Не без чьей-то помощи

***

      Замок утопал в глухой тишине. Лишь изредка где-то вдалеке мелькали шорохи — чаще всего причиной им был сквозняк, блуждающий по древним коридорам. Каменные стены, пропитанные веками магии, словно затаили дыхание.       Однако вскоре покой был нарушен звонким, отчётливым стуком каблуков о холодный каменный пол. Звук отражался от сводов и уходил куда-то вглубь, растворяясь в темноте.       — Дорогая, побудь здесь. Я осведомлю профессора Дамблдора о твоём прибытии, — сказала ведьма, мягко улыбнувшись перед тем, как удалиться.       В ответ она получила лишь едва заметный кивок.       Миллер проводила её взглядом и невольно залюбовалась. Ведьма казалась по-настоящему мудрой и красивой: волосы собраны в аккуратный низкий пучок, длинное платье глубокого изумрудно-зелёного оттенка подчёркивало статность фигуры. На голове покоилась шляпа того же цвета, а плащ — чуть более тёмный — изящно развевался при каждом шаге.       Засмотревшись, Эвелин облокотилась на стоявший позади чемодан, но, едва коснувшись его, тут же мимолётно отдёрнула руку. На её любимом чемодане — чёрном, как ночное небо без звёзд, — сидела красивая пушистая кошка. Та самая, что ещё полчаса назад провожала её к замку.       — Ну здравствуй, красавица, — улыбнулась девушка.       Это была миссис Норрис.       — Не ожидала тебя здесь увидеть…       Эвелин медленно протянула руку, намереваясь погладить кошку, но та тут же агрессивно зашипела, впившись взглядом в волшебницу. По крайней мере, Эвелин так показалось.       — Неужели ты меня разлюбила? — спросила она, словно и правда ожидала ответа.       Прошла всего секунда — и за её спиной раздались шаги. Сначала едва различимые, затем всё более отчётливые, пока наконец не стихли совсем.       — Не советую вам прикасаться к этому бесполезному, блохастому комку шерсти, мисс…       «Твою же мать… этот голос. Неужели он мне знаком?» — пронеслось в голове Эвелин.       — И почему же, профессор? — спокойно спросила она, не оборачиваясь.       — Позвольте спросить, с чего…?       — Позволяю.       Такого ответа мужчина явно не ожидал.       — Не советую дерзить, девочка, — сквозь стиснутые зубы прошипел он.       — И что же ты мне сделаешь, мальчик? — игриво откликнулась студентка.       Профессор застыл. Никто и никогда не позволял себе говорить с ним подобным тоном.       — Чего молчишь? Словарный запас кончился?       — Советую тебе закрыть свой маленький, грязный ротик, прежде чем это сделаю я, — прорычал мужчина, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели, словно от вспышки самого яркого патронуса.       — Я разочарована… Неужели у тебя хватит смелости ко мне прикоснуться?       — Сейчас узнаешь, дрянь! — не сдержавшись, бросил гроза подземелий.       В следующее мгновение он оказался рядом. Одной рукой схватил её за горло, второй поднёс палочку к подбородку — и замер.       Эвелин оказалась прижата к стене. Холод камня прожигал спину. Она и подумать не могла, что преподаватель способен на подобное.       — И что же ты на это скажешь? — злобно ухмыльнулся мужчина.       Горло было сжато так сильно, что девушка не смогла издать ни звука. Осознание собственной беспомощности накрыло с головой. Она закрыла глаза — их жгло, и слёзы сами собой выступили на ресницах.       Одна капля, сверкающая, словно алмаз, скользнула по щеке к подбородку, затем по палочке чародея и упала ему на внешнюю сторону ладони.       Она плакала.       Такой беспомощной она чувствовала себя лишь однажды. И вот — снова. Снова прижата к стене, снова не в силах сопротивляться.       Снейп же был в шоке от самого себя. Он никогда не позволял себе подобного. Но отступать сейчас казалось невозможным.       «Нужно поставить эту глупую девчонку на место», — мелькнула мысль.       Но стоило следующей слезе коснуться его руки, как по телу пробежал резкий разряд, словно удар тока.       Мышцы свело судорогой. Хватка ослабла — и оба рухнули на колени, ударившись о холодный пол.       Эвелин закашлялась, жадно хватая воздух. Снейп же, окончательно придя в себя, резко выпрямился, отряхнул мантию и, фыркнув, уже собирался развернуться и уйти, когда почувствовал, как ткань его одежды сжали дрожащие пальцы.       Девушка, собрав последние силы, поднялась и крепко ухватилась за его мантию, стараясь удержаться на ногах.       Он обернулся. Взгляд — холодный, как вода озера у Запретного леса.       — Так просто ты… от меня… не… — прошептала она, теряя равновесие.       Она бы упала, если бы в следующий миг не была подхвачена за талию и поднята на руки.       — И что мне теперь прикажешь с тобой делать? — сухо спросил Снейп, внимательно рассматривая её побледневшее лицо.       — Избавишься… — едва слышно ответила она.       — К сожалению, ответ неверный, — произнёс он. — Жалко от такой избавляться…