Лис и дракон. История одного проклятья

В тот миг, когда его губ коснулись мягкие губы супруги, их ци сплелись в единый поток, и этого оказалось достаточно, чтобы наконец произошло болезненное, но быстрое обращение. Чего Лань Ванцзи точно не ожидал, так это того, что дева в тот же момент покачнётся и упадёт! Он едва успел подхватить её, а густая вуаль снова скрыла её лицо. «И хорошо, — подумал Ванцзи, — что девушка оказалась без сознания». Он был перед ней в неподобающем виде. Лишь лёгкая ткань спадала с его плеч, ничего не скрывая, а в остальном он был столь же наг, как в тот день, когда пришёл в мир кричащим младенцем. Со всей осторожностью Ванцзи перенёс супругу на постель, предназначенную, очевидно, чтобы между ними свершилось впервые таинство супружества, — та возникла здесь, когда дева в красном только ступила под своды пещеры. Сразу после того он поспешно оделся и замер, задумавшись. Он прочёл множество книг, но точно не уделил внимания одной теме. Что теперь ему следует делать и как поступить? И разве должна была его супруга потерять сознание? Что-то ещё во всей картине ускользало от Ванцзи. Снова он оглянулся на укутанную в красные одежды деву. Он понимал, зачем были нужны благовония. Они смущали человеческий разум, не позволяя увидеть истинный облик дракона. Но только на одних существ этот тягучий аромат действовал вот так, лишая их сознания. Неужели его супруга, та самая, с которой они совершили поклоны и распили чашу, та самая, брак с которой его личное проклятье посчитало завершённым, раз уж он сумел обрести вновь человеческую форму, на самом деле лиса? Хули-цзин?.. Ванцзи чуть нахмурился и поспешил погасить благовония. На короткое мгновение он коснулся запястья супруги, чтобы посчитать пульс, и осознал, что та скоро сможет прийти в себя. Оглянувшись растерянно, потому что ему всё чудилось — снова что-то укрылось от внимания, он увидел и ещё одну деталь, которую упустил, слишком поглощённый тем, что вновь обрёл человеческий облик. На каменном полу, ровно там, где прежде стояла его супруга, остался лежать меч. Лань Ванцзи приблизился и взял его в руки, вгляделся в поблёскивающее лезвие. Это было духовное оружие, и звали меч Суйбянь. Хоть имя и казалось подчёркнуто небрежным, сам меч явно был способен и поднимать владелицу ввысь, и отражать атаки нечисти. Мог ли он на самом деле сразить дракона, Ванцзи загадывать не брался, но намеренья его супруги были ему ясны. Впрочем, разве же можно было обвинить её в подобном желании? Он вспомнил тот единственный миг, когда смотрел в её лицо. Девушка была удивительно красивой. Неужели — лишь иллюзия и лисьи чары?.. И отчего тогда сердце сжимает разочарованием? Разве не собирался он объяснить супруге, что отпустит её и никогда не потребует на самом деле оставаться с ним рядом?.. Или на самом деле его смущает возможность, что какая-то лиса, сговорившись с кланом, попавшим под проклятье, пришла сюда, только чтобы убить его и тем самым освободить тех, кто ей… наверное, заплатил?.. А разве хули-цзин совершают такие поступки? И разве хули-цзин становятся заклинателями? Ванцзи на миг закрыл свободной ладонью лицо. Должно быть, это всё были последствия обращения, но он никак не мог прийти в себя. Даже мысли путались. В этот момент со стороны постели раздался короткий вздох, и Ванцзи немедленно повернулся к ней, так и не выпустив чужого меча из рук. *** Вэй Ин открыл глаза и не сразу осознал, отчего вокруг словно стоит облако алого тумана. Оказалось, это его лицо снова закрыла густая вуаль. Тут же он сообразил, что, лишившись сознания из-за благовоний, потерял контроль над своими чарами. Хорошо ещё, что его одеяния были столь многослойны и пышны, что скрывали подобные изменения. Вэй Ин тут же сосредоточился, чтобы вернуть голосу женскую мелодичность, лицу — красоту невинной девы, а телу соблазнительные очертания, да оказалось, что он не может воспользоваться этими умениями. Все они взывали к тёмной энергии инь, но благовония полностью лишили его возможности обращаться к ней. Вэй Ин чуть слышно вздохнул и вцепился пальцами в покрывало под собой. Значит, он лежит на постели? Его супруг-дракон притащил его сюда и… не тронул? Что ж, возможно, ещё получится повернуть ситуацию в свою пользу?.. — Госпожа моя, — донеслось до Вэй Ина в этот миг. — Так, значит, ты явилась сюда лишь для того, чтобы лишить меня жизни?.. Вэй Ин тут же сел и сумел рассмотреть сквозь вуаль, что тот, кто был драконом, теперь обрёл человеческий облик. Красивый юноша, одетый в алые свадебные шелка, смотрел на него печально. Лоб его украшала лента, отчего-то белая, а на ней был облачный знак. Облачный знак?! Вэй Ин едва подавил желание ударить себя по лицу, чтобы проснуться от этакого причудливого сна. Такой знак принадлежал только одному клану. Гусу Лань! Отшельники, что жили в горах — столь высоко, что не каждый путник мог добраться. Они и на Советы кланов спускались лишь на один из пяти. Так что же получается, его супруг — дракон из клана Лань?! И теперь он стоит напротив и держит в руке… меч?! — Супруг мой, — едва подавив дрожь в голосе, наполовину шёпотом, чтобы не выдать себя ещё больше, отозвался Вэй Ин, — разве спрашивал ты о моих желаниях, когда наслал проклятье на моего отца?.. — Но я не… — растерялся дракон, а следом за этим внезапно сделал шаг вперёд, приблизившись к постели, опустился на колени и на вытянутых руках протянул меч Вэй Ину. — Госпожа моя, я провёл в этих стенах последние шестнадцать лет не в силах обрести человеческую форму. Я — позор своего клана, который они прятали от чужих глаз. Но мой родной дядя убеждал, что нашёл решение. Он наложил заклятье на эту пещеру, и я всего лишь смиренно ждал, когда то сработает. Я вовсе не думал, что дядя станет принуждать кого-то, пугая проклятьем… На миг замолчав, прекрасный юноша всё же поднял голову. Он договорил совсем другим тоном: — Но я не стану следовать его путём. Раз уж одно прикосновение вернуло мне возможность менять обличье, то более нас ничто не связывает. Я отпущу тебя, госпожа моя. Пусть никто не узнает об этом браке. Не будем ничего должны друг другу и забудем о доставленных обидах. С одной стороны, Вэй Ин как будто бы и не имел ничего против. Юноша говорил с ним искренне, не похоже было, что он лукавит. К тому же клан Лань издавна приветствовал правду в словах и делах. С другой… можно ли доверять тому, кто вынудил угрозами вступить с собой в брак? А вдруг этот рассказ и налобная лента — чистый обман?.. И эти слова про «отпущу» — только попытка заморочить голову? Вдруг просто чудовище получило свободу и последует за Вэй Ином, чтобы уничтожить весь клан? Он протянул руку к мечу и взялся за рукоять. Не было ничего проще тут же поразить снова склонившего голову юношу, но Вэй Ин не поддался такой слабости. — Можно ли верить тому, кто обманом заставил меня поклониться Небесам и земле и испить из одной чаши? — спросил он тихо. — Госпожа моя, — опять вскинул голову этот дракон из клана Лань, — но разве мы не в одном положении? Разве отец тебе тот, кто привёл тебя сюда? Что же это за клан, в котором есть своя хули-цзин? Вэй Ин остолбенел, а по спине его сбежали мурашки. Как этот дракон догадался? Чем Вэй Ин выдал себя? Или… или это всё из-за благовоний? — И сейчас, госпожа моя, отчего ты говоришь шёпотом и прячешь лицо? — угадал причину его замешательства дракон. — Не потому ли, что скрыла истинный облик за чарами, а теперь они разрушены? Вэй Ин быстрым движением отбросил вуаль, а заодно и выдернул несколько шпилек. Его волосы тут же рассыпались по плечам, не укладываясь каскадом жидкого шёлка, а опустившись непослушными локонами. Чуть наклонив голову, Вэй Ин ответил со всей холодностью, на какую был способен: — Поднимись с колен, супруг мой, не следует столь благородному существу как дракон стоять на коленях перед какой-то лисицей. Верно, сюда привёл меня не мой родной отец. Отца моего лишили жизни, когда я был ещё мал. А дядя Цзян заменил мне его. Он отыскал меня — сироту — на улицах и вырастил как собственного ребёнка. И я благодарен ему — и всегда буду благодарен, потому что пусть я и хули-цзин, а он никогда не судил меня по моей природе. Вот отчего я вызвался прийти сюда вместо шицзе. Все мы считали, что тут таится чудовище, мог ли я отдать ему в лапы собственную сестру? — Так ты… мужчина? — уставился на него округлившимися золотыми глазами этот дракон из клана Лань. — Но… Вэй Ин коротко улыбнулся и добавил: — Моё имя Вэй Усянь, но раз уж мы супруги, ты вправе звать меня Вэй Ином. А как же зовут тебя, благородный дракон, что провёл шестнадцать лет взаперти? — Лань Ванцзи… Лань Чжань, — отозвался тот, всё ещё пребывая в замешательстве. — Что ж… Это ничего не должно менять в моих планах. Вэй… Ин, — он в последний момент предпочёл личное имя, — я не стану одаривать тебя клановой лентой и не поднимусь с тобой в Облачные глубины. Не буду вспоминать о том, что произошло между нами. Только сохрани тайну моего клана, как я буду хранить твою. Вряд ли в клане Цзян много говорят о том, что приёмный ребёнок — лис. — А ты проницателен, — признал Вэй Ин. — Пусть я обещал вернуться победителем чудовища, достаточно будет и того, что я вообще вернусь в Пристань Лотоса. — Раз мы ничего не должны друг другу больше, Вэй Ин… — Лань Ванцзи вздохнул. — Тогда я не смею задерживать тебя здесь. — Раз уж мы обо всём договорились, я только переоденусь и немедля покину эти места, — кивнул Вэй Ин. В тот же миг он начал бороться с тугим поясом свадебного одеяния. Как назло, тот был завязан сзади. Ванцзи собирался отступить, но Вэй Ин мгновенно осознал, что ему потребуется помощь. — Супруг мой, Лань Чжань, — смущённо окликнул он. — Похоже, я сам не справлюсь с этим. Помоги мне выпутаться из тканей… — Но ведь… — теперь Вэй Ин видел, как смутился и Лань Ванцзи. — Мы оба мужчины, — пожал плечами Вэй Ин, изо всех сил стараясь выглядеть увереннее. Почему его совершенно не смущало купание в лотосовых озерах в одном исподнем, но тут он чувствовал, как скулы полыхают жаром? — Что страшного в том, что ты поможешь мне раздеться? Если бы мы росли в одном клане, то наверняка не раз видели бы друг друга в нательной рубашке и штанах. Да и разве не твоя это обязанность? В первую брачную ночь супруги помогают друг другу сбросить лишние одежды. Что из этого убедило Ванцзи, Вэй Ин не понял, но тот всё же приблизился и помог развязать пояс, а также справиться с другими завязками, которых у этих одежд оказалось чересчур много. Когда же тяжёлые ткани упали к ногам Вэй Ина, он легко переступил их. На нём осталась только тонкая белая рубашка, длиной достигающая колен. Штанов под этим ворохом алого шёлка на нём не было. Они, видимо, не полагались к женскому свадебному одеянию — Вэй Ин не вдавался в такие тонкости, когда дядя Цзян помогал ему облачаться в гостевом доме. — Ах, да… Совсем забыл, — пробормотал он и наклонился, ничего не смущаясь. Тут же он услышал, как Лань Ванцзи шумно выдохнул, а когда взглянул на него, обнаружил, что вместо прекрасного юноши напротив замер дракон. Превращение не разорвало алые одежды, лишь заставило их лепестками осыпаться на пол. — Эй, что это с тобой? — Не знаю, — отозвался дракон Ванцзи на это. — Но у меня вновь не получается… принять человеческий облик.