нет. - Есть новые продвижения? Он весело посмотрел на неё, и его правая рука слегка согнулась под простыней. Она улыбнулась и взглянула на его ноги, а он покрутил лодыжками из стороны в сторону. Она протянула руку и сжала его руку сквозь одеяло. - Это так восхитительно! Я очень счастлива за вас. Он сжал её руку, его хватка была слабой, как у котенка. - Я думаю, что приду в ужас, когда вы выйдете за эту дверь. Я буду ужасно скучать по вам, и я почти уверена, что вы не из тех, кто возвращается и добровольно работает, как Лаванда. Он пожал её руку, а затем скользнул взглядом по штуковине над кроватью. - Верно. Хватит о глупостях, а? Хотите начать с книги или с газеты? После того как к нему вернулись движения кончиков пальцев, они пополнили его словарный запас. Подергивание правой рукой означало вариант первый, левой - второй. Он выбрал второе. - Верно, это «Ежедневная Скитер». Она продела газету в шпиндель и прикрепила к зажимам, подвешенным к потолку. Она собиралась запустить таймер, когда дверь в его палату открылась, и вошёл целитель Пай. Она быстро стащила устройство с газетой с креплений. - О, хорошо. Мисс Грейнджер! Вы можете помочь мне. Мистер Снейп вот-вот потеряет зонд для кормления. Он улыбнулся и посмотрел на профессора. - Это не должно сильно повредить, так как в данный момент у вас нет ощущений в шее. Сегодня днем мы начнем с приема двойного количества зелья для регенерации нервов, а к вечеру мы предложим вам жидкости. Пай наклонился и начал отрывать ленту ото рта Снейпа, обнажая сухие потрескавшиеся губы. - Уберите эту подушку и опустите его голову назад, пожалуйста, сделаете? Гермиона осторожно вытащила одну из его подушек, подложила руку ему под шею для поддержки и опустила его голову назад. Его обнаженная кожа была на удивление мягкой. Он бросил на неё возмущенный взгляд, и она наморщила нос в знак извинения. Пай быстро отсоединил трубку и отодвинул мешочек с питательными веществами. Он схватился за трубку и начал тянуть. Снейп зажмурил глаза, и его правая нога ударилась о кровать. - Я бы сказала, что он это чувствует, - резко сказала Гермиона, запоздало добавив, - сэр. - Это необычно. Он не должен чувствовать. Я попытаюсь сделать это быстро, но, похоже, мышцы спазмированы. Глаза Снейпа распахнулись, и он уставился на Пая с немалым отвращением. Гермиона просунула руку под простыню и взяла Снейпа за руку. Его пальцы обвились вокруг её пальцев, но он не смотрел на неё. Пай потянул снова, и Снейп вздрогнул, сжимая её руку с гораздо большей силой, чем он показывал до сих пор. Она сжала его руку и погладила его по плечу, прижимая его голову к своей руке. Когда трубка была вытащена, хватка Снейпа не ослабла, и его глаза были плотно закрыты. Было видно, что он сжимал глаза от боли, и его грудь вздымалась, когда он втягивал воздух через нос. Гермиона сосчитала до десяти, прежде чем разрешила себе открыть рот. - Вы сказали, что нервы ослаблены. - Так и было, - сказал Пай, просматривая серию диагностических чар. - Но они исцелились сами. Он покачал головой. - Странно. Вероятно, это проклятый яд. Так не должно быть. Я собираюсь провести новую серию тестов сегодня днем. Нам нужно понять, что происходит. Во-первых, это не позволяет его вылечить, и ещё, теперь оно лечит то, что не следовало бы. Он выпрямился. - Ну, мы сняли вас с трубки, и адреналин, кажется, полезен для ваших ног. Это две хорошие новости. А то, что нервы в норме, - это не плохо, просто на время неприятно. Он осмотрел слив на шее Снейпа. - Если мы сможем вывести остатки яда, вы чудесным образом поправитесь. В конце концов, вы сможете даже восстановить свой голос. Он взял карту Снейпа и начал писать. - Я хочу, чтобы вы начали поить его водой маленькими глотками; нам нужно снова заставить его глотать, и это поможет облегчить боль. Я вернусь с обезболивающим зельем. Надеюсь, его освобождение будет завершено. Она кивнула, не решаясь заговорить, пока Пай не вышел из комнаты. Снейп всё ещё сжимал её руку, и она наклонилась ближе, прижимая его голову к своему плечу. - Мне очень жаль, - пробормотала она. Он дернул рукой – это было больше похоже на спазм, чем на движение - и подтолкнул её руку к своей груди. Она почувствовала влагу, растекавшуюся по простыне, и, повернувшись, увидела, что он обмочился. Это была необычная боль. - Это было ощущение Круцио? - спросила она, отступая, чтобы видеть его глаза. Он открыл глаза и один раз моргнул, снова закрыв их в страдании. Она наклонила голову и поцеловала его в макушку, не думая о том, насколько странным является этот жест в данный момент, может, позже она об этом и задумается, а затем осторожно поправила подушку под его головой. - Вы хотите, чтобы я позвала домашнего эльфа? Или позволите мне всё сделать самой и вымыть вас? Она долго смотрела на его руки, прежде чем пальцы на его левой руке задрожали. Она отстранилась и собрала весь свой профессионализм и волю в кулак. Взяв керамическую чашу со стола рядом с ним, она наполнила её водой и применила согревающее заклинание. Она пошла и вытащила фланель и новые простыни из шкафа рядом с ванной, прежде чем поднять его на фут от кровати. Он тяжело вздохнул. - Движение снова повредило шею? Он взмахнул правой рукой, но не открыл глаза. Она отправила верхнюю простыню в прачечную и принялась аккуратно обтирать его. Она держала свой разум сосредоточенным, отмечая его длинное стройное тело и густые черные волосы вокруг его члена с той же клинической отстраненностью, с какой она смотрела на его Темную метку. Она быстро вытерла его мягким полотенцем, а затем накинула на него новую простыню, чтобы поберечь его самолюбие. Она быстро вымыла его волосы и высушила их - они были почти такой же длины, как и раньше, - а затем сменила наволочки и заменила простыню на кровати. Она осторожно опустила его обратно на кровать. Весь процесс занял десять минут. За все это время он не открыл глаза ни разу. Он все ещё тяжело дышал, его глаза были зажмурены от боли, а руки были сжаты в кулаки. - Стало немного лучше? Или всё так же? Так же. - Это похоже на пульсирующую боль после остановки Круцио? Или это агония, когда тебя им бьют? Его глаза распахнулись, и он бросил на неё шокированный вопросительный взгляд. Она покраснела и посмотрела вниз. - Беллатриса Лестрейндж, - сказала она. - После того как нас поймали. Я провела вечер, корчась на ковре Малфоев. Его глаза наполнились изумительным набором эмоций: сожаления, сочувствия, беспокойства и глубокой печали. - Все кончено. Мы выиграли, - без особого энтузиазма сказала она. - Нам всем просто нужно выяснить, как справиться с последствиями, не так ли? Она почувствовала волну эмоций, угрожающую сломить её, и оттолкнула её. - А теперь ответьте на мой вопрос. Он двинул пальцами, а затем дёрнулся к ней всей правой рукой. Она наклонилась и снова взяла его за руку, а он сжал её пальцы. - Просто поправляйтесь для меня, хорошо? Он грустно посмотрел на неё и закрыл глаза.

***

- Привет, Гермиона, дорогая. Рада видеть тебя, наконец-то, дома. - Привет, Молли. Прости, что пропустила ужин. - Если ты голодна, для тебя есть тарелка. - Спасибо, я ужасно голодна. Молли провела руками по фартуку и взмахом палочки подогрела жаркое, прежде чем подать его на стол. - Я оставлю тебя наслаждаться. Я собираюсь проверить Джорджа, прежде чем лечь спать. - Спокойной ночи, - сказала Гермиона вслед Молли, выходящей из комнаты. Рон стоял в дверном проеме кухни. Они не начинали разговор, пока она не закончила есть. Он тяжело сел на стул рядом с ней и начал крутить в руках баночки с солью и перцем. - Гермиона, сейчас десять часов вечера. Я должен верить, что ты всё это время меняла судна? Скажи мне правду. Ты видишься ещё с кем-нибудь? - Что? - Она уронила вилку на тарелку и уставилась на него. - Ты серьезно? С усилием оттолкнувшись от стола, она отнесла тарелку в кухонную раковину. - Рон! Ты не можешь заставить меня вот так бегать по кругу. Ты велел мне пойти работать в больницу, а потом расстраиваешься, что я работаю в больнице. Ты говоришь, что мы больше не состоим в отношениях, а затем начинаешь вести себя как ревнивый мерзавец. Нет. Нет никого, кроме, как ты считаешь, профессора Снейпа, с которым на самом деле быть рядом приятнее, чем сейчас с тобой. Она высушила тарелку легким движением палочки и отправила её в шкаф вместе со всеми остальными вымытыми после обеда тарелками. - Ты не понимаешь, - огрызнулся он, вставая из-за стола. - Я был бы рад за тебя, если бы кто-то у тебя был. Теперь мне просто жаль всех, кто у тебя будет. Он повернулся к ней спиной и вылетел из кухни, оставив её ошеломленно глядящей ему вслед. Той ночью она плакала перед сном на софе Уизли.