Не без чьей-то помощи

      — Тишина-а-а!.. — все волшебники тут же притихли и уставились на чародея, стоявшего во главе огромного зала.       — Дорогие ученики, — начал директор мягким, но уверенным голосом, — вот и ещё один учебный год пролетел практически незаметно. Надеюсь, что за это лето вы успели хорошо отдохнуть и набраться сил.       Он сделал паузу, скользнув внимательным взглядом по столам факультетов.       — Но прежде чем мы начнём трапезу, — продолжил он, — я хотел бы представить вам нашу новую ученицу.       По залу тут же прокатился удивлённый шёпот, студенты переглядывались, переговаривались, пытаясь угадать, кто же удостоился такого особого представления.       — Это насколько же нужно быть особенной, чтобы тебя представляли отдельно? — возмущённо прошептала Гермиона, скрестив руки на груди.       Сидящий рядом Рон лишь пожал плечами. Он явно не знал, что ответить, зато медленно и осторожно начал тянуть руку к тарелке с куриными крылышками. Заметив это, Гермиона резко шлёпнула его по запястью.       — Всё-таки за это лето ты ни чуточки не изменился, Рон Уизли!       — Прошу прощения, профессор Грейнджер, — выпалил Рон, потирая ноющее место, — но я не виноват в том, что близнецы решили взорвать мою порцию!       Он бросил косой взгляд на смеющихся Фреда и Джорджа.       — На твоём месте я бы беспокоилась о том, куда снова пропал Гарри, — зло прошипел он.       Гермиона нахмурилась.       — То есть ты хочешь сказать, что… Рон не успел договорить — его тут же перебил голос, от которого хотелось скривиться.       — Ох… Невилл, — протянул проходящий мимо Драко Малфой, за спиной которого маячили Крэбб и Гойл, — неужели Поттер снова согласился стать твоей подопытной крысой? Что ты тестировал на этот раз?              Он усмехнулся.       — А знаешь, можешь не отвечать. Я и так догадываюсь: очередной неудачный эксперимент, верно?       Драко перевёл взгляд на Гермиону.       — А ты, Грейнджер, похоже, так зачиталась своими книжками, что даже не заметила одного из своих дружков, спящего лицом в тарелке.              Криво ухмыльнувшись, он наконец направился к столу Слизерина.       Объяснять что-либо дальше не имело смысла. Ученики были настолько отвлечены, что, пожалуй, не заметили бы даже армию дементоров. Дамблдор, мысленно отметив это, покачал головой и взглянул на Макгонагалл, сидящую за преподавательским столом и нервно перебирающую пальцы. Та тут же поднялась и тихо подошла к нему.       — В чём дело, Минерва? — с недоумением спросил он. — Что-то случилось с нашей гостьей?       — Я не уверена, можно ли назвать это серьёзной проблемой, — прошептала профессор, — но у неё с Северусом…       Глаза Дамблдора расширились. Неужели свершилось то, о чём он «мечтал» на протяжении стольких лет?              — Альбус. Альбус. Альбус, — раздражённо прошипела Макгонагалл, почти по-кошачьи.              — Прошу прощения, задумался, — моргнул директор.       — Мне кажется, сейчас не самое подходящее время для распределения, — продолжила она.       — Неужели всё настолько серьёзно?       В ответ Минерва лишь коротко кивнула, бросив быстрый взгляд на профессора Трелони.       — Пока ты думал Мерлин знает о чём, между ними уже назрел серьёзный конфликт.              — Клянусь лимонными дольками, Минерва, я разочарован… — пробормотал Дамблдор.       — Вот же старый болван! — не сдержалась Макгонагалл и шлёпнула его по плечу. — Между прочим, для девочки это огромный стресс!       Она понизила голос, но в нём звенела ярость.       — Тебе знакомо чувство, когда твои родители погибают прямо у тебя на глазах, а ты не в силах помочь из-за пары держащих тебя… ублюдков? Почти никому здесь это чувство не знакомо. Ей нанесли достаточно и моральных, и физических травм. Она лишь недавно начала с этим справляться. Ещё шаг — и у неё бы получилось окончательно. А теперь она каким-то образом умудрилась поссориться с преподавателем, который держит в страхе весь Хогвартс!       — О Мерлин, сколько раз повторять, он отличный препода… Сивилла! — вздрогнул Дамблдор.       — Прости, Альбус, — промямлила Трелони, — я не хотела пугать… но я больше не могу это терпеть. Они только и делают, что ругаются… Она сжала руки.       — Любой другой уже давно бы сломался. Я знаю Северуса, знаю, что он не тиран, но… я беспокоюсь за неё.       Дамблдор тяжело вздохнул.       — Ты права, Минерва. Любой другой — да. Но уж точно не эта девушка. Она сильна. Гораздо сильнее, чем кажется.