Не без чьей-то помощи

***

       Грифон, охраняющий вход в директорскую башню, медленно закружился после того, как Северус Снейп произнёс пароль. Каменные плиты с глухим скрежетом разошлись, открывая узкую винтовую лестницу. Мужчина ступил на первую ступень и начал подниматься.       Ступень за ступенью. Шаг за шагом.       С каждым витком он ощущал, как становится всё ближе к ненавистному кабинету Альбуса Дамблдора. Стоит ему появиться — и старик, как всегда, заведёт свою привычную шарманку: начнёт расспрашивать о прошлом, о пожирателях, о лояльности, а затем непременно сведёт разговор к своему ненаглядному Поттеру.       Северус знал этот сценарий наизусть.       Поднимаясь, он машинально начал накладывать пелену защиты на разум — плотную, многослойную, выверенную до автоматизма. Он всегда делал это заранее. Слишком хорошо он знал Альбуса и его манеру «невзначай» заглядывать туда, куда его не приглашали.       Особенно сейчас. Потому что стоило мыслям ослабить контроль — и сознание тут же выдало запретные образы. Фрагменты. Обрывки ощущений.       Холодная, маленькая ладонь, сжавшая его запястье. То, как она вела его руку — медленно, уверенно, будто знала, что делает. Тонкая кожа под пальцами. И пульсация её сонной артерии — слишком живая, слишком близкая. То, какая она была мокрая, влажная — и вся под его контролем.       По телу прошла едва заметная, но отчётливая волна возбуждения. Северус резко остановился, сжав перила лестницы.       — Чёрт… — выдохнул он сквозь зубы.       Стоит мне войти туда — и он всё поймёт.       Даже без прямых намёков. Даже без слов. Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор был опасен именно этим — умением видеть больше, чем показывают.       Снейп знал: если директор заподозрит — он не отпустит эту тему. Никогда.       Собрав волю в кулак, Северус уже собирался продолжить путь, когда сверху послышался быстрый, резкий стук каблуков. Он не обратил внимания — лишь на мгновение напрягся и пошёл дальше.       Через несколько секунд он едва не столкнулся лоб в лоб с Минервой МакГонагалл. Она была в ярости. Глаза метали молнии, волосы слегка растрепались, движения были резкими, почти порывистыми. За ней, стараясь не отставать, бежала мадам Помфри, вполголоса уговаривая коллегу успокоиться и напоминая, что они могут столкнуться с учениками. Они пронеслись мимо него, словно ураган. Минерва, казалось, даже не заметила Северуса, а Поппи лишь мельком кивнула, не прерывая попыток усмирить подругу.       Снейп обернулся им вслед.       — Неужели меня ждёт то же самое?.. — мелькнула мысль.       Он никогда прежде не видел МакГонагалл в таком состоянии. Это было… тревожно.       Натянув защиту на разум ещё плотнее, Северус сам не заметил, как оказался у дверей директорского кабинета. Он вошёл без стука.       Внутри его встретила неожиданная картина: Альбус выглядел… довольным. Слишком довольным. Он стоял у окна, наблюдая за погодой, и улыбался — той самой загадочной улыбкой, которая всегда означала неприятности.       — Вы хотели видеть меня, директор? — сухо произнёс Северус, остановившись у входа.       — Ты прав, мальчик мой, — отозвался Дамблдор, не оборачиваясь.       — У вас есть ко мне вопросы?       — Как там мисс Миллер, — произнёс старик, поднимаясь с кресла. — Вы с ней… давно виделись?       Северус напрягся. Внутренне — резко, болезненно.       Вот оно.       Он хотел спросить, к чему этот разговор, но понял — любой лишний вопрос лишь подскажет Альбусу направление.       — Мисс ? — изогнул бровь Снейп. Он всё ещё стоял неподвижно, но теперь смотрел прямо в спину директора.       Альбус молчал, наблюдая за дождём за стеклом. И улыбался.       Северус понял: старик знает. Или, по крайней мере, подозревает.       Один из домовиков уже доложил ему об инциденте. Он рассказал что Эвелин было плохо, и Северус в ту ночь помог ей. Дамблдор просто ждал — хотел увидеть реакцию.       — Мы с ней не виделись, — ровно сказал Снейп.       — Мне казалось, мы договорились быть честными друг с другом, — пропел директор, не оборачиваясь.       «Какого Мерлина…»       — Самого настоящего, — спокойно отозвался Альбус.       — Что? — переспросил Северус.       — Я спрошу ещё раз, мальчик мой. Ты виделся с Эвелин Миллер?       — Нет, — отрезал мастер зелий. — Если это всё, ради чего вы меня звали, прошу меня простить. У меня котлы на огне. Не хотелось бы лишить колдомедиков Мунго их драгоценных лекарств.       Он лгал. Холодно. Чётко. Привычно.       — Можешь идти, — сказал Дамблдор. — Но не забывай: что бы ни случилось, всё равно об этом узнаю. Лично или из чужих уст. Доброго дня, мальчик мой.       Северус уже развернулся, когда за спиной вновь прозвучал голос директора:       — Советую тебе с ней увидеться. Приведи девочку в порядок. Не для того она пришла в Хогвартс, чтобы лежать на больничной койке. Её даже распределить не успели.       Снейп не ответил. Он просто вышел. До самого момента, пока он не оказался в своих покоях, Северус сохранял внешнее спокойствие. Но стоило двери закрыться — маска рухнула.       Он сорвал с себя мантию, схватил бутылку огневиски с полки и налил щедрую порцию в гранёный стакан. Выпил залпом. Не чувствуя вкуса.       Сел в кресло, закрыл лицо руками. Сальные пряди волос упали ему на лоб.       — Идиот… — прошептал он. — Повёл себя как мальчишка.       Он знал: своим поведением лишь упростил Альбусу задачу.       — Какого чёрта старик вообще о ней заговорил?! — рявкнул Северус в пустоту.       Стакан полетел в стену. Стекло разлетелось осколками по комнате.       Одна ученица — и всё пошло наперекосяк.       Минерва в ярости.       Альбус затеял очередную игру.       А он сам — человек, всегда гордившийся своим холодным рассудком — медленно, неотвратимо сходил с ума, не в силах разобраться ни в себе, ни в происходящем.       И это пугало его куда сильнее, чем любые тёмные метки прошлого.