Please stop this nightmare I have every night

Когда Бомгю проснулся, он был более уставшим, чем когда заснул. Несмотря на изоляцию пещеры, он дрожал, а его конечности онемели, за исключением ощущения покалывания. Нож, который он держал в руках, теперь лежал брошенный рядом с ним. Он медленно сел, чтобы дать своему телу время проснуться и согреться. Затем он собрался с мыслями и собрал свои вещи, прежде чем покинуть эту холодную, жалкую пещеру. Зимний сектор арены был больше, чем Бомгю мог себе представить, и он часами бродил, пытаясь найти выход из него, пока снова не наступила ночь, и ему пришлось провести еще одну ночь в этой замерзшей тундре. Он не мог поверить, что день пролетел так быстро. Он задавался вопросом, ускорили ли разработчики игры день, потому что ничего не происходило. В ту ночь в небе было всего два лица: девочек из 3 и 12 дистриктов. Когда он проснулся, у Бомгю было всего три цели: найти еду, хорошее оружие и убраться отсюда к черту. Нож в его руке позволял ему чувствовать себя в большей безопасности, но он предназначался для снятия шкуры с мелких животных, а не для защиты от нападений людей. Он тосковал по успокаивающему весу топора, но чувство пустоты в животе подсказывало ему, что ему следует сделать в первую очередь. Теперь, после целого дня без еды, ему нужно было найти выход отсюда. Вместо того, чтобы бесцельно бродить, как вчера, он выбрал направление и придерживался его, надеясь, что в конце концов попадет в другой климат. Он сделал глоток из своей фляги и обнаружил, что у него осталось слишком мало воды. Так что это тоже было в списке дел. Солнце было высоко в небе, когда он начал видеть вдалеке линию деревьев. Ему хотелось побежать к ней, но холод высосал большую часть его энергии, и ему нужно было сохранить то немногое, что у него осталось. Словно на земле была проведена черта, и ни одна снежинка не могла пересечь ее. С этой стороны ничего, кроме снега и льда, с редкими голыми деревьями. С другой - пышный зеленый лес. Он почти напомнил Бомгю дом с его холмистой местностью, разнообразной растительностью и, конечно же, обилием деревьев. Он шагнул за линию. Смена ландшафта была настолько резкой, что внезапное повышение температуры в сочетании с пустым желудком вызвало у Бомгю тошноту. Он сел у дерева, снял пальто и перчатки, сунул их в сумку и сделал несколько долгих, глубоких вдохов. Здесь ни в коем случае не было тепло, но по сравнению с тем, что он вынес за последние 2 дня, это был практически жаркий летний день. Бомгю крепче сжал свой нож, направляясь дальше в лес. В зимнем пейзаже он мог бы увидеть нападение за милю или проследить следы на снегу, чтобы узнать, не преследует ли его кто-нибудь. Но здесь за любым деревом мог скрываться кто-то, и щебетание птиц было таким громким, что затуманивало его мысли. Он старался двигаться очень медленно, оглядываясь в поисках товарищей трибутов и потенциальных источников пищи. Когда он был уверен, что совсем один, он заметил краем глаза какое-то движение. Он перестал двигаться, перестал дышать на целую минуту. Он окинул взглядом происходящее, даже не осмеливаясь повернуть голову. Пригнувшись, он сделался как можно меньше, надеясь, что что бы это ни было, оно не увидит его здесь внизу. Глядя в землю, он снова увидел это движение и нашел его источник: маленькая зеленая лягушка смотрела на него в ответ. Бомгю испытал такое облегчение, что чуть не рассмеялся. — Эй, малыш, — прошептал он, все еще стараясь говорить тише. Он выставил палец, предлагая лягушке жердочку, на которую она могла бы запрыгнуть. Она была достаточно маленькой, чтобы поместиться на его ладони, и смотрела на него большими черными глазами. Маленькое существо проигнорировало протянутый палец Бомгю и возобновило прыжки. Бомгю решил последовать за своим новым другом. Он не был экспертом по фактам о лягушках, но знал, что они должны быть рядом с водой. А там, где была вода, вероятно, были и другие животные, которые ее пили. Действительно, всего через несколько минут лягушка привела его к ручью. Бомгю достал свою фляжку и доверху наполнил ее пресной водой. Лягушка прыгнула в воду и уплыла, снова оставив Бомгю одного. Ну, в одиночестве, если не считать стаи рыб, плывущих вниз по течению. Возможно, это была самая глупая, либо самая умная его идея: Бомгю достал пальто, которое он носил не так давно, и окунул его в воду, используя как импровизированную сеть. 3 рыбы заплыли прямо в пальто, и Бомгю подхватил их, прежде чем они успели сбежать. Он завернул их в свое пальто и, когда это не помешало им барахтаться, запихнул и пальто, и рыбу в сумку, пока не разведет костер. Разводить огонь ножом и кремнем было гораздо проще, чем палками, как он и Рюджин практиковались. После того, как Бомгю подложил кучу веток, чтобы пламя загорелось, и несколько раз ударил кремнем, у него был достаточно большой огонь, чтобы готовить на нем. Он вынул рыбу из своего теперь вонючего рюкзака и отрезал им головы, прежде чем поджарить на огне. Они были пресными и не до конца приготовленными, но он был слишком голоден, чтобы быть привередливым. Он выжал из своей куртки столько воды, сколько смог, чтобы потушить огонь. Сделав это, он услышал первый за день пушечный выстрел. За звуком последовал громкий шелест деревьев поблизости. Кто-то выбежал из кустов, чуть не опрокинувшись при этом. Бомгю размахивал ножом, готовясь к бою. — Ты должен мне помочь! — умолял этот кто-то — Они только что убили Престона, а теперь собираются убить меня! Теперь Бомгю мог видеть, что человеком перед ним была Даён из 5. А Престон, о котором она говорила, был мальчиком из того же дистрикта. Он мало что знал о ней и наблюдал за ее тренировкой всего пару минут, но выражение ужаса на ее лице было таким искренним, что у Бомгю не было другого выбора, кроме как помочь ей. — Кто они? Кто пытается тебя убить? — Профи! Они преследовали нас, и Престон упал, я хотела вернуться, но мне нужно было продолжать бежать, и они его схватили! — Ее крики были громкими и истерическими; если Профи и не знали, куда она сбежала, то они точно знают сейчас. — Давай, пошли, нам пора! — Бомгю бросил последний взгляд, чтобы убедиться, что он собрал все свои вещи, прежде чем броситься бежать, с Даён следующей за ним. Он больше не заботился о том, чтобы быть тихим; если Даён была права и Профи следили за ней, они, вероятно, в любом случае знали, где они находятся. Он был сосредоточен только на том, чтобы вытащить их оттуда. Они углубились в лес, группы деревьев становились все гуще, а земля каменистей. Ноги Бомгю болели, и каждый вздох царапал ему горло, но он продолжал бежать. Они шли зигзагами, чтобы за ними было труднее следовать. Они не останавливались, пока Даён не споткнулась о большой корень дерева. Она быстро вскочила, чтобы снова побежать, ее дыхание было прерывистым, но когда она сделала шаг, ее нога подкосилась под ней. — Думаю, это растяжение. Судя по ее падению, это было намного хуже, чем растяжение, но Бомгю не стал ее поправлять. — Все в порядке, думаю, мы ушли достаточно далеко. Позволь мне взглянуть. Даён задрала штанину, чтобы он мог видеть ее лодыжку. Если не считать нескольких царапин, все выглядело в порядке, что удивило его, так как она довольно сильно упала, но он также не знал, что искать. — Я не думаю, что это растяжение. Просто отдохни немного, и все будет в порядке, — сказал Бомгю с уверенностью человека, который знал о травмах гораздо больше, чем он знал на самом деле. — У тебя есть вода? Бомгю высыпал содержимое своей сумки, позволив всему упасть на землю. Он передал фляжку Даён, и она жадно сделала глоток. Он побеспокоится о замене этой воды позже. — Большое спасибо, — она вернула фляжку, и Бомгю засунул её обратно в сумку. — Это было так страшно, мы просто ели, и мы развели огонь, что было так глупо, и вот как они нас нашли и убили его прямо у меня на глазах. Меня все еще трясет, — в доказательство она протянула дрожащую руку. Бомгю молчал, не зная, как утешить того, кто только что видел, как умирает ее друг. Но что-то в том, что она сказала, показалось ему неправильным… — Подожди, разве ты не сказала, что вы убегали от Профи? И что ты бросила его? — Что? — Выражение печали Даён было стерто с ее лица. Вместо этого ее рот был разинут, а глаза расширились. Она запнулась, но не смогла произнести ни слова. Точки сошлись в голове Бомгю. — Профи никогда не преследовали тебя. Они не убивали Престона — ему не нужно было говорить, кто убил Престона. Они оба уже знали. Бомгю попытался выхватить свой нож из кучи вещей, но его не было. Он поднял глаза и увидел, как он блестит в руке Даён. А затем, прежде чем он смог пошевелиться, прежде чем он смог что-либо сделать, он почувствовал острую, ослепляющую боль, когда Даён вонзила нож ему в живот. Затем она убежала, оставив Бомгю одного смотреть, как из него вытекает кровь.