Пороки добродетели

День зимнего солнцестояния не был никаким праздником. Но именно в этот день каждый считал необходимостью зайти в какой-нибудь храм, принести подношения, зажечь благовонии и помолиться богам, чтобы жадность, трусость, малодушие и предательство стороной обошли их дом. Чтобы демоны наживы и страсти, пьянства и азарта не заглянули к ним в окна и не проникли в их сердца. Два часа назад Ши Сяо отнёс старому учителю суп и отвар женьшеня, предупредил, что пойдёт в город, чтобы попытаться найти лекарство и вот теперь ходил по улицам Тяньлена в поисках двери в Лунный город. Недаром говорят, что тот, кто ищет — обязательно найдёт. Вот и Ши Сяо, свернув в очередной проулок между домами, заметил узкую калитку, контур которой светился бледным белым светом. Осторожно потянув за кольцо, Ши Сяо приоткрыл калитку, но заходить внутрь не спешил, решив для начла оглядеться. Но стоило ему только чуть высунуться, как чья-то рука схватила его за плечо и выдернула из дверного проёма прямо на улицу Лунного города. — Ну вот, наконец-то я дождался! — поревел рядом громовой голос. От сильного толчка Ши Сяо пробежал вперёд несколько шагов и развернуться. Сбоку от калитки, опершись спиной на стену стоял огромный Хушэнь и радостно скалил свою тигриную пасть. Ши Сяо всегда умел быстро оценить ситуацию, а ещё учитель часто повторял, что вежливость — это первый шаг к собственному здоровью. Поэтому, юноша глубоко вздохнул, сложил руки перед собой и низко полонился. — Прошу простить меня, покровитель тигров, за то, что заставил тебя ждать. Если бы я знал о предстоящей встрече, то поспешил бы прийти на неё намного быстрее. — Ты мне нравишься! — рассмеялся Хушэнь. — Вежливый, не то, что другие, которые сначала пытаются напасть, а после орут от страха, когда понимают, что их боевая ци пропала. Ши Сяо знал, что покровитель тигров дух не враждебный, хоть и грозный. И то, что он притаился в засаде у калитки, вполне в его духе. Зато Хушэнь не в меру любопытен и болтлив, а значит от него можно узнать много полезной информации. — А почему у воинов исчезает боевая ци? — поинтересовался Ши Сяо. — Потому, что Лунный город принадлежит Гуан Юэ, а он не любит, когда здесь устраивают драки. Господин снисходителен к ворам, но на дух не переносит убийц. Им покровительствуют боги войны, а с ними у Гуан Юэ большие разногласия. Всё дело в том, что когда начинается война, людей беспокоит лишь собственная жизнь, и они перестают играть, выпивать и развлекаться. А для господина это плохо. Так что если ты пришел просить Гуан Юэ о чьей-либо смерти, то никому не говори об этом. Особенно господину. Я ведь прав, да? — прищурился Хушэнь. — Ты пришел в Лунный город, чтобы найти игорный дом и сыграть с господином в кости? Идём, я покажу тебе дорогу. Вы, люди, все за этим приходите. Что ты хочешь получить от Гуан Юэ? Богатство, славу, власть или женщину? Ши Сяо даже растерялся, когда дух ухватил его за шиворот и потащил по улице, как неразумного ребёнка. При этом юноша чуть не потерялся в нескончаемом потоке болтовни Хушэня, но сумел ухватить основную мысль. — Да, я действительно хочу сыграть с Гуан Юэ, но просить я буду не для себя. Я готов отдать десять лет своей жизни, чтобы человек, который меня вырастил, выздоровел и прожил их за меня. — Ничего у тебя не выйдет, человек, — по-кошачьи фыркнул Хушэнь. — Потому что это не одно, а целых два желания. Если ты попросишь о десяти годах жизни, то твой воспитатель может провести их в боли и страдании, таких, что смерть покажется избавлением. А если ты попросишь о здоровье, то он обязательно вылечиться, но может уже на следующий день подавиться рыбной костью! — И что же мне делать, уважаемый покровитель тигров? — А ты проси о десяти годах здоровья. Ведь если человек будет здоров, то он будет жив. А если он будет мёртв, то не будет здоров! Ну, вот мы и пришли! Хушэнь толкнул юношу вперёд с такой силой, что тот растянулся на земле. Поднявшись на ноги, Ши Сяо увидел, что оказался перед входом в красивый дом с деревянными колоннами и крышей, украшенной резьбой. — Эй, человек, потом расскажешь мне, как сыграл! Мне любопытно! — рыкнул покровитель тигров и одним длинным прыжком скрылся с глаз. Игорный дом Лунного города отличался от любого другого подобного заведения цветом внутренних стен. Они были выкрашены в белый, в цвет траура и одежды мёртвых. А сами столы были сделаны в виде раскрытой книги, будто намерено отгоняя удачу. Ведь слово «книга» и «проигрыш» звучат одинаково. Да и в пайгу, мацзян и сянци играли не люди, а демоны и духи, ставя вместо денег на кон свои прегрешения, проказы и вредительства. Ши Сяо остановился возле одного из столов, чтобы осмотреться и стал невольным свидетелем того, как два демона азартно кидали кубики, решая, кому из них выпадет удача испортить свадьбу дочери городского судьи. Демон разврата поставил на кон то, что он сумеет толкнуть девицу на измену, а жених увидит её с любовником. А демон алчности же собирался убедить жениха отказаться от невесты ради другой, некрасивой, зато более богатой. Ши Сяо не знал, как выглядит Гуан Юэ, но подозревал, что хозяин заведения и всего Лунного города вряд ли будет развлекаться с мелкими бесами. Внимательно оглядев зал, юноша заметил ступени, ведущие к возвышению, отгороженному от основного зала шелковой занавеской. По ту сторону полога горел фонарь, отчего на белом шелке была видна тень человека, сидящего внутри. «Даже если это не сам Гуан Юэ, то уж точно кто-то влиятельный», — решил Ши Сяо и уверенно направился к своей цели. — Могу я нарушить ваше уединение, господин? — Ши Сяо поднялся по ступеням и низко поклонился он человеку за занавесью. — Своим вопросом ты уже это сделал, — тихо усмехнулся тот. — Меня зовут Ши Сяо. Я ищу господина Гуан Юэ и предположил, что это можете быть вы. — Решил сыграть со мной? Ты не сильно похож на азартного человека. — Зато я однажды украл кувшин вина для своего… — Ши Сяо хотел сказать: «учителя», но потом вспомнил, что старик именно этому демону проиграл своё учёное имя, и Гуан Юэ может не понравится то, что тот взял кого-то на обучение, а поэтому поспешил исправиться. — Для своего воспитателя. Демон залился чистым мелодичным смехом, а после спросил: — И кто же твой воспитатель? — Старик-отшельник по имени Ю Вэньмин. — А… Тот самый бывший учёный, который так хотел увидеть древний город, что не пожалел для этого своего положения. Помню его. — Вы помните всех, с кем играли? — удивился Ши Сяо. — Конечно, нет. Только тех людей, кто просит о странных вещах или сам является необычной личностью. Вот, например, как тот шаман. Гуан Юэ поднял руку, указывая на зал, и Ши Сяо обернулся. Он сразу понял на кого показывал хозяин Лунного города, потому что в этот момент одна из фигур засветилась белым жемчужным светом. Вот только на человека это существо не было похоже совершенно. Хоть у него и было две руки и две ноги, но кожа была чёрно-коричневой, а вместо лица деревянная раскрашенная яркими красками маска. — И всё же это именно человек, — сказал Гуан Юэ, словно прочитал мысли сомнения на лице юноши. — Африканский шаман по имени Ньими Нгвенду Ва За Банга. Личность поистине уникальная, поскольку обладает всеми человеческими пороками, даже теми, названия которым люди ещё не придумали. Честолюбив, подл, азартен и жаден. — Он у вас выиграл? — спросил Ши Сяо. — Нет, Банга слишком труслив, чтобы играть со мной. Он предпочитает обманывать мелких бесов, подлостью и хитростью заставляя их себе служить. Этот шаман настолько отвратителен в своих пороках, что мне даже нравится. Для него я сделал исключение, позволив приходить в мой игорный дом в качестве духа в то время, пока его тело лежит посреди африканской саванны, отравленное настойкой ядовитых грибов. Ну а мне просто интересно, когда же он наконец перепутает дозировку и не сможет больше проснуться. И чего же ты хочешь, Ши Сяо? — Поставить на кон десять лет своей жизни, чтобы получить десять лет здоровья для человека, который меня вырастил. — Тебя я тоже запомню, Ши Сяо, вне зависимости от того, выиграешь ты или проиграешь! — снова рассмеялся демон. — Так красиво и нагло меня ещё никто не пытался обмануть. Ты предлагаешь меньше, чем хочешь получить взамен. Ведь ты ставишь лишь годы, а просишь те же годы и ещё здоровье. Тем не менее, ты умудрился высказать всё это в одной просьбе… Что ж, я поставлю на кон десять лет здоровья Ю Вэньмина, а ты со своей стороны дополнишь ставку. Десять лет твоей жизни и один год в качестве моего слуги. Согласен? — Согласен, — подтвердил Ши Сяо. Гуан Юэ хлопнул в ладоши и тут же два цзянши, одетых в официальное облачение чиновника, поставили перед шелковой завесой небольшой стол, на котором стоял стаканчик с костями. — Играем на большее число, — объявил Гуан Юэ. — Одна ставка — один ход. Кто бросает первый? — Вы, господин, — поклонился Ши Сяо. Демон только усмехнулся, протянул в разрез шторы узкую изящную кисть руки, небрежно забросил кости в стаканчик, несколько раз встряхнул и перевернул на стол. — Открывай, — велел он, убрав руку обратно за занавесь. Ши Сяо поднял стаканчик и взглянул на кубики. — Пять, три, — улыбнулся демон. — Восемь — счастливое число. Твой ход. Юноша сложил кости в стаканчик, потряс грохнул им об стол. Несколько секунд он держал руку сверху, будто опасаясь увидеть результат, но, всё же, открыл кости. — Шесть, один. То есть семёрка. Вот и выпала твоя «ложь», Ши Сяо. Ты проиграл, а значит, как только ты выйдешь за пределы Лунного города, то в ту же минуту постареешь сразу на десять лет. — Это не «ложь»*, господин Гуан Юэ. А лишь попытка вернуть «жизненные силы»* своему учителю, — с горечью в голосе произнёс юноша. — Учителю? — переспросил демон. — Разве этот старик не проиграл право им быть? Выходит, ты всё же «обманул»* меня? Ну что ж, раз так, то я предлагаю тебе сыграть ещё раз. — Я уже проиграл десять лет своей жизни, но если вы согласитесь повторить свою ставку, то я повторю свою. — Твои годы мне не нужны, — рассмеялся Гуан Юэ. — Я увидел в тебе кое-что другое. Необычную печать, стоящую на тебе. Она мне интересна, поэтому я буду играть именно на неё. Ши Сяо понятия не имел о том, какую печать на нём увидел демон. Учитель никогда не говорил ему ни о чём подобном. А раз так, то её не жалко и поставить на кон. — Согласен, — кивнул юноша и потянулся к костям. — В этот раз первым буду бросать я. — Три, три. Неплохо… — заявил демон, глядя на выпавшие Ши Сяо кости. — Тройка — это небо, земля и человек. А две тройки вместе дают шесть — «течение». Посмотрим… Гуан Юэ закинул кости в стаканчик, потряс, перевернул и открыл. — Три, три? — недоверчиво уставился на выпавшую комбинацию Ши Сяо. — То есть, у нас ничья? Значит, учитель теперь проживёт в здравии следующие десять лет? — Да, таков твой выигрыш, — подтвердил Гуан Юэ. — А теперь я хочу забрать свой. Демон протянул руку и коснулся груди Ши Сяо. А затем резко сжал пальцы, словно хватая что-то, и дёрнул на себя. В этот момент юношу пронзила дикая боль, словно у него живого вырвали сердце. Перед глазами полыхнуло красным и, в следующую секунду, Ши Сяо потерял сознание.