Подглядывать нехорошо

Полночь. Снова и снова я ем Alpen Gold. Снова и снова листаю Тик-ток. Мне до жути хочется спать, но в голову как назло лезет идея зарисовки скетча, из-за чего я поднимаю своё бренное тело и включаю настольную лампу, которая сразу бьёт в глаза. Я жмурюсь, но достаю скетчбук и карандаш, попутно смахивая в сторону все предметы на столе. Сажусь на стул и начинаю вести аккуратные линии, которые постепенно складываются во что-то красивое: маленький худой медвежонок, очень сильно похожий на Винни-Пуха, лежит на бачонке мёда, а лапа и вовсе находится в нём. На нём только кофточка, которая по по-моей выдумке должна быть жёлтой. Рядом с этим милым зверьком стоит медвежонок побольше. Он с заботой смотрит на младшего и держит в лапах одеяло, которым хочет накрыть его. На нём одеты серая жилетка и штанишки, выделенные простым карандашом. Я улыбаюсь, но чувствую что чего-то не хватает и беру ручку, вертя ею между пальцем. Что-то само проплывает передо мной и рука будто бы сама начинает писать. Ты меня видишь? Я здесь. И смотрю на твою улыбку. Я твой – абсолютно весь. Правда, между нами все очень зыбко. Ты меня слышишь? Я тут. И шепчу тебе нежные фразы. И в душе моей чувства растут. Хоть я понял это не сразу, Ты меня любишь? Я – да. Наши звезды и сошлись, и совпали До последней мельчайшей детали. Я с тобой. Вечно твой. Навсегда. Мгм. Сам удивляюсь своему вдохновению и решая продолжить с музыкой — подключаю наушники к телефону и врубаю первую попавшую песню из какого-то плейлиста. Потом откладываю смартфон, начиная подпевать тексту и находу искать руками баночку с водой и кисточки. Первый мазок — голубой цвет оказывается на глазах старшего медведя. Второй — зелёные глаза младшего. Я ухмыляюсь. Ракрашиваю как хотел их одежду, зверьков делаю пушистыми и нежно-коричневыми. Умиляюсь простоте, когда на телефон приходит сообщение: Попов: Не спишь?

Вы: Откуда информейшин?

Попов: Слабый свет видно))

Вы: А ты так и норовишь посмотреть в моё окно...

Попов: Хочу словить кайф, ведь для чего-то ты делал это)

Вы: Обещал же забыть эту тему!

Попов: Не обещал, а сказал, что постараюсь не говорить об этом Попов: Но я же не говорю, а пишу)) Попов: 1:0

Вы: Крыса ты

Попов: Так чего не спишь?

Вы: Скучно, в Тик-Токе залипал

Вы: А ты почему?

Попов: Тетради проверял, потом закончил и пошёл есть

Вы: Вот зачем про еду сказал? Я тоже теперь хавать хочу!

Попов: Ухахахахаза Попов: 2:0 Попов: Ты жойско мне проигрываешь...

Вы: Ещё посмотрим кто кого)

Попов: Я всегда сверху!))) Я зачем-то представил это. Ммм...

Вы: А ты знал почему тебя не любит половина нашей группы?

Попов: ?

Вы: По качану — своих не сдаю Вы: 2:1 Арсений Сергеевич

Попов: Я против этого бала!

Вы: А мне пофиг, я сам его себе засчитываю

Попов: Ах так? Вы: Угу Попов: Спокойной ночи! 3:1

Вы: Это не подкол)) Вы: Эй! Вы: Смотри на него! Из сети он вышел Вы: Крыса

***

— И долго это будет продолжаться? — тихо шепчет Позов, оглядывая меня, а потом и Попова. Да, мы вновь на его паре заводим разговоры о нём же. Это ж беспалевно! — Что ты имеешь в виду? — с такой же громкостью отвечаю я, быстро переписывая задачи с тетрадки друга. — Ну вы где-то неделю назад начали "дружить" — он выделил последнее слово. — И переписываетесь каждый день, — по его странному тону я понимаю, чего именно он хочет знать. — И? — я сама оригинальность. — Вы обсуждаете всё на этом свете, играете онлайн в дурака. Он готовит тебя к тестам, в конце концов! — он чуть повышает голос, заставляя меня поднять голову и увидеть в карих глазах какое-то сокровенное чувство заботы. — Что будет дальше? — Не знаю. Мы просто общаемся, плюс вопрос с его подругой остаётся открытым, — на мою реплику будто реагирует магия — в эту же секунду дверь в аудиторию открывается и в проёме появляется молодая брюнетка. — Арсений, можно вас на пару минут? — мило просит она, получая от преподавателя не мой кивок. Дверь закрывается. — Попрошу вести себя культурно, — с этими словами он поднимается со стула и плавной, графской походкой идёт на выход. Я медленно выдыхаю и снова чувствую жжение на запястье. Оно лозой охватывает кожу и невыносимо горит — хочется вскрыть на этом месте вены. — Что такое? — реагирует на мои зажмуренные глаза друг. — Рука горит. Адски просто... — я закусываю губу, пока на языке не ощущается металлический вкус крови. — Может в медпункт? — дверь снова открывается, Попов бредёт на своё место, а лёгкий шум, стоящий в аудитории исчезает. — Не, уже вроде и нормально, — я щипаю это место и хмурю брови. Что за хуйня то такая? — О чём мы там пиздели? — О том, что вы "просто" общаетесь. — А точно. — Он ведь нравится тебе? — Очень, — я снова беру ручку и начинаю чирикать по тетрадному листку, пытаясь заглушить что-то непонятное во мне. — И ты ведь хочешь большего? — он без проблем прокрадывается в самое заветное желание, не боясь смутить или заставить смеяться. — Да, но как ты это представляешь? Он всё ещё наш препод. И хуй знает какой он ориентации... — Кстати, эта тёлка, что только что звала Попова не его "подруга"? — Нет. — Тогда он гей. — С какого перепуга? — я удивлённо округляю глаза и смотрю на него. — С обычного, Ватсон. Он флиртует с тобой — это раз. Та девушка была у него лишь единожды, а значит не его девушка, как он нам и заявил. Это два. И плюс я просто так думаю — это три. Тебе хватит? — я улыбаюсь его мышлению, хотя мою голову до сих пор посещает мысль о грёбанной руке. Что это? Откуда он взялось? Я ничего не знаю. — Возможно ты и прав, но я не знаю, может я вообще не в его вкусе. А флирт — это его манера общения. И ещё раз повторю: он до сих пор мой преподаватель. — Я кое-что придумал... — он хитрит оскалился и забрал свою тетрадь у меня из под носа, начиная что-то писать. — Эм? Что? — Потом узнаешь... — я недовольно фыркаю в ответ и тоже решаю переписать какие-то замудрённые задачи с доски, что так и продолжает решать Попов. Где-то через двадцать минут мне это надоело — появилось желание в тишине покурить. — Арсений Сергеевич, можно выйти? — Идите, Шастун, — громко ответил он и вновь уткнулся в доску. Я наскоро вытащил из рюкзака сигареты и запихнул их в карман джинс. Встал и буквально побежал на выход. Уже оттуда я направился в мужской туалет, где открыл окно и уселся на подоконнике, поджигая своего верного друга. Вот щас только песни Лизера не хватает. Хех. Кончик сигареты начал медленно тлеть и я, не лопая кнопки, затягиваюсь, сразу же чувствуя родную горечь в горле. Беру дым в себя и спустя полминуты выпускаю его из носа. В голове пролетает что-то странное и я не не хочу зацикливаться на мыслях. Просто хочу курить, но не могу — что-то гложет меня. Что-то необъяснимое хочет ответы на интересующие меня вопросы. Странно. Например, прав ли Димас и Арс реально является геем, а история с его "подругой" это заренее поставленая сцена, которая должна была как-то вывести меня на ревность? А если Поз ошибается, то тогда нахуй Попов флиртует со мной? Зачем помогает в учёбе и пытается избивать меня от вредных привычек? Почему его волнует моя жизнь и самое главное: когда я успел влюбиться? А и ещё: что за жжение? Затягиваюсь. Ещё раз. Решаю лопнуть обе кнопки. Затягаваюсь. Я не имею понятия что делать. Что можно спросить у Попова, но сейчас мне хотелось одного — перевести наше общение в более реальную плоскость. То есть я хочу хотя бы раз погулять с ним вживую, а не представлять что-то, сидя на диване и глупо втыкая в телефон. Конечно, ради исполнения этого желания надо действовать, но... Я не могу. Мне впервые кажется неправильным то, что я желаю общаться с человеком своего пола не совсем в дружеской форме. Тупо звучит, знаю, но что поделать? Я выкуриваю сигарету до фильтра и молча закрываю окно, выхожу из туалета и иду к аудитории, запихивая зажигалку и Кент в карманы. Без стука вхожу и сажусь на своё место, рассматриваю сообщение от преподователя. Попов: Ты сегодня какой-то поникший. Что-то случилось?

Вы: Не, всё нормально Вы: Как тебе не стыдно на своей же паре мне писать?)

Попов: Иногда это бывает так скучно, что хочется уволиться к чертям собачьим

Вы: Не не, вот этого мне не надо Вы: Ты щас уйдёшь, поставят вместо тебя какую-нибудь старую грымзу Вы: И в итоге меня отчислят из-за того, что по этому предмету у меня будут одни двойки((

Попов: Твоя самокритика меня пугает Попов: И кстати, хочу тебя разочаровать

Вы: ?

Попов: Про прошлому тесту у тебя вновь хилая 3

Вы: И на это спасибо

Попов: Хаха Попов: Есть планы на вечер?))

Вы: А есть предложения?)

Попов: Ещё какие... Попов: Ты перечитываешь параграфы 15-19 и выписиваешь мне основные смыслы, формулы и по одному примеру задач

Вы: Пип. Пип. Абонент вне зоне доступа сети.

Последний раз гляжу на озадаченного преподавателя и закрываю тетрадь. Устало улыбаюсь и выставляю перед собой руки, кладу на них голову, закрывая веки и погружаясь в сладкий сон... — Шаст! Шаст, вставай, звонок через минуту, — кто-то настырный без капельки сожаления тормошит меня, я бы сказал, что даже бьёт по плечам. — Ало, гараж, проснись! — Да хорошо, хорошо, — тягуче открываю глаза и слышу проклятую трель, что так стучит по барабанный перепонкам, что хочется самолично их вырвать, дабы не слышать вообще. — Погнали похаваем? — Пошли, — мой рюкзак каким-то чудным образом оказался собранным, и я, отблагодарив этого благодетеля, первый направился в столовку. Дима быстро шагал за мной, пока мы не столкнулись боками в проёме буфета. Рассмеявшись с этого, мы подошли к буфетчице. Димас решил взять пиццу с кофе, а я попросил чай с двумя сендвичами. Заказ нам отдали через минуту и мы сели за пустой столик у окон. Как раз рядом со столом преподователей — я сразу заметил Попова. — Помнишь про мой план? — весело уточнил Поз, с наслаждением откусывая пеперонни. — Ты мне его не рассказал. — А, точно. Ну и не важно. Просто не удивляйся, — ровно на этих словах к нам подошла Ира Кузнецова — милая блондинка, учившаяся с нами в одной группе. — Привет, Антон, — на моё огромное удивление она чмокнула меня в губы, а потом продолжила говорить, будто это было естественно и привычно: — Я слышала, у тебя есть ответы на будущий тест от Попова... Ответить я не успел, потому что пребывал в шоке от поцелуя. Не то, чтобы он был мой первый или я боялся девушек — просто как-то странно и гадко стало на душе. Но вот ещё больший шок произвела другая сцена — Арсений Сергеевич кинул стакан на пол, из которого пил мгновением ранее. Все преподаватели начали суетиться, а мне в голову пришёл ответ на один из вопросов.

Я ему не безразличен.