Если я пойду

Гермиона со вздохом толкнула дверь. - Ну, я пережила свой первый день, - сказала она, прислонившись к стене и стаскивая туфли. Её амортизирующие чары ослабели около трех часов назад, и её волосяные фолликулы кричали. Она потянулась и вытащила гребни из волос. - Я подозреваю, есть слабая надежда, что мне может просто надоесть до смерти задолго до того, как вы начнете выглядеть словно подгоревшая корочка, - пробормотала она, наклонив голову и массируя пальцами кожу головы. Она распрямилась и впервые посмотрела на него. - Ой, вы уже готовы ко сну? Сейчас только половина шестого. Он был в пижаме, сидел, прислонившись к горке подушек и перевернув книгу корешком вверх на коленях. - Вы плохо себя чувствуете? - озабоченно спросила она. Он дважды моргнул, прежде чем, очевидно, вспомнил, что может двигать головой и покачал ею. - Я в порядке, - мягко сказал он, когда она села у его бедра. - Просто устал. - И скучно? Он скривился и кивнул. - Знаете, это не лучший способ обращаться с книгой. О, «Человек на все времена». Я подумала, что она может вам понравиться. Вы читали её раньше? Видели пьесу или фильм? Он схватился за книгу, когда она потянулась за ней, но она выхватила её и подняла над своей головой. - Боже мой! Я знаю, что у вас нет порно, так что нет причины краснеть, как в первый раз. Он нахмурился, его лицо побагровело, и он снова схватился за книгу, когда она подошла, чтобы положить в неё закладку. - Да что с вами не так? - Посмотрев туда, где развевалась закладка, она увидела ответ. - Ох, ох… Сквозь тонкий хлопок пижамы было ясно, что Снейп пытался скрыть довольно внушительную эрекцию. Его ноги со щелчком сложились, когда он схватил книгу и бросил обратно себе на колени. Видимо, чувствуя, что этого было недостаточно, он схватился за тонкую хлопковую простыню, собирая её в комок над обиженным членом. Он в отчаянии поднял руки, уронил их на полпути назад на кровать, а затем наклонился вперед и зарылся в них своим пылающим лицом. Мысли Гермионы полетели сразу в нескольких направлениях, большинство из которых были совершенно неуместными. Пытаясь разрядить обстановку, она сказала: - Я бы предложила помочь вам с этим, но, по словам Рона, я совсем не подхожу. Вам, наверное, лучше позаботиться об этом самому. Вам нужно время? Его голова резко вскинулась, и он грозно нахмурился. - Это не смешно, - прошипел он. Теперь он мог громче шептать, когда злился. - Какая часть? - пошутила она. - Послушайте, Северус, вы не проводили столько времени в палатке с двумя гормонально нестабильными юношами, как я, будучи непривыкшей к определенным мужским реалиям. Даже не то, чтобы я не привыкла - я была всё ещё девственницей до тех пор, пока… Ей, наконец, удалось заткнуться, но только после того, как её собственное лицо загорелось. - О боже… Теперь я смутила сама себя. Он закрыл глаза и покачал головой. - Послушайте, - сказала она, все ещё пытаясь спасти ситуацию, - по крайней мере, все ваши нервы снова работают, верно? Это же хорошо, да? Северус снова плюхнулся на подушки. - Уходи, Грейнджер. Она вздохнула и вскочила с кровати. - Хорошо. У меня тоже был долгий день. Увидимся утром. Она наклонилась, чтобы поцеловать его в макушку, но он прошипел: - Не надо! - Она замерла. - Прекрати… целовать меня всё это чертово время! Это не… Он повернулся лицом к стене, явно огорченный. Всё сошлось, и она, наконец, поняла всю картину. Моргание этим утром, напряженный взгляд в обед. Как она могла быть такой глупой? Всего несколькими днями ранее она была уверена, что если бы он был заинтересован ею, она бы знала. Она была права. Просто тогда он действительно не был. Тысячи мыслей пронеслись в её голове одновременно, создавая столько белого шума, что думать было невозможно. Вместо того чтобы выпрямиться, она наклонилась ещё ниже. Она двигалась медленно, давая ему всё время в мире на то, чтобы отодвинуться. Он этого не сделал. Его глаза расширились, и он повернул к ней голову, но затем замер. Его взгляд упал на её губы, и он тихонько вздохнул перед тем, как она нежно поцеловала его. Его губы были теплыми, сухими и приветливыми. Она слегка отстранилась, глядя в его бездонные черные омуты, только чтобы тут же прикрыть глаза от невероятного желания, которое там увидела. Она снова наклонилась, и его руки поднялись и нежно обняли её за плечи, притянув к себе для ответного поцелуя. Он дрожал. В голове Гермионы все ещё звенел белый шум, когда она вздохнула ему в рот и потерлась носом о его больший нос. Она чувствовала себя дикой, неконтролируемой, слегка напуганной и желанной. Она нежно взяла в руки его лицо и снова поцеловала, и его пальцы впились в её плечи. Он притянул её к себе и обнял, доводя поцелуй до уровня мгновенного безумия. Она обхватила его лицо, нежно касаясь своим ртом его, пока он нежно посасывал её нижнюю губу. Очарованная звуком его тяжелого дыхания, она бессознательно пыталась совпасть своим с дыханием Северуса, доводя себя до головокружения. Она повернула бедра и оперлась одним коленом на кровать, приподнявшись на нем, когда он прижал её груди к своей. Чувствуя отчаяние в его напряженных мускулах, она простонала эхом его безмолвной песни. Она соскользнула рядом с ним на кровать, пытаясь обернуться вокруг него всем телом. Он страстно поцеловал её, когда одна из его рук скользнула по её спине и обхватила задницу. Пальцы на её ногах сжались, и она позволила вырваться тихому стону. Она пошевелилась, когда он притянул её выше на себя, и вместе они каким-то образом сбросили книгу, лежащую у него на коленях. Она приземлилась на кафельный пол с громким хлопком, напугавшим их обоих. Они оторвались друг от друга и повернулись на звук, задыхаясь от напряжения. Когда Гермиона снова взглянула на Северуса, то увидела, что его желание уже затмевается угрызениями совести. Она наклонилась, чтобы снова поцеловать его, но он схватил её за плечи и остановил. - Северус... - Нет. Это глупо. Я-я... - Он испустил долгий, дрожащий вздох и оттолкнул её. - Я эгоистичный ублюдок. - Это так плохо? - спросила она. – Не то, чтобы следовало придавать этому большое значение, но у тебя не так много возможностей быть эгоистичным. Или счастливым. Он покачал головой. - Это неправильно. Это слишком запутано. Тебе уже больно, а я… Это жестокое безумие. Ты предложила дружбу, и я не мог удовлетвориться одним этим подарком. - Он протянул руку и провел пальцем по её щеке: - Ты так молода. Ты заслуживаешь лучшего, чем быть объектом одержимости отчаянно нуждающегося мужчины. - Но я… Он зажал пальцами её рот. - Нет. Она отстранилась и посмотрела на него. - Но ты же хочешь меня, - огрызнулась она. - Я и жить хочу тоже, но этого не произойдет, не так ли? Иди домой, Грейнджер. Ты поблагодаришь меня, когда станешь старше. - Отвали, Северус, - отрезала она, схватив свою расшитую бисером сумку со стола и оттолкнувшись от кровати. - Я должна быть благодарна, что даже одинокие, отчаявшиеся и умирающие мужчины отвергают меня? Да пошел ты! - Гермиона... Она махнула рукой и направилась к двери, остановилась там, чтобы снова обуть туфли. - Я вернусь утром с вашей газетой. Кроме того, нужно купить вам несколько новых книг. Она выпрямилась и распахнула дверь, но тут же его рука легла на плечо и захлопнула ту обратно. Гермиона вскрикнула. Она не слышала его шагов. Он схватил её за локоть и развернул, обнимая. - Я действительно хочу тебя, - резко прошептал он. – Господи Иисусе, я хочу тебя. Никто никогда не относился ко мне с такой добротой и становился настолько важен за столь короткий промежуток времени. Тем не менее, ты должна видеть, что это верх глупости. Я вдвое старше тебя. Ты была моей студенткой, и я, черт возьми, умираю! Не когда-нибудь... Он отпустил её и быстро расстегнул верх пижамы, отодвигая ткань в сторону и обнажая левую грудную мышцу. Она была полностью охвачена чернотой. - Скоро. Что-то между нами не имеет смысла. Если бы ты сейчас не была такой хрупкой, ты бы увидела это. Каким бы я был человеком, если бы трахнул тебя и умер, безжалостно игнорируя всё, что ты уже потеряла? Белый шум всё ещё ревел в её ушах, сбивая с толку её мысли и подавляя эмоции. Она протянула руку и провела рукой по его груди, чувствуя, как он вздрагивает от её прикосновения. - Ты действительно думаешь, что твоя сдержанность облегчит боль от потери тебя? Он схватил её за руку и остановил. - Это похоже на безумие, - ответил он. - Из моего стремления к тому, чего я хотел, никогда не получалось ничего хорошего. Сейчас ты очень уязвима. Мои желания больше, чем то, к чему ты стремишься. Она вздохнула и прижалась к нему. - Ты прав. Конечно, ты прав. Я снова нуждаюсь в этом. Это глупо и нелогично, и это худший случай неудачного выбора времени в мире. Я просто… Она покачала головой, не смогла подобрать слова и сникла. - Я просто хотела бы узнать тебя при других обстоятельствах. Ты мне нравишься, Северус. Ты мне очень нравишься. Он вздохнул и крепче обнял её. - Гермиона, других обстоятельств не было бы, - прошептал он. - Ты должна знать, что единственным способом, которым я мог бы терпеть твое присутствие достаточно долго, чтобы узнать, кем ты являешься на самом деле, было бы, если бы я был совершенно не способен уйти или сказать тебе, чтобы ты заткнулась. Она фыркнула через нос и услышала хриплый смешок в его груди. Он мягко оттолкнул её и посмотрел в лицо. Ей пришлось повернуть голову, чтобы услышать его из-за внезапного шума в коридоре. - Позволь мне поблагодарить тебя за всё, что ты сделала. За всю болтовню, за книги, за разговоры и за споры. Больше всего я благодарю тебя за то, что ты показала мне, что есть один человек на этой земле, которому небезразлично, если я умру. Я бы предпочел не пачкать всё это жалким сексом. Он поцеловал её в лоб, и это было похоже на благословение. - Я действительно благодарю тебя за действительно прекрасный поцелуй. Она дотянулась и быстро поцеловала его. - Теперь есть ещё один, - сказала она. - Теперь я собираюсь забрать своё изувеченное эго домой и накормить его мороженым. Он улыбнулся и нагнулся, чтобы галантно открыть для неё дверь. Они оба повернулись на звук бегущих ног и хлопанья дверей. Гермиона выскочила в коридор, схватив медсестру Чизолм за рукав. - Что происходит? - Мы должны защитить пациентов! - воскликнула она. - Помогите мне запечатать их двери! - Защитить их? - Она выхватила свою палочку. - От чего? - Мы не знаем! Я слышала, что все на шестом этаже мертвы, а с пятого доносятся крики. Нам нужно запереть всех пациентов и запечатать палаты. Повсюду кишат авроры. Гермиона повернулась, чтобы запереть дверь Снейпа, но обнаружила, что он уже стоит позади неё, притопывает ногами в сапогах и накидывает верхнюю одежду поверх пижамы. Он схватил её за руку и наклонился ближе. - На каком этаже был Люциус? - прохрипел он ей в ухо. Потрясенный взгляд её широко раскрытых глаз дал ему ответ, в котором он нуждался. - Вернись в мою комнату и подожди меня, - приказал он. Он поднялся в холл, мантия и рубашка всё ещё были распахнуты, а волосы колыхались в такт резким взмахам палочки. Проходя мимо дверей, он захлопывал и запирал их. - К черту это, - пробормотала она, устремившись за ним. Она выскочила через дверной проем на лестничную клетку, когда он повернулся, чтобы запечатать её. Он увидел её и выдал тираду явно нецензурной брани, которую она не смогла расслышать в происходящем хаосе. Она запечатала за собой дверь, и он взлетел вверх по лестнице. Когда они подошли к двери пятого этажа, то ничего не услышали. Приглушенный хаос на нижних этажах перешел в напряженную тишину за этой дверью. Северус посмотрел через толстое стеклянное окно в двери и прошептал: - Грейнджер, возвращайся. - И не подумаю. Он развернулся и схватил её за руку, болезненно впиваясь в неё пальцами. - Это не гребаная игра! - прошипел он, его лицо снова превратилось в лицо вселяющего ужас учителя. - Возвращайся! Она сглотнула и кивнула, отступив на несколько ступенек. Он повернулся и начал разрушать защиту на двери. В мгновение ока он распахнул дверь и прошел дальше. Дверь захлопнулась и вспыхнула ярко-синим светом от брошенных им защитных заклинаний. Она попятилась вниз по лестнице к площадке, сжимая палочку и глядя на дверь. Её решимость сломалась через две минуты, она бросилась вверх по лестнице и посмотрела в окно. Северус уверенно шагал по коридору, его одежда развевалась за спиной, он шёл, не обращая внимания на лежащие вокруг тела. Авроры, медсестры и целители валялись на полу в разной степени расчленения. На стенах были следы ожогов и горения. Были открыты только две двери, и всюду на полу были брызги крови. Она увидела руку, которая все ещё сжимала палочку и лежала под невозможным углом рядом с головой, с заплетенными пепельно-серыми косами. Остальное тело целительницы Гейл было скрыто маленькой тележкой. Гермиона зажала рот руками и хрипло сглотнула. Она чувствовала себя парализованной, неспособной выбрать, снимать ли защиту Снейпа и охранять его спину или с криком бежать на улицу, как это сделал бы любой здравомыслящий человек. Она осталась на месте и смотрела, как Снейп быстро уходит от неё. Она поняла, что все ещё сжимает не только свою палочку, но и свою расшитую бисером сумку, и быстро обмотала ремешок сумки вокруг перил лестницы. Вытерев потные ладони о шерстяную юбку, она крепко сжала палочку и снова посмотрела в окно. Она закричала. Там, по ту сторону окна, было существо, не похожее ни на одно из тех, что она когда-либо видела. У него была сморщенная черная кожа, которая ещё и свисала на голову, но не закрывала лицо. Существо висело вверх ногами, гравитация затянула то, что осталось от его платиновых волос, в пародию на ирокез, и оно ухмылялось ей идеально белыми зубами. Оно смотрело на неё глазами, похожими на мерзкие лужи раскаленной лавы. Оттянув иссохшие губы, оно раскрыло пасть, обнажая ряд за рядом острые, похожие на кинжалы зубы. Его пасть продолжала открываться, пока макушка его головы не исчезла из виду. Без предупреждения оно упало с потолка и полетело на неё. Гермиона вскрикнула, когда оно врезалось в дверь. Её пронзительный крик эхом разнесся по лестнице, когда защита Северуса взорвалась вокруг существа. Она услышала звук открывающейся несколькими пролетами ниже двери и шаги, грохочущие вверх по лестнице. Она не отводила глаз от ослепительного сияния защитных чар, которые шипели и ослабевали. Стекло в окне расплавилось, и она откинулась назад, когда сквозь него протянулась когтистая рука. Зловоние мертвечины наполняло лестничный пролет, и она задыхалась, бросая почти все заклинания, которые только могла придумать, но безрезультатно. Его челюсти с лязгом захлопнулись, и его мерзкие глаза стали видны снова. Оно издало крик, от которого её кровь застыла в венах. Кровавые когти цеплялись за дверь, оставляя глубокие царапины, поскольку невидимая сила тянула его назад. Гермиона снова прицелилась, вырвала его глаза двумя быстрыми рубящими заклинаниями, и оно злобно взревело. Шаги обогнули поворот на площадке, и она протянула свободную руку, чтобы остановить их, не сводя глаз со зверя. Когда оно ускользнуло от двери, она увидела за ним Северуса, который держал свою руку с палочкой в элегантной дуэльной стойке. Пульсирующий красный свет омывал фигуру Снейпа, развевал его одежду и заставлял его волосы плясать вокруг головы. Свет ускользнул за пределы видимого спектра во время невидимого сердцебиения. Существо было отброшено назад против его воли, оно визжало от гнева и протыкало пол руками, которые лишь смутно напоминали человеческие. В какой-то момент оно сбросило удерживающее заклинание и устремилось вверх по стене, но заклинания Северуса снова поймали его и втянули обратно. Оно приземлилось на пол с тошнотворным шлепком и начало выть. Оно оглянулось на Северуса и зарычало, но признало поражение, повернувшись и подойдя к нему по собственной воле. Рот Северуса не переставал шевелиться, но Гермиона не могла слышать его слова. Он продолжал направлять свою палочку на существо, но его заклинание сорвалось с конца палочки и потекло обратно на Северуса, подпитывая пульсирующую вокруг него ауру. Существо зарычало и заскулило, а затем поднялось во весь рост и заревело на него. Снейп не вздрогнул ни разу. Он просто продолжал произносить свой поток слов, пока монстр не уселся на задние ноги, послушный, как собака. Северус опустил палочку и заговорил с ним. Оно покачало головой, как лошадь, но затем поклонилось и коснулось лицом пола у ног Северуса. Потом село, очевидно, ожидая приказа. Гермиона не слышала Снейпа, но могла читать по его губам, когда он выплюнул последнее проклятие и залил чудовище зеленым светом. Оно упало на пол мертвым. - Что это за хрень? Гермиона повернулась и увидела Кингсли Шеклболта и Артура Уизли, а также двух других авроров, столпившихся позади неё. - Понятия не имею, - прохрипела Гермиона. - Я даже никогда не читала о таком. - Опасность миновала, Снейп? - окликнул министр. Тот кивнул и затем направил палочку на монстра и испепелил его. Кингсли заставил исчезнуть то, что осталось от двери, и вошел, а за ним последовали авроры. Артур положил руку на плечо Гермионе. - С тобой всё в порядке? - мягко спросил он. - Я в порядке. Думаю. Не знаю. Он сжал её плечо и шагнул в расплавленный дверной проем. Гермиона следовала за ним по пятам. - Гарет, спустись вниз и скажи им, что всё кончено, - приказал Кингсли. - Фаррис, начни искать выживших на этом этаже. Артур, ты можешь пойти с ним? Северус выглядел потерянным и ошеломленным, стоя с палочкой в руке и глядя на тлеющую кучу пепла на полу. Гермиона тихо подошла к нему, осторожно обошла его, чтобы застегнуть его мантию. - Снейп, мне нужно, чтобы ты спустился в Министерство и ответил на несколько вопросов. - Он не может, - выпалила Гермиона. - Он здешний пациент. Она указала на кровавую бойню вокруг них. - Когда вы закончите здесь, вы сможете найти его в его палате. Она на четвертом этаже, палата номер 423. Мне нужно забрать его и убедиться, что с ним всё в порядке. - Хорошо, - сказал Кингсли. - Я буду там через некоторое время. Гермиона потянула Северуса за рукав, и он послушно последовал за ней к двери. Оказавшись на лестничной клетке, она сняла сумку с перил и схватила его за руку. Она практически тащила его через три пролета обратно в его комнату на втором этаже. Она захлопнула за ними дверь и начала засовывать его вещи в свою расшитую бисером сумку. Снейп смотрел на неё, явно погруженный в свои ужасные мысли. - Пойдем, - сказала она, закрывая сумку. Он даже не пошевелился, просто уставился на неё в изумлении. Она снова схватила его за руку и направилась вниз в вестибюль, потом прямо к двери, а он молча следовал за ней. Когда они достигли переулка, она обняла его и дезаппарировала. Он схватился за неё, когда они начали вращаться.