Научи меня летать

Странник взлетел ввысь, подняв вслед за собой ласку. Та вцепилась мёртвой хваткой в его лапу. — А-а… — У Лифи перехватило дыхание от волнения, глядя на них. В последний раз взглянув на Лифи и на Ласку, селезень, третий и последний раз в жизни пустил слезу, расслабил крылья и упал вместе со зверем камнем вниз рядом с высоким холмом. — Нет-нет, не умирай, Странник! — Лифи, всё ещё надеясь увидеть своего друга живым, роняя слёзы, со всех ног побежала в их сторону. Конечно, Лифи не могла поселиться на самом озере, так как её сразу бы заметили. Но она поселилась неподалёку, в орешнике. Теперь Смелому было куда удобнее её навещать. И теперь Лифи не приходилось недоедать, как на ферме, ведь вокруг было полно разнообразной еды! Ей нравилось издалека наблюдать за жизнью на озере. Она могла любоваться другими утками, причём разных видов; цаплями, аистами. Всех их Лифи до этого никогда не видела. Особенно её поразили лебеди. Однажды, проснувшись солнечным утром и выйдя наружу, курочка застыла на месте от восхищения от вида невероятно грациозной лебединой пары. От их белоснежных лёгких перьев, плавных движений и длинных тонких шей Лифи просто не могла оторвать глаз. Она раньше и представить себе не могла, что такие крупные птицы могут так легко и плавно двигаться. И, конечно же, когда те решили ненадолго покинуть озеро, её восхитил их полёт. — Как же я раньше без всего этого жила? — тихо спросила вслух, как будто саму себя, Лифи. — Мне это тоже интересно! — сказал из-за спины курочки селезень. Лифи обернулась и улыбнулась своему другу. — Доброе утро, Странник! Как началось твоё… Кхэ-кхэ… — птица прикрыла клюв рукой от кашля. — Что это с тобой? Ты заболела? — Странник подошёл к Лифи и положил своё крыло ей на плечо. — Да так… Со мной раньше такое бывало… Когда резко менялась температура в курятнике. Я ведь не привыкла всё время жить в дикой природе… Смелый печально посмотрел на неё. — Но не волнуйся, я обязательно привыкну! — взяв его крыло в своё, она вновь обернулась к озёрному пейзажу, — Просто невероятно… Всё это время изо дня в день я жила одной и той же жизнью на ферме до тех пор, пока не появлялся ты. И я знала, что далеко от нас есть ещё целый мир. Но я не знала, что он настолько… Настолько… Поразительный. — Я очень рад, что тебе здесь нравится. — Смелый любовался курочкой, тем временем как та любовалась природой. Лифи, вновь повернувшись к Смелому, улыбнулась и обняла своей шеей его шею. Наступила глубокая ночь. Об этом свидетельствовало множество звёзд и полная луна на необъятном небосклоне. Всё те же сверчки и светлячки радовали слух и взор. Вокруг, как и на озере, было совершенно спокойно. Только лёгкий ветер немного колыхал, будто убаюкивая, поля. Смелый с Лифи лежали в поле в мягкой траве среди колосьев и любовались звёздами, лёжа на спине и положив крылья за голову. За это время они окончательно стали взрослыми. И теперь вместо детских забав и игр, они стали чаще просто гулять и разговаривать на самые разные темы. — Знаешь, Странник: когда я была на ферме, у хозяина был сын. Правда, потом он почему-то уехал. Но, временами, когда он сидел возле окна домика фермера, на его коленях лежала такая штука, состоящая из тонких частей, которые он постоянно… Как там это называлось… Листал? И, вот, когда отец звал его на помощь по хозяйству, он иногда оставлял эту штуку, по имени «Книга». Когда выдавалась возможность, я выбиралась из клетки и, раскрыв эту Книгу, смотрела на картинки в ней. Там были какие-то символы. Люди умели их распознавать. Слушая то, как тот мальчик разговаривал с Книгой, я тоже научилась узнавать эти символы. Это называется «читать». И, вот, однажды читая новую книгу этого мальчика, я наткнулась на страницу, где по точкам были проведены линии, образуя то медведя, то человека с рыбьим хвостом, то весы, то ещё что-то очень странное. Какого же было моё удивление, когда я узнала, что так они представляют звёзды! Лифи внимательнее, чуть нахмурившись, смотрела в небо. — Смотри: видишь те несколько звёзд? — она направила в ту сторону кончик крыла. — Ага, — ответил Смелый, смотря в ту сторону. — Это они называют «Большой Медведицей». Ну где здесь они увидели медведицу?! Больше на шарик с ниткой похоже… — Согласен. — Ещё у этого созвездия есть маленький близнец. — Лифи посмотрела чуть в другую сторону и указала туда кончиком крыла, водя им в воздухе, — А это «Малая Медведица». Как так получилось, что у этих созвездий форма одинаковая, но… Одна больше другой, и они так далеко друг от друга… Почему эти звёзды не стремятся быть ближе друг к другу? В тот момент Смелый прикоснулся кончиком своего крыла к кончику крыла Лифи. Она повернула своё лицо к нему и они оба застыли. «Да, она и вправду невероятная. Какие же у неё красивые глаза…» — думал про себя Смелый, любуясь отражением звёзд в её глазах. Он приблизил свой клюв к её клюву и… Хоть это вышло неловко (как-никак, клюв курицы отличается от клюва селезня), но они поцеловались. Затем они на секунду удивлённо посмотрели друг на друга и рассмеялись. После этого они ещё какое-то время любовались на звёзды, обнявшись лёжа в поле. — Знаешь, Лифи: помнишь ту реку, где мы с тобой гуляли? — Конечно. — Сегодня утром я вернулся туда. Охотников больше нет. — Правда? Как это прекрасно! — обрадованно и облегчённо произнесла Лифи, — Теперь лесные жители будут в безопасности. — Да. И ещё я сделал новое открытие: там неподалёку есть холм, откуда открывается чудесный вид не только на лес, но и на реку, озеро, и вообще всю округу. Хочешь туда сходить? — С радостью! И они вместе, не спеша, направились к холму. Пока они шли и время от времени смотрели друг на друга, оба чувствовали в глубине себя что-то новое. Но им не нужно было говорить об этом, так как они прекрасно понимали это во взгляде друг друга. Наконец, они добрались до холма и взобрались на него. Расположившись на самой вершине, внизу у подножия можно было разглядеть реку, где они любили играть, заросли кустов шиповника, служивших домом дня прибрежных жителей реки. Слева от них, вдалеке, виднелось озеро. А справа, хоть её едва можно было разглядеть, виднелась ферма. — Всё, как на кончиках крыльев. — довольно произнёс Селезень. Лифи же молча и с трепетом всматривалась в эти виды, желая полностью насладиться ими и запомнить. Но тут селезень уловил шелест листьев и хруст веток неподалёку. Лифи заметила его настороженность и обернулась вместе с ним в сторону источника шума. Потом всё затихло. И вдруг, из-под куста шиповника, оскалив зубы и с рычанием смотря в сторону птиц, появилась Ласка. — Лифи… — начал говорить Смелый, отгораживая её от хищника, — Спускайся вниз и возвращайся… — Я тебя не оставлю одного с ней, — твёрдо, хоть и чуть дрожащим от страха голосом произнесла курочка за спиной Смелого, — Я вернусь на озеро только вместе с тобой. — Нам понадобится помощь. Возвращайся на озеро за моим отцом и селезнем по имени «Красное Перо». И тут Ласка, до этого тихо направлявшаяся в упор к ним, сорвавшись с места и раскрыв с рычанием зубастую пасть. Вначале она хотела напасть на Лифи, но Смелый, сделав прыжок и раскрыв крылья, хоть он до сих пор хорошо не умел летать, со всей силы ударил её головой и клювом в грудь, после чего они кубарем покатились со склона. Оказавшись вновь у подножия, Ласка и Смелый отскочили друг от друга в разные стороны. — Видела тебя ещё маленьким утёнком у реки… Да, твой отец доставил мне немало хлопот с добычей обеда в виде твоих сородичей. — с коварством произнесла Ласка, подкрадываясь по кругу к селезню. — Не меньше доставлю тебе их и я. — Смелый вновь набросился на неё, выставив лапы вперёд и вонзившись ими в её ребро. — Грх! — оскалилась от боли Ласка, придерживая раненный бок. — Хочешь ещё?! — грозно воскликнул селезень, став в боевой позе во весь рост и растопырив крылья. На этот раз Ласка напала куда быстрее и яростнее, чем в первый раз. Она хотела вцепиться зубами в его голову, но у неё получилось добраться только до его чёлки. Но, вцепившись в неё, она резко уложила его голову на землю и упёрлась когтистыми лапами в грудь. Селезень застонал от боли: с его перьев каплями начала стекать кровь. — Может быть, хочешь ещё? — с улыбчивым оскалом произнёс зверь. Обездвижив птицу, она хотела вцепиться зубами в его шею, чтобы уже покончить с ним, но ощутила резкую боль в затылке. Чуть расслабив от боли лапы, она обернулась и увидела неподалёку Лифи, готовящуюся бросить в неё новый камень. Всё это длилось лишь секунду, но её хватило Смелому, чтобы выбраться из когтей Ласки. Та, в свою очередь, снова хотела напасть на курочку, но селезень вцепился клювом в её хвост и резко потянул назад, после чего продолжил с ней схватку. Поняв, что теперь её личная помощь больше не понадобится селезню, Лифи со всех ног побежала на озеро. Быстро найдя глазами на озере двух патрулирующих в ту ночь селезней — отца Странника и Красное Перо, — она с берега крикнула им: — Смелый в опасности! Ласка снова напала! Направляйтесь за мной! — после чего побежала в нужном направлении. Птицы тут же обернулись на её крик. Сначала оба какое-то время они шокировано смотрели на неё. «Откуда курица взялась на озере?!» — подумали они. Но быстро опомнились и, взмахнув крыльями, полетели за ней. Странник, лавируя в воздухе, то взлетал, уворачиваясь от когтей Ласки, то опускался, чтобы нанести ей удар лапами или клювом. Но, успев словить единственный подходящий момент, Ласка глубоко вцепилась зубами в правую лапу птицы. — А-а! — закричал от боли селезень, после чего упал на землю. Всё так же держа в пасти его лапу, Ласка поставила свою лапу ему на спину. — Ну, всё… — тихо произнесла она у его уха, вновь готовясь вцепиться зубами в его шею, но тут в лоб ей врезался другой селезень, а за ним начал бить по её спине и бокам третий. Быстро отскочив в сторону и увидев, что теперь ей предстоит сражаться с тремя птицами, она решила отступить. Злобно клацнув зубами, она скрылась в лесной чаще. Странник обессиленно попытался подняться, но тщетно. Ему подставила своё крыло Лифи. — Смелый, что это значит? — подойдя к своему сыну, строго спросил старый селезень. Лифи, придерживая Странника под правое крыло, растерянно смотрела с ним на двух стоящих напротив птиц.