Грани Исагора

      …Морион стоял на стене замка, наблюдая, как очередная кучка беженцев со своим небогатым скарбом плелась по раскисшей от осенних дождей дороге. Вот навстречу к ним выехала группа воинов, быстро приблизилась, и после короткого разговора спешилась. Их места в седлах заняли дети и старики, а баулы солдаты взяли сами.       Юноша вздохнул. Беженцы прибывали отовсюду. Все те, кто не поверил Форгу, не поверил в виновность Ланналя; чудом избежавшие жестоких репрессий, те, кому удалось ускользнуть, стекались сюда, в крепость Маум. В ловушку. Крепость запирала собой узкое ущелье, и кроме главного хода отсюда вела только узкая тропа, где с трудом пройдет всадник на ловкой горной лошадке, сызмальства приученной преодолевать каменистые кручи. Все, кто собрался в Мауме, не смогут спастись по этой тропе, их легко настигнут и уничтожат.       Прошло уже два месяца после того, как дерзкий набег на Жемчужный дворец увенчался успехом. Вскоре после этого сибсы покинули гостеприимный дом Гаррена и ушли на самую границу Закха-Ками, где стерегла горный проход от разбойников и контрабандистов древняя крепость. Как оказалось, потом, очень кстати. Форг, взбешенный побегом ценного пленника, огнем и мечом прошелся по обезглавленной стране, выискивая недовольных его приходом к власти. Герцог был отнюдь не глуп, и понял, что побег организовали с помощью сильной магии, дать которую мог только Исагор.       — Мой король… — раздался негромкий голос из-за спины.       Морион чуть повернул голову, узнав говорившего, и чуть поморщился. Этим титулом его называли не по праву, но законный король был мертв, и следующим правителем Закха-Ками должен был стать именно он. Но капитана было не переубедить.       Принцесса оказалась права: теперь Ланналь из кожи лез, чтобы помочь осиротевшим Камартанам восстановить справедливость. Вот только молчаливее стал пуще прежнего. За то время, пока они добирались сюда, он не сказал и десятка слов, и лишь в последнее время перестал отвечать односложно и держаться так, чтобы быть максимально незаметным для королевских детей. Зато обеспечивать удобства для абсолютно непривычной к походной жизни Сианы и ее защиту с помощью Ланналя стало куда проще, пусть граф Гаррен и расстарался, чтобы снарядить сибсов для пути в Маум. В дороге принцесса не жаловалась, ни словом, ни жестом не дала понять, что ей тяжело, но Морион слишком хорошо знал сестру. Хорошо хоть, что они успели добраться до Маума до того, как наступила осень.       — Какие-то новости, Ланналь?       — Да, мой король. Новая партия беженцев. От реки Измы. Говорят, что их согнала с места не герцогская гвардия. Духи.       Морион стремительно обернулся.       — Они появились так рано? Но обычно они не просыпаются до снега…       — Исагор отныне не лежит на алтаре Пяти Стихий. Он не может защищать страну.       — Все верно, — опустил Морион голову. — Где Сиана? В лазарете или возится с книгами? Я хочу поговорить с ней.       — Ее высочество сейчас в библиотеке.       Библиотека в Мауме не могла похвастать большим собранием. Все книги, в основном по военному делу, легко умещались на паре стеллажей в кабинете интенданта, который с радостью уступил его на нужды принцессы, едва та проявила к ним интерес. Девушка сидела в удобном кресле, изучая ветхий фолиант. Морион подошел к сестре, и положил руки ей на плечи.       — Что ты читаешь на этот раз?       — Это землеописания. Тут кое-что говорится о событиях прошлого по мнению древних преданий народа ингайнов, которые сделали наш мир таким, каков он есть сейчас, — ответила Сиана, откладывая книгу на столик.       За прошедшие месяцы принцесса несколько осунулась, но ее глаза продолжали ярко сиять.       — А про духов в них есть упоминания?       — Совсем немного. В основном только то, что мы и так знаем. А почему ты спрашиваешь? — подняла она на брата тревожные глаза.       — Снова прибыли беженцы. Мне передали, что они бросили свои дома из-за духов Зимней Ночи, вышедших на охоту. Сейчас они еще очень слабы. Пока что.       — Тогда у нас остается мало времени, — сказала Сиана, крутя на пальце перстень, — а я до сих пор не знаю, как управлять Исагором.       — Ты справишься…. Ты найдешь ответ, — ободряюще улыбнулся Морион.       Девушка порывисто встала.       — Люди прибывают отовсюду. Слухи о нас расходятся все дальше, и Форг уже наверняка знает, что мы уцелели. Пройдет совсем немного времени, и к Мауму подойдет целая армия! Мы не выстоим против тысяч воинов! Нужно уходить отсюда.       — С того самого злосчастного дня мы только что и делали, что бежали! — воскликнул Морион. — А те, кто не попал в сети Форга, пришли сюда, потому что им просто некуда больше идти! Ты хочешь бросить их?!       — Не надо упрекать меня в черствости, — тихо проговорила девушка после некоторой паузы. — Но без нас эти несчастные не интересуют герцога.       — И ты хочешь отнять у них надежду, покинув их в этот час?       Сиана подошла к одной из полок, и пробежалась тонкими пальцами по потрепанным корешкам книг.       — В «Истории Закха-Ками» Алеомина я нашла упоминание о шаманах воинственного народа каомов. Мне кажется, знания об Исагоре не станут заносить в книги — они слишком опасны, если попадут не в те руки. Ты сам пробовал на нем заклинание Познания Сути и потерпел неудачу. Сапфир хорошо скрывает свои тайны. Мне кажется, рассказать о нем могут только наши предки.       — И ты хочешь воспользоваться помощью каомов, чтобы узнать у духов наших предков, как постичь магию Исагора?       — Да, — кивнула Сиана.       Морион взглянул на Ланналя, замершего у входа. Капитан мало рассказывал о своем прошлом, но как же сейчас принц обрадовался, что в свое время утишил гнев и скорбь.       — Хорошо, что среди нас есть каом. Как ты думаешь, твои сородичи помогут нам?       — Не знаю, мой король. Каомы не слишком любят выходить за пределы долины Анивир. Как и чужаков, — почти сразу ответил мужчина. Замысловатая татуировка на его щеке неопровержимо свидетельствовала, что он вышел из именно этого народа. Кто-то считал каомов сборищем примитивных племён, но Ланналь давно доказал, что это не так.       — Значит, нам придется посетить их, и просить о помощи…       — Мой король, — замялся Ланналь. — Вам не стоит покидать крепость. И принцессе Сиане тоже. Пусть гарнизон не очень велик, но он все же лучше сможет защитить вас. Чем я один.       — Но нам необходимо знать…       — Было бы лучше, если бы я один отправился к сородичам, и попросил их о помощи.       — Но ты же покинул своих лет пятнадцать назад. И тебе не с руки возвращаться туда, — несколько растерянно проговорил Морион.       — Кажется, у нас нет другого выхода, — негромко проговорила Сиана. Она улыбнулась бывшему капитану дворцовой стражи. — Я должна оставаться здесь, чтобы попытаться отыскать еще что-нибудь в этой библиотеке. А Морион — готовиться к осаде. Кажется, ты говорил, что при надлежащей подготовке эту крепость не взять и за год…       — Значит, все решено, — подытожил принц.       — Будь осторожен, Ланналь, — тепло проговорила Сиана, заставив мужчину опустить глаза.       …Медленно вставало солнце. В по-осеннему нежарких лучах постепенно рассеивались последние клочки тумана.       Ланналь остановился на опушке леса и пристально взглянул на могучие деревья. Когда-то они были границей его мира, пока он не ушел, куда глаза глядят. Было невероятным совпадением, что через полгода бесцельных скитаний каом наткнулся на короля. Промысел духов, не иначе.       За спиной осталось пограничье, где жили суровые, сильные люди. Ланналь совершенно осознанно обогнул все поселения. Сейчас скрытность была его лучшим оружием. Здесь селяне традиционно были крайне преданы царской династии, но Форг слишком быстро прибирал обезглавленную страну к рукам. Его притязания поддерживали наемники; они были силой, с которой следовало считаться.       «Откуда только деньги взялись?» — как-то в сердцах заметил Морион.       На опушке леса, непроходимого для всадника, Ланналь оставил коня, даже не подумав его стреножить: хитрый мерин все равно перегрызет путы. Оставалось лишь надеяться, что на обратной дороге он явится на зов, а если нет, то додумается прибиться к ближайшей деревеньке, видневшейся вдалеке.       «Если смогу вернуться», — мрачно подумал Ланналь, и тут же отогнал пораженческие мысли.       Он не подведет принцессу, молодого короля и всю Закха-Ками!       Бывший капитан дворцовой стражи поплотнее запахнул плащ, в последний раз прислушался к безмятежному щебету птиц, и шагнул под сень леса. Рука покрепче сжала оружие — короткое копье с длинным, несколько изогнутым острием. Соплеменники Ланналя называли такие копья тейклами.       …День спустя он стоял на холме, охраняющем вход в долину Анивир — уже прошло больше пятнадцати лет, как он покинул ее, в общем-то, и не собираясь возвращаться. Ланналь стряхнул нерешительность, заплел волосы на затылок, чтобы было лучше видно клановую татуировку, и шагнул в долину. Оставалось лишь надеяться, что откуда-нибудь не прилетит стрела. Память услужливо напомнила, по какой тропке легче и быстрее добраться до центрального поселения. Спиной Ланналь постоянно чувствовал чужой взгляд, но никак не мог заметить сородичей, а птицы вроде бы возмущались лишь его присутствием.       Вдруг воин наступил в палой листве на что-то инородное. С необычайной скоростью ступни захлестнула веревка, и даже стремительный прыжок в сторону не спас капитана от заарканивания. В кусты рядом откуда-то сверху рухнуло тяжеленное бревно, веревка натянулась, и Ланналь оказался подвешенным вверх ногами.       Чуть придя в себя после такой радикальной смены положения в пространстве, каом, мысленно похвалив мастерски спрятанную ловушку, выхватил нож, и, изогнувшись, одним взмахом перерезал веревку. Мягко спружинив, мужчина приземлился рядом с выроненным от неожиданности оружием. Однако только он потянулся к нему, как перед лицом возникло сразу несколько лезвий тейклов…       …Среди беженцев, собравшихся в Мауме, нашелся каменщик, да и комендант Маума Коллон смыслил в военных укреплениях. Сейчас воины пополам с землепашцами на волокушах таскали в крепость камни для снарядов, а несколько человек, повиснув в специальных люльках, замазывали щели между камнями скрепляющим составом.       Архитекторы не стали перегораживать весь проход через Фаилионы, а поэтому Маум приткнулся к одной из стен. С трех сторон от крепости в небо вонзались неприступные пики, а ворота выходили как раз на горный проход. Саму стену, имевшую не очень большую протяженность, усиляли три башни. За главной стеной была отстроена еще одна — пониже. Солнце освещало центральный дворик Маума только несколько полуденных часов, а в остальное время крепость заливал сумрак.       Женщины и подростки, сопровождаемые небольшими отрядами воинов, спешно пополняли запасы провизии в леске и полях близлежащей деревни. Двое почтенных купцов, которые вели свои караваны с различной провизией в соседнюю страну Элиму, были сильно раздосадованы, когда их товар был конфискован Морионом для нужд своих людей. Конечно, принц выдал купцам расписку, но те понимали, что на самом деле эта бумага будет действительна, только если принц сможет победить узурпатора, а в этом-то они и сомневались.       Морион, трудившийся наравне со всеми, то и дело ловил на себе взгляды, полные надежды и… тревоги. Юноша и сам осознавал, что выдержать удар многотысячной армии четырем сотням человек, из которых две третьих — мирные селяне, почти невозможно. Вдобавок, на стороне Форга были маги, а сибсы до сих пор не могли овладеть могуществом Исагора. Однако с присущей ему уверенностью юноша смело смотрел в будущее… Чем дольше он держится, тем дальше расходится среди населения радостная весть, что принц Камартан с сестрой живы и жаждут вернуть свой трон. И тем меньше сил сумеет собрать Форг. И пусть он сколько угодно утверждает, что в Мауме засел двойник-мошенник, выдающий себя за юного наследника трона, люди со временем поймут, кто настоящий узурпатор.       …Как-то утром помощница кухарки собралась набрать воды для завтрака. Колодезное ведро, лязгая цепью, опускалось как-то слишком долго, а потом ударилось обо что-то твердое. Девушка с недоумением заглянула в темный провал колодца, но не увидела привычного блеска воды вдалеке. Ее удивленный возглас привлек внимание солдата, несшего стражу неподалеку. Воин тоже заглянул в колодец, а потом яростно выругался.       — Вода ушла. Они хотят взять нас измором!       Маги Форга нанесли первый удар…       …Сиана выпускала в мишень стрелу за стрелой. Тонкие пальцы нащупывали хвостовик, накладывали стрелу на тетиву, натягивали лук, отпускали, и стрела, чуть слышно гудя, упруго уходила вперед. Тонкое древко еще дрожало, когда рядом вонзалась новая стрела. Стрелять ее учил Ланналь. А сейчас он ушел в неизвестность, к своим родичам, которых покинул когда-то явно не по своей воле. Капитан мало рассказывал о своей родине, но принцесса знала, что каомы были сильным и суровым племенем.       Обычно стрельба помогала сосредоточиться, и спокойно оценить ситуацию. Понять, где вкралась ошибка, и отыскать правильное решение.       Рядом тренировались воины и крестьяне. В лесном краю каждый умел обращаться с луком с младых ногтей. Оружейная была опустошена, но все равно — оружия катастрофически не хватало, и большинство полагалось на пращи и увесистые камни, которые виртуозно метало. Такой снаряд мог оглушить латника на несколько часов, и вывести его из боя. Убивать своих же соотечественников никому не хотелось.       Тут же тренировался и Морион. Он, вместе с другими солдатами постарше, натаскивал беженцев в борьбе на шестах. Меч требовал слишком много времени для искусного овладения, а те, кто заперся в Мауме, времени как раз не имели. А хорошие колья превосходно подходили для того, чтобы отбиваться от нападающих.       У ворот началась какая-то возня. Хватило одного взгляда, чтобы понять, что это вернулись те, кто ходил за водой, и сейчас, отвязывали бурдюки от седел. Колодец высох и в ближайшей деревне, поэтому они уходили значительно дальше — к реке…       — Так за водой не находишься… — пробурчал какой-то мужчина.       Сиана нахмурилась. Этот мужчина был прав — стоит только Форгу блокировать подходы к крепости — и через пару дней защитников можно будет брать голыми руками. Уже сутки крепость была без воды…       Когда девушке сообщили плохие вести, Сиана сначала растерялась. Потом она сама осмотрела колодец, и даже попросила достать немного грунта со дна, хоть и плохо представляла себе, что с ним потом делать. Воины на веревочной петле опустили вниз бойкого мальчугана, чьи односельчане бежали от Духов Зимней Ночи. Тот, достав несколько камешков, протянул их Сиане, и с надеждой спросил:       — Мы ведь победим, правда, принцесса?       Сиана улыбнулась непослушными губами, и потрепала мальчика по льняной голове.       — Конечно, — только и смогла она выговорить тогда…       …На осколках обнаружились следы магии — вода действительно ушла из-за чьего-то злого умысла. Если волшебство высушило колодцы, то им же можно их снова наполнить. Однако свои собственные силы Сиана знала, как очень и очень маленькие — ее не обучали как мага, и Мориона тоже. Все, на что они могли рассчитывать — это Исагор, но сибсы не умели управлять этим древним магическим инструментом. Сейчас у них оставались только кулоны для мысленной связи и перстни.       — Перстни… — задумавшись, Сиана не заметила, как произнесла это вслух.       — Госпожа? — недоуменно спросил солдат, пристреливавший рядом арбалет.       Девушка перевела на него задумчивый взгляд, и внезапно улыбнулась. Она вручила удивленному воину свой лук и колчан, и бросилась к людям, ходившим за водой. Там она попросила налить себе в кружку воды, а потом позвала брата.       Юноша стремительно подошел с ней. По ее лицу он уже понял, что сестра нашла какое-то решение.       — Перстни — это ключи к силе Сапфира, — сказала девушка. — Мы никогда не использовали их по-настоящему, кажется, мы даже на десятую часть не постигли их мощи…       Морион на ходу поразмыслил, и принял правоту сестры.       — Что теперь? — спросил он, когда сибсы остановились у пересохшего колодца.       Сиана же достала камешки из колодца, и опустила их в кружку, полученную у водоносов, и протянула принцу руку. Морион нашел ее ладонь, а второй рукой прикоснулся к кружке, начав понимать ее замысел. Считалось, что Исагор может понимать устремления людей, особенно направленные на их благо.       — Давай, — шепнул он.       «О Исагор, могучий Исагор, — взмолилась девушка. — Дай частицу своей мощи тем, кто в ней нуждается, позволь воде вернуться…»       Сиана молила камень как живой, пытаясь через перстень, словно тот был кулоном Астральной связи, достучаться до Исагора. Одновременно она пыталась представить, как сухие сейчас камни на дне колодца влажнеют, между щелями появляется вода, и вот она стремительно поднимается все выше и выше…       «Одари нас частицей своей силы, тех, кто приходится родней твоим создателям, дай коснуться своей силы, не позволь умереть невинным» … — обращалась девушка к Исагору. Морион тоже повторял похожие слова, веря в чудо и неистово желая, чтобы эта попытка увенчалась успехом.       В висках внезапно заломило, однако сибсы не ослабили усилий. Внезапно им показалось, что от перстней вверх по рукам распространяется приятная прохлада, но тут боль стала совсем нестерпимой, и Сиана с легким стоном отпустила руку брата.       — Не получилось… — еле слышно проговорила она. — Я не могу больше…       Морион же прислушался, а потом заглянул в темный провал.       — Ты слышишь? — спросил он. — Ты слышишь это журчание? Вода вернулась! У нас получилось. Слышите, люди?! Вода вернулась! — воскликнул юноша.       Крестьяне и воины, женщины и мужчины — все разразились радостными криками. А сильно побледневшая Сиана вымученно вздохнула, и тоже улыбнулась. Она только что одержала первую победу в нелегкой войне, что вот-вот должна была разразиться…       — …Подобный способ применяли тысячу лет назад — принцип подобия. Сейчас есть куда более эффективные заклинания, однако и древняя магия еще способна преподносить сюрпризы, — рассказывала Сиана позже, забравшись в большое кресло в одной из комнат Маума. — В этой библиотеке я не нашла подробных инструкций для подобных случаев, а действовала по наитию. Мне казалось, что так будет правильно…       — У тебя получилось, родная моя, — ответил Морион. — Начало положено, и мы вскоре раскроем тайну Исагора.       — Все не так просто, — покачала девушка золотоволосой головкой. — Я понятия не имею, как именно сработала магия Сапфира. Хотя могу предположить, что приспешники Форга уже знают, что их чары нейтрализованы, и не станут медлить. Кто скажет, что они выдумают в следующий раз? Сможем ли мы снова устоять? Не знаю…       — Сможем. Обязательно сможем.       Более импульсивный и нетерпеливый, чем сестра, Морион привык решать проблемы, когда сталкивался с ними — и не загадывал на завтрашний день.       Сиана промолчала, не желая спорить, однако ее терзали сомнения в успехе их дела… и тревога за Ланналя.