A posse ad esse

Может, я, правда, знаю чуть больше,

Чего не хотелось знать.

Сложно смириться. Может быть, проще

Чего-то не понимать.

Я не скрываю, я не нарочно,

Просто хочу, чтоб мы

Вновь улыбались

И видели сны.

И пускай обрушатся дома,

Пускай планета наизнанку

Вывернет нутро.

Ты же знаешь, я тебя люблю,

И, даже стоя с краю,

Скажу тебе: «Всё будет хорошо.

Всё будет хорошо».

В жизни все просто: то, что нам близко,

Мы не хотим терять.

Связывай крепче: если сорвётся,

Можно не удержать.

Падать не больно, больно разбиться

В пропасти без любви.

Прошу, доверяй мне

И не уходи.

«Всё будет хорошо» Sara

      *** Где-то в Лондоне, некоторое время назад ***

      Мэри Морстен, будущая Ватсон, работает за стойкой, когда ей внезапно приходит сообщение.       «Ты сильно занята. Мне нужна помощь с одним делом. Это не срочно, но до пятого надо управиться. SH»       Холмс, что наблюдал за тем как в духовке сушатся сухари, прислушивался к звукам из комнаты. Джим в очередной раз пытался заказать себе сладкого, и Шерлок решил воспользоваться затишьем.       Но у Мэри получается ответить только ближе к вечеру. Она еще на работе, но уже посвободнее. К вечеру поток клиентов уменьшился и у нее есть время выпить чай и ответить на сообщение.       Но раз уж помощь Шерлоку терпит, то пусть она терпит до завтра.       Ведь на сегодня у Мэри и Джона запланирована прогулка в парк, а потом коротание времени за настольными играми. Они уже давно поняли, что проводить хотя бы один вечер совместно, без телефона, телевизора, журналов, работы, полезно для обоих. Это помогает отдыхать и обязательно обещает узнать друг о друге чуточку нового. Например, Мэри только совсем недавно узнала о поразительной памяти Ватсона и о том, что тот собирает головоломку с кубиком за десяток секунд.       «Смогу. Давай встретимся завтра, можно в любое время. MW»       Ответное сообщение приходит, когда Шерлок в очередной раз прогоняет курьера и прячет пачку конфет. Судя по надписи — это лакричные палочки. Вот это Джиму неимется, раз он такую гадость заказывает. Они же почти без сахара, даже горьковатые. Или он надеется, что Шерлок такую запрещенку пропустит?       Джим крутится рядом, но получает только очередной цветной стакан непроливайку с водой и тарелочку с сухарями.       Джим принимает свой скудный обед спокойно. Ну почти. Он ещё пытается вылить на Шерлока хоть что-то из яркого стаканчика, потом лежит на полу и цепляется за ногу Холмса. А тот закидывает палочки на шкаф к остальной запрещенке, наблюдая за проявлением недовольства, и достает телефон, чтобы быстро набрать ответ:       «Встретиться не вариант. Ты мне как раз нужна, потому что я из дома пока не могу выйти. SH»       — Лакричные палочки — это не сладкое! — заявляет Джим, когда все его попытки не производят нужного эффекта.       Он уже потерял счёт, какой это день без сладкого. Ощущение будто бы месяц. И, хотя желудок только стал приходить в норму, и его больше не склоняет у унитаза или над унитазом, смириться со столь скудным набором продуктов тяжело.       Холмс игнорирует ирландца все время, пока тот ноет.       В конце концов к телевизору Мориарти уходит, но только для того, чтобы там начать переписку с Джеком о том, чтобы тот прислал курьера ночью.       Забрать посылку из окна должно быть проще простого. И она… Должна быть маленькой, чтобы суметь спрятать.       Затишье кажется подозрительным и не зря. Но Холмс пока не догадывается о планах и просто наблюдает, используя освободившееся время.       «Почему? Он совсем перестал тебя выпускать? 😉MW»       «Это я его не выпускаю. Он всосал в себя порядка десяти сиропов от кашля, представляешь? Только-только перестало тошнить, как начал искать способы достать сладкое. В общем… никак не выбраться. SH»       «Отличный способ лечения, чтобы заболеть ещё больше. 😆 Уже все в порядке? Могу порекомендовать несколько действенных абсорбентов. Хорошо, поняла твою проблему. Так что нужно будет сделать? MW»       — А кому ты пишешь? Мне можно зефир. Зефир — точно не шоколад, и точно безопасный. Прочитал в списке медицинских диет. Не могу больше есть сухари, давай их хотя бы с сахаром сделаем?       Мориарти садится на стол, подтягивает к себе хлеб, отрезает от него ломтик и вырезает ножом человечка. Потом выкладывает его на противень и повторяет действие. Может быть подсушенные в духовке человечки из хлеба будут вкуснее, чем просто пресные сухари…       — Прошу Миссис Хадсон сварить бульон. Билли принесёт, — Шерлок хмыкает, убирая телефон в карман халата и наблюдая за действиями Джима.       «Писать не могу.позже .нужен подарок 5 апреля ДР HS» — уходит Мэри спустя некоторое время. Он пишет не глядя, торопясь, так что ошибки и некоторые опечатки простительны.       — Рисом ты уже наелся, я так полагаю. Могу попросить купить тебе детское яблочное пюре.       Оно правда, тоже без сахара, но об этом Шерлок решает умолчать.       — Давай бульон. Только вкусный. Вкусный… И с индейкой. И чтоб никаких там бякостей, только филе. В идеале, конечно с лапшичкой в форме космонавтов.       — Нет, лапшу нельзя. Только бульон. И филе индейки, отварное, отдельно.       — Хочется лапшу, иначе бульон скучный. Ску-у-у-ука.       Шерлок фыркает. Но лапшу нельзя, потому бульон будет только водичка и отдельно индейка.       — Хм… а твоё пюре оно сладкое? Тогда давай его тоже, — Мориарти произносит это, когда хлеб уже закончился. А обрезки от него он тоже разложил на духовке.       Он болтает ногами, опираясь спиной о стену и поглядывает на Шерлока, в шутку наставляя на него нож.       Шерлок снова достаёт мобильный. Пишет Билли насчёт пюре, незаметно набирает сообщение и Миссис Хадсон, потом убирает телефон. Пока рано отвечать Мэри, Джим ещё может заметить.       — Не знаю насчёт пюре. Не пробовал.       Джим косится взглядом на верхнюю полку запрещённого. Он полуголодный, зато разум работает на полную катушку.       — Даже в детстве? Детское это натуральное, а значит, не сладкое. Но ладно. Яблочное пюре в банке должно быть вкусным. И банановое.       — В детстве может и пробовал, но не помню. Банановое, кстати, наверное, тоже можно. Бананы то разрешены.       — В детстве все это ели, Шерлок, — ирландец смеётся, растекаясь по столу. От скуки ему сложно поддерживать мышцы в тонусе, кажется, что устала спина или шея. Сказывается слабость, но идти на постель он, конечно, не станет.       — И в старости будут есть. А старость это… хм-м-м… Приблизительно, лет пятьдесят. Кисе недолго до этого осталось.       Шерлок в это время снова пишет Билли. Заодно быстро читает ответ и отписывается Мэри.       «Хорошо. Накидай, пожалуйста, несколько идей. Я постараюсь подобрать и скину тебе варианты МW»       «Понятия не имею. Я уже все, что можно ему дарил… Подумаю, позже напишу. Главное, что он будет храниться у тебя до пятого. Иначе найдет. SH»       «Хорошо. Пусть хранится у меня. Так подари то, чего ещё не было. Ты рассказывал про фотографии, можно что — то привязанное к ним. Или к любому другому хобби. Мне кажется, что Эрику очень легко подбирать подарки. MW»       Отвечая на сообщение, Мэри встречает на себе слегка любопытный взгляд Джона, который вышел из кабинета.       — Это Джанин. Просит сходить с ней…       — Передай этому самому «Джанин», чтобы находил время писать друзьям, а не только их будущим жёнам.       Мэри вздыхает, слегка опешив от такой осведомленности.       — Ты всегда, когда пишет Шерлок, задумчиво покусываешь губу, словно загораешься его идеями       Мэри кивает.       — Хорошо, доктор Ватсон. От вас ничего не скроешь. Шерлоку нужна помощь, но я обещала не говорить, что именно. И попрошу его иногда писать тебе.       Ватсон наклоняется вперёд и касается мимолетно щеки Джона губами.       — Не сердись, ты же его знаешь.       Джон только руками разводит, но улыбается и идёт за чашкой для кофе.       «Фотография у него как-то отошла на задний план, да и камера новейшая где-то валяется. А вот… Может быть что-то для рисования. Ты разбираешься в красках? Я не особо. Приглядишь что-нибудь? SH» приходит ответ от Шерлока.       Джим снова тянет к себе пластиковый стаканчик, чтобы сделать несколько глотков.       — Сделай что-нибудь из бумаги. Кроме розы, театра и лебедя. Я тогда не буду к тебе приставать.       Шерлок вздыхает и берет в руки лист бумаги. Розу, оперу и лебедя он делал из салфеток, а это бумага. Впрочем, у него и такие навыки, пусть и в небольшом количестве, имеются.       Так что вскоре около Джима стоит обыкновенный журавлик в технике оригами. Единственное, что вспомнил Шерлок, спасибо школьному курсу.       — Скоро будет пюре. Потом будет бульон. И сухарики скоро сготовятся.       Наблюдая за тем, как ловко получается животное из бумаги у Шерлока, Джим и сам тянет к себе листок.       Из такого положения у него ничего не выходит. Он со злостью отбрасывает бумажный комок.       Потом делает новую попытку, но уже на полу. Со второго раза тоже получается криво и косо.       — Почему нельзя просто промыть желудок один раз, чтобы потом не страдать целую неделю? В конце концов, на сиропах должны писать, что их нельзя потреблять больше пяти штук.       Следующий журавлик тоже сминается. На четвёртый раз результат Джима почти устраивает. А потом он гнёт этих журавлей, словно всегда занимался оригами.       — Потому что желудок ты себе уже посадил. И вообще-то там написано, — Шерлок фыркает.       — Не видел ни в одной инструкции фразы «Пожалуйста, не пейте больше семи бутыльков»       — Это написано на большом листе внутри коробки в графе дозировка и передозировка, — Шерлок поднимается и идет в сторону двери, собираясь встречать Билли, — Наверняка, там было что-то вроде «5 миллиграмм после еды трижды в день» и «при передозировке возможны побочные эффекты в виде рвоты»       — Угу. Только там точно не написано, что шестнадцать бутыльков сиропа не вылечат простуду и отравят вас нахрен, — ирландец хихикает.       — Написано. Если включить логику. А у тебя она видимо… — Шерлок уворачивается от летящей кружки-непроливайки и скрывается за дверью. Ну потому он и купил эти пластиковые непроливайки.       — Что не так с моей логикой? Я просто не хотел тебя беспокоить и не хотел создавать проблем, — Мориарти посмеивается над ситуацией, — Думал, что вылечусь. Но простуда — то, во всяком случае, прошла, — многозначительно подмечает Джим.       Шерлок тем временем забирает у Билли пакет с пюрешками       — Сходи еще на Бейкер. Миссис Хадсон должна сварить бульон, — просит он у своего связного, а затем возвращается к Джиму.       — А ты не хочешь тоже поесть бульон за компанию? И сухарики. А чай можно? Ромашку хотя бы?       — Чай не стоит. Могу лимона выдавить в воду, — он фыркает и посмеивается.       — Может… Хотя бы подобие чая? Горячую воду с листочком смородины, тёплый морс?       Шерлок хмыкает, гуглит, а затем кивает.       — Можно компоты с малым количеством сахара.       Он пишет Билли, чтобы тот зашел и купил им компота.       Тот отвечает, что принесет свежесваренный, но придется подождать пока «милая старушка» его сделает.       — Миссис Хадсон сварит его для тебя.       Пока Шерлок занят общением, Джим ныряет рукой в пакет и достаёт оттуда стеклянную баночку.       — Разрешено с трех месяцев. Без сахара, без соли… Да как это есть?       Мориарти смотрит на Шерлока, впрочем, тот никаких эмоций не выпускает.       — Должен быть хлопок при открытии. Это гарантия качества. Если мне не понравится, я отдам это Бейлис. Других детей у нас с тобой пока нет.       Шерлок смотрит на Джима, затем считывает пропущенный монолог и пожимает плечами.       — Ну ничего кроме этого пюре я тебе пока не дам. Так что если хочешь отдать это Бейл — на здоровье. Но останутся только сухари и вода, пока Билли не принесет ничего нового. А я понятия не имею, сколько варится компот. И учитывай, что Миссис Хадсон его еще так просто не отпустит.       Джим рассматривает баночку, потом берет ложку и настороженно пробует. Ну… Это сухари обратно не просились, а тут что-то новое.       — Тогда мне нужна ложка со слоником и детский маленький шкаф с наклейками.       Мориарти поднимается с пола и обходит Шерлока, чтобы зависнуть на нем со спины.       — Миссис Хадсон женщина божественной доброты. Она никому не даст помереть от голода. А ты хочешь пюрешку? Ложку за папочку, — Джим снова паясничает, но баночку приканчивает быстро и тянется за второй. Эта оказывается банановой.       Шерлок недовольно кривится и не подаётся на уговоры попробовать. К счастью Джим не настаивает.       — Не так уж и плохо для надписи «без сахара». Когда мы заведём ребёнка? Будешь его пюрешками кормить и читать сказки. Считай, опыт у тебя уже есть. Хочется курить. Давай сигареты. Они есть в списке разрешенного? Даже если нет, привычку никуда не засунешь.       — Заказать Билли ещё? Там вроде ещё другие вкусы есть.       Комментария насчёт ребёнка не следует, зато следует протягивание сигареты. Одной. Больше Холмс не рискует давать, да и сам обходится уже третий день без никотина.       Стоит ещё попросить у Уиггинса ещё и пластырей.       — А закажи. Какие ещё есть? Может… Можно целый фрукт, а не тот, который превращен в пюрешку?       Джеймс подбирает сигарету и пересаживается на подоконник. Он пододвигает скопившуюся там посуду, а скидывать пепел начинает в новую тарелочку.       Холмс лишь закатывает глаза. Ну конечно, на фоне отравления, легкая простуда не заметна особо.       — Думаю целый нельзя. Я посмотрю в интернете.       Шерлок пожимает плечами.       — Тебе не нравятся дети, значит? — возвращается Джим к упущенной теме. Настаивает.       — Помнится мы уже обсуждали наше отношение к детям.       — Наше отношение к детям… Хм-м. Ну да, тебе они, кажется, нравятся не слишком, а мне только те, что постарше. Лет шести.       — Раньше было что-то про три года. Информация устарела? — Шерлок фыркает, — Впрочем это не важно.       — Да. Теперь я считаю, что три года недостаточно. Надо шесть. Тогда уже и личность более осознанная. И контакт наладить проще. Показал фокус, и все внимание в твоих руках.       На этом тема закрыта и Шерлок тянет телефон снова. Заказывает Уиггинсу еще пюре и пластыри.       Ирландец тоже дальше тему вроде бы и не развивает. Ну какие дети с их то градусом ответственности. С собакой погулять забывают и, в основном, это делает Шерлок, потому что Джиму не каждая погода для прогулки нравится.       После ирландец плавно перетекает в гостиную, с сигареты ему не слишком хорошо, но терпимо. Он пытается создать вид самозанятости, включая музыку в колонке и продолжая делать из бумаги журавликов.       Шерлок, поглядывая на ушедшего Джима, лезет в переписку с Мэри.       «Нет, не разбираюсь, но подозреваю, что это должно быть что-то качественное. Единственное, знать бы в какой технике он рисует. Пастель, масляные краски? МW»       Мэри начинает собирать вещи. Её рабочий день закончился, так что она ждёт Джона в приёмной.       «Проще сказать, в какой он не рисует. Маркеры, карандаш, баллончики — я точно у него видел. Красками он при мне не рисовал, но я видел множество картин в абсолютно разных техниках. В общем… давай возьмем ему мольберт. И какие-нибудь качественные, дорогие краски. Масляные, наверное. SH»       Шерлок на время погружается в гугл, затем отправляет новое сообщение.       «Lefranc&Bourgeois — звучит как хорошая фабрика. Получится их здесь найти? SH»       «Масляные? Уверен? Мне кажется, с его то усидчивостью… Но попробовать можно. Вообще, проще с карандашами, можно набор различной мягкости оттенков, но ведь это не такой уж и значимый подарок. Краски, к тому же, займут Эрика очень надолго. И готовься к расходам. Там помимо красок и мольберта целую химическую лабораторию надо иметь. МW»       — Мэри Ватсон. Я скоро начну ревновать вас к своему другу.       — К Шерлоку — то?       Мэри кладёт голову на плечо Джона и улыбается.       Ватсон в очередной раз ведётся на эти милые уловки и вздыхает.       — Не опаздывай к ужину.       Женщина кивает и, целуя Джона в щеку, направляется в художественный магазин.       «У меня есть ровно сорок три минуты. Фабрика хорошая, да я уверена, что их найду. МW»       Мэри расхаживает по прилавкам, тут интересно все. От гипсовых фигурок, до набора бисера. Какие тридцать восемь оставшихся минут… В таких магазинах и трех часов не хватит.       «Химическая лаборатория и так прекрасная имеется. А заниматься он вполне может, если увлечен. Ну… посмотрим. В любом случае подарку он будет рад, я думаю. Спасибо за помощь, Мэри. Пиши, если что. Постараюсь отвечать сразу, но обещать не могу. SH»       «Хорошо, Шерлок. Тогда мне понадобятся средства. Довольно много средств. Нашла подходящий вариант. Думаю, теперь взять сразу яркие и насыщенные оттенки или пусть он самостоятельно их мешает? МW»       Шерлок в это время тоже занят. Гугл помогает ему разобраться с фруктами. В список покупок Билли добавляются еще и бананы. Про остальные фрукты, соки и прочее ничего не сказано. Но цитрусовые наверняка нельзя.       Ирландец усыпает журавликами пол, на некоторых перед тем, как их свернуть, он пишет всяческие планы.       — Ну как там? В моем меню появится что-то новое?        — Только бананы.       — Бананы. Ну это уже что-то. Это мне в принципе всегда нравилось       Джеймс хихикает и внезапно оказывается с Шерлоком рядом, стараясь заглянуть в экран телефона.       — Да что ты там так пишешь активно? Слово «банан» на всех знакомых языках?       Шерлок сменил сайт на экране на статью о еде при отравлении еще на подходе Джима. Это все делается в один клик, потому как Холмс был готов к подобному.       — Нет. Смотрю, может в других статьях еще появится какая-нибудь новая информация. Но пока нет.       Шерлок даже демонстрирует указанный сайт Джиму, который виснет на Шерлоке и активно пытается выбить его из состояния равновесия.       — Ла-а-а-адно. Да как же другая. Отравление часто одинаковое. Если пищевое… — Джеймс фырчит недовольно, но детектива выпускает из объятий и садится на полу. — Ше-е-ерлок. Мне скучно. Придумай мне дело. Ну давай. У тебя неплохо получается, а я его раскрою. Лезть в свою сеть совсем не хочется, пока это… не очень стабильное состояние. Они меня там могут неправильно понять.       — Хорошо. Но ты же не дашь мне его обдумать, раз тебе неимется? Может тогда одновременно дела придумаем. Без практики, только в теории, как в начале нашего путешествия.       Холмс тушит телефон, убирая его в карман и чувствуя вибрацию всего спустя пару секунд. Хорошо, но он ответит попозже.       — Давай тогда… Кто быстрее придумает, тот неделю не выгуливает Бейлис по утрам.       Джим, впрочем, не настроен это делать даже если и проиграет.       Но он все равно будет стараться не проиграть.       Он разворачивает нескольких лебедей, потому что бумага кончилась, и устремляется в чертоги. Ему мало трех листов, схемы, пока беспорядочные и абстрактные ложатся на стену. Мориарти мыслит лихорадочно, может… Он торопится, может, не боится больше ничем удивить Шерлока. Где трудно дотянуться, на помощь приходит стол и стулья.       Дело будет совсем не с этой эпохи, так что Джим ещё и не слишком окружает пространство и глубоко лезет в чертоги.       — Ладно, — кивает Шерлок. Он подгружается в дело, но между обдумыванием и поворачиванием мыслей продолжает общаться с Мэри. Ему все равно нет смысла выигрывать, ведь Джим не будет выгуливать Бейлис. А спортивный интерес можно опустить ради подарка.       Мориарти садится на пол и оглядывает стены со всякими стрелками, квадратами, градусами. От того, что он торопился, часть написанного рядом не соотносились. И приходилось ещё искать, что к чему относится.       Но план то был почти готов. Оставалось только оформить его на бумаге, которая закончилась.       — Где ты откопал бумагу? — Джим смотрит на Шерлока, словно он эту бумагу сам наколдовал из воздуха.       — Там же, где она всегда лежит, — фыркает Холмс в ответ, кивая на шкаф. Там целая коробка белых листов А4. Если Джим о них забыл, то кто ему виноват?       «На карту или отправить тебе человека с наличкой? SH»       После он снова углубляется в Дело. Создавать преступления было легко, он уже привык и научился. Но вот, чтобы сделать его сложным интересным — нужно было постараться.       — Без азарта играть совсем не интересно. А ты не торопишься. Может у тебя есть идея, на что спорить, чтобы было интересно нам обоим? Можно о готовке… Но я боюсь, ты не будешь пробовать, что я приготовил. Что ещё?       — Нет идеи, — пожимает плечами Холмс, чертя что-то на листе бумаги. Он уже переносил план для демонстрации и вполне неплохо его продумал. Даже без азарта. — Не отвлекайся. А то я и не торопясь тебя обгоню, — фыркает Шерлок насмешливо, кидая взгляд на экран, а потом набирая ответ не глядя.       — Да и… Я тоже не знаю… Нет, не обгонишь. — Мориарти поднимается и снова использует стену, чтобы карандашом расписать на ней главные тезисы. — Все готово. Смотри.       Завершая последние штрихи, Шерлок садится и начинает слушать информацию, что выдает Джим.       Восемнадцатый век, дом Графа, перепродается. Поговаривают, что там не чистая сила и, потому, в доме никто не задерживается больше чем на месяц. Про бывших жильцов ничего узнать невозможно, а «риелтор» с честным видом утверждает, что все в порядке.       Но дом на самом деле часто гудит по ночам, вводя людей в панику.       — На, вон, смотри на стене.       Джим обводит красным маркером небольшой овал вокруг той информации, что он записал последней. Там все схематично, но Шерлоку должно быть понятно.       Мориарти даже великодушно добавляет света в комнате, чтобы у Шерлока не получилось что-то пропустить.       Шерлок фыркает. Он бы понял какая информация последняя и без этого указания.       Телефон вибрирует в кармане и детектив протягивает Джиму свой лист.       — Вот. Изучай, потом расскажу своими словами, если захочешь. А пока дай изучу твои материалы.       Он углубляется в расследование, но не настолько глубоко, как обычно.       Джим он берет бумаги и вчитывается.       — Так кто, говоришь, учил тебя писать дорогой? Может тебе надо было в доктора пойти. Тут через слово не очень понятно, ну да ладно. Я же разберусь.       Джим нетерпеливо хмыкает, прижимая пятую точку на стульчик для пианино.       — Я торопился, — Шерлок недовольно бурчит, но потом снова увлекается.       — Как и я, — ирландец посмеивается. Почерк на стене опять какой-то левый, не его, не Ричарда и не одной из его известных ранее личностей. Каллиграфически аккуратный, и схемы нарисованы примерно так, как рисовал бы их ответственный ученик на авиаинженера в СССР. Правда, не так ярко. Всего лишь в одном цвете серого карандаша.       Но Шерлок не совсем увлекается.       Детектив ждет, пока Джим вчитается в бумаги и увлечется, чтобы решить вопрос с деньгами.       «Конечно на карту. И скажи ещё… Как упаковать. Может, ты бумагу особенную хочешь или надпись какую? МW»       Холмс достаёт телефон, не меняя положения и продолжая изучать стену, и перечисляет на карту Мэри кругленькую сумму с одного из своих левых счетов, куда капали деньги за ограбления.             Мэри почти справилась. Она, конечно, позвала на помощь консультанта, потому что сами краски купить одно, а вот все прилагающееся…       «Деньги должны поступить. Заверни. И подпиши «для паука». SH» — уходит Мэри.       — Да с кем ты там переписываешься? — ирландец наклоняет голову набок, скрещивая руки на груди.       Шерлок посмеивается слегка, но быстро телефон убирает. Он уже закончил. Комментариев он, впрочем, тоже не дает, Джим без них обойдётся.       Ирландец, впрочем, не настроен выяснять с кем и точно ли переписывается Шерлок, потому что бумаги в руках слишком ценны и интересны, чтобы полностью их игнорировать. Теперь он встаёт, потому что сидеть на месте просто не получается, начинает расхаживать, задевает непременно какой-нибудь предмет и наблюдая за тем, как он падает. В руках перебирает эти же листочки и молчит. Его начинает сбивать не только мысль о том, что там с телефоном Холмса, но и то, что детектив тоже размышляет.       К тому же у Шерлока нет на ответ времени. На стене записи и они все больше тянут к себе взгляд. Он продолжает расследование.       Джим слышит жужжание шестеренок и в конце концов выходит на балкон, в чем и был. Достаёт запрятанные в досках сигареты и поджигает одну.       Возвращаясь с балкона, Джим пахнет улицей, потому что он сидел на периллах лоджии, и сигаретами, выкурив их несколько штук.       Он по ним соскучился, а курить одну в день все равно смысла не было.       — Убийца — это застенчивый ювелир, который живёт с матерью вот уже сорок четыре года. Он сделал это только для того, чтобы показать, что способен. Хм… Где-то такое… У Достоевского. Я понятия не имею, как этого человека ловить, но он точно находится на мероприятии. Видел свое деяние и видел то, как собственное украшение жертву душило. Он же жертве его и подсунул, заболтав посредственными комплиментами. Могу сделать описание жертвы и то, почему она согласилась на внезапный подарок, не глупая ведь была. Только вот… Я сомневаюсь, что этот механизм так прост, как в деле описано. Там скорее были тонкие лезвия, нежели просто сжимающийся конструктор.       — Да что там ловить то. Найти улики, доказательства. Кто изготовит орудие убийства и откуда оно появилось у жертвы. И можно брать.       Шерлок подходит к Джиму, обнимает его и утаскивает на диван к пледу. Еще не хватало, чтобы тот заболел. Опять.       — И никакого психологического давления? Маньяк присутствовал на мероприятии, я же сказал. Надави на него правильно, он и сам сдастся.       Джим сопротивляется. Он чувствует себя неплохо и то, что он немного замёрз на балконе, вообще не повод для того, чтобы его закутывать в плед.       Ирландец отрывает обе ноги от земли, чтобы усложнить Шерлоку жизнь. Но он все равно оказывается на диване, не оставляя попыток вырваться.       — Это коллективная подстава. Сговор риелтора и строителя. Там в стенах полости, где дымоход, и ветер гудит в них. Сделаны умело, снаружи не видно и в принципе так не найдешь, если не знаешь где искать.       Вздыхая Джим показательно расслабляется и словно бы перестает трепыхаться. Но спина — точно в неё штырь вставили, жёсткая, сам Джим весь сжался для возможности совершить бросок на кухню.       — Все верно, дорогой. Только он не строитель, а Архитектор. И Архитектор мстил конкретному заказчику, что не выплатил денег, а вот этот «риелтор» уже сам вывел всё в свою пользу. Вина только на нем.       Джим возится до самого вечера, не хочет никак спать. Уже и дела были, и сказка, и зелёный чай, и чёрный без сахара, и компот… И бульон отдельно от филе. Ирландец капризничает, словно маленький, пока Шерлок в сложной терминологии не разъясняет ему зачем нужен сон, когда болеешь.       После этого Мориарти засыпает все же. Но перед этим сидит в телефоне, пока экран не оказывается погашенным, а само устройство не оказывается у него на груди.       Он засыпает быстро, на спине, в неудобной для себя позе, поперёк Шерлока.       Шерлок к этому времени уже получил сообщение и очень доволен.       «Все готово. Прости, что не ответила сразу, пришла домой и замоталась с этой упаковкой. Джон очень подозрительный. Переговорил бы ты с ним… Вообще, Шерлок, он очень переживает. MW»       Но долго поспать не удается. Джима будит сообщение. Он тихонько выскальзывает из постели. Это его курьер. И последняя надежда на сладкое, которое сейчас доставят через форточку.       Джим открывает блэкаут шторы и выглядывает в окно.       В дверном проёме возникает Бейлис, Джим прикладывает палец к губам, прежде чем встать на подоконник.       Но Шерлок появляется следом за собакой. Когда спят используя тебя вместо матраса и подушки, пропажа захватчика довольно ощутима.       — Не свались смотри. А то придётся ещё переломы лечить, если не сотрясение.       Джим оглядывается на Шерлоке, замирая одной ногой на чёрном пластике, а другой балансируя в воздухе. Он крепко стоит, просто… Словно застукан на чем-то противозаконном. Теперь нет смысла забирать передачку, он просто открывает стеклопакет, словно хотел проветрить.       — Жарко стало. Ты такой тёплый.       Мориарти слегка улыбается и садится, протягивая руки к детективу.       Шерлок приподнимает бровь, смиряя ирландца взглядом. Они оба знают, что он все знает. Но Холмс решает не зацикливаться на этом и дальше этого жеста ничего не демонстрирует и не говорит.       — Хорошо. Пойдем обратно в кровать?       — Пойдём. Так стало свежее.       Мориарти зевает, упираясь в детектива лбом.       Он все ещё испытывает сонливость и чувствует лёгкую неудачу, потому что план провалился. Впрочем… Он рад, что обошлось без устранения курьера с шоколадом.       — Можно мне ещё одну сказку про тюленя?       Укладывая Джима спать после происшествия с окном, Холмс морщится от вибрации телефона. Но Джим уже уснул, так что он тянется за ним.       «SOS, Джон увидел паука. Придумай что-нибудь. М, надеюсь все ещё W»       Сейчас Мэри смотрит вслед своему жениху, ожидая ответа и проматывая воспоминания.       Джон Ватсон возвращался с тяжёлой смены поздно домой. Мэри уже была дома и ждала его с ужином, заказанным в ближайшем кафе и тёплыми объятиями. Она никогда не умела готовить, а Джон этого от неё и не просил. Зато он мог хоть чем-то удивить свою будущую жену, которая, казалась, умела все на свете. Кроме готовки и… Может, пока по части знаний электрики Джон её обгонял.       Они, как всегда, чудесно поужинали, прогулялись и сели играть в Клюэдо. Джон достал игру из кладовки, как обычно, разложил её составляющие, а Мэри долго выбирала за кого же ей играть.       — Ты держишь эту карточку уже целую минуту, Джон. Что-то случилось? Мы не говорили сегодня о работе, но… Может ты хочешь рассказать? Не каждый же день приходится так задерживаться?       — Да нет… Там подросток засунул руку в стеклянную банку, да так и ходил с ней до прихода родителей. Рука распухла, пришлось сначала успокаивать мальчугана, потом колоть ему противовоспалительные. Ничего слишком не обычного. Я… Просто…       Джон понимает, что от Мэри не укроется ничего и продолжает рассказывать, положив карточку на место.       — Там в кладовке я обнаружил свёрток в подарочной упаковке. У нас праздников не предвидится, да и внезапные подарки такого размера были бы странными, если мы готовимся к свадьбе. Ты недавно переговаривалась с Шерлоком, и… Логично предположить, что это для него, но ведь…       — Да, ты прав. И у него праздники не скоро.       Мэри откладывает фигурки в коробку. Не удастся поиграть, пока они это не выяснят.       — А на самой упаковке… — продолжает Джон, — есть надпись: «Для паука». — Ватсон начинает смотреть несколько напряжённо, и Мэри меняет тактику. Теперь нужно говорить правду, но только так, чтобы невольно не подставить Шерлока.       — Единственный «паук», которого я знаю, покоится в прошлом моего блога, и как я знаю, давно похоронен…       И после этого Джон внезапно морщится и встаёт с пуфика, удаляясь на кухню. Мэри воспользовалась моментом, чтобы отправить сообщение.       Из мыслей ее выдернуло жужжание. Шерлок прислал ответ:       «Скажи, что это нужно для дела. Это он съест под любым соусом. А если у него вопросы, пусть приходит на Бейкер и говорит со мной лично. Но позже, сейчас я занят. SH»       «Я могу позвонить ему и объясниться сам, если ты хочешь. SH»       «Я не знаю, насколько убедительно это будет звучать от меня. И вся эта наша скрытность. Если тебе удобно, позвони. А я попробую его успокоить. МW "       Мэри идёт на кухню вслед за Джоном.       — Джон…       Мэри примирительно вздыхает и кладёт руки на плечи доктора.       — Я знаю, знаю… Нужно было тебе сразу это рассказать, но ты же знаешь Шерлока. И сможешь понять. Мы уж точно не хотели задевать тебя.       Ватсон выглядит все ещё хмурым. Но руки поверх обнимаюших рук Мэри кладёт.       Телефон звонит из кармана пальто, и Джон многозначительно смотрит на Мэри.       — Ну же. Поговори с ним. Уверена, он все объяснит.       — Да. И прежде всего, я не хочу, чтобы Шерлок втягивал во все это мою будущую жену и вплетал её в свою авантюру       Мэри Ватсон ничего не остаётся, кроме как ещё немного подтолкнуть Джона к действию.       — Ну так вперёд. Поговори с ним.       Джон слегка улыбается, но улыбка выходит напряжённой. Он выходит в коридор и принимает вызов.       — Слушаю.       — Джон, — шепчет Холмс, — Можешь мне все высказать, но быстрее, я под прикрытием. Я попросил Мэри о помощи, да, потому что не хотел тебя утруждать и тебе бы пришлось слишком много объяснять. Я… — Холмс замолкает, пару секунду следя за тем как морщится Джим от его шепота и ждет, пока тот снова задремлет, — смогу рассказать тебе все позже, ладно?       — Под прикрытием? С какой стати Мэри вообще посвящена во все это. Нет уж потрудись объяснить, почему вещи, предназначенные какому-то пауку, находятся в моем доме? Шерлок, это переходит все границы.       Джон начинает расхаживать. Эмоционально он ещё подгорает, но в голосе нет той раздражённости, что была в начале. Обычно на деле Шерлок никакие звонки и не принимает. А тут даже время уделил. В твёрдую броню Ватсона вокруг его мыслей закрадываются сомнения.       Шерлок молчит довольно долго, потому как Мориарти переворачивается во сне и негодующе ворчит. Он спит довольно глубоко, и именно сейчас ему снится всякое.       Так что спустя время примерно он шепчет:       — Себастьян…       И охватывает руками Шерлока.       Шерлок фырчит, тыкая Джима в руку, показывая свое недовольство вырвавшимся у того именем.       Но все же старается его не будить.       — Подожди, Джон… — шипит он в трубку и выключает звук.       Мориарти морщится, хотя и все ещё спит, он не только не подаёт признаков пробуждения, но и плотнее стискивает детектива.       — Двенадцать минут. Они должны вариться двенадцать минут, а не десять. Только твёрдые сорта. К черту все остальное…       Шерлок ждет еще немного, прислушиваясь к дыханию ирландца и недовольному бурчанию доктора в трубке.       — Завязывай думать, это мешает, — фырчит ирландец очередному витку сна, отворачивается и натягивает на себя одеяло, превращаясь в спящий раздраженный комок.       Пользуясь что его больше не используют в виде плюшевого мишки, Шерлок медленно выбирается из кровати и выходит за дверь. Теперь он может шептать, не боясь разбудить того.       — Извини. Все, я здесь, могу говорить, — все же Холмс все еще шепчет. Это помогает в его легенде, к тому же Джим все еще может проснуться, а значит будет удобнее общаться так.       — Где ты? Давай-ка я помогу тебе с твоим делом, а ты не будешь втягивать в это мою жену.       — Не стоит, Джон, я закончу здесь сам, а Мэри просто попросил купить мне пару вещей. Больше ничего. Скоро придет мой человек и заберет это у Вас, чтобы передать мне.       — Зачем эти вещи? Почему хранятся в моей кладовке? Сделай, пожалуйста, так, чтобы у меня не оставалось вопросов, а я, так и быть, попробую понять тебя.       Джон садится в коридоре на тумбочку, наблюдающая за ним из-за угла кухни Мэри облегчённо вздыхает. Это значит, что Ватсон успокоился хоть немного и сейчас будет готов просто слушать.       — Мне очень неудобно говорить сейчас, Джон. Моё прикрытие трещит по швам, а эти вещи нужны мне для укрепления легенды. И Мэри не знает зачем мне все это, я ей сказал, что это подарок для друга. Там ничего криминального. Краски и мольберт, если Мэри все правильно купила. Всё? Теперь ты успокоился? Мне надо идти, моё отсутствие могут заметить в любой момент.       — Ну ты и гад, конечно, Шерлок. Терпишь до самого конца… Иди уже. У меня все ещё есть желание встретиться вживую.       Джон сбрасывает вызов и возвращается к Мэри, которая успевает сесть обратно на стул и взять в руки кружку.       — Краски и мольберт?       Женщина ставит кружку и берет руку Ватсона в свою.       — Краски и мольберт. Купленные в превосходном магазине. Если тебе это интересно, то они масляные, наверняка их не покупали бы человеку, который не увлечен рисованием.       Джон делает глоток только что поставленного чая и хмыкает.       — И безумно любит пауков, видимо.

      ***

      Джим, оставшийся в постели один, начинает просыпаться. Пока что он только шарит по кровати, не натыкаясь на рядом лежащее тело и приоткрывает один глаз, чтобы проверить ночник. Но тот они уже практически не включали. Так что Джим приподнимается и садится на постели.       Он все ещё слишком сонный, чтобы куда-то сразу идти.       Заворачиваясь в одеяло с головой, Джим делает несколько шагов к двери и заглядывает сквозь щёлочку наружу. Свет нигде не горит, так что он не открывает дверь, а просто стоит.       Шерлок фыркает в ответ на сброшенный звонок, затем оборачивается и проходит к двери, где и замечает Джима.       — Идём в постель. Я всего на минуту вышел то, — он проходит и утаскивает Джима за собой обратно в комнату.       — Мне снился Басти в колдовском колпаке, который варил в котле неправильную пасту. Совсем неправильную. Слегка даже страшный сон, — ирландец зевает и кладёт голову на плечо и идёт обратно до кровати. Правда теперь свет включает на тумбочке.       — Спи. Уверен, в этот раз тебе страшные сны не будут сниться.       Джим устраивается обратно на Шерлока, прежде поправив не очень удобную подушку так, как было нужно.       — Сон про переваренную пасту — это страшно на самом деле. Особенно, когда её варят в котле, словно ведьминское зелье. А куда ты ходил?       — По телефону поговорить, чтобы тебе не мешать, — Холмс целует Джима в макушку и укладывается поудобнее.       — А с кем это ты говорил ночью?       Джим перебирается через Шерлока, зависая на нем, прежде чем перекатиться на другую сторону.       — Наверняка со своим тайным любовником. Пока я болею, а ты вынужден находиться здесь, — Джим посмеивается, устраивая руку на груди Холмса и цепляя пальцами контуры татуировки через футболку.       — Ага. Именно. Ты меня раскрыл. А теперь давай спать. Я устал, — бурчит Шерлок, закрыв глаза.