Кто сказал, что я вру

Глава 2. Мира не будет.        Солнце ослепило её, она пощурившись и нехотя открыла глаза. Новый день. "Странно" - это была её первая мысль, наверно она сама, не подразумевая, дала название этому дню.        Настя всегда была хорошей девочкой, исправно ходила на занятия на танцы, хорошо училась, единственное, что она не могла постичь - отношения, здоровые отношения, не лишённые искренности, доверия и уважения. – Доброе утро, Настенька. – этот голос показался сначала совсем чужим, потом до неё дошло, что это Дима, который вчера остался на ночь, впрочем, который уже ночует у неё третий день. – Ты что, ещё не привыкла ко мне? – Дима, я только встала, что ты ко мне со своими распросами лезешь. – Её грубость не была неоправданной. Уже несколько дней она ходила с мыслью о том, что он ей изменил. Об этом ей сказала её знакомая, которая делала ей ногти. Ох уж этот маникюр, смотря на свои ногти она каждый раз вспоминала об этой сплетне, её уже тошнило от нового дизайна с сухоцветами. – Ну что ты такая злюка? Ладно, я пойду умоюсь, а ты сообрази что-нибудь поесть. – Дима, как ни в чём не бывало, поплёлся в ванную, оставив Настю с неприятным послевкусием утреннего похмелья и чувства полной потерянности.        Их история довольно неприятная. Дима бросил свою девушку ради неё, она бросила своего парня, и они в общем-то спелись. Сами, не видя ничего плохого в этом, испортили отношения с друзьями и знакомыми. Они правда не видели ничего в этом «такого». Они нравятся друг другу, старые отношения высохли и стали пресными, и им показалось, что они друг другу нужны. Но после расставания со своей прежней девушкой Дима продолжал с ней общаться, вешая лапшу на уши своим «может я поторопился», работать на два фронта пытался он изо всех сил, но как говорится: «за одним зайцем погонишься - ни одного не поймаешь».        «Да он не мог… Ну не верю я в это. Да, он ненавидит работу по дому, очень любит заниматься машинами в гараже, он не самый лучший парень на свете, но не может быть всё настолько плохо» - одни и те же похожие по смыслу фразы приходили Насте на ум. – Блять, ты всё ещё лежишь? Я же попросил пожрать приготовить, меня 20 минут не было. Сука, я уже опаздываю, ещё и не поем, спасибо! – Дима ярко выражал своё негодование, но лицо Насти осталось неизменно безразличным и холодным, хотя если приглядеться, то можно было заметить, как дёргается её глаз. «Наверно мне нужен корвалол».

***

– Да ну бред, зачем ему тебе изменять? Ты ему сосёшь - сосёшь. Ты ему даёшь - даёшь. Вот че мужикам ещё надо? – Лена, Настя и Олеся были в женском туалете, где обычно и проводили все перемены. Лена сидела на подоконнике и изредка высматривала кого-то в окно. – Правильно, девушка должна вовремя закрывать рот, но и вовремя открывать тоже, естественно. – Олеся утрировано пошутила, сделав акцент на последнем. Ей на самом деле не нравился Дима от слова совсем, но судьба распорядилась иначе, ей нужно было делать вид или не подавать его вовсе, она знала, что от её антисимпатии к нему ничего не изменится. – Девочки, я серьёзно. – А я абсолютно серьёзно. – Лена вскочила с подоконника. – Психология мужиков наипростейшая вещь. – Да, поэтому у тебя со Стасом всё так классно сложилось? - иронично подметила Олеся. – Про него вообще мне не напоминай, хочется забыть. – Лена отвела взгляд в сторону, глазами наткнулась на надпись на стене. – Девочки, вы меня не слышите вообще? – Настя развела руками, голос у неё дрожал. – Я не могу. Мне так страшно, а вдруг это правда? – Настя, вот что ты себе мозги ебёшь? Подошла и спросила. - Лена оторвалась от стены. – Так он ей и сказал. – Ответила Олеся. – Они все такие, если ты лично не видела - значит не было. – Продолжила мысль Лена. – Мне так страшно разочароваться. Я уже стою и думаю, зачем я вообще с ним связалась. С Мансуром было всё проще, хотя он тоже не лучше. – Ой, нашла кого вспомнить и о ком погрустить. С глаз долой и с сердца вон! – театрально провозгласила Лена. – Пошлите, сейчас звонок будет.

***

– Ты че ничего не ешь? – Дима хлебал суп, закусывая хлебом, в моменты, пока жевал, успевал вставлять свои три копейки и запивать оставшейся водкой. – Да мне не хочется что-то… – Настя была в ремиссии после своей болезни и до сих пор не могла восстановить нормальные отношения с едой, ей совсем не хотелось ни гречки, ни борща, даже при виде рекламы по телевизору пасты «Карбонара» её бросало в холод. – Ты так скоро совсем скелетом станешь. – сам пошутил - сам посмеялся, он ничего не знал, поэтому совсем не предполагал, что его, казалось бы, вроде безобидная шутка так остро резала и цеплялась за сердце. – Ага… – Настя сидела, облокотившимь локтём о стол, подперев голову. – Слушай, мы тут вчера такую тачку крутую видели, она у Магнита стояла, в неё сел какой-то пиздюк и уехал, я потом только догнал, что это мой какой-то давний кент был, ну и… – Дима… – Настя его перебила. – Что? – Ты только не волнуйся. Мне тут сказали, что ты был с Аней, когда я с театром на гастроли уезжала, это правда? – в ответ она услышала только как Дима поперхнулся от такого неожиданного вопроса, отставил ложку и вытер рот рукой. – Кто это тебе такое сказал? - он напрягся, это было заметно по всему его телу, по его голосу, по неестественной позе, в которой он замер. – Это правда? – Нет, конечно. Ты мне не веришь? – Мне сказали об этом 3 человека. – То есть ты им веришь, а мне нет, да, блять? – Дима начал повышать голос. – Дима, я просто хочу знать правду. – Я же, сука, сказал тебе нет. Нет - значит нет блять! Не было такого. Кто сказал? Им пиздец. – он уже приподнялся над столом, оперевшись на него руками. – Дима, не надо. – Настя приподнялась вместе с ним. – Ты че блять, реально этим пидорасам веришь? – Двое из них - твои друзья. – Это фраза повергла его в шок, он разозлился. – Да как ты блять можешь. Всё себе придумала, страдалица, хуева. Думаешь я не вижу, что ты только предлог ищешь? – Не надо так со мной разговаривать. – Настя попятилась назад, ей очень не нравилось то, что сейчас происходит, затряслись ноги. – Расстаться со мной хочешь? – Дима приближался всё ближе и ближе. – Расстаться, да? Попользовалась мной и хватит? Пока, Дима? – его лицо краснело в геометрической прогрессии. – Дима, ты пьяный. Успокойся, пожалуйста. – на глазах у Насти начали наворачиваться слёзы. – А схуяли ты меня успокаиваешь? –он подошёл к ней вплотную, тем самым прижав её к стене. – Дима, ты похоже перепил, реально… – с каждым словом её голос становился всё тише и тише. – Че, веришь всем подряд, кроме меня? А может это ты на стороне погуляла, а сейчас меня выставляешь хуесосом? – Нет, Дима… – она опустила голову вниз. – Да подумаешь, был с Аней всего разик, че теперь, отношения разрушать? – Настя подняла голову, на глаза наворачивались слёзы. «Значит правда…» – Дима, всё конечно. – Че ты ноешь то сразу? – он схватил её за подбородок. Эти слова стали финальными, последней каплей, она замахнулась и ударила его по щеке. – Сволочь… – по щеке катились две капли, маленькие жидкие стёклышки. – Да пошла ты! – Он ударил её в ответ, не пожалев силы. Она схватилась за ошпаренное место и скатилась вниз по стене. Вдруг он осознал, что сделал, теперь его голос изменился, поза тоже, глаза заблестели от слёз и от понимания, что он поднял на неё руку. – Настя… Настя, прости меня… Я что-то совсем озверел. Любимая, солнце, Настюшенька, прости меня, я дурак… – но она уже не слышала его, не видела его, перед глазами пелена.        Она разозлилась на жизнь, потому что никто ей сейчас не может помочь, никого нет вокруг, когда ей так нужна защита, но больше всего, её убило и парализовало от мысли, что он никогда больше не будет для неё защитой, он больше никогда не сможет её защитить, точнее она не позволит, чтобы это был он. Она сидела, оперевшись о стену, и проклинала день, когда познакомилась с ним. Их история и в правду была не очень приятной.