Я - одиночка

Проснувшись, как всегда, помятой, я стала в спешке собираться в школу - проспала и опоздала. Ничего удивительного или из ряда вон выходящего. На улице шел мелкий редкий снег, предвещающий скорое начало зимы. Холодный ноябрьский ветер бил мне в лицо, заставляя морщиться и жмуриться. Я перехожу дорогу, почти не соображая, что делаю и куда иду. Это приводит к тому, что едва не угождаю под машину. Мне сигналят и что-то кричат, а я, дернувшись, перебегаю "зебру" и дальше иду к школе спокойным шагом. Уже плевать на опоздание, на то, что скажут обо мне учителя. Лишь бы не догадались начать звонить родителям в один прекрасный момент... Придется снова придумывать что-то, изворачиваться, применять всё свое актерское мастерство, какое дарено природой. *** Уроки пролетели. Только потому, что я половину благополучно проспала за задней партой. Нельзя так себя вести, Елена. Нельзя! Иначе они поднимут вой, станут вызванивать родителей с намерением рассказать обо всех моих промашках. А что родители-то? Их не вернуть и им уже всё равно. Наверно. Зайдя в автобус, нашла единственное свободное место среди всех занятых. Спина и ноги тотчас заныли, напоминая, что так нельзя. Нельзя себя морить полусном и выдавать это за норму. Вот только кто мне дал средства на психологов и время - для хобби, чтобы отвлечься? Работа - не выход из этого состояния. Просто потому, что в книжную лавку никто особо не заходит. Правильно, у всех есть Интернет и любую книгу в нынешнее время можно запросто скачать. Зачем им бумажный вариант? Но, выделываться не приходится. Работа нужна, либо я сдохну от голода. Пусть платят мне не сильно много - но на оплату жилищных услуг и еду вполне себе хватает. Интересно, гордились бы мной мама с папой? *** Так прошла еще неделя - скучная и бессмысленная, какой и казалась мне вся жизнь после гибели самых родных и дорогих людей. От работы до школы и к дому. Девушка, что взяла тогда "Дары кровника", так и не появлялась. Хотя, быть может, ей некогда читать. Работает там, учится ли. Не знаю, если честно сказать. Меня больше интересовал вопрос: сколько я еще смогу так держать марку? Сколько мне будут верить насчет родителей? До семнадцати лет осталось пара месяцев, до восемнадцати - год. Я раздумывала, как поступить. Два варианта: либо найти колледж с общежитием, либо начать откладывать что-то и снимать комнатку. А дом родителей - сдавать. Пусть не самая лучшая идея, пусть нехорошо поступила бы. Но что еще делать? Раздумывая над дальнейшей своей судьбой, я не заметила, как пришла к кладбищу. Сколько же я так шла? До кладбища от моей работы довольно далеко. Километра два, точно. Я настолько заплыла в свои мысли, что перестала видеть всякие берега. Так и еще дальше есть риск уйти - вообще из города. И не заметить! Подойдя к могиле, нужной мне, я взглянула поближе на фото. Их и хоронили тоже вместе, вдвоем. Чтобы они не расставались никогда - в горе, в радости. В жизни и после смерти. На меня смотрели глаза мамы и папы, такие родные, счастливые. Оба улыбались, обнимая друг друга. - Как же мне трудно, больно без вас! - вдруг неожиданно для себя произнесла я, вложив в эти слова всю гамму чувств, переполнявших меня тогда. А потом - разревелась, опустившись на скамью рядом с их могилкой. Наверное, девочка, ревущая посреди пустого кладбища, когда кругом лежит легкий снег и время почти вечер, выглядит жутко, страшно. Но я ничего не могла поделать с этими слезами. Я не могла вмиг их остановить, сдержать или спрятать в себе. Меня будто отпускало от чего-то тяжкого, грузного. Как камень падал с души, позволяя мне с каждой новой слезой вздыхать свободнее. Кома в горле больше не было, как раньше, все эти несколько месяцев. Как можно было тащить в себе это всё? Как можно было забыть о жалости к себе, хоть иногда? Ведь это даже полезно! Нежели сдерживать свои эмоции и прийти к состоянию, в итоге, что называют, "до ручки". Кому оно надо? Верно, никому. Никому не нужны твои слёзы. Но вот пореветь в одиночку никто не запрещал. *** Проревевшись, я направилась к воротам. Ни страха, ни какой-то паники на кладбище не ощущалось. До сего дня. Когда я отошла от ворот на расстояние пары метров - стало так холодно. Это не было результатом погодных условий, а больше смахивало на лихорадку. Меня начало морозить, бросая то в жар, то в холод за считанные секунды. Еле набрав номер такси, назвав адрес, я стала ожидать. И не было никакой надежды, что за мной приедут. Действительно, время почти семь вечера. На улице темнота. И звонит девочка-подросток, с просьбой забрать её от ворот последнего пристанища. Холодный воздух проникал под ветровку. Я тряслась, моля только о такси. Или о чем-то другом теплом и тихом. С тихой музыкой, с разговорами ни о чем... Я понимала: скоро усну. А идти куда-либо не было никаких сил, да и желания, вообще, тоже. К кладбищу подъехала машина, сверкая фарами. Я прикрыла глаза от резкого света. - Мисс, вы вызывали такси? - Да, это я. *** - Чёрт, чёрт! Что вы тут делаете?!