Uncertain Devotion

      Саймон задумчиво пялился в монитор камеры наблюдения. Взгляд абсолютно не желал сфокусироваться хоть на одной картинке, а мысли, роящиеся с самого начала дня, не давали сконцентрироваться на чём-то, кроме утренних событий. Ладонь и пальцы непроизвольно дёрнулись, будто бы щупая нечто невидимое округлой формы.       Его утро началось с ощущения лёгкости и прилива сил. Поправив на голове маску, он окинул взглядом прикроватную тумбу: туалетные принадлежности были хаотично разбросаны брошенным полотенцем Соупа. Лейтенант заворчал и отбросил вещь на кровать МакТавиша, которого, на удивление, не было в комнате. Зачастую младший по званию просыпался позже семи утра.       Райли потянулся к ящичку в тумбе, а затем выудил оттуда несколько маленьких баночек. Мужчина скептически относился ко всяким витаминам или пилюлям, которые впаривали непонятные врачи, но настойчивость Хибаны взяла над ним верх. На следующий день, после рейда борделя, девушка вручила ему бумажный пакет с чем-то дребезжащим внутри. На вопросительный взгляд, она смущённо ответила:       — Это просто витамины. Гас сказал, что у тебя проблемы со сном и тяжело приспособиться после перелёта.       — Это лишнее, — отмахнулся Гоуст, но аналитика это не зацепило.       — Лучше возьми, — она раздражительно взяла его за руку и всучила пакет. — Благодарности не нужно.       Саймон ухмыльнулся, читая уж очень подробную инструкцию на листке бумаги, исписанном её почерком. Она указала дозы, промаркировала баночки, указала что когда лучше пить и с чем не стоит смешивать. Расписала, как для ребёнка.       Мужчина отсчитал нужное количество таблеток и направился в ванную комнату, где набрал в стакан воды и запил витамины. Поправив на голове маску, он взглянул на себя в зеркало. Череп уже давно стал его вторым лицом, скрывая собственное, лишь показывая миру тяжёлый взгляд из-под полуприкрытых век. Возможно, под глазами были и синяки от плохого сна, но это трудно было сказать наверняка из-за слоя чёрной маскировочной пасты.       Где-то снизу раздался глухой стук и возгласы, напоминая Гоусту, что под комнатой находилось тренировочное додзё. Умывшись и одевшись в простые футболку и штаны, он спустился вниз, предвкушая выпить крепкий кофе и, возможно, насладиться немудрёным тостом с яйцом где-то наедине.       Несмотря на такую рань, кафетерий гудел, как набитый пчёлами улей. Прайс и Гас спокойно поглощали свои завтраки, перебрасываясь парой слов, но, заметив высоченную фигуру с черепом, пригласительно замахали руками.       — Давно все на ногах? — лейтенант грузно плюхнулся на стул, ставя на стол чашку. Местное изобилие еды не искусило его ни на каплю. Лапша, супы, тушеное мясо и овощи, рис, рис и снова рис.       — Да, тут ранний подъём, — кивнул Гас, отодвигая свою тарелку. — Ещё в шесть Юки выгнал всех своих на пробежку, а после Хибана роняет чуть ли не каждого в зале.       — Соуп там? — Райли кивнул головой в сторону додзё откуда раздавались восторженные возгласы. Как ни странно, громче всех было слышно голос Хибаны — задорный и подначивающий.       — Конечно, — ухмыльнулся в усы Прайс. — Смотри, чтобы не увели твоего подопечного. Или хотя бы не сильно покалечили. Нам скоро на дело.       Саймон фыркнул, резко отодвигая стул, чуть ли не разливая нетронутый кофе. Выругавшись, он схватил чашку и направился в додзё, надеясь, выдернуть МакТавиша. Но для чего, спрашивается? Отругать за разбросанные вещи? Или посмотреть как его таскают за шкирку по всему залу? Гоуст усмехнулся, перешагивая порог додзё.       Ему больше всего хотелось посмотреть как сержанта роняет заносчивая японка.       К его огромнейшему разочарованию, Соуп сидел на скамейке у входа, прижимая охлаждающий пакет ко лбу. Вид у него был поникшим, хотя он отличался довольно большой энергичностью. Внутри лейтенанта закралось непреодолимое желание подколоть его:       — Тебя опрокинули?       Смех сдержать удалось, а улыбку, благо, скрывала маска. Джонни было не до веселья — его взгляд пытался прожечь дыру во лбу лейтенанта, губы сжались добела, не пуская поток ругательств прямиков в старшего по званию.       — Заткнись, — только лишь буркнул он.       — Что, прости? — не унимался Гоуст, уловив нотки нарушения субординации в голосе собеседника.       — Заткнитесь, сэр, — с той же интонацией процедил сержант, переведя взгляд на парочку, что боролась в центре зала.       На традиционно соломенных татами пыхтел лейтенант Цутому, которого крепко держала в захвате Хибана. Её лицо было покрыто лёгким румянцем, но взгляд оставался максимально сосредоточенным на противнике. Сам Юки безуспешно пытался перевернуться с живота на спину: его правая нога была зажата между ногой и рукой девушки, образовывая болезненные клешни, что медленно выворачивали суставы. Не выдержав такой пытки, мужчина застучал ладонью по покрытию зала и сию секунду испытал вселенское облегчение. Он лежал, прижимаясь к соломе щекой, чувствуя, как волосы прилипли к покрытому потом лбу, и с одышкой выдавливая из себя слова:       — Ну… какой результат? Уже… лучше?       — Нет, — японка склонила голову набок, вглядываясь в измученное лицо поверженного. — Всё так же дерьмово, как много лет назад. Ты не должен давать противнику взять тебя в захват, а не пытаться выбраться из него.       Юки выругался и неуклюже поднялся, опираясь на дрожащие руки. Слова задели его, ведь неустанные тренировки и занятия с мастерами не показали результата. При этом его давняя подруга даже не ударила его, а только быстро повалила на землю и чуть ли не скрутила в бараний рог. Старику Сатоси надо было отдать должное: уж очень тщательно он её обучил едва ли не на все случаи жизни.       — Доброе утро! — Хибана приветственно помахала Гоусту рукой, что оставался маячить в дверном проёме. — Есть желание размяться?       — Нет, — моментально отрезал тот, ставя чашку на скамью рядом с Соупом.       — Да ладно тебе, — измученно улыбнулся Цутому, уходя с татами и надевая кроссовки, что стояли подле. — Как давно ты хоть зарядкой занимался с момента прилёта?       Райли задумался буквально на секунду: нет, ни к тренировкам, ни к пробежке, ни к борьбе, ни к банальной разминке он не прибегал. Ему просто не хотелось этим заниматься в незнакомой обстановке, в окружении чужих людей, которые сами считали его за чужака.       — Эй, — громко позвала его Хибана, поманив пальцем и приглашая на татами. — Иди и дерись.       Лейтенант проигнорировал властные нотки в её голосе, окидывая девушку раздражённым взглядом. Она была одета в обтягивающий рашгард с длинными рукавами и леггинсы в неизменном чёрном цвете. Белые носки с мопсами чересчур выбивались из строгого образа. Угольные волосы всё так же были затянуты в пучок на макушке, а тёмно-зелёная маска вызывающе скалилась на него, как и в первый день их встречи. Японка презрительно бросила короткую фразу на своём родном языке и сложила руки на груди. Это вызвало смех у Юки, что привлекло внимание Гоуста с желанием узнать значение.       — О, нет, тебе лучше не знать этого. Не самое приятное слово из её лексикона, — махнул рукой тот.       — Я уже понял, что она меня обозвала, — с укором в сторону девушки произнёс Саймон.       — Ты только не сильно злись, лейтенант, — подал голос МакТавиш, прижимая одной рукой пакет со льдом, а второй листая что-то в своём смартфоне. — Это термин, обозначающий пассива. Мужчины, пребывающего внизу. Который находится в отношениях с другим мужчиной.       Райли понадобилось несколько секунд, чтобы сопоставить объяснения сержанта и то, чем его назвала эта выскочка. Ещё несколько, чтобы попытаться себя успокоить и просто проигнорировать всё выше услышанное и выше сказанное. И всего один миг, чтобы под возмущение Юки не лезть на татами в обуви, сбросить с себя ботинки и оказаться чуть ли не лицом к лицу с Хибаной.       Она выглядела весьма довольной своей выходкой, глядя снизу вверх. Мужчина затолкал подальше вглубь себя укоры своей совести о том, что ему стоит просто всё пропускать мимо ушей и не кипятиться по любому уколу со стороны этой заносчивой курицы. Аналитик лишь отступила на шаг назад и уважительно поклонилась, приветствуя противника.       — Правила просты: первый, кто коснётся татами спиной или животом и при этом будет прижат соперником — победил, — будничным тоном вымолвила девушка. — Тренируем просто захваты и умение валить оппонента. Друг друга не бьём, конечности не выкручиваем. Да, Соуп?       Хибана выглянула из-за перекрывающей обзор человеческой скалы, что пылала злобой и желанием швырнуть её куда подальше. Сержант наигранно снял с головы пакет со льдом, будто бы шляпу, и виновато усмехнулся.       — Начнём? — нетерпеливо рыкнул Гоуст, привлекая к себе внимание.       — По моей команде, — Юки стал на скамью и поднял руку, давая сигнал к подготовке. — Стойка ближнего боя.       Японка выставила перед собой руки в защите, прикрывая голову и внимательно смотря на соперника. Гоуст немного наклонился, держа руки в низком положении, готовясь схватить противницу. План был прост: захват ведущей ноги, таран плечом и резкий подъём захваченной конечности. И в довершение — давящий груз в виде колена на солнечное сплетение, что сделает её попытки подъёма весьма неприятными.       Мужчина не разрывал зрительный контакт с оппоненткой. Что-то было в её взгляде сегодня. Нечто, отличающееся от обычного тяжёлого и пренебрежительного взгляда, будто придающее тёмным глазам блеск. Азарт? Сосредоточенность? Злость?       Восклик Цутому пролетел, словно молния между ними. Гоуст подался вперёд, протягивая руки к нужной ноге, но не успел: Хибана резко ушла в левую сторону, сразу же после команды к действию. Чувство досады едва ли начало закрадываться внутри, но сразу же улетучилось после ощущения крепкой, впивающейся хватки в челюсть и последовавшего резкого рывка головы к верху. Лейтенант, инстинктивно ухватился за её руку, выполняющую приём, и в тот же момент получил болезненную подсечку под колено опорной ноги, заставляющую терять равновесие. Противница с усилием отклонила его тело по направлению к татами, прижав вторую руку к переплетению захвата над его шеей.       Гравитация завершила приём — Райли упал на спину, глухо стукнувшись затылком и на секунду расслабив руки, морщась от неприятных ощущений. Этого хватило, чтобы японка высвободила руки и нависла над ним, придавив собой к жёсткому покрытию и зажав торс коленями.       Мужчина отчётливо ощутил тяжесть её тела. Противницу можно было бы с лёгкостью сбросить сию же минуту, но тупая пульсирующая боль в затылке сковывала все мышцы. По симптомам чувствовалось, как лёгкое сотрясение. Ведь упал он с высоты своего собственного роста.       Саймон глянул на победительницу спарринга. Хибана тяжело дышала, лоб и то, что не скрывалось под маской, покраснело. Рука, выполнившая приём, дрожала от перенапряжения. Взгляд карих глаз смотрел уже свысока, блестя искорками гордости. Она была чертовски довольна исходом их борьбы. Его взгляд скользнул ниже на вздымающуюся грудь и плечи. Рашгард очень хорошо подчёркивал очерченные мускулы и красиво выступающие части тела.       Девушка сжала ноги, призывая его перестать рассматривать её. Гоуст машинально положил руку на бедро, ощущая всю его мягкость после расслабления мышц.       — Нравится быть сверху? — в его голосе проскакивала хрипотца и нотки нахальства.       — Конечно, особенно, когда подо мной почти двухметровый мужчина, которого я повалила на пол.       Хибана положила руку ему на грудь и наклонилась, оставляя между их масками опасно маленькое расстояние. Его сердце предательски начало отбивать бешеный ритм и он смущённо отвёл взгляд. Пальцы нервно сжались на бедре девушки, чувствуя очередную болезненную пульсацию на затылке.       На заднем фоне Юки недовольно прочистил горло, что смотивировало японку бодро вскочить на ноги и отойти от Райли, дав ему возможность неуклюже перевернуться на живот и потереть ушибленное место. Аналитик, как ни в чём ни бывало, обула кроссовки и направилась к выходу под одобрительные кивки МакТавиша.       — Хибана, поговорим с глазу на глаз? — крикнул ей вдогонку Юки, но в итоге не получил ответ.       Было ли это игнорированием его персоны или же просто он был не услышан — Цутому, отсалютовав парням, удалился из додзё. Соуп встал со скамейки и подошёл к напарнику, протягивая пакет со льдом. Саймон исподлобья глянул на него — шотландец кусал губы пытаясь сдержать хихиканье, но плечи через раз вздрагивали, выдавая степень веселья.       — Ни слова, — процедил лейтенант, выхватывая пакет со льдом, и сел на краю татами.       — Да, сэр, — сквозь смех вымолвил Джон, пряча улыбку.       Райли расслабился, чувствуя приятный холодок в районе затылка, пульсирующие скачки постепенно утихали. Он искоса глянул на свою ладонь: грубая мозолистая кожа с едва заметными светлыми шрамами на внутренней и внешней стороне, но всё ещё не утратившая умение чувствовать всё до последней клеточки. Да, её бедро было чертовски мягким и приятным на ощупь. Но что, если бы не было компрессионных обтягивающих леггинс? Какова на ощупь её кожа?

***

      Громкий грохот закрывающейся двери фургона заставил мужчину вздрогнуть и выпрямиться в кресле, напоминая, что он всё ещё занят наблюдением улиц и людей. Хибана плюхнулась на небольшое кресло рядом, вытаскивая из пакета пару напитков, ставя их перед лейтенантом. Они не разговаривали ни на брифинге, ни на распределении обязанностей по миссии.       Их целью был заместитель босса из Мацуба-кай — Хироки Танака. По ориентировке это был невысокий и крепкий мужчина за сорок. Худощавое лицо портил кривой шрам пересекающий лоб, заканчиваясь на левой брови. Второй человек этой преступной группировки всегда ездил на дорогих иномарках, но пренебрегал личной охраной, чем и хотели воспользоваться объединённые силы ОТГ и отряда разведки, которым командовал Юки.       Последние несколько дней во время слежки Хибана заметила неладное, с чем незамедлительно поделилась со своей командой. Мацуба-кай и Кёкуто-кай всегда были врагами, несмотря на смену власти и целей. Приоритет всегда был один — уничтожить друг друга, убить кумичё, отобрать районы, которыми правила другая группировка. Но сейчас, когда началась операция по поиску учёных и их изобретения, эти две семьи будто бы прекратили вражду, с новостных лент пропали частые стычки между бандами. Сам же Хироки часто тёрся в Икэбукуро, прибывая на встречи с разными людьми из Кёкуто-кай.       План поимки заместителя был составлен весьма оперативно. Хибана предоставила частые точки посещения в нескольких районах. Юки предположил, что следует разобраться по-тихому: выследить Танаку, схватить его без лишнего шума и отвезти в ближайший полицейский участок для допроса, а затем отправить японского мафиози за решётку. Прайс согласился и добавил от себя, что им достаточно устроить засаду, без спецотрядов с кучей оружия, и увезти цель на машине.       — Тогда тут потребуется маскировка под гражданских, — хмыкнул Гас, переводя взгляд на Хибану и Гоуста, что стояли рядом с друг другом.       Его намёк был отчётливо ясен: маска-череп Гоуста и клыкастый оскал на лице девушки не входили в дресс код «не выделяющегося из толпы» гражданского. Это автоматически определяло их как наблюдателей из фургона, напичканного мониторами и небольшой антенной, что перехватывала сигнал камер. Лейтенант ворчливо бросил, что ему было бы комфортней на крыше здания на пару с неплохой винтовкой с оптическим прицелом, но мягкий взгляд Прайса пресёк его дальнейшие возмущения. Хибана же приняла своё распределение как должное.       — Будешь кофе или чай? — девушка указала на пару расставленных баночек перед Саймоном.       Мужчина молча взял кофе, следуя незамысловатым картинкам кофейных зёрен на банке. Аналитик ухватила оставшийся напиток и, открыв его, отъехала на кресле к лобовому стеклу фургона, повернувшись к напарнику спиной. Саймон проследил взглядом, как она развязала на затылке ленты, снимая с себя маску и отпивая глоток чая. Лейтенант последовал её примеру и, подвернув низ балаклавы, также принялся за свой кофе.       На вкус было неплохо. Вероятнее, было бы лучше, если бы он был горячим и выпит с утра. Лейтенант тоскливо вспомнил аромат кофе с кафетерия, который он так и не попробовал — просто раздражённо вылил в раковину. А после и вовсе позволил Соупу притащить к его столику какой угодно еды, лишь бы набить желудок. К счастью, боль от тупой травмы прошла после плотного завтрака.       — Как голова? — будто бы невзначай спросила девушка.       — В порядке, — Райли снова сделал глоток, наблюдая, как собеседница кивнула.       Они снова замолчали, каждый отвлекаясь на своё дело. Хибана, не отрываясь от чая, наблюдала сквозь лобовое стекло за террасой небольшого суши ресторанчика.       Дождливые тучи уже пару дней как отсутствовали на небе, сменившись лёгкими облачками, что с удовольствием пропускали лучи солнца. Но порывистый ветер не давал ничему нагреваться и рассеивал тепло, заставляя жителей мегаполиса кутаться в плащи и ветровки, натягивать капюшоны и прятать руки в карманы.       Хироки должен был появиться с минуты на минуту.       Саймон смял в руках жестяную банку и положил её в пакет, что принесла девушка. На четырёх мониторах отображалось чёткое чёрно-белое изображение с камер на улице. Две были направлены на террасу ресторана, где за одним из столов Юки с любопытством наблюдал как МакТавиш пытался есть рыбу палочками, а затем со злости принялся поглощать пищу руками. Ещё одна камера показывала улочку издалека, можно было увидеть и ресторан, и их фургон в паре десятков метров от места слежки, и пару книжных магазинов, бутиков и тележек с уличной едой, у которых были небольшие очереди. Третья камера показывала узкий переулок за рестораном, где стояло несколько мусорных баков.       Гоуст щёлкнул по клавишам на клавиатуре, смотря как меняются картинки с камер, сравнивая их положение со схемой которую предоставил Юки. Покрытие захватывало приблизительно два квартала.       — Пока что тихо, — голос Прайса раздался в наушниках у всех членов отряда. — Продолжаем.       Он и Гас сидели на лавочке в небольшом сквере, что находился на соседней стороне перед рестораном. Капитан грелся на солнышке, то и дело поправляя шапку на макушке. Кайл внимательно следил за прохожими.       План был довольно прост: Соуп и Юки перехватывают Танаку у самого входа, вкалывают снотворное; Прайс и Гас берут на себя его водителя, усыпляют его; Хибана и Гоуст подгоняют фургон и всё. Звучало довольно просто, но Цутому предупредил, что с якудза ничего простого не бывает и следует готовиться к худшему сценарию и отступлению.       Райли откинулся в кресле, снова глянув на напарницу. Она допила чай и аккуратно завязывала ленты на голове, поправляя пучок тугих волос. Девушка развернулась в кресле и потянулась за пакетом с раздавленной банкой, чтобы бросить туда свою, но дёрнулась от неожиданности.       Гоуст не опустил нижнюю часть своей маски, являя свету то, что было ранее скрыто. Хибана скользнула взглядом по его щеке, покрытой светлой щетиной и парой едва заметных родинок на правой скуле. Чётко очерченные губы с немного пухлой нижней губой сложились в хитрую ухмылку, стоило ему заметить, что напарница неотрывно пялится на него.       Девушка, не отрывая взгляд, приблизилась, глядя сверху вниз. Японка ловко скользнула пальцем под его маску, расправляя свернутую под черепом ткань и прикрывая его крепкий подбородок. Райли окаменел от её действий, не ожидав, что она снова нарушит его личное пространство второй раз за день.       — Зачем ты её носишь? — задала вопрос Хибана, стоя над ним.       — Встречный вопрос, — перевёл стрелки Саймон, сузив глаза и ожидая очередной прорыв его личных границ.       — Чтобы такие блюстители закона, как ты и Юки, не пытались меня выследить и разыскать.       — Ты ему не доверяешь?       — Конечно, нет, — девушка склонила голову набок и сощурила взгляд. — Ни одному из вас.       Мужчина резво отвернулся, показывая, что их беседа окончена. Он хмыкнул себе под нос. Блюститель закона? Смешно, учитывая, как в подростковом возрасте он вскрывал квартиры родителей его богатеньких одноклассников и вытаскивал оттуда часть налички. Драгоценности его не привлекали, да и кому он мог их продать будучи несовершеннолетним сопляком? А вот деньги нужны были, как воздух.       Его родители были вечно в разъездах, хотя обеспечивали его всем, кроме достаточного количества карманных денег, думая, что это замотивирует их сына искать подработку после школы. Конечно, он её нашёл, но в свой способ.       С кражами ему подозрительно везло вплоть до выпуска из школы. Он решил вовремя завязать с этим, поднакопив неплохое количество денег для финансовой подушки. Те времена уже давно прошли, а вот желание ковыряться в сложным замковых механизмах — нет.       — Есть движение, — Прайс привлёк внимание напарников к камерам.       Райли заметил, как Хироки медленно припарковал свой белый электромобиль напротив входа в ресторан. Следом за ним остановился чёрный массивный джип, из которого вышли шестеро мужчин в строгих костюмах и солнцезащитных очках. Заместитель видимо приказал им оставаться ждать его у входа, а сам, поправив белый пиджак и зачёсанные назад волосы, направился внутрь заведения, где по наблюдениям у него него должна была состояться еженедельная встреча с кем-то из Кёкуто-кай.       — Их слишком много, — недоверчиво отметила Хибана, схватив рацию на столе.       — Да уж, — согласился Юки, наблюдая, как группа якудза толпится у террасы. Посетители начали торопливо покидать свои столы с желанием убраться подальше. — Прайс, есть идеи?       Капитан замялся, а затем толкнул Кайла в бок. В его взгляде читалась абсолютная готовность действовать. Гас нащупал за поясом пистолет с глушителем. В какой раз он оказывается в такой ситуации, скрываясь среди гражданских и с минимумом экипировки?       — Соуп, попробуйте вдвоём вырубить Танаку внутри, когда он будет один. Мы с Гасом будем ждать вашего сигнала у заднего выхода, чтобы помочь вытащить тело, — Прайс встал и сунул руки в карманы, направляясь лёгкой походкой к дороге. — Хибана, готовь машину. Встретьте нас с другой стороны здания, чтобы головорезы нас не заметили.       — Это рискованно, но как скажешь, — вздохнула девушка в рацию.       Она засунула средство связи в единственный карман своего анорака и, выудив из джинс ключи, протиснулась на переднее сиденье. Мотор тихонько заурчал, фургон лениво тронулся к повороту. Не доехав и до ближайшего светофора, машину встряхнул взрыв позади.       Хибана шокированно глянула в боковое зеркало, наблюдая разростающийся хаос на месте ресторана. Отовсюду разлетались клочья ткани и бумажных салфеток, медленно кружась в потоках ветра. Немногочисленные посетители с криками ужаса бросились врассыпную. Взрыв был больше громким, чем разрушительным, и исходил откуда-то изнутри: из некоторых окон валил дым.       — Соуп, Юки, каков статус? — Гоуст заметил, что её голос немного дрогнул, произнося их имена в микрофон рации. — Ответьте!       — В порядке, — прохрипел МакТавиш, откашливаясь. — Юки тоже цел, но, кажется в отключке. Прайс?       — Целы, — гаркнул в наушниках капитан. — Вижу несколько жертв.       Якудза у входа помогали друг другу подняться, но напряглись, заметив Гаса и Прайса, что направлялись на помощь нуждающимся и паникующим гражданским. Они были единственными, кто не убегал от эпицентра взрыва, а наоборот. МакТавиш вскользь заметил, что один из них потянулся за оружием, и перевернув стол, крикнул что есть мочи:       — У них огнестрелы!       Райли услышал выстрелы на улице и, крепко выругавшись, потянулся к дверце, намереваясь прийти на подмогу своим сокомандникам. Фургон стартанул, визжа колёсами и резко разворачиваясь в сторону ресторана, заставляя мужчину ухватиться за край небольшого стола, чтобы не свалиться на пол. Камеры не могли передать и десятую часть происходящего, транслируя то чёрный экран, то помехи, то чёрно-белое изображение, не относящееся к ресторану. Лейтенант заметил, что камера, наведённая на задний выход ресторана, всё ещё работает.       Хироки в панике вывалился из двери, пачкая одежду в грязи и мусоре. Он держался за бок, где потемнел пиджак, и активно зашагал прочь вниз по узкому переулку.       — Танака уходит! — рыкнул Саймон, потянувшись снова к двери фургона.       — Нет, останься, — процедила Хибана, толкнув дверцу со стороны водителя. — Следи за камерами. Я пойду за Танакой, мне нужны твои глаза здесь. Я переключусь на другую линию.       — Не указывай… — начал в том же раздражённом тоне Гоуст. Его разрывало от досады и желания помочь своей команде, ведь он не желал отсиживаться снова в машине.       — Окей, как скажешь, — она со злости закрыла дверцу, что фургон заметно качнулся. — У меня нет времени уговаривать тебя и объяснять приоритеты.       Японка резко развернулась и нырнула в соседний переулок, параллельный тому, в котором скрылся Хироки. Выстрелы становились всё реже, а вдали раздались сирены полиции и, возможно, кареты скорой помощи. Это немного успокоило девушку и она ринулась в погоню.       Добежав до переулка ресторана, на глаза попалась мелкая дорожка крови, которая резко заканчивалась спустя несколько метров. Хибана выругалась, беспомощно оглядываясь по сторонам. Злость от потраченных секунд на лишние слова у машины комом стояла в горле, скулы напряглись, вынуждая сжать зубы до скрипа.       — Он всего в квартале от тебя, — раздался глухой голос лейтенанта из кармана куртки. — Перевязал рану, уже уходит бодрее.       Аналитик ухмыльнулась и рванула с места, перескакивая оставленные коробки и ящики. Гоуст указывал ей каждый поворот, который иногда заканчивался сеткой или невысокой кирпичной стеной, но не успевал изменить маршрут, как девушка прытко вскарабкивалась и перепрыгивала препятствия. Расстояние между ней и целью существенно сокращалось с каждой минутой. Оставалось каких-то пару сотен метров…       Дверь фургона резко распахнулась. Райли инстинктивно схватился за пистолет в кобуре, но резко вскинувший руки МакТавиш успокоил его:       — Эй, полегче.       — Все целы? — поинтересовался напарник, надеясь не услышать плохих вестей.       — Да, — шотландец кивнул себе за плечо. — Только Юки немного зацепило, его уже подлатали. Копы пока осматривают место, но нам самим уже пора валить.       Саймон согласно кивнул, возвращаясь к мониторам. Хибана почти настигла Хироки.       Тот вышагивал по переулкам, надеясь незаметно убраться как можно дальше и выйти к станции скоростного поезда. Телефон раздробило, когда он упал в ресторане. Мужчина проклял все возможные стечения обстоятельств, что помешали ему сегодня.       Танака резко замер, слыша топот ног, что раздавался с одного из переулков. Узкое расположение улиц создавало странное эхо, дезориентирующее слух.       На него выскочил некто в тёмно-зелёной маске демона на половину лица. Незнакомец резко рванул его за руку и, скрутив её, впечатал лицом в кирпичную стену. Заместитель хрипло рассмеялся.       — Неужели я удостоился внимания Инагава-кай, раз они прислали ко мне своего цепного пса? — он осторожно сунул руку во внутренний карман пиджака.       — Заткнись, ублюдок, — процедила девушка.       Японец ухмыльнулся, нащупав в кармане складной нож. Он резко оттолкнулся ногой от стены, навалившись на противницу спиной, а затем, развернувшись, сделал резкий выпад холодным оружием. Хибана, не успев отскочить, прикрылась рукой, чувствуя пронзительную боль.       Хироки довольно оскалился, наблюдая, как соперница, тихо зашипев, осмотрела порез на правой руке, а затем перевела взгляд снова на него. Его оскал сменился изумлением: он не успел отступить, а японка ринулась к нему напрямик, занося кулак для удара. Нож снова вернулся в действие, но будто бы не достиг её шеи, куда он целился. В отместку подбородок нещадно встретился с подошвой кроссовка, отбрасывая мужчину снова к стене. Противник сполз на землю, чувствуя отчётливый вкус крови на языке.       — О, обманный манёвр, — глаза шарили по асфальту в надежде найти выскользнувший из пальцев нож. — Сменить атакующую руку на…       Договорить он не успел — японка хладнокровно пнула его ногой в живот. Танака, откашливаясь, был рывком поднят на ноги, чтобы снова быть отброшенным на асфальт от удара в лицо. Правая щека и бровь горели огнём от ссадин, но искорки триумфа не потухли до конца: его складной нож лежал в паре сантиметров от его головы.       Мужчина с надеждой приподнялся, но чёрный кроссовок пнул его последнее спасение куда-то вглубь переулка. Девушка с омерзением толкнула его ногой, нависая над ним, как неотвратимая смерть.       — Эта куртка дорога мне, как память, — она указала на разрезанный рукав, с которого капля за каплей стекала кровь по её пальцам. — Ты испортил её. Отплати тем, что тебе также важно.       Не дожидаясь его ответа, Хибана со злостью наступила на локоть Танаки. Она опускала ногу каждый раз всё с большей силой, втаптывая сустав в асфальт, с остервенением, сжав зубы. Заместитель пытался оттолкнуть её, но получал пинок в лицо, ощущая, как шатаются зубы и сочится кровь изо рта. Его крик разносился по всей округе, пугая одиноких голубей где-то вдалеке.       Японка оторвалась от своей пытки только тогда, когда рядом раздался визг тормозов. Соуп, Гас и Гоуст выскочили из фургона, немного оторопев от вида скулящего якудза, что скрючился на асфальте и пытался заставить работать свою левую руку. Пальцы странно дёргались, как ножки у насекомого. Кайл поморщился и переглянулся с Джоном: оба задавались вопросом «какого чёрта?»       — Заберите его, — сипло попросила девушка, сжимая рану на руке.       — Ты в порядке? — издалека спросил Саймон, наблюдая, как парни подняли заместителя на ноги и повели к машине.       — Относительно, — мужчина услышал в её голосе нотки неуверенности. — Спасибо за помощь по маршруту.       Райли укоризненно вздохнул и достал из подсумка аптечку, медленно приближаясь к раненной. Вытащив рулон бинта и пару ножниц, он требовательно протянул руку.       — Подойди, — тихо произнёс лейтенант.       — Это просто царапина, — попыталась отмахнуться Хибана.       — Дай руку, — Гоуст стоял на своём. — Пожалуйста.       Его последняя фраза звучала абсолютно не доброжелательно. Скорее это ощущалось как слова человека, вот-вот потеряющего терпение, что японка уже не желала испытывать. Ей хватило стрессовых ситуаций за весь день.       Руки заботливо откатали разрезанный рукав анорака, оголяя кожу чуть выше предплечья, где Саймон заметил край татуировки. Он сосредоточенно сложил бинт в несколько раз, делая уплотнитель и прижимая его к ране. Девушка поморщилась, терпя неприятные ощущения и следя, как лейтенант довольно бережно заматывает её руку.       — Этого достаточно на первое время, — Гоуст осторожно завязал бинт и посмотрел ей в глаза. — Возможно, понадобятся швы.       — Спасибо, — негромко поблагодарила она. — Я у тебя в долгу.       — Твой долг будет выполнен если ты просто не будешь лезть ко мне, — его слова звучали отчётливо и серьёзно. — Может ты и хорошо выполняешь свою работу, но мне ты мешаешь.       Хибана непонимающе нахмурилась, но, произнеся едва ли слышное «как скажешь», вежливо поклонилась. Лейтенант удовлетворительно кивнул и вернулся вместе с ней к транспорту. Он надеялся, что такая довольно понятная просьба очертит границы между ними.       Ему не нужны лишние разговоры, провокации, команды и, тем более, вторжение в его личное пространство. Утреннее «происшествие» всё ещё отвлекающе вызывало мурашки по коже. Он здесь всего лишь по очередному заданию по поимке плохих ребят. Чужой город, чужая страна, чужие люди, с которыми вряд ли удастся повторно встретиться при других обстоятельствах.       Хироки измученно сидел в углу фургона со связанными руками. Гас бегло осмотрел его и, ощупав повреждённый сустав, пришёл к выводу, что функционированию конечности ничего не мешает — гипс или любой другой крепкий фиксатор исправят ситуацию. На всякий случай пленному склеили рот армированным скотчем. Сам японец, видимо, смирился со своей поимкой и не дёргался лишний раз.       Прайс сидел на переднем пассажирском сидении, задумчиво почёсывая бороду. Перестрелка была не самой активной, благо, обошлось без лишних жертв. Им удалось ранить двоих бандитов, что кучно прятались за машиной. Остальных повязала полиция, что также заставила стать на колени как и капитана с Кайлом, так и МакТавиша, который рьяно пытался объяснить копам, что Юки нужна была помощь. Медики сообразили быстрее и привели того в чувство.       Сам Цутому находился уже за рулём автомобиля, глядя в зеркало заднего вида, как Гоуст открывает дверцу и приглашает аналитика внутрь. Девушка поморщилась, по привычке хватаясь раненной рукой за спинку кресла, и уселась на сидение рядом с Соупом.       — Ты в норме? — окликнул подругу водитель.       — А сам-то? — кивнув, парировала она.       — Пару царапин на лице. Мелочи       — Мидори будет, ну, очень «довольна».       Японец поморщился, слыша имя бывшей жены, с которой он был вынужден видеться ради сына. Его работа не позволяла брать парнишку на выходные, поэтому приходилось мириться с прогулками втроём. Мужчина мотнул головой, отгоняя неприятные мысли и проворачивая замок зажигания.       Гоуст плюхнулся обратно в кресло по соседству с Гасом. Он глянул на свои перчатки: узор костей был перепачкан кровью девушки. Немного помедлив, британец стянул их, аккуратно сворачивая и пряча в карман, а следом снимая с разгрузки вторую пару. Почему-то вид крови впервые нагонял тошноту и бросал в дрожь.       Машина медленно тронулась, будто бы давая своим пассажирам необходимую передышку после крупной встряски. Шины мягко шелестели по сухому асфальту, через раз попадая в небольшие лужи, что не успели высохнуть.       — Возможно, это не моё дело, — откашлявшись, начал Прайс. — Но думаю, что везти наш трофей в полицейский участок — не самая лучшая идея.       Юки затормозил на светофоре и вопросительно глянул на него.       — Его травмы и внешний вид вызовут вопросы, — продолжил капитан. — Тем более, ты упоминал, что копы могут быть купленными.       Японец согласно кивнул и снова посмотрел в зеркало заднего вида, ловя пристальный взгляд Хибаны. Она махнула рукой к себе, давая знать, что они думают об одном и том же.       — Свалка за чертой города? — переспросил мужчина и, увидев одобрительный кивок, перестраиваясь в другой ряд.       Девушка перевела взгляд на пленного Танаку, тот нервно заёрзал на месте. Видимо, тот ожидал, что его доставят в участок, где он выльет ушат дерьма в уши копам, получит желаемый звонок и выйдет на свободу, внеся крупную сумму под заставу. А затем, для укрепления авторитета, поджёг бы пару магазинов на территории Иногава-кай и, возможно, выследил бы эту сучку.       Две пары карих глаз в устрашающих масках неотрывно следили за ним. Хироки сглотнул, ему казалось, что эти двое — сами демоны из преисподней, решивших вершить его судьбу. Он не был трусом и за все сорок с лишним лет своей жизни никогда не осквернял храмов, не унижал монахов, молился и делал щедрые вклады. В перерождение, рай и ад тоже не верил, поскольку его деяния были не самыми благонамеренными. Но сейчас, глядя в эти глаза, якудза отчётливо ощущал, что его жизнь уже не принадлежит ему, а мужчине с черепом и девушке с демоническим оскалом.       Фургон мчал по автостраде, минуя высокие дома, покидая густонаселённую часть города. Солнце перевалило за полдень, но ветер не утихал, шатая кроны деревьев у дороги. Временами, сорванные свежие листья попадали в поток воздуха, что неконтролируемо уносил их вдаль.       Свалка представляла собой скопище старых машин разных видов и марок. Ржавый и ненужный металлолом преобладал над относительно живыми тачками. Сюда зачастую приезжают попытать удачу в поиске редких запчастей к старым и раритетным машинам. Конечно, если быть в ладах с местной охраной и его сворой собак, которые патрулируют периметр чуть ли не садится солнце.       Юки с неуверенностью окинул взглядом местность. Они были довольно далеко от города, подкрепления не вызвать моментально. Машина остановилась перед шлагбаумом и высоким забором в несколько метров, чья верхушка была щедро обвешана колючей проволокой. Сторож медленно вышел из своей мелкой пристройки, что служила ему чуть ли не домом. Он был низеньким и толстым, не вызывающим никакой опасности. Хотя Цутому знал, что можно недооценивать его, но не количество голодных псов, которых кормят раз в день, что готовы вырваться из своих вольеров по одной команде.       Хибана выскочила из двери, негромко приветствуя сторожа, чьё имя где-то затерялось в её памяти. Господин Арасаки или Сасаки вытянулся в лице, увидев девушку, и расплылся в натянутой улыбке. Мужчина энергично размахивал руками, то и дело низко кланяясь. Выслушав просьбу и довольно приняв несколько купюр из ладони посетительницы, он снова поклонился и отворил шлагбаум, пропуская машину в свои владения. Аналитик энергично вскочила обратно.       Петляя между башнями из металлолома и разбросанных шин, перед ними появилось складское помещение. Арасаки или Сасаки разрешал пользоваться посетителям этим зданием, когда им требовались инструменты, место для разбора деталей или же просто ячейка для хранения найденного, что сложно было вывезти за раз.       Кайл торопливо толкнул единственную дверь внутрь и, нащупав выключатель, осветил комнату. Осмотрев её, он отчётливо понял почему их привезли сюда. Это была идеальная пыточная: всевозможные автомобильные и строительные инструменты были разбросаны на нескольких столах, несколько метров крупных цепей свисали с потолка, на которых, вероятно, поднимали двигатели и другие тяжёлые детали. У стены стояла пара складных стульев, ветхий матрас и несколько десятков жестяных банок с краской.       Сержант, слыша, как позади вытаскивают бандита, поспешил расставить пару стульев и отошёл к стене. Ему всё ещё не нравились допросы. Конечно, это не то, что делал он и Прайс на своих заданиях, но каждый раз мерзкое предчувствие пыток узлом завязывало желудок. Гэррик проводил взглядом Гоуста, который грубо усадил Хироки на стул и сорвал скотч с его губ.       — Я хочу знать всё о твоих делах с Кёкуто-кай, — садясь на стул напротив, требовательно произнёс Цутому. — Что было на встрече? Где вы скрываете учёных и их разработки?       Якудза оскалился, показывая окровавленные зубы, и плюнул ему в лицо. Мужчина с омерзением стёр со щеки смесь слюны и крови, понимая, что он не расколется. Взгляд его голубых глаз устремился к Хибане, что негромко переговаривась с МакТавишем: шотландец рьяно советовал носить ей с собой пистолет.       — Не поможешь? — окликнул её Юки.       — С неё достаточно на сегодня, — не дав девушке сказать и слова, вклинился Райли. — Она ранена.       — Мерзкая тварь, — утробно рассмеялся пленённый бандит, глядя на японку. — Я выпущу кишки всей твоей семье, а затем мои парни придут за тобой…       — Что ж, удачи с этим, — скучающе произнесла Хибана, направляясь к двери. — Пойду подышу воздухом.       Проведя её взглядом, Гоуст размял шею и, хрустнув костяшками на пальцах, наклонился предельно близко к лицу якудза.       — Не знаю, что ты ей наговорил, — его голос подрагивал от плохо скрываемой злости. — Но будь уверен, что после того, как ты всё предельно ясно нам поведаешь — я вырву твой чёртов язык.       Девушка судорожно вздохнула воздух, в котором витала примесь ароматов машинного масла, бензина и табачного дыма. Она перевела взгляд на фургон, возле которого стоял Прайс и с неприкрытым удовольствием пыхтел сигарой. Он поманил её к себе, приглашая подойти ближе.       — Не рано ли для сигар? — скептически отреагировала японка, отмахиваясь от дыма.       — Для этих красоток никогда не рано, — ухмыльнулся в усы капитан, а затем указал пальцем на бинты. — Не смертельно?       — Нет, царапина.       Джон затянулся, с интересом рассматривая её маску вблизи. Она немного отличалась от той, что ему запомнилась пару месяцев назад. Ту украшали будто бы стальные зубы, а здесь они были более тусклыми и не поблескивали на солнце.       — Как там Ласвэлл? — ни с того, ни с сего задала вопрос девушка, придерживая раненную руку.       — Вроде бы, как обычно, — нахмурился мужчина. — Работает.       Снова повисло неловкое молчание, заставляющее их устремить взгляд на здание склада, откуда раздавались поодинокие вскрики. Прайс окинул собеседницу взглядом, будто бы решаясь на что-то, и, затушив сигару об ржавый капот одной из машин, повторно начал разговор:       — Хибана, слушай, — он замялся, подбирая слова. — На счёт Сатоси… ты можешь ошибаться.       — Ошибаться на счёт чего? — не поворачиваясь к нему, ответила она. — На счёт того, что он мёртв? Или на счёт того, что его мог убить один из твоих парней? Или то, что ты там был и не прикрыл его? Давай без этого, пожалуйста.       — Всё было не совсем так…       — Я хочу услышать версию Ласвэлл, — Хибана облокотилась о фургон и глянула на Прайса. — И затем я самостоятельно разберусь со всем.       — Повторяю: ты можешь ошибаться.       — Или же ты просто прикрываешь свой зад и своих парней. Я знаю, в чём была суть того дела. Я должна была идти вместо старика, я должна была быть вашим контактом, я должна была сделать всё правильно, обойдясь без жертв.       — Ты слишком много на себя берёшь, — Джон по-отцовски и с укором попытался пробиться сквозь её слова.       — Я выполняю свой долг, — девушка ткнула себя в грудь. — И выполняю его долг, помогая вам. Не тебе решать сколько я могу на себя брать, а от чего отказываться.       Капитан умолк, отводя взгляд. Он понимал её потерю наставника и практически отца, что произошла по его вине.У него была попытка смягчить эту боль ещё тогда по прибытии, но Хибана лишь сдержанно выслушала извинения и попросила не поднимать данную тему. Рана была свежа: Сатоси отошёл в мир иной буквально спустя месяц после их встречи с аналитиком.       Складская дверь скрипнула и они увидели, как Соуп машет, приглашая войти. Допрос был окончен.       Девушка вернулась первой и немного оторопела от вида Хироки. Он был без сознания, а лицо едва ли напоминало что-то знакомое: покрытое гематомами, кровью и его собственной рвотой. Данная сцена заставила её отвернуться и сморщиться от отвращения. Она глянула на Гоуста, что невозмутимо вытирал перчатки об какое-то тряпьё в углу комнаты. От осознания того, что он превратил лицо человека в неузнаваемую кашу, по телу пробежал холодок.       — У нас есть результаты, — бодро приблизился к ней Юки. — Он сказал, что один из учёных находится ещё дальше за городом в заброшенной промзоне и экспериментирует с самим газом. А второй где-то в самом Токио и, как ни странно, улучшает формулы порошковых наркотиков, повышая их летальную дозу.       — Что за бред, — возмутилась японка. — Кому это вообще нужно?       — Кёкуто-кай в большей степени, — дёрнул плечами мужчина. — Мацуба-кай занимались финансированием и перевозками, но их кумичё уже несколько месяцев не выходит на связь. Поэтому Хироки взялся за дела самостоятельно.       — Тогда стоит навести визит этим парням из Кёкуто-кай, — хмыкнул Прайс у девушки за спиной.       — Именно, — взгляд Цутому недобро загорелся. — Отрубим змее голову.       Хибана вымученно извинилась и выскользнула обратно на улицу. Возбуждённые слова Юки о поимке босса улетучились. Перед глазами стоял избитый Танака и Гоуст, медленно вытирающий кровь с себя. Ей казалось, что даже воздух за пределами той комнаты пахнет кровью. Что он и его крепкие руки теперь пахнут кровью и безразличием.       Сатоси всегда учил быть аккуратной с лицами врагов. Даже на заказных делах это было табу — клиент всегда должен был увидеть фото и опознать жертву. За такое всегда платили больше денег. А увечья можно нанести куда угодно: можно сломать любую кость, можно вывихнуть сустав или немного разукрасить лицо синяками.       Девушку снова передёрнуло от увиденного, но она, превозмогая комок в горле, выровнялась и вдохнула полной грудью. Хибана сжала зубы и раздражённо пнула камень, уговаривая себя ещё немного потерпеть. Ей нужно было находиться в компании ОТГ, помогая с этим дерьмовым делом по учёным. Они принимают её помощь, а она использует их. Всех до единого. Даже Гоуста.