Убить или умереть: воспоминания

— ... Гурен, я, кажись, минут через пять умру, - положа руку на истекающий кровью бок, Шинья шёл по тёмному переулку и чуть ли не падал, совершая каждый новый шаг. — Не смей так... говорить, - брюнет, держа одной рукой катану, сам готов был упасть ничком. — Ты прав... проще взять и застрелиться на месте, - Хиираги с толикой самоиронии сглотнул слюну и выдохнул. Пилик-пилик. — Босс, блядь... где же ты раньше был? Гурен ответил на звонок: — Мы в переулке. Который за табачкой... А-ага. — Он едет? - Шинья прислонился спиной к кирпичной стене. — Да, сейчас будет, - Гурен смахнул пот со лба. Было очень жарко. Было невыносимо. Хотелось упасть и погрузиться в небытие. *** — Вы молодцы, ребятки, а дальше я сам, - Мацумото, глядя на двух пареньков, сидящих бок о бок в квартире босса, помотал головой, и продолжил: — К вам скоро придёт врач и подлатает. — Мацумото-сан, - Гурен, сидя на стуле и прислонившись плечом и головой к Шинье, сглотнул слюну смешанную с кровью, - ничего, что Ваша мебель потом будет похожа на старые вонючие тряпки? На это мужчина только рассмеялся: — Да нет, эта мебель и так уже вонючая и старая. Ичиро Мацумото достал коробочку с пулями из ящика, высыпал несколько в специальный мешочек, сочувствующе и, даже, будто извиняясь лишь одними глазами, глянул на мальчишек и сказал: — Дальше я сам. Он выдержал паузу. — Я дам вам отпуск и хорошо поощрю. — Главное не сдохнуть. — Мне нравится твой сарказм, Гурен. Мацумото накинул пальто и напоследок произнёс: — Главное, дождитесь прихода врача. Эта женщина знает своё дело. *** Ичиро Мацумото сомневался, когда отправлял Шинью и Гурена разобраться с мастером боевых искусств, который, между прочим, изобрёл свой боевой стиль, и который в бою использовал свои острые ногти, которые он как-то там по-особенному затачивал наждачкой ( а может, и нет )... Короче говоря, оставлял он царапины знатные; бил сильно, и по слабым точкам человека. — Йо, Шуичи! - крикнул Мацумото и достал револьвер. Он встал посередине помещения, все стены которого - чистое прозрачное стекло. — Что, мудила, уже наложил в свои штаны? Из тени появился худой японец, одетый лишь в одни широкие потрепанные штаны - скорее всего это его так Шинья и Гурен вымотали, что оставили без верхней одежды. — Эй, ты! - прошипел мужчина и ударил себя в грудь кулаком и тут же закашлялся - видать, не рассчитал силу. Его длинные, торчащие в разные стороны каштановые волосы, качнулись из стороны в сторону и прилипли к щекам. — Ты, блядь! - Шуичи встал в боевую стойку и тряхнул головой. — Ну, говори, - Мацумото нажал на курок, - не тяни кота за яйца. — Ты хоть знаешь, на кого я работаю? И знаешь, что будет, мудак ты старый, если я сдохну? — Мммм, - Мацумото сделал вид, будто ему очень интересно. — На Проколотого Аки, - японец начал залихватски смеяться, с каждой секундой всё громче и громче. Мацумото застыл. Его палец сам нажал на спусковой курок, и в помещении раздался такой оглушительный звук - выстрел, как будто напоминающий о конце света. — Ты, блядь, знаешь о чём говоришь? - Ичиро Мацумото направил револьвер на Шуичи. Тот, не сопротивляясь от слова совсем, стоял как ни в чём не бывало. — Конечно, знаю. Он провел рукой в месте, где были видны вены - по бицепсу левой руки, и оттуда хлынула свежая кровь. — Где эта падла сейчас находится? - Мацумото крикнул что есть мочи. Он всё ещё держал противника на прицеле. — Не. Ска. Жу. "Прошло лет тридцать точно, - Мацумото сглотнул, - а этот хуй всё ещё жив. Странно, что про него ничего не было слышно". — Мужик, да брось, - Шуичи запрокинул голову, - да на кой чёрт тебе этот дряблый коксовый старик? — А ты что, волнуешься за этого пидора? - и Мацумото выстрелил. Пуля попала в плечо. — Хоть ты и владеешь приёмами карате и тому подобное, - Мацумото сделал сильный акцент на последнем слове, - но от пуль тебе не увернуться. Парниша ухмыльнулся и принялся доставать пулю из своего тела: медленно, но верно; тактично и болезненно. Хоть он не подавал знаков о том, что ему было больно и о том, что он может получить пулю в лоб, Шуичи продолжал насмехаться над Ичиро Мацумото. Вновь выстрел - мимо. Ещё один - всё также мимо. Мацумото наблюдает лишь безразличное выражение лица Шуичи. Мацумото быстро смотрит на часы - прошло грёбаных полтора часа. Результата ноль. — Открою тебе секрет, старик, - пока Мацумото быстро перезаряжал револьвер, Шуичи потягивался - и где же его инстинкты самосохранения? — Хоть Проколотый Аки выглядит ёбаным дряблым стариканом, хватку свою он не растерял. Неет, - он запнулся и сплюнул на землю, - хуй там был. Шуичи, рассекая воздух побежал на босса Мацумото. Момент - и он сильно ударил Мацумото под дых. Мужчина на мгновение растерялся и будто его сознание покинуло тело. Он почувствовал, как его одолевает слабость. "Вот дерьмо", - Мацумото выронил из руки револьвер. Японец упал на колени, и его голова сама собой наклонилась вправо: "Да ну нахуй", - только и подумал Мацумото, и из его носа хлынула кровь. — Давай так, старик, - Шуичи присел на корточки и посмотрел в глаза Мацумото, - я тебя убиваю одним ударом, и мы расходимся. Парень показывает боссу Мацумото "фак" и улыбается. — Да пошёл ты, - в ответ босс Мацумото слизал с верхней губы и усов струи крови, и вместе со слюной плюнул в лицо Шуичи. Если умирать, то точно не стоя на коленях. Если умирать, то достойно и с гордостью. Момент. Вспышка! Выстрел. "Ну и чушь написали про нашу деревню, правда, Ичиро?" "А?" "А, прости, Аки. Я пропустил всё, что ты прочитал". Не даром говорят, что перед смертью проносится перед глазами жизнь. А как же все те истории с ужасами в дешёвых газетёнках? "Моя мечта - перебраться в Токио! Там круто! Говорят, в столице прошло открытие Токийской башни! Она... Высо... ченная... наве... рное..." Что же там было? Какая она была та башня? Какой мы её видели? *** Сорок минут назад, когда женщина только-только ушла, оставив Шинью и Гурена наедине, парни с облегчением выдохнули. Но этого облегчения не хватило надолго. — ... почему босс не отвечает? - Шинья закусил губу и его руку задрожали. — Наверное, он забыл позвонить, - перебинтованный Гурен встал с кровати и пошёл на кухню. Он взял стакан и налил воды. И как только он поднёс прозрачный стакан, то нечаянно выронил его из рук. Стакан разлетелся на множество мелких осколков, а вода растеклась по полу. Гурен с трудом присел и начал собирать в руку осколки - по неосторожности он поранил палец, и тонкая струя крови потекла вниз, оставляя на мозолистой коже силуэт, напоминающий размотанную нить. Брюнет позвонил Мацумото. Тишина. Ещё раз - тишина. — Поехали обратно, - твёрдо произнёс Ичиносэ и взял в руку катану. Шинья только кивнул. Конечно, они могли бы сейчас сидеть в уютной квартире... Но эта грёбаная совесть не могла им позволить бросить босса. *** — ... ну и что, мужик? - растягивая слова, Шуичи всё ещё сидел на корточках. — Всё молчишь, да? - он тяжело выдохнул, будто в чём-то разочаровываясь. — Ну ладно. Я-то думал, ты перед своей смертью будешь меня умолять. — Не смеши меня, - одними губами вымолвил Мацумото. Враг пожал плечами и, выставив вперёд кулак, замахнулся. С огромной скоростью "летел" вперёд кулак - только и были видны выступающие окровавленные костяшки. Осталось меньше секунды. Нет, даже ещё меньше, настолько, что этому не было исчисления. — Не смей. Трогать. Босса! Перед глазами вихрем пронеслось лезвие катаны. — А? В его голове послышался звук, напоминающий тихий секундный звон колокольчика. Шуичи обернулся и увидел перед собой знакомые лица. Его губы нервно поднялись наверх, изображая кривую полуулыбку, а над бровями появились глубокие впадины, которые с каждой долей секунды становились всё глубже и глубже. Ещё немного и, казалось, его физиономия исказится и лопнет ко всем чертям. — Твои противники всё ещё мы, ебливый урод! - Шинья прицелился и выстрелил Шуичи в ногу. — Шинь... я, - босс очень тяжело дышал и хрипел, - Гу.. рен... Парни вышли вперёд, заслоняя собой Ичиро Мацумото. — Ну, - Гурен достал самурайский меч из ножен, - чего ты стоишь, стрыхуила? Шуичи облизнул губы и пошёл навстречу парням, которые готовы были рискнуть жизнями, лишь бы защитить босса. Опередив противника, на него побежал Шинья и ударил того кулаком по подбородку и затем, вложив все свои силы, ударил того в левый глаз и двумя пальцами, как бы это ни было противно, блондин достал склизкое глазное яблоко из черепа японца ( он даже почувствовал как его пальцы дотронулись до рельефной поверхности кости ). — У тебя всё гадкое, - Шинья сжал рукой глаз, и тот, разлетаясь на кусочки, лопнул. Шуичи заорал, как резанный. Дрожащими руками он дотронулся до лица, а затем начал щупать пустую глазницу, из которой хлестала свежая кровь. — Пора подыхать, - Гурен посмотрел на наручные часы. Парень ощутил на своём плече ладонь - то встал на ноги босс. Он не произнёс ни слова, но даже так, Гурену и Шинье было понятно, что он собирается сделать. Ичиносэ протянул боссу Мацумото катану. Взяв за рукоятку меч, мужчина медленно пошёл к кричащему от боли и мечущемуся из стороны в сторону Шуичи. — Будет, что сказать перед смертью? - Мацумото усмехнулся, пытаясь спарожировать врага. Тот продолжал кричать, но уже намного тише. — Жаль, - босс сплюнул на землю, - я-то думал, ты перед своей смертью будешь меня умолять. Шуичи упал на колени. Не было смысла умолять кого-либо. Потому что то, чем совершается это действие, медленно катилось по земле, оставляя на ней бордово-красный след. *** — ... Ючи-сан, - Мацумото пожал своей заляпаной кровью рукой протянутую руку Вольфу. — Знакомые лица, джентльмены, - Вольф оглядел Шинью и Гурена с ног до головы. — Ясен хрен, знакомые... - Шинью толкнул в бок Ичиносэ. — Как видите, у нас всё путём. — О, это видно невооружённым взглядом, - Вольф улыбнулся. — Ладно, - Ючи Вольф закашлялся, все в машину. *** — ... я довезу всех до дома Мацумото-сана, - Вольф резко повернул направо - Гурен и Шинья аж встрепенулись. — Раз сегодня все в сборе, - Вольф повёл одной рукой и достал из кармана сигареты. — Ты же не куришь в машине, грёбаный ты хрен, - Мацумото рассмеялся, и у него защемило в боку: — Ай, блядь... — К сожалению, друг мой, с недавнего времени мне теперь всё можно. — Ай, чертяга, решил пуститься во все тяжкие? - Мацумото стал вести "шутливый" диалог, чтобы хоть как-то разрядить напряжённую обстановку. — У меня рак. Вольф быстро посмотрел на Мацумото и спокойно продолжил вести машину. Стряхнув в окно пепел, он сделал новую затяжку. — Вольф-сан, - Гурен, знающий мужчину совсем немного, ощутил как слёзы подступают к его глазам, а дышать становится всё тяжелее. — Да ладно тебе, Гурен, - Вольф посмотрел в зеркальце в салоне и улыбнулся, - в Индонезии, вон, смерть - это праздник. Там танцуют, гуляют... А чего плакать-то?.. — Тогда можно, - голос Гурена задрожал, - можно я поплачу до Вашей смерти? Ючи Вольф ничего не ответил и только улыбнулся: "Хитрец", - подумал он. И продолжил вести машину, не отклоняясь от длинного и долгого пути.