Wicked Game

      До обеда они продолжили разбирать ящики. Последняя партия учетных книг, попавшая в руки Висеньи, оказалась безнадежно испорченной. Страницы, хоть и подсохли, но сильно разбухли, а чернила расплылись, так что разобрать на них текст было почти невозможно.       — Эти записи уже не спасти, — с сожалением констатировала девушка, полистав одну из таких тетрадей и отложив её в сторону. — Надеюсь, момент, когда бы они могли понадобиться, не настанет.       — Большая часть учетных книг относится к прошлым годам, поэтому я сомневаюсь, что они будут полезны в ближайшее время, — успокоил её Алин.       — А зачем тогда их хранить, если они уже не представляют актуальность? — резонно спросила Висенья.       — Честно говоря, я и сам не знаю, — пожал плечами капитан. А затем, повернувшись к девушке, с легкой улыбкой добавил: — Видимо считают, что эти архивы нужны и могут однажды кому-нибудь пригодиться. Но за время моей работы здесь такого случая так и не было.       Ожидать от Алина, известного своей серьезностью и угрюмым выражением лица, какой-либо иронии было неожиданно. Поэтому Висенья сначала даже не поняла, что это была попытка пошутить. И лишь когда заметила, как мужчина сконфуженно отвёл взгляд, тогда до неё дошло.       «Боги! Как же неловко получилось. Может, ещё не поздно засмеяться или хотя бы просто улыбнуться?» — теперь и сама девушка чувствовала смущение. Ее дедушка, несмотря на свои многочисленные таланты, тоже обладал весьма своеобразным чувством юмора. Как и Алин сейчас, он шутил невпопад и не всегда смешно. Но бабушка всегда улыбалась его шуткам.       Пока Висенья обдумывала, как ей следует поступить, с улицы раздался громкий звук гонга, знаменующий о том, что в порту наступил обеденный перерыв.       Капитан, уже собираясь покинуть помещение, предложил:       — Я могу принести вам еду прямо сюда, чтобы вы могли поесть отдельно от рабочих.       — Нет, всё в порядке. Я не против пообедать на пляже вместе с остальными.       — Вы точно уверены? — спросил он, словно надеясь, что она изменит своё решение.       — Да, — подтвердила она. — Мой дедушка всегда обедает там, так что и у меня нет никаких предубеждений. К тому же, я слышала, что совместная трапеза укрепляет командный дух. Мы с вами и так хорошо сработались, а после совместного обеда станем ещё продуктивнее.       Мужчина не стал больше её переубеждать, и они вместе направились к выходу. Висенья уже видела, как здесь обедают, во время своего предыдущего визита. Под навесом на пляже в большом чугунном котле готовили похлёбку. После этого рабочие выстраивались в очередь за едой. Они ели прямо на месте, усевшись на брёвна.       Среди толпы собравшихся девушка заметила Корлиса. Хоть он и был одет в простую одежду, не сильно отличавшуюся от одежд рабочих, его пепельные дреды и благородная осанка всё же выдавали в нём лорда. Отчего он смотрелся словно серебряный олень среди пригоршни медяков.       «Мне так нравится эта обстановка…» — подумала Висенья, присев на одно из брёвен. Алин всё же настоял на том, чтобы принести ей еду и избавить от необходимости стоять в очереди, и она не возразила. Чтобы занять время, девушка с интересом наблюдала за окружающими. — «Люди здесь такие простые. Их заботы у них такие же. Они не плетут политических интриг и не мечтают о кровавом захвате чужих земель. Это такой приятный контраст с Драконьим Камнем».       Внезапно её плеча кто-то коснулся, и Висенья вздрогнула от неожиданности. Повернувшись, она увидела Аддама, стоящего позади неё.       — Мне нужно срочно вам кое-что показать, — без предисловий выпалил молодой человек. Его глаза сияли, как будто он обнаружил нечто невероятное и теперь не мог удержаться от того, чтобы поделиться этим с кем-то.       Заинтригованная его энтузиазмом, девушка кивнула в знак согласия. Но Аддам лишь покачал головой.       — Не здесь. Нам нужно отойти немного дальше от порта.       Висенья растерялась. Формально она всё ещё была наказана, поэтому уходить куда то без разрешения ей было запрещено. Самым разумным было бы подойти к дедушке и попросить его отпустить её на короткую прогулку с Аддамом. Корлис, вероятно, не стал бы возражать против такого невинного мероприятия, ведь он, насколько ей было известно, не имел ничего против их общения. Однако, с другой стороны, он мог и отказать, сославшись на то, что взял её сюда для выполнения работы, а не для дружеских встреч.       Девушка задумчиво пожевала губу, пытаясь найти правильное решение. Ей было безумно любопытно, что же Аддам собирается ей показать. Но она также осознавала, что если сейчас самовольно уйдёт, это может повлечь за собой серьёзные последствия. Её могут снова посадить под домашний арест и назначить тех двух неприятных рыцарей для надзора. Несмотря на здравый смысл, бунтарский дух всё же оказался сильнее.       — Хорошо, — ответила она, решительно поднимаясь на ноги. — Но только если это не займёт много времени.              Аддам, обрадованный её согласием, тут же протянул девушке руку. Но в этот момент, как будто по счастливой случайности или же, напротив, к беде, вернулся Алин, держа в руках две глиняные чашки с супом. Сначала он бросил хмурый взгляд на брата, а затем перевёл его на Висенью.              — Куда вы собрались?       — Мы быстро, одна нога здесь, другая там… — ответил молодой человек, не уточняя, куда именно они направляются. Но по неодобрительному выражению лица Алина было ясно, что он уже знает, куда они пойдут.       — Аддам!       — Для меня это действительно важно… — парень сделал акцент на слове «важно» и посмотрел на старшего брата с такой мольбой, словно от этого действительно зависела его жизнь.       Висенья чувствовала себя неловко, так как совершенно не понимала, о чём идёт речь. В их взглядах явно читалось что-то значимое, но девушка не могла уловить суть.       — А для неё? — отведя напряженный взгляд от брата, Алин кивнул в сторону Висеньи. — Если вдруг с ней что то случится…       — Ничего не случится, — уверенно заявил Аддам так, будто бы знал это наверняка. — Мы просто взглянем одним глазком и сразу вернёмся. Даю тебе слово.       — Это плохая идея! — хотя Алин больше не пытался их остановить, его поведение ясно показывало, что он не одобряет авантюрный план брата.       — Если мы собираемся идти, то лучше сделать это прямо сейчас, — сказала Висенья, пытаясь разрядить обстановку. — Обеденный перерыв скоро закончится, и мне нужно будет вернуться к работе.       Аддам, подмигнув брату, схватил девушку за руку и быстро увёл её от пляжа. Алин, погружённый в свои мысли, остался стоять с супом, мрачно наблюдая за их удаляющимися фигурами.

***

      Они шли молча. Аддам явно нервничал, но то было доброе предвкушение. Висенья же была глубоко погружена в свои размышления. Что, если они не успеют вернуться к назначенному времени? Что, если дедушка спросит у Алина, где его внучка, а тот не станет её прикрывать? Вдруг она напрасно поддалась своему любопытству, и это приведёт к большим проблемам?       Когда они вошли в небольшой лесок, Висенья почувствовала лёгкую тревогу. Несмотря на то, что Аддам вызывал у неё доверие, сейчас они были совершенно одни, и тот факт, что его старший брат не одобрял их прогулку, немного её беспокоил. Однако обдумать это она не успела, поскольку совсем неподалёку раздался громкий грохот, похожий на то, как деревянная телега катится по каменистой дороге. Этот шум заставил стайку птиц тревожно подняться в воздух. Сначала Висенья тоже испугалась, но, прислушавшись, осознала, что звуки издаёт спящий рядом дракон, чей храп и потревожил пернатых.              «Стоило бы догадаться!» — мысленно укорила себя девушка. — «Действительно, что ещё мог хотеть показать мне Аддам?! Он ведь одержим идеей приручить дракона. И логично, что Алин этого не одобряет…»       Гнев на саму себя и разочарование от того, что её интеллект заметно ослаб за время домашнего ареста, помогли ей полностью избавиться от страха и сомнений.       Впереди, среди густых зарослей, она увидела свернувшегося Морского Тумана. Его серебристо-серая чешуя ярко выделялась на фоне зелёной листвы, и он мог бы показаться огромным шипастым валуном, если бы не его громкое дыхание. С каждым выдохом из ноздрей дракона вырывался тёплый поток воздуха, заставляя ближайшие кусты и деревья едва заметно колыхаться, словно от лёгкого ветерка.       — Я, безусловно, рада увидеть дракона, которого не встречала уже несколько лет, со времени кончины моего дяди. Но зачем же ты меня сюда привёл? Неужели только для того, чтобы на него посмотреть? — произнесла девушка, глядя на Аддама с таким выражением лица, будто увиденное не вызвало у неё ожидаемого восторга.       — Не только… — Аддам хитро ей улыбнулся. Следом парень сделал решительный шаг к дракону, а потом ещё и ещё. Понимая, что он собирается подойти близко, Висенья предупреждающе выставила руку вперёд и крикнула ему остановиться. От её резкого окрика Морской Туман распахнул свои светло-зеленые глаза и приподнял голову, но Аддам не замедлил своего движения.       Девушка ощутила, как её охватывает паника. Сердце учащённо колотилось, горло сжалось от спазма, а глаза наполнились слезами. Она пыталась закричать или подбежать к Аддаму, чтобы остановить его безумную и опасную авантюру, но не могла пошевелиться, будто её сковал паралич. Всё, что ей оставалось, — это с бессильной тревогой наблюдать за происходящим.       «Не подходи к нему! Он сейчас выдохнет огонь, и ты сгоришь, как сир Дарклин…» — мысленно вопила она, а из её груди вырывались лишь тихие всхлипы. Подсознание, словно стремясь окончательно сломить волю девушки, при упоминании погибшего рыцаря вновь воскресило в её памяти жуткие картины его мучительной смерти.       Аддам уверенно подошёл к Морскому Туману и, протянув руки, погладил его по клыкастой морде. К большому удивлению, дракон не проявил никакой агрессии, а наоборот, блаженно закрыл глаза, словно наслаждаясь лаской. Более того, он начал тыкаться своей массивной головой в тело юноши, как это делают собаки, когда хотят поиграть с хозяином. Такое поведение было допустимо только со своим всадником. А значит…       «Он его приручил!» — поразилась девушка. Конечно, Аддам неоднократно упоминал о своём желании это сделать. Однако она не думала, что у него действительно получится.       Несколько мгновений Аддам был полностью поглощён своим взаимодействием с Морским Туманом и лишь потом перевёл взгляд на Висенью, очевидно надеясь, что её реакция на его триумф будет положительной. Но, увидев её бледное лицо и слёзы на глазах, молодой человек испугался.       — Миледи? — он отошел от дракона и сделал неуверенный шаг в её сторону. — Что с вами?       Морской Туман, словно задаваясь тем же вопросом, тоже внимательно посмотрел на девушку. Висенья помнила, что перед драконами нельзя показывать слабость, но держать эмоции под контролем оказалось невозможно. Как только она поняла, что Аддаму ничего не угрожает, паника отступила, но нервная дрожь и слёзы почему то продолжали сотрясать её тело.       Девушка обхватила себя руками и попыталась сделать несколько глубоких вдохов, но это не сильно помогло. Просто взять и успокоиться не получалось.       — Если хотите, мы можем уйти отсюда прямо сейчас, — молодой человек подошел ближе и несмелым, но успокаивающим жестом дотронулся до её плеча.              Висенья кивнула, и они поспешно покинули место обитания Морского Тумана. Только на пляже она почувствовала, как её дыхание стало ровнее, а нервная дрожь начала понемногу стихать.       — Простите меня. Я не ожидал, что так получится, — с выражением глубокого сожаления и отчаяния начал оправдываться Аддам. — Я просто хотел похвастаться, что приручил Морского Тумана. Ведь только вы и мой брат знали о моих планах. Я и подумать не мог, что это так вас расстроит…       — Я не расстроена, — успокоила его Висенья, приседая на песок и обнимая колени. — Просто… Честно говоря, я сама не понимаю, что это было. Прежде я никогда не испытывала такого панического страха.       — Перед драконом? — Аддам тоже опустился рядом. В его голосе слышался лёгкий скепсис. И это было неудивительно: разве можно представить, чтобы всадница боялась дракона? Пусть и не своего.       — Перед его пламенем, — уточнила девушка. Затем, будто пытаясь объяснить себе и своему собеседнику причину своего страха, добавила: — Недавно на моих глазах заживо сгорел человек. К сожалению, мне уже приходилось видеть смерти людей. Но в тех случаях воспоминания не были такими живыми. А здесь… Я до сих пор вижу лицо того рыцаря, покрытое волдырями, и слышу его крик, полный агонии… — она крепко зажмурилась и уткнулась лицом в колени, пытаясь прогнать эти жуткие образы, застрявшие в её сознании.       Несколько мгновений они сидели в тишине. Аддам ничего не говорил и не дотрагивался до неё. За это Висенья чувствовала благодарность. Понимая, что он просто ждёт, когда она сможет выговориться, девушка продолжила:       — Моя мать тоже погибла в драконьем пламени. Я не видела её смерть и не видела её обугленных останков. О произошедшем я знаю только со слов отца и слуг. Они говорили, что она бы всё равно умерла, потому что не смогла разродиться моим братом. Поэтому выбрала более быстрый способ уйти из жизни… — говорить об этом было трудно, но Висенья понимала, что, возможно, в прошлом кроется причина её нынешнего состояния. — Я часто думала: действительно ли этот способ облегчил её страдания? Обжигаться огнём очень больно, а драконье пламя в сотни раз жарче. Оно может плавить каменные стены, не говоря уже о человеческой плоти… Когда сира Дарклина охватил огонь, я, кажется, нашла ответ на свой вопрос, и он мне совсем не понравился.       Вот оно, то самое прозрение, которое всё расставило по местам. Она действительно не видела смерти матери и была искренне благодарна судьбе за это. Всё, что тогда оставалось маленькой девочке, — это слепо верить словам взрослых, что её мать не мучилась и что смерть стала для неё избавлением. Да, Лейна умерла не на кровавом ложе, а в драконьем огне, как настоящая всадница. Но эти красивые фразы, описывающие её смерть, не имели ничего общего с реальностью. В действительности такая гибель не была ни красивой, ни героической. Она была болезненной и ужасной.       «Теперь я боюсь не только родов, но и смерти в огне…», — подумала Висенья, но вслух этого не произнесла. Она и так была слишком откровенна. Да, она знала, что Аддам не осудит её и никому не разболтает об услышанном. И всё же было немного неловко изливать душу практически незнакомому человеку. Пусть это и было необходимо ей самой.       — Так вы испугались, что Морской Туман меня испепелит, когда я к нему подойду?       Висенья подняла голову и сердито посмотрела на парня.       — А как я ещё должна была отреагировать на подобную выходку? Я знала, что ты безрассудный, но чтоб настолько! Неужели нельзя было заранее сообщить, что ты его уже приручил?!       — Тогда бы не получился сюрприз, — Аддам беспечно пожал плечами и улыбнулся.       — Ненавижу подобные сюрпризы!       Если бы они находились на одном социальном уровне, молодой человек, вероятно, поспорил бы с ней и, возможно, даже подшутил. Однако понимание, что перед ним дочь его лорда, сдержало его порывы. Поэтому, он просто ещё раз извинился.       — Простите… Я опасался, что если расскажу, вы не только откажетесь пойти со мной, но и осудите меня.       — Осужу? — удивилась Висенья. — За что?       — За то, что я украл дракона у вашей семьи. По крайней мере, по версии Алина, это выглядит именно так, — красивое лицо Аддама скривилось. — Но я никого не крал. Дракон сам выбрал меня! Потому что нуждался во мне так же, как и я в нём. Ну и ещё потому, что, следуя вашему совету, я его неплохо подкармливал. Порой я сам засыпал голодным, но мясо ему приносил исправно.       — Драконы принадлежат всадникам, а не их семьям, — напомнила она и себе и ему фразу, которую когда то ей сказал Эймонд. — Мой дядя давно умер, и его дракон с тех пор был ничейным… Но я дажа рада, что Морской Туман достался именно тебе.       — Почему?       — Потому что иначе его забрала бы Рейнира и заставила служить своим гнусным планам, — при упоминании мачехи кулаки Висеньи рефлекторно сжались, а в глазах вспыхнула ненависть.       — Вы говорите о королеве Рейнире? — уточнил молодой человек, удивляясь, что кто-то может высказываться так нелестно о монаршей особе.       — Да, о ней. Она с моим отцом собирает людей с валирийской кровью, а затем отправляет их на верную гибель в пасти драконов…       — Что?! — Аддам был потрясен услышанным до глубины души.       Висенье понравилась такая реакция, поэтому она поведала ему всё, что касалось планов её мачехи и отца по привлечению новых драконьих всадников на свою сторону. Не забыв при этом, приукрасить некоторые детали.       — Когда эти «счастливчики» выполнят свою роль, отец просто избавится от них. Ведь немыслимо оставлять драконов простолюдинам, когда те являются неотъемлемой частью королевского наследия Таргариенов, — подытожила свою речь девушка. — Поэтому я очень рада, что всадником Морского Тумана стал ты. Обретя друг друга, вы оба избежали страшной участи. Главное, чтобы никто больше не узнал о вашем союзе. По крайней мере, до окончания войны. Пусть на Драконьем Камне и дальше будут думать, что дракон всё ещё дикий и летает неизвестно где. И ещё, теперь, когда ты всё знаешь, я заклинаю тебя, Аддам, — она с мольбой посмотрела на парня. — Не связывайся с моим отцом и Крапивой, какими бы заманчивыми ни были их предложения. Всё это обман. С Рейнирой тебя не ждет ничего, кроме смерти.       — Хорошо, я понял… — было видно, что Аддаму было непросто переварить всё услышанное. — Подумать только, я и не знал, что королева Рейнира такая. До этого, я слышал о ней лишь положительные мнения…       — Всё это не более чем заблуждения! — возразила ему Висенья. — Раньше и я была им подвержена, но теперь я знаю, видела, какое у неё истинное лицо. Моя мачеха не менее жестока и коварна, чем её муж.       То, что Аддам согласился с её точкой зрения и больше не стал подвергать сомнению услышанное, вызвало у девушки странное, почти мрачное удовлетворение. Она даже задумалась над тем, чтобы так же поговорить с другими бастардами на Дрифтмарке. Ведь таким образом она не только расскажет всем об истинных личинах своего отца и Рейниры, но и спасет множество невинных жизней.       Они молча посидели ещё немного, каждый погружённый в свои мысли. Затем поднялись и вернулись в порт. К счастью, Аддам сдержал своё обещание, и они успели вернуться до конца обеденного перерыва, поэтому их отсутствия никто не заметил. Только Алин ожидал их на прежнем месте.       Когда Висенья приблизилась к нему, мужчина протянул ей чашку супа и краюшку ржаного хлеба, извинившись за то, что блюдо уже успело остыть. Свою порцию он успел съесть.       Сев на бревно, девушка отхлебнула суп. Вкус оказался терпимым, хотя она никогда не была поклонницей рыбных блюд. Но что ещё можно было ожидать в порту? Было бы странно, если бы здесь готовили мясо или овощи.       — Вы видели его? — внезапно поинтересовался Алин, явно имея в виду дракона. Он не смотрел на собеседницу, его взгляд был прикован к брату, который направлялся к навесу с едой.       — Да, — кивнула девушка, отламывая пальцами кусочек хлеба и отправляя его в рот. Понимая в каком контексте он об этом спрашивает, она тут же поспешила успокоить мужчину. — Это не воровство. Драконы не похожи на лошадей. Они сами выбирают своих наездников. Если Морской Туман выбрал Аддама, никто не сможет это оспорить.       — Хорошо, если так… — после её слов, капитан стал выглядеть менее напряженным. — Но ведь обычно драконы принадлежат лордам и королям, а мой брат простолюдин. Разве это не вызовет недовольство?       — Он не первый такой, — Висенья сделала ещё глоток супа, запивая хлеб. — Есть ещё Крапива. Она тоже бастард валирийской крови и всю свою жизнь пасла овец на Драконьем Камне. Эта девушка даже читать и писать не умеет, что уж говорить о манерах. Но мой отец даровал ей титул леди и доступ в военный совет, потому что она стала драконьей всадницей. Как и Аддам, она сама приручила дикого дракона. Отец так же решил лично обучать её валирийскому языку, чтобы она могла правильно управлять Овцекрадом, ведь на общем языке драконы команд не понимают.       — А не могли бы вы научить этому моего брата? — впервые за разговор Алин посмотрел на неё. — Я очень переживаю за него. Аддам такой безрассудный. Он заполучил в свои руки огромную мощь, но не знает, как ею управлять. Если он что-то сделает неправильно, это может стоить ему жизни. Поэтому, коли вы действительно не возражаете, что дракон вашей семьи теперь у него, пожалуйста, научите Аддама правильно с ним обращаться.       Висенья немного опешила. Просьба Алина казалась разумной, но противоречила тому, о чём она совсем недавно просила Аддама — никому не рассказывать о его валирийской крови и приручённом драконе. А теперь её просят сделать из него настоящего всадника.       «Алин, безусловно, прав. Учитывая характер Аддама, он наверняка продолжит взаимодействовать с Морским Туманом. Однако он не владеет необходимыми навыками. А что, если однажды он захочет полетать на драконе и разобьётся?» — от этой мысли Висенья похолодела. — «Но если я начну его обучать, вдруг об этом узнают отец или Рейнира? Они тут же заберут и Аддама, и Морского Тумана себе. А этого ни в коем случае нельзя допускать! Может быть, можно обучать его тайно, только теории?»       Несколько мгновений она обдумывала это, а затем произнесла:       — Я постараюсь придумать, как это можно организовать.       — Благодарю вас, миледи, — с облегчением выдохнул Алин.       — Пока не за что.       Он подождал, пока она доест, а после они направились обратно в контору разбирать пострадавшую документацию.