Wicked Game

      Как только эмоции Висеньи поутихли, она сразу же направилась к бабушке, дабы узнать, как та могла одобрить идею с браком. И каково же было её удивление, когда Рейнис невозмутимо повторила недавние слова отца: решение уже принято и изменить его нельзя. Также женщина холодно добавила, что девушка сама виновата в сложившейся ситуации и теперь лишь пожинает плоды своих опрометчивых поступков. Ведь всё, что от неё требовалось, это помалкивать о своей лояльности к Эйгону и следовать общему плану.       — Твоему плану, а не нашему! — выкрикнула на это Висенья, чувствуя, как в ней вскипает буря негодования. — В мои планы никогда не входило помогать Рейнире отнимать у Эйгона трон.       В поисках последней надежды Висенья обратилась к дедушке. В последнее время их отношения стали особенно теплыми, и она надеялась, что он сможет противостоять общему безумию и поддержит внучку. Однако Корлис лишь беспомощно развёл руками, признав, что пойти против воли королевы они сейчас не могут. Семейный разлад мог только ослабить и без того непрочное положение Черных в войне.       Осознание того, что даже самые близкие люди не на её стороне, стало для Висеньи ударом. Однако вместе с тем пришло ясное понимание, что если кто и может спасти её от нежелательного брака и роли политической пешки, так это только она сама. Поэтому, вместо того чтобы оплакивать свою судьбу и умолять опекунов изменить решение, девушка развернулась и решительно направилась в свою комнату.       Там она быстро собрала вещи в дорожный мешок, не забыв взять драгоценности из шкатулки. Их можно было продать и выручить деньги на первое время. Висенья пока не знала, куда ей бежать, но одно было ясно: здесь она точно не останется.       Сквозь бурю праведного гнева и жгучей обиды, охвативших её, пробивались тихие голоса совести и здравого смысла. Они шептали, что побег — это опрометчивый и слишком радикальный шаг. Что в будущем она ещё неоднократно пожалеет о своём скоропалительном решении и будет корить себя за то, что причинила боль и страдания своим близким. Но девушка тут же подавила эти мысли, справедливо рассудив, что раз уж близкие не считаются с её чувствами и мнением, то и она больше не будет им подчиняться.       «Если их совсем не волнуют моё благополучие, то почему я должна волноваться об их?» — твердо для себя решила Висенья, спрятав собранный дорожный мешок поглубже в шкаф. Первый пункт в её плане побега был успешно выполнен. Оставались ещё два: незаметно выбраться из замка и найти транспортное средство, на котором можно было покинуть остров.       До этого момента Висенья сбегала только единожды. Но в тот раз из Красного Замка её вызволили сир Эррик и Эйгон, а из Королевской Гавани они беспрепятственно улетели на драконах. Теперь же предстояло действовать в одиночку, без дракона, и это вызывало у неё беспокойство. Нужно было разработать детальный план, и вместе с ним желательно ещё и запасной, но времени на это оставалось крайне мало. Поэтому всё время до ужина девушка провела в размышлениях.       Несмотря на своё стойкое нежелание встречаться с бабушкой и дедушкой, которых она искренне считала предателями, Висенья всё же отправилась в столовую. Сейчас её главной задачей было не вызвать у опекунов подозрений относительно своего намерения сбежать. Она должна была убедить их, что её нежелание общаться и покидать свои покои обусловлены лишь сильным разочарованием и обидой.              За столом висела гнетущая тишина. Её изредка нарушали лишь звук приборов и потрескивание свечей. Внезапно Рейнис, повернувшись к внучке, прервала это молчание:       — Возможно, мои слова и действия были слишком резкими, и я прошу прощения за это, — сказала женщина с явным сожалением. — Но и ты меня пойми: я никак не могла ожидать, что ты поступишь настолько опрометчиво!       Висенья промолчала, лишь с презрением вонзила вилку в лист салата и отправила его в рот. Спорить, пытаясь что-либо доказать, казалось ей бессмысленным. Однако бабушка всё не унималась, продолжая объяснять внучке свою позицию.       — Рейнира собиралась отобрать у тебя всё, лишь бы это не досталось Эйгону. Как я ни пыталась её умилостивить, у меня не получалось. К счастью, в этот момент вмешался Деймон и предложил иной способ наказать тебя. Мне не пришлось по душе его предложение, но, как я уже упоминала, сейчас мы не стоим перед выбором между хорошим и плохим вариантом, наша задача — найти лучшее из доступного. Брак по договорённости с Речным лордом гораздо предпочтительнее, чем аскетичная жизнь Молчаливой сестры. К тому же, прежде чем согласиться на это, я взяла с Деймона клятвенное обещание, что он найдет для тебя достойного супруга.       Девушка крепко сжала столовый прибор в руках, ощущая, как её начинают душить горькие слезы обиды. Выходило, что забота о её браке исходила только от бабушки. Отцу же, видимо, было всё равно, за кого отдать дочь. Для него гораздо важнее было скорее заполучить армию и порадовать свою драгоценную Рейниру. А все его слова о желании снова стать одной семьёй, одной командой, оказались лишь манипуляцией её чувствами.              Осознание этого вызывало желание плакать и злиться. На себя. На него. На всю сложившуюся ситуацию. Но Висенья, собрав всю свою волю, удержалась от этого. Ведь если бы она поддалась эмоциям сейчас, то следом утонула бы в жалости к себе и апатии. А ей нужно было оставаться сильной духом и сохранять ясность мышления, чтобы осуществить свой план побега.       «По крайней мере, теперь совесть не будет мучить меня, когда я сбегу. Я буду далеко от этих неприятных людей, что зовутся мне семьёй, и они больше никогда не смогут манипулировать мной в своих гнусных целях», — эти мысли принесли девушке некоторое облегчение и помогли справиться с негативными чувствами.       — Ты так и будешь молчать? — спросила Рейнис, поражённая её на удивление спокойной реакцией.       — Не стоит давить на неё сейчас, — впервые за разговор вмешался Корлис. — Пусть она всё обдумает.       — Меня беспокоит её молчание, — с тревогой произнесла женщина, обращаясь к мужу, словно самой Висеньи уже не было рядом с ними.       Понимая, что её поведение всё же вызывает у них подозрение, девушке пришлось заговорить.       — Найти лучшее из доступного… — задумчиво повторила она, вспомнив недавнюю фразу бабушки. — Очень надеюсь, что ты будешь находить утешение в этой мысли, зная, что каждую ночь ко мне в покои будет приходить незнакомый мужчина и насиловать меня.       — Висенья! — ахнула Рейнис пораженная её словами. — Брак это вовсе не…       — Когда тебя выдают замуж за кого-то, кого ты не хочешь и не любишь, это оно и есть! Меня тошнит просто от одной мысли, что какой-то незнакомец станет прикасаться ко мне или пытаться поцеловать. В такой ситуации служба Неведомого богу и в самом деле выглядит хорошей альтернативой.       — Не говори ерунды! — на лице бабушки проступили алые пятна гнева. — Ты никому не сделаешь лучше, лишившись своего титула и дракона.       — Зато я сделаю лучше всем, кроме себя, если выйду замуж и уеду с глаз долой в Речные земли!       — По крайней мере, замужество открывает перед тобой хорошие перспективы. И оставляет возможность вернуться домой, если что то пойдёт не так.       — О! Знаю я об этих возможностях, — Висенья раздраженно отбросила вилку, и та стукнулась об стол. — Отец великодушно поделился со мной тем, как он обеспечит мне развод. И ладно он, пропащий человек, но как ты можешь одобрять подобные методы, я не понимаю?!       Бабушка молчала, гневно поджав губы. Хотя ей и не нужно было ничего говорить. Висенья уже поняла, что вся её позиция заключалась исключительно в этом злосчастном выборе лучшего из доступного.       Осознав, что уже и так наговорила много чего лишнего, девушка сняла салфетку с колен и бросила её на стол. Следом она поднялась и, наплевав на все нормы приличия, удалилась в свои покои.       Непреодолимое желание бежать с острова в ту же ночь росло в ней с каждой секундой. Но разум учтиво напоминал, что в одиночку это провернуть никак невозможно. Конечно, Висенья могла бы, действуя вопреки всякой логике, попытаться найти где-нибудь пустую лодку. Однако вероятность успеха была крайне мала. А даже если бы ей это удалось, то сил юной девушки всё равно бы не хватило, чтобы уплыть далеко. К тому же никто не мог гарантировать, что на рассвете её не обнаружат ни с кораблей Морского Змея, державших блокаду всего пролива Глотки, ни с дракона Рейнис, ежедневно совершавшего облёты в этой области.       Чтобы благополучно покинуть Дрифтмарк и избежать поимки, ей была необходима помощь Аддама и Морского Тумана. Судьба, казалось, не случайно свела их всех вместе. Поэтому было бы грешно не воспользоваться этим шансом. Несмотря на привязанность к молодому человеку и нежелание его подставлять, Висенья всё же решила, что попросить его о помощи будет вполне разумно. Ведь ранее она сама помогла ему, давая советы и обучая управлению драконом. Отвезя её подальше от острова, Аддам всего лишь вернул бы ей дружеский долг. К тому же, о наличии у него дракона знали лишь двое: она и Алин, следовательно, никто не смог бы доказать его причастность к побегу внучки лорда.       С трудом переждав ночь, Висенья за завтраком принялась настойчиво убеждать дедушку взять её в Халл, сославшись на желание попрощаться со всеми перед своим долгим отъездом. В их разговор тут же вмешалась бабушка, напомнив о завтрашнем дне рождения и необходимости к нему подготовиться: составить список блюд и обсудить прочие детали. На что девушка резко ответила, что ей плевать на этот праздник. Чтобы разрядить накаляющуюся обстановку, Корлис всё же согласился взять внучку с собой.

***

      Прибыв в порт, Висенья незамедлительно отправилась на поиски Аддама. Благо, парень обнаружился довольно быстро. Сегодня он снова подрабатывал разнорабочим, и его работа заключалась в том, чтобы смолить досчатый корпус корабля. В воздухе ужасно воняло дегтем, но девушке пришлось это потерпеть ради разговора.       Не отвлекая молодого человека от его дела, она тихо, чтобы не привлекать внимания окружающих, поведала ему о своём замысле и попросила о помощи. Висенья, конечно, понимала, что уговорить его на столь рискованный поступок будет крайне сложно, но не ожидала, что он начнёт отговаривать её от этой затеи, приводя веские и неопровержимые аргументы, вместо того чтобы просто отказаться.              — Итак, вы не хотите выходить замуж, во многом потому что это будет выгодно вашей мачехе, которую вы ненавидите. Кроме того, вы разочаровались в своем отце, бабушке и дедушке, так как они не поддержали вас. Поэтому вы хотите срочно бежать, но пока не знаете, куда направиться, — подытожил Аддам, продолжая наносить тягучую черную жидкость на деревянную поверхность доски.       — Всё верно, — кивнула Висенья. Почему-то в его пересказе причин её побега мотивация девушки выглядела несколько детской и глупой, хотя на деле всё было гораздо сложнее и трагичнее. Чтобы немного сгладить это впечатление, она уточнила: — Только теперь я знаю, куда направлюсь. В Пентос! Там я провела первые восемь лет своей жизни, так что это место можно назвать моим вторым домом.       — В Пентос? — переспросил парень, снова макая кисточку в ведро со смолой. — Бывал я там как-то раз проездом, вместе со своим учителем. Отличный торговый город. Особенно хороши тамошние сыроварни. Нигде прежде я не ел сыра вкуснее. А ещё мне нравятся бродячие артисты на городских улицах, они создают впечатление вечного праздника.       — Да, в Пентосе замечательно, — согласилась девушка, невольно погружаясь в воспоминания. — Там тепло, и люди такие же солнечные. А в Вестеросе всё по-другому: люди угрюмые, и кажется, что они только и думают, как бы кого-нибудь убить.       Молодой человек заливисто рассмеялся, а после посмотрел на неё с легким снисхождением и спросил:       — Вы серьёзно думаете, что в Вольных городах люди не хотят убивать и грабить друг друга? Хотят и ещё как! Но вы ведь жили в Пентосе с родителями в безопасности и богатстве своего замка и вряд ли видели все ужасы, которые происходят за его стенами. Поэтому вы запомнили этот город только в положительном ключе. Но поверьте мне, окажись вы там сейчас одна, и вы тотчас узрели бы совсем иную его сторону, тёмную и пугающую.       Несмотря на то, что слова Аддама были логичными, они вызвали легкое возмущение в душе девушки.       — Да, я никогда не сталкивалась со злом лицом к лицу. Мои родные, и в Пентосе, и здесь, всегда ограждали меня от этого. Однако это вовсе не означает, что я не смогу постоять за себя. Я уже говорила, что отец обучил меня основам фехтования. Я хорошо владею полуторным мечом, — о том, что она давно в этом не практиковалась, девушка решила, конечно же, умолчать.       — Я не сомневаюсь в вашем умении обращаться с деревянным или немного затупленным мечом. Однако я сомневаюсь, что у вас имеется настоящее оружие, которое можно использовать в реальном бою, например, против разбойников или наёмников, с которыми вам, может, пришлось бы столкнуться, — молодой человек говорил без намерения унизить её, он просто излагал факты, с которыми трудно было поспорить, и именно это было самым обидным. — В настоящей схватке с людьми, которые захотят вам навредить, вы попросту не успеете применить навыки, которые так тщательно отрабатывали на соломенном чучеле. Один крепкий удар по голове — и вы уже без сознания. А дальше эти негодяи вас схватят, ограбят, и это в лучшем случае. В худшем даже страшно представить, что может случиться.       — Какая разница, где меня изнасилуют, там или на супружеском ложе?! Для меня всё одно! — от отчаяния и безысходности ситуации девушке хотелось заплакать. Ей начинало казаться, что весь мир против неё одной, и совершенно никто не хочет помочь ей выбраться из этого кошмара.       Аддам впервые за весь разговор оторвался от работы и внимательно посмотрел на девушку, его взгляд был полон сочувствия.       — Ваши родные точно не изменят своего решения?       — Нет, — печально покачала головой она. — Бабушка считает это моим наказанием за то, что я смела открыто высказать свою позицию Рейнире. Дедушка не хочет провоцировать конфликт с «королевой», поэтому не вмешивается. А отец… — Висенья сделала полный отвращения вздох. — Этот человек плевать хотел на мои чувства. Наверное, будь его воля, он бы подложил меня сразу под всех Речных лордов и их вассалов, если бы ему это точно гарантировало их лояльность.       От этих мыслей на девушку тут же накатила тоска и апатия. Они, словно холодные и темные воды моря, утягивали её тело в свои глубины, наполняя его тяжестью и лишая всякой воли к жизни. Однако Аддам не дал ей сгинуть в этой пучине, всё-таки протягивая руку помощи.       — Тогда побег точно не выход! — решительно заявил он. — Но можно сделать так, чтобы ваш потенциальный жених сам не захотел брать вас замуж.       — И каким же образом это осуществить? — спросила Висенья, совсем не веря в удачность этой затеи. Молодой человек, напротив, так воодушевился, что полностью отложил свои дела и, усадив девушку на ближайшее бревно, сел рядом с ней.       Рабочие посмотрели на их пару с недоумением, но ничего не сказали. Да и что они могли сделать, когда Аддам был в близких отношениях с семьей лорда? Сейчас в глазах коллег он не просто уклонялся от работы, а делал это в компании внучки хозяина острова. Поэтому никто не рискнул бы его в чем-то упрекнуть.       — Вариантов на самом деле много. И самый очевидный из них — это тот, в котором никакой благородный мужчина не захочет жениться на девушке, которая уже утратила свою невинность. У всех лордов на этом какой-то особый пунктик. При этом они сами никогда не гнушаются ходить по борделям и предаваться всяким извращениям, но в жёны хотят себе исключительно девственницу, — Аддам усмехнулся над непониманием этого казуса человеческого общества. Висенья же просто покачала головой, отметая этот вариант.       — Я не думаю, что в моём случае это сыграет большую роль. Отец сказал, что я для них очень ценный трофей, и даже если бы я потеряла с кем-то до свадьбы невинность, лорды будут готовы закрыть на это глаза. Не беременна бастардом — и ладно.       — А ведь это идея! — воскликнул Аддам, и его громкий возглас снова заставил рабочих бросить на них неодобрительные взгляды. Но молодого человека это нисколько не смутило. Обратившись к девушке, он с энтузиазмом добавил: — Если забеременеете, тогда вас точно замуж не возьмут.       — Мне это совершенно не подходит! — категорично возразила Висенья. От одной мысли, что внутри неё девять месяцев будет расти плод, который будет тянуть из её тела все соки, а когда ему придёт пора вылезти наружу, он ещё и может убить её в процессе, девушка в ужасе поёжилась. Она очень хотела свободы, но уж точно не такой ценой.       Аддам был немного удивлен её реакцией, однако не стал заострять на этом внимание. А вместо этого поспешил вернуться к основной теме и стал предлагать ещё варианты.       — Ещё мужчину можно отвратить от себя своим поведением. К примеру, отсутствием хороших манер. Они ведь ожидают увидеть перед собой прекрасную принцессу, идеал, в чьем обществе почетно и приятно находиться. А пусть узрят недалекого ума хамку, которая пренебрегает гигиеной, чавкает и рыгает за столом и прилюдно ковыряется в носу, а потом выковырянные козявки вытирает прямо об собственную одежду.       От представленного образа Висенья звонко засмеялась, и молодой человек её в этом поддержал. Весь неприятный осадок от его прошлых двух предложений мгновенно сошел на нет. Однако девушка снова не была уверена в том, что это сработает.       — Ужас какой! Я слышала, что некоторые мужчины ведут себя подобным образом. Неужели их и в правду получится таким пронять?       — Хмм. — Аддам тоже призадумался. — Если нет, то тогда остаётся самый радикальный вариант: прикинуться сумасшедшей. Была у меня одна знакомая. Её родители умерли, когда она была ещё подростком. Из близких у неё был только жених, которого она очень любила. Но он ушел на войну. Чтобы как-то выжить, ей пришлось продаться в публичный дом до его возвращения. А чтобы её не принуждали спать с клиентами, она изображала из себя безумную, говорила и творила на их глазах странные вещи. В итоге её не выгнали, но повесили на её хрупкие плечи все дела, связанные с уборкой и стиркой. Было трудно, но она справилась. А потом вернулся жених и выкупил её из борделя.       — А что было дальше? Они жили долго и счастливо? — с надеждой спросила Висенья. Отчего-то непростая история этих двух влюбленных заинтересовала её настолько, что она даже на мгновение позабыла о собственных бедах.       — Ну, как бы… — парень замялся, стараясь не расстроить её. — Они какое-то время были вместе. Но затем в Халле произошла вспышка оспы, и они оба заразились. Смерть была мучительной, но они ушли в один день. В некотором смысле, это тоже своего рода романтика, не так ли?       Аддам старался её приободрить, но Висенья уже погрузилась в уныние, и её начали одолевать мрачные мысли о жестокости этого мира и тщетности попыток найти в нём хоть что-то светлое.       — Я знаю, ещё один беспроигрышный вариант, если избежать брака все же никак не получится! — снова воодушевленно воскликнул молодой человек, возвращая девушку в реальность.       — Какой?       — Вы упомянули, что отец позволит вам самой выбирать себе жениха, так?       — По крайней мере, он так сказал, — безынициативно отозвалась Висенья. — Но я уже, если честно, не верю ни одному его слову.       — Если так, то вам стоит выбрать самого старого лорда в мужья. Такого, знаете ли, сухонького, как изюминка, сгорбленного и с тростью, — Аддам изобразил, как должен выглядеть такой человек, и комично согнул спину, скорчив смешную физиономию, что вызвало у девушки смешливую улыбку. — Такой лорд вряд ли будет способен исполнять супружеские обязанности. Ему, вероятно, будет трудно даже забраться на кровать в первую брачную ночь. Он сразу же устанет и уснёт. Утром вы просто всем скажете, что у вас всё было. Это польстит ему, и окружающие поверят, что ваш брак консуммирован. Через несколько месяцев старик тихо-мирно умрёт во сне, а вы будете молодой и свободной вдовой. Захотите, останетесь жить в своё удовольствие в замке бывшего мужа и всеми там командовать, а нет — вернётесь сюда, в Дрифтмарк, к своей семье.       Почему-то это предложение в совокупности с кривляниями парня заставили Висенью почувствовать на душе странную лёгкость. Как будто сквозь тяжёлые грозовые тучи пробились робкие солнечные лучи, давая понять, что непогода не вечна и после дождя обязательно придёт радуга. На мгновение ей захотелось поверить, что всё не так безнадёжно, как кажется на первый взгляд, и что она обязательно сможет найти выход, а возможно даже и не один, из своего положения. Главное — не опускать руки и стараться изо всех сил.       Поговорив ещё немного, молодые люди разошлись. Аддам вернулся к своим обязанностям, а Висенья направилась в портовое управление.