Научи меня летать

— А я… Дала тебе имя, «Странник» — радостно сказала Лифи, не отрывая глаз от селезня. — «Странник»? Хм… — он чуть улыбнулся в ответ, после чего вышел из гнезда навстречу лучам заходящего солнца. Позже много раз вспоминая об этом, Лифи не могла понять, почему тогда её слова не вызвали у него радости, или, хотя бы, удивления? Вопреки наставлению старого селезня, Лифи жизнь на ферме не стерпелась и не слюбилась. Каждый день повторялось одно и то же: подъём в шумной тесной клетке, кормёжка, во время которой цыплёнку почти ничего не перепадало, прогулка по двору… А вернее, в маленьком вольере, специально отведённым для цыплят. Затем снова кормёжка, где сородичи не жалели своего времени на то, чтобы лишний раз клюнуть и отогнать Лифи. А потом наступал вечер, и сотни цыплят вновь оказывались в вонючем, шумном, душном и тесном углу курятника в клетке. Лифи чувствовала, что стоит ей ещё чуть-чуть пожить в таких условиях, и она не выдержит. К счастью, хозяин перестал её отличать от остальных цыплят. Видимо, слабость и смерть её мамы, на которую он возлагал столько надежд, настолько его разочаровали, что это разочарование перенеслось и на Лифи. Она была уверена, что это к лучшему: в случае её исчезновения, никто этого и не заметит. Однажды днём, когда Лифи снова гуляла в вольере, она вновь мечтательно посмотрела на лес. Как же она жалела о том, что когда убежала, так и не смогла остаться там… Но она не забывала слова Смелого о том, что они ещё с ним встретятся. «Когда же наступит этот момент, когда?» — спрашивала она себя изо дня в день. Так она и оставалась стоять возле заборчика, глядя куда-то в воображаемый ею мир, в сторону леса, где она могла быть свободной… И вот, однажды днём, вдруг в той стороне, куда был направлен её взгляд, она увидела утёнка. «Смелый?!» — встрепенулась Лифи, — «Смелый!» Утёнок тем временем стал осторожно пробираться через высокую траву к забору фермы. Заметив рядом стоящую с ним бочку с водой, он в один прыжок взобрался на неё и осмотрел двор: хозяина рядом не было. — Лифи! — позвал он. — Смелый, я не могу выбраться: эта ограда в вольере слишком высокая для меня… — Подожди, я сейчас что-нибудь придумаю. Он стал внимательнее присматриваться ко всему, что было во дворе. Вокруг было полно ящиков и мешков из-под зерна. На некоторых из них осталась маленькая верёвка, которой их завязывали. Он запрыгнул с бочки на забор, а с забора, быстро порхая своими маленькими крылышками для более мягкого приземления, спустился на землю. Быстро и незаметно пробежав мимо цыплят и подобравшись к мешкам, он взял одну из верёвок клювом и начал тянуть. К счастью, на верёвке не было никаких узлов, и она довольно быстро поддалась. Держа верёвку в клюве, он подбежал к вольеру. Одним прыжком запрыгнув на край маленькой ограды, возле которой его уже ждала Лифи, он опустил верёвку ей. — Цепляйся за неё клювом. — А ты выдержишь? — Конечно! Взяв верёвку в клюв и, на всякий случай, зацепившись дополнительно за неё лапкой, Смелый быстро поднял Лифи к себе, после чего они оба быстро спрыгнули с ограды. — Давай уйдём, на всякий случай, через задний двор. А то хозяин может появиться в любой момент, чтобы насыпать нам ещё корма. — сказала Лифи, оглядываясь по сторонам. — А другие цыплята и хозяин не заметят твоего исчезновения? — Им всё равно. Для них я и так уже не существую. — Ну, давай. — согласился он. Через пять минут они вновь была за забором фермы. — И… Что дальше? — радостно и с любопытством спросила Лифи. — Хочешь прогуляться по лесу, только другой дорогой? Не той, по которой ты отсюда убегала? — Да! — Лифи даже начала чуть махать крылышками от радости. — Что-ж, пойдём! День постепенно клонился к закату. На дворе было лето. И если на ферме было жарко и душно, то кроны деревьев и небольшой мрак, среди которого время от времени появлялись солнечные лучи, делал воздух чистым, свежим и приятно прохладным. На этот раз они не шли по тропе, а старались ходить там, где можно было спрятаться, где было во что поиграть и на что посмотреть. Например, на белок, ловко скачущих с ветки на ветку. Для птенцов это было настоящим зрелищем! Никто из них раньше не видел этих рыжих зверьков. Ещё в тот день им впервые посчастливилось встретить оленя. Играя в догонялки, они случайно наткнулись на него на цветочной поляне. Конечно, сначала они оба остолбенели от неожиданности. Никто из них до этого не видел такое большое животное. Тот, уловив их звуки своими ушами, отвлёкся от поедания сочной травы и посмотрел в их сторону. — Здрав… Ствуйте… — неуверенно сказала Лифи, чуть прижимаясь к Смелому. Он тоже чуть прижал к её к себе, так как не знал, опасен ли этот зверь для них. В ответ высокий, красивый, с большими рогами олень улыбнулся им, после чего пошёл в другую сторону. Издалека можно было увидеть, как кто-то, очень похожий на него, но чуть меньше, без рогов и с белыми пятнышками на спине ждал его неподалёку. Тогда малыши ещё не знали, что это была лань. — Вот это да… — Смелый провожал зверя с вытаращенными от удивления глазами, — Я даже и не думал, что такие звери существуют. — Я тоже… — Лифи смотрела в ту же сторону, что и он. — Ты только подумай, сколько всего ещё в мире мы не узнали и не увидели… Мне так хочется как можно скорее это исправить! — птичка мечтательно посмотрела наверх, после чего перевела взгляд на Смелого, смотревшего на неё, — Но, знаешь, сейчас я немного устала… Может быть, где-нибудь отдохнём? — Точно! Я совсем забыл, что нашёл тут неподалёку место, где есть маленький ручей. — О, я ещё никогда его не видела. — Что-ж, тогда не будем медлить! Тем более, что скоро солнце сядет за горизонт… И они направились туда вместе. Утёнок заранее точно знал, где находится ручей. Смелый выбрал это место для отдыха не просто так: там он оставил подарок для Лифи, когда бежал к ней. Они сидели на небольшом пне, располагавшимся неподалёку от ручья. — Знаешь, я бы хотел как-нибудь сводить тебя на озеро. Туда, где я живу. Там правда очень красиво! После этих слов Смелый решил, что самое время осуществить задуманный им сюрприз. — Лифи, я кое-что тебе принёс… — достав из-за пня розовую кувшинку, он аккуратно положил её на голову Лифи. Лифи с удивлением подняла глаза, пытаясь лучше рассмотреть растение. — Я никогда раньше не видела такого цветка. — Это с озера. У нас таких там полно. — Спасибо большое, Смелый! — она радостно его обняла. Утёнок сначала немного растерялся, но потом улыбнулся. Его никто до этого, кроме его мамы, не обнимал. Но ему было приятно чувствовать близость Лифи. — Знаешь, я бы тоже очень хотела побывать там, на озере! Правда… — Лифи осеклась, после чего чуть отстранилась от него и грустно опустила глаза, — боюсь, лучше мне там не появляться. — Почему?! — Смелый удивлённо и тревожно наклонился к ней и посмотрел ей в глаза. — Когда твой отец вернул меня на ферму, он сказал, что мне будет безопаснее там, чем в дикой природе. Что я просто не выживу на воле. Может быть, он всё-таки прав? — Ерунда! С твоим умом, смелостью и сноровкой, ты бы не пропала даже на Аляске! — Где-где? — Лифи немного сморщилась от такого странного и незнакомого ей слова. — Ну-у… Мой отец рассказывал, что это такое место, где очень холодно. Хотя даже он там никогда не бывал. — Откуда же он тогда знает о его нём? — Ему рассказала об этом другая странствующая птица, которая там была. — Твой отец путешествовал по миру?! — Ещё бы! Каждый год наша стая должна улетать на зиму в тёплые края. И когда я подрасту и научусь летать, я стану, как мои родители, путешествовать по миру и, может быть, даже стану стражем… — тут Смелый замолчал, заметив в выражении лица Лифи такую сильную грусть, которой он раньше не видел ни у кого. Они оба поняли в тот момент, что настанет день, когда им придётся прощаться. И надолго. — Лифи… — немного подумав, Смелый снова посмотрел в глаза цыплёнку, — Даже если я буду очень далеко, я всегда буду помнить о тебе. Ты мой единственный и лучший в мире друг. — Спасибо… Я тоже буду помнить о тебе. Всегда! Они чуть грустно улыбнулись друг другу. И только тогда заметили, что уже начало темнеть. — Ну, вот… Нам снова пора разбегаться… — Да, но не навсегда! Я снова приду к тебе завтра! И послезавтра! — Правда?.. — Лифи чуть приоткрыла клювик от удивления, — Но… Тебе ведь будет очень трудно день ото дня прибегать ко мне. — Вовсе нет! Знаешь, ради того, чтобы встретиться с тобой, я готов лишиться сна, если понадобится! — Нет-нет, это уже лишнее… Не сто́ит делать глупости. — Не бойся, я пошутил, — утёнок хитро улыбнулся, — Но мне правда будет нетрудно, скажем, прибегать к тебе в это время, вот как сегодня. — Ты уверен? — Уверен. — Что-ж, тогда… Тогда я буду тебя ждать. Они снова посмотрели друг другу в глаза. — Можно мне тебя ещё раз обнять? — робко спросила Лифи. — Спрашиваешь! И они ещё раз обнялись. Лифи чуть рассмеялась: Смелый был в два раза больше её, но ей всё равно было спокойно и приятно находиться с ним рядом. — Что-ж, хорошего понемножку! — Лифи проворно выбралась из его объятий, — А теперь: догони меня! — и она побежала со всех ног через кусты и деревья в сторону фермы. — И догоню! — Смелый, смеясь, побежал за ней. Уже стемнело. Настало время расставания. — Спасибо большое тебе за этот день. Ты не представляешь, как я рада возможности уходить с тобой подальше от этого места… — Тебе спасибо. — ответил Смелый. Провожая Лифи взглядом, утёнок приметил, что кувшинка на её голове по цвету напоминает оттенок неба над головой. Оно тоже имело тёмно-розовый оттенок. Кругом уже была слышна приятная трель сверчков. Лифи почти добралась до забора, как вдруг остановилась и обернулась. — Слушай, Смелый… Я давно хотела тебя спросить: а почему тебя назвали именно так? Я слышала, что твою маму зовут Кальсэк. Твоё имя больше похоже на… Прозвище? — Так и есть. — улыбнулся Странник, — В детстве нам дают прозвища, схожие с нашим характером, или что-то в этом роде. А своё настоящее имя мы должны заслужить в будущем. — Вот это да… — она задумалась, — А что, если в будущем тебя будут звать… Странник? — Странник? Хм… — он на секунду посмотрел куда-то в небо, — Красивое имя. Спасибо тебе за него. Лифи улыбнулась в ответ, после чего вновь направилась на ферму. Уходя, Смелый, время от времени смотря назад, видел, как Лифи взобралась на забор, после чего побежала и скрылась в воротах курятника. «Странник… Да, это будет моё имя. Не скоро, но в будущем я его обязательно заслужу». — твёрдо решил утёнок. Возвращаясь домой, он чувствовал где-то в глубине себя лёгкость и трепет, которых он раньше никогда не испытывал.