Часть первая. Глава 6
9 февраля 2023 г., 22:08
ШЕСТАЯ ГЛАВА.
«Время с любимыми людьми летит так бесконечно быстро. Казалось, что ещё вчера они только сидели и любовались с высоты маяка лиловыми закатами, но уже сегодня это их последняя ночь в этом доме. В доме, в котором останутся самые яркие воспоминания: разговоры, взгляды, смех, слёзы, прикосновения и поцелуи в приглушённых комнатах, откровения произнесённые шёпотом. Две недели, 14 дней, 336 часов, 20160 минут – так много и так мало.»__________
Ричард подошёл к дверям, сделанным из стекла, и впустил ночной свежий воздух, бесконечное небо, и бесконечные звёздные святилища отражались в его поистине счастливых зелёных глазах. Он и Джеймс, загородный домик, снятый на две недели на время отпуска, что-то может быть лучше? Молодой человек по-прежнему стоял в проходе, любуясь тем, как шумные волны бьются о камни и как стоящий вдали маяк своим лучом света ласкает горизонт, спасая заблудившихся путешественников. Когда-то и он был заблудившимся котёнком, не знающим дороги, цели, и только Джеймс смог стать для него теперь маяком. — О чём задумался? – голос мужчины был мечтательным и ласковым, таким, что первый звук был уже способен вызвать улыбку на лице у Ричи. Коллинз медленно подошёл к юноше, остановился позади него, длинные пальцы легли на косяк второй двери, которую тот не стал открывать. Мельком взглянул на открывшийся перед ним невероятно красивый горизонт. — Я задумался о тебе, – признался Ричи, с улыбкой взглянув в кристально серые глаза, если бы не его расширенные зрачки сейчас, то можно было бы сказать, что они подобны луне – красивые и загадочные, — О том, что... И почему сердце так предательски гудит, выламывая рёбра, от одной мысли о том, чтобы сказать о самом важном откровении? Губы от волнения пересохли, и прежде, чем ответить, он прошёл к стойке, на которой стояли бокалы и бутылка красного вина. Оно тот час разлилось по бокалам, наполняя тишину красивым звуком. Коллинз, тем временем молча дожидаясь ответа, с любопытством смотрел на Ричи, что ещё стоял к нему спиной. Взяв в руки по бокалу, молодой человек развернулся к Джеймсу и один из них протянул ему, мужчина прошёл к Ричи и остановился в чертовски близких десяти сантиметров, приняв бокал. — Джеймс, – юноша сделал глоток красного, опьяняющего напитка для смелости и продолжил, — мы столько всего сказали друг другу, но я до сих пор не сказал самого важного, я... Я Люблю Тебя! И всегда любил только тебя! Коллинз смотрел не отрываясь на чуть влажные, розоватые губы парня, будто хотел с них сорвать что-то ещё, но чуть было не сорвался сам. То ли от алкоголя, то ли от вырвавшегося с уст признания, у Ричи немного закружилась голова. Вместе с вином по венам лилось лёгкое возбуждение. — И я люблю тебя, Ричи. Я уже взрослый мужчина, но иногда страшусь этого чувства, а иногда страшусь себя и своих желаний, – теперь и Джеймс поднёс к губам бокал и полностью осушил его. Глаза встретились, осознавая услышанное, Ричи скромно улыбнулся и сказал: — А я не страшусь своих желаний. Губы Джеймса медленно и верно попали в капкан – горячий, опасный, настоящий. Капкан губ, что раскрывали потаённые желания и выпустили на волю всех Инкубов. Страшно. Коллинз ошарашенно отстранился от поцелуев, о его каменном стояке говорили бесеватый, голодный взгляд и рваное, хищное дыхание. Ричи не мог отступить, и налитыми кровью губами вопросительно прошептал: — Позволишь мне их показать? Я так хочу тебя! — ... — Я ведь вижу, что и ты этого очень хочешь. Поразительно: Мужчина, обычно уверенный в себе и в своих действиях, вдруг робеет перед мальчишкой, что на семь лет его младше. Хотя дело было скорее всего не в этом, а в том, что он впервые влюблён насколько сильно, что ужасно боится, что Ричи могут напугать его сексуальные предпочтения. Неужели теперь заново учиться сексу? В этот раз нежному, ласковому, дарящему, такому же, как и сам Ричи? Он не стал ничего отвечать, подошёл просто ближе, поставив свой бокал за спину Ричи. Тишина и воздух сгущались под жаждующими взглядами. Пальцы мужчины сдёрнули наверх шёлковую рубашку и медленно, одну за одной пуговицу, не торопясь, выше и выше, стали расстёгивать свободного кроя рубаху. Приоткрывая его спортивное, горячее, напряжённое тело, вместе с тем обнажая душу. Не его. Свою собственную. Приятная ткань соскользнула с плеч, лишь оставаясь на руках. Губы Джеймса мягко прильнули к обнажённому плечу. Ещё один нежный поцелуй, от которого вдруг пошли по позвоночнику мурашки. Третий, четвёртый – стремящиеся к шее. Ричи, закрыв глаза от ласки, игрался с копной волос мужчины, притягивая к себе ближе. Вкусное вино смачивало его губы. Можно ли отказываться от этих двух сладостей? Поставить второй бокал на стойку не обвенчалось успехом. Тот, вместе с остатками вина полетел на пол, когда пальцы Ричи случайно задели бокал. Не обратив на это никакого внимания, юноша жадно притянул к себе мужчину, простонав от близости. Кратчайший взгляд и губы встретились: игрались, кусались, ухмылялись, прерывались на один вдох и снова встречались, чтобы вновь друг друга лишать витающего вокруг них кислорода. Это сводило с ума. — Джеймс... – шёпот в губы. — Я хочу тебя! Ричи улыбнулся, как лис, и ловко поменял их местами, мужчина удивился этому на долю секунды. Он снял с того чёрную, обтягивающую футболку и вновь примкнул к губам, прижимая любимого к столу, что тому пришлось вцепиться пальцами за края. — А я тебе говорил, что ты мой чёртов сексуальный герой? – отстранившись, спросил тот. То ли от алкоголя, то ли от нескончаемых поцелуев, язык споткнулся на полуфразе. Но с губ Ричи это прозвучало ужасно возбуждающе. Джеймс лишь улыбнулся и сладко поцеловал. Молодой человек отстранился, но лишь для того, чтобы спуститься на шею. Провести по ней мокрым и горячим языком, тем самым заставив мужчину сжать пальцами край стола сильнее. — Ты – мой. Я так устал ждать. Смелые слова остались на ключице вместе с ласковыми укусами. Тело Джеймса уже начинало сводить судорогой. Чёртов алкоголь. Губы скользнули по груди, захватили сосок и всосали его вместе с кожей. Багровый след. Ричи шёл вниз дорожкой нежных, горячих поцелуев, не пропуская ни одного напряжённого мускула. Медленно опускаясь на колени, парень кокетливо и заигрывающе смотрел в серые глаза, что будто так и стремились от него спрятаться, то под веками и длинными чёрными ресницами, то подняться к потолку, когда Джеймс задыхался от ласки. Ричард придвинулся ближе, ловко и умело расстёгивая сначала ремень, затем тугую пуговицу и, наконец, ширинку. Ухватившись за петельки брюк, лишь немного спустил. Юноша, увидев размер мужского достоинства, прикусил нижнюю губу, довольно улыбаясь. Всё тело мужчины словно состояло сейчас из камня. Ещё никому и никогда не удавалось его так возбудить, что тот стоял полностью обездвижен. Палец, зацепив резинку белья, оттянул её вниз, и на её месте появился поцелуй. Джеймс издал протяжный стон – это стало точкой невозврата для Ричи. Он, уже вцепившись в ткань двумя руками, нетерпеливо спустил, освобождая член Джеймса. Твёрдый и горячий. Зелёные глаза загорелись, как на приз. Положив ладонь, провёл ею вниз вдоль длины и коснулся влажными, мягкими губами основания. — А-г-рх! – трещит деревянная поверхность под пальцами мужчины созвучно с его гортанным стоном. Вместе с горячим, мокрым языком, юноша стремился выше, к чувствительной головке. Горячее дыхание обжигало плоть. Началось настоящее безумие: градус вместе с возбуждением делало желание невыносимым....«Хочу чувствовать. Любить. Отдавать.»
Ричи больше не выдерживает и, обхватив рукой член, скользит губами вдоль всей длины. Чувство наполненности – какое же оно долгожданное. И вся мощь Джеймса ощущается сполна только сейчас. И она трогает каждую эрогенную зону, когда движется ласково и нежно. Неторопливо. Чувственно. Реагируя стонами, которые проходятся приятной вибрацией по всей длине. Мог ли и сам Ричард подумать о том, как это на самом деле может быть приятно? Это его первый сексуальный опыт, и только пусть попробует вино забрать с собой хоть одну деталь. Выпито лишь пол бокала, но оно разогжло невероятную страсть, от которой бесконтрольно сносит голову. С хрипом разум покинул Джеймса, и он начал невольно поддаваться вперёд, Ричи это не напугало, а только ещё больше стало возбуждать. Расстегнув и свои джинсы, стал ласкать себя рукой. Ощущения стали гораздо ярче, что было до теперь казалось ерундой по сравнению с тем, что сейчас. — Р-ричи... – всхрип удовольствия сошёл с губ Джеймса. Парню нравилась реакция, это была самая большая награда, которую только можно было вообразить. В ход снова вошли сладкие и влажные губы и язык, Ричи дразнил, то мягко целуя, то игриво лизнув, то трогая плоть поочерёдно горячим и холодным дыханием. Джеймс был уже на самой грани и, взяв себя в руки, требовательно прошептал: — Иди ко мне. Молодой человек послушно поднялся, хоть и было чуть досадно, что остановили на самом интересном. Мужчина резко притянул к себе и крепко прижимая к телу поцеловал так, как ещё не целовал никого и никогда. Сердце, казалось, в любую секунду может остановиться, но в то же время оно бешеным ритмом просило ещё и ещё. Было так горячо и жарко. — М-м-м, чёрт, – Джеймс отстранился и виновато посмотрел. — что мы делаем? — Т-с-с. Ричи был готов чуть ли не расплакаться и вновь перешёл к неторопливым и нежным поцелуям, которые, на удивление, сработали. Не отрываясь от губ, юноша повёл Джеймса из кухни в ванную комнату. В помещении пахло от повсюду расставленных аромасвеч ванилью, действующей как сладкий дурман. Чем больше они целовались, тем больше казалось этого мало. Джеймс провёл ладонями по рукам юноши, неторопливо снимая с него рубаху, и та полетела на кафельную плитку. Губы медленно оторвались друг от друга, одни из них прошептали: — Хочу заняться с тобой любовью. Хочу тебя. Хочу, чтобы ты стал моим первым и последним. Они разделись и легли в огромную ванну. Тёплая вода приятно расслабляла тела, едва ли уловимый запах лепестков роз, лежащих на пене, щекотал ноздри. Ричи, улыбнувшись, прильнул пухлыми губами к шее и ловко сел сверху. Их глаза встретились, и сердце забилось быстрее от осознания: теперь они будут принадлежать друг другу, возможно до последнего вздоха. Уверенные пальцы притянули к себе, чуть приподняв юношу, губы коснулись мужской груди, язык коснулся соска и Ричи издал мурлыкающий стон. Упираясь руками о бёдра, поддался ещё ближе к Джеймсу. Тот втянул глубоко в себя запах любимого тела и провёл языком по животу. Хотелось ещё ближе и ещё ниже. Целовать, целовать, целовать, целовать. Взять всего, без остатка. Ричи жалобно застонал и, не выдержав больше отсутствия губ на своих губах, прильнул, неумолимо вбирая всю сладость. Слабость. Джеймс стал ласкать его член рукой под водой, Ричи постанывал от удовольствия то в губы, то в шею, то в сильные мужские плечи. — М-м-м. Ритм ускорялся, и он вёл всё ближе и ближе к оргазму, мужчине нравилось наблюдать за каждой написанной на лице эмоцией: милая и расслабленная улыбка; слегка приоткрытые, полные от поцелуев губы; опьянённый взгляд счастливых глаз. Какой же он красивый сейчас, почти божество, от которого нет сил оторвать глаз. Это возбуждало. Чертовски возбуждало. И стоны, стоны, стоны. Ричард издал ещё один, вцепившись пальцами в плечо и медленно расслабился. — Ты уверен, что хочешь попробовать? — М-м-м, да-а-а. — Хорошо, помни, что мы можем остановиться в любой момент. Ричи кивнул, практически не слушая, останавливаться – это последнее, чего бы он сейчас хотел. Джеймс принялся его нежно и сладко целовать, дотянулся рукой до стеклянной бутылочки, что стояла на борту. Положив руку на талию, мужчина притянул к себе так, что юноша немного выгнулся в спине. Сняв крышечку, в ванне сразу заиграл запах кокоса. Маленькая бутылочка с маслом оказалась за спиной, и содержимое из неё медленно полилось по позвоночнику вниз. Его тёплые капли приятно трогали кожу, оставив бутылку, следом за ними коснулись и пальцы. Пальцы, которые стали тут же масляными, легко скользили по красивому и юному телу. Дыхание резко спёрло, когда Джеймс подошёл слишком близко, но уже в следующую секунду парень улыбнулся, позволяя следовать дальше. Палец коснулся входа, и серые глаза стали искать реакции. Ричи не испугался, напротив, готов был начать извиваться, как кошка, требуя ласки и своего Джейми. — Я буду осторожен, – сказал мужчина, громко, чётко, но очень ласково, что от предвкушения ласки забегали приятные мурашки по коже. С этими словами, Джеймс проник пальцем, не спеша, ловя быстрые взмахи чёрных ресниц и протяжный стон, пальцы Ричи задрожали от новых ощущений, дыхание стало чаще и рванее. Осторожно вынув палец, парень жалобно захныкал, прося ещё и ещё порцию этих ощущений. Было немного больно, но это была скорее даже приятная боль. — Люблю тебя, – беззвучно сказали губы Ричи. — И я тебя. Правда. Ричи почувствовал, как член любимого мужчины плавно заскользил вдоль периниума, смазывая его кокосовым маслом, и как головка дразняще снова и снова касается входа, но не позволяет себе большего. Терпения становилось всё меньше, несмотря на то, как это было приятно. Не в силах ждать ещё хоть одну секунду, молодой человек обхватил рукой член и, направив ко входу и затаив дыхание, очень медленно стал опускаться. Пальцы мёртвой хваткой вцепились в плечо, а на длинных ресницах застыли непрошенные слёзы. Джеймс и сам до крови прикусил нижнюю губу от того, насколько было тесно внутри. В попытке заглушить боль своего милого, драгоценного мальчика вновь стал оставлять на его теле дюжину поцелуев и влажные дорожки от языка. Ласкал руками бёдра, сжимал жадно, но нежно ягодицы. Вниз до самого упора, простанав, вверх – медленнее, ловя и запоминая каждое ощущение и снова вниз. — А-х-м-м! Ричи, прильнув всем своим телом, запустил пальцы в чёрные и густые волосы, целовал в губы, щёки, ресницы, виски, вызывая счастливую улыбку на лице у Джеймса. — Мой Джейми! Они не останавливались, неторопливо двигались навстречу друг другу, оставляя в пространстве приглушенные стоны, боль почти полностью сменилась на невероятно приятные ощущения. Ричи нравилось чувствовать горячую плоть, что с каждым проникновением и с каждым на ушко озвученным красивым стоном становилась твёрже, нравилось находится с любимым наконец-то рядом, нравилось отдавать себя. Джеймс позволил себе двигаться быстрее, когда юноша привык, захрипел, застонал, чувствуя, как он уже близко. Джеймс привык в отношениях быть доминантом, брать сильно, грубо, практически первобытно, но Ричи был другим и с ним хотелось по-другому и это не могло не нравится, не могло не заводить больше, сильнее. Толчки, одни за одним, глубокие, но аккуратные. Быстрее, не выходя за обещанную им осторожность. Нежность и собственничество. Ещё один толчок навстречу Ричи, и мужчина, прижав к себе крепко юношу, кончил прямо в него. Пульсация заставила тело Ричи задрожать в блаженной истоме и обессиленно упасть на Джеймса, полностью расслабившись. — Тише...– прошептал мужчина, поддерживая парня, — Как ты? — Хорошо, – настолько, что не в силах даже шептать. — А ты? В ответ мужчина поцеловал и заметил, как того мучает приятная усталость и мелкая дрожь. Только сейчас они поняли, что вода немного остыла и, включив горячую, сидели ещё какое-то время, греясь. Говорить не хотелось, улыбки и глаза были красноречивее всяких слов. Приняв ванну, они вышли из неё и направились в спальню. Не успели головы коснуться подушек, как они тут же уснули в обнимку.
