***
Мафей снял защитное заклинание с тетрадки и ещё раз перечитал записи. Неизвестная женщина лет 30, умерла после родов. Мафей был бессилен. Происхождение установить не удалось ввиду отсутствия одежды. Мэтр долго читал ему лекцию о последствиях приращения плаценты… Тереза, выжила, 20 век. Неизвестный мужчина, около 20 лет, умер от пулевого ранения, вероятно, будучи оставленным на поле боя. По обмундированию — партизан из середины 20 века, из мира Терезы. (Мир, откуда происходили Жак и Ольга, для Мафея навсегда остался «миром Терезы» — настолько сильным было впечатление от первого успеха; знала бы Тереза, кого она вдохновила и на что!) Неизвестная девушка, около 17 лет, умерла от гнойного перитонита, вызванного прободением аппендикса. Реанимационные мероприятия не дали результата (не считая трёхчасовой лекции мэтра Истрана о воспалительных процессах и магических способах их купирования, а также важности своевременного применения последних и необратимости некоторых изменений в тканях). Эпоху и мир точно установить не удалось; судя по домотканой одежде — крестьянка или мещанка из Средних веков или Нового времени мира Терезы. Перерыв на три месяца. Мафей очень переживал, что не смог спасти переселенку, и с утроенной силой налёг на Пятую Стихию, рассчитывая подучиться и вот тогда уже точно спасать всех, особенно… ту самую. Рвения полуэльфа хватило ненадолго. Неизвестная женщина, около 25 лет, множественные переломы и повреждения внутренних органов. Умерла у Мафея на руках, по настоянию Шеллара была анатомирована в клинике мэтрессы Стеллы. Судя по отзывам последней, спасти эту конкретную переселенку не смог бы даже сам Аэллан; по инородному телу, извлечённому из плевральной полости и после отмытия и предъявления Жаку опознанному как «защёлка ремня безопасности от вонючей антикварной калымаги, такая у соседа-хипаря над машиной на счастье висела типа как подкова», примерно установлено происхождение — 1950–2050 годы в случае мира Терезы. Здесь Мафей ещё раз расстроился, но ему попалась под руку не книга по Пятой Стихии, а редкий труд мэтра Лагаэндра по философии научного метода. Проникнувшись, принц решил провести несколько контрольных экспериментов. Марк, около 30 лет, мечник, мир Терезы, во времени не ориентировался. «После Христа, но до Наполеона», как выразился Жак. Должен был погибнуть от удара мечом, спасён без особых усилий — проще говоря, переместился невредимым. Ричард, около 40 лет, умер от потери крови. Вероятно, криминальный элемент из 19 века. По крайней мере, пока Мафей его «держал», мужчина успел назвать своё имя, по просьбе Мафея сообщить год (1854-й) и штат Техас, из которого он происходил. Телепорт в клинику мэтрессы Стеллы не привёл к положительному результату (не считать же таковым гневную тираду мэтрессы) — потеря крови была слишком значительна; кроме того, были прострелены лёгкие; переливание крови не помогло. Дик, 27 лет, кулачный боец, мир Терезы, 1920-й год. Погиб, заступившись на улице за девушку и получив выстрел в упор. Спасён без особых усилий, поскольку переместился без ранений. Неизвестный мужчина примерно 60 лет, смерть от обширного инфаркта. Одежда в виде халата не позволяла установить происхождение. Подросток Константин, 14 лет, 1945-й год, подорвался на мине в городе, потерял обе руки. Спасти не удалось. Кроме имени и года, успел сообщить город — Курск. Далее произошло два события. Во-первых, Мафей решил завершить серию контрольных экспериментов, в которых целенаправленно пытался извлечь мужчин. Во-вторых, он (к вящей радости мэра Истрана) освоил (хотя и не без сопутствующих разрушений) силовые поля. Старик никак не мог понять, почему это ученик так упорно налегает именно на них, но всё равно радовался усердию юноши. А Мафею больше не приходилось просить Элмара чистить ковёр, поскольку кровь (и прочее) теперь аккуратно собирались на тонком вогнутом силовом поле, а затем аккуратно телепортировались прямиком в точку над Виандским провалом. Неизвестная женщина, около 20 лет, смерть от острой дыхательной недостаточности вследствие инфекционного заболевания. Мафей лишь порадовался иммунитету эльфов и отправил тело в Виандский провал. С чистой совестью. Одежда, конечно, была интересной, но заразить чем-то столь же интересным любимого кузена Шеллара… Нет уж. По крайней мере, пока Мафей не освоит в совершенстве магическое обеззараживание. Неизвестная девушка, около 16 лет, смерть от кровоизлияния в мозг, вызванного резким повышением давления. Вероятно, последнее было в свою очередь вызвано чересчур тугим корсетом и волнением; по крайней мере, именно к такому выводу пришла Служба Порядка, обнаружив это тело на одной из городских улиц и признав смерть естественной. Украшения и злополучный корсет ещё несколько лет будут ждать востребования родственниками. Вероятно, дворянка из 16-19 веков мира Терезы или аналогичного исторического периода другого мира. Крепостная крестьянка из 19 века, избежавшая смерти от удара копытом лошади. Проявила к принцу интерес, который даже имел шансы на взаимность, пока Мафей не убедился, что спасённая, во-первых, абсолютно необразована, во-вторых, отъедается до своего крестьянского идеала пышущей жизнью женщины. Отметка о снятии требования о том, чтобы девушка мечтала о романтике. Очень уж юного принца впечатлил смертельно давящий корсет и неловкие кокетства крестьянки. Взамен наложено требование, чтобы переселенка была умна. Неизвестная женщина 35 лет, множественные повреждения внутренних органов и кровотечения, переломы обеих ног, левой руки и позвоночника. Судя по одежде — 20-21 век мира Терезы; судя по повреждениям — ДТП; относительно уцелевшими оказались только пластмассовая заколка (отмыта и сдана Шеллару в доход короны под видом отдельно добытого предмета) и циферблат наручных часов (отправлен на склад ввиду сомнительной практической пригодности). Неизвестная женщина 70 лет, смерть от повторного инсульта. Купировать процессы в мозгу Мафей не умел. Домашняя одежда не позволяла определить мир и эпоху и не представляла ценности ввиду загрязнений органического характера. Тело телепортировано в Виандский провал. Госпожа Гольдберг, 20 век, смерть от острой сердечной недостаточности на почве крупной бухгалтерской недостачи. Маленькая гордость Мафея: он смог купировать приступ, чем, возможно, спас ей жизнь. А возможно, летальная часть осталась за моментом перемещения, и мэтр Истран просто… даже не приукрасил действительность, а расставил акценты из педагогических соображений. Уж что-что, а это любимый наставник умел. Отметка о снятии требования о том, чтобы переселенка была умна. Девушка лет 18-20, смерть от передозировки наркотиков. Судя по одежде — не раньше 20 века мира Терезы. Реанимационные мероприятия не принесли результата (лекции мэтра Истрана о вреде наркотиков удалось избежать, сняв с тела одежду и телепортировав его в Виандский провал; на этом этапе Мафей уже стал задумываться о кремации). Одежда (если это можно так назвать) после магического обеззараживания (на всякий случай) сдана Шеллару по частям под видом самостоятельных объектов, отправлена на склад без особого изучения ввиду занятости правящего монарха государственными делами. Женщина лет 30, смерть от внутреннего кровотечения в результате запущенной внематочной беременности, повлекшей апоплексию фаллопиевой трубы. На момент попадания в руки Мафею была обнажена и, судя по мокрым волосам, принимала душ. По косвенным данным (татуировки, украшение в пупке) — не ранее 1960-х годов мира Терезы; мир происхождения достоверно не установлен. Украшения сданы в доход короны, хотя на поверку оказались весьма дешёвыми. Ольга. Удар по голове. Больно! Перерыв на обдумывание. Смуглокожая девушка примерно 15 лет, умерла от долгой и мучительной лихорадки. Одежды при себе практически не имела, на теле — следы обрядов инициации, украшения — примитивно-варварские из костей и зубов (сняты, обеззаражены, завёрнуты в холст и сложены в дальний угол для дальнейшего самостоятельного изучения). Виандский провал и огненный шар вслед. Мафей взял карандаш и сделал запись про Милли. Кроме обычного указания пола, возраста, мира и рода занятий, принц подумал и добавил несколько сокращений на эльфийском, так толком и не поняв, что именно выявил при спешном обследовании.***
Милли, замотавшись в пушистый халат, дёрнула за верёвочку. Открылась, однако, не дверь, а только окошко в ней. — Простите, а где здесь фен? — спросила переселенка. — Что это такое? — невозмутимо спросила стражница. — Прибор для сушки волос. Ой, а где здесь розетки? — вдруг спросила Милли и, поражённая внезапной догадкой. — У вас ведь есть электричество, правда? Или задержанным не положено? — Полотенца висят в будуаре слева от ванны, если смотреть от двери, — коротко ответила дежурная, — в течении четверти часа я подам сухие. Ужин через час. Окошко захлопнулось, оставив Милли в полнейшем недоразумении. Такого быть просто не могло. Мгновенное перемещение в пространстве. Остановка времени. Огромное количество воды (для кого такая ванна? Даже Милли с её немаленьким ростом спокойно вытягивала ноги и руки!) — это ладно, на фоне остального это мелочи. И не в колодце вода — в водопроводе c холодным и горячим кранами, с канализацией! И без электричества? У них нет энергостанции?! Или просто камера есть камера, даже если она повышенной комфортности?***
На ужин подали жареное мясо (в количествах, которые удовлетворили бы даже самого Вэша) с гарниром из тушёных овощей, которые Милли не опознала. Впрочем, радовало даже не столько это, сколько столовые приборы — вилка и ложка, а не какие-нибудь палочки. И ещё немного — чашка горячего кофе, которую Милли отправила в местный «магохолодильник» к пончикам, довольствовавшись морсом.