Романтика по скидке

Теодора никогда не дружила с готовкой. Поэтому на кулинарную попытку она выделила целый вечер своего выходного дня, вооружилась книгой с бабушкиными рецептами, проверенными не один десяток раз, и сходила в магазин за нужными продуктами. План-минимум был таков: не спалить кухню. А план-максимум заключался в приготовлении рагу, причем съедобного. В крайнем случае, решила Теодора, всегда есть доставка, там ей точно рагу привезут, а не бог знает что. Так что, взяв энтузиазм за рога, она решила рискнуть и, возможно, даже получить удовольствие от процесса. Теодора всегда трезво оценивала свои способности и знала, что с любыми кулинарными махинациями у нее проблемы, но твердо решила, что пора бы начать что-то готовить. А то из всего арсенала только омлет, яичница и яйца вкрутую. Неплохо, конечно, но на этом не проживешь. А уж если у нее появится мужчина, который с готовкой тоже на «извините, пожалуйста», то до скончания века жить им на доставке. Так что, затягивая волосы в тугой хвост, Теодора морально готовилась устроить хаос и, возможно, что-то спалить — сопутствующие потери, — зато, глядишь, научится чему-нибудь. Включив музыку, она принялась искать нужный рецепт — бабушкин талмуд был увесистым и толстым. Нужное блюдо нашлось где-то после середины. Страницы там особенно были заляпаны жирными пятнами, постаревшими от времени, — вероятно, этот рецепт славился в ее семье. — Что ж, не думаю, что это должно быть слишком сложно! Поехали! Нарезав все ингредиенты, поставив на плиту кастрюльку и даже закинув на дно обжариваться лук, Теодора решила не самовольничать и обратиться к инструкции. Вот только она не учла, что с почерком бабушки она знакома очень плохо, а потому мелкие, местами расплывшиеся и заляпанные каракули читались затруднительно. Конечно, Теодора довольно много работала с текстами, правда, многие из них были электронными, и лишь малая часть — рукописная. Хотя находятся некоторые писатели, которые принципиально пишут от руки и все тут, хоть тресни не будут они перестраиваться ради всеобщего комфорта. — Ну ладно, я тоже не лыком шита, — сказала она себе, подбадривая. Надо всего лишь поднапрячься. Лук уже начал подгорать, и ненавязчивый аромат превращался в колючий и резкий. — Конгредарио эт секта диаболика. Аль… морет… Кориандр, свекла, пол-яблока, Альма дель?.. Чертовщина какая-то… Кто кладет яблоко и вино в рагу? Ладно, продолжим… Разобрав обрывки слов «шясо» и «жарить» и «вощи» и «запить одой», Теодора скинула на дно кастрюльки розоватые кубики, а через некоторое время добавила к ним овощи. Пока что все шло по намеченному плану, и Теодора с улыбкой мысленно подбадривала себя. Но кое-что Теодора все-таки не смогла предсказать. — Ну и? Это «Ну и?», прозвучавшее позади, причем мужским голосом, ввело девушку в ступор. Никаких мужских голосов в ее доме давно не было, если только кот Фантик каким-то чудом не научился говорить — а это, в общем-то, был очень маловероятный расклад. Теодора остолбенела и оглядела деревянную лопатку в одной руке и пустую кружку в другой. Интересно, чем из этого лучше отбиваться? Кружка увесистее, зато палка длиннее. Набравшись смелости, Теодора медленно обернулась. Возле стола, по-хозяйски и расслабленно расположившись, стоял незнакомый состоятельный мужчина. И говоря «состоятельный», имелись в виду дорогой костюм и, что еще более примечательно, взгляд, которым этот самый мужчина смотрел на Теодору. Простые смертные так не смотрят друг на друга, тем более когда оказываются в чужом доме незаконным способом. Теодора оценивала ситуацию: может, она забыла запереть дверь? Возможно, хотя маловероятно. Но это не дает кому-либо право превращать ее дом в проходной двор. Или же это грабитель? Вряд ли. Ни один уважающий себя вор не будет показываться хозяевам на глаза. А этот явно требует внимания. «Ну и?»… Теодора угрожающе сжала лопатку в руке и приготовилась, но незнакомец опередил ее с вопросом. — Как вы смогли вызвать меня? — «Вызвать»? Я даже не знаю, кто вы! — озадаченно выдала она и продолжила уже про себя: «Может, это курьер? Да вроде нет. С каких пор у нас курьеры в костюмах-тройках расхаживают? Кого еще вызвать можно? Полицию? Скорую? Да он скорее адвокат! Или, может, стриптизер? Ну а что? Джейми рассказывала, как им на корпоратив один раз заказали такого — с виду приличный мужчина…» — Дожили. Люди уже понятия не имеют, кого вызывают, — мужчина вздохнул, но продолжил говорить с завидным спокойствием. — Меня зовут Альморет — к вашему сведению, вы произнесли мое имя, чтобы появился именно я, а не кто-либо другой. Но для вашего удобства у меня есть и человеческое имя — Джон. Я верховный демон, некогда занимающий должность главного оценщика по договорным вопросам третьего уровня. — Джон, если верить ему, снова вздохнул, более тяжко. По лицу Теодоры он понял, что она полный чайник в этих делах. Возможно, и знать не знала ни о каких демонах. — В общем, оцениваю правомерность сделок между демонами и людьми, когда на кону душа. Иногда сам оказываю подобные услуги. То есть оказывал. Я в отставке вот уже полсотни лет. У людей больше нет возможности связываться со мной и пользоваться моими услугами. Так что я повторю свой вопрос: как вам это удалось — вызвать меня? Теодора опасливо вжалась поясницей в столешницу, будто сможет слиться с ней и не участвовать в этом странном диалоге. Может, еда была отравлена? Да какой! Она еще даже не пробовала! — Я не знаю, честное слово! Здесь только я и кулинарная книга. Вы должны были быть куриным рагу! — Прекрасно, — Джон закатил глаза. — Никакого уважения. — Хотите? — Теодора с нервной улыбкой протянула ему ложку с содержимым, которое за это время уже успело остыть. — Спасибо, откажусь. — Я бы тоже не стала. Она пожала плечами, но все-таки попробовала на вкус свое детище. Да, вышло скверно. Лук, видимо, пережарила, потому что ощущался привкус угля, а мясо недожарила — оно было сыроватым. — Может, вы уже вернетесь туда, откуда пришли? — робко предложила Теодора, пока все ее планы не пошли к черту. Хотя, кажется, черт сам пришел к ней, так что можно уже не торопиться и расслабиться — хуже уже вряд ли будет. — Какая вы любезная, — хмыкнул мужчина. — А в вашей книжке не написано, что я не уйду, пока мы не заключим сделку? По крайней мере без последствий для нас обоих. — Я не отдам вам свою душу! Теодора опасливо прижала руки к груди, будто это удержит ее душу в теле. — Это вовсе необязательно, пугливая вы наша. Сгодится любая мелкая сделка — даже бумаги заполнять не будем, просто пожмем руки. Чего вы хотите? — Хорошо, тогда с вас — ужин, с меня — вино. И посуду помою. Пойдет? — оживилась Теодора, не думая ни секунды. Кажется, рагу спасено. Мужчина тяжко вздохнул, но руку протянул, в которую тут же и вцепилась Теодора, не переставая смотреть на него из-под коричневых ресниц. За всю свою долгую жизнь на побегушках, тем более на кухне, он был не так часто, вернее, даже практически не был. Конечно, грязной работой он занимался достаточно, особенно в первые года своей деятельности, когда надо было нарабатывать опыт и репутацию, но это вне всяких границ. С его руки люди становились президентами и актерами, миллиардерами и гениями. Его засмеют, если узнают. Но что поделать? Просто так колобродить туда-сюда тоже нельзя. Смирившись со своей участью, Джон снял пиджак, который, вероятно, стоил целое состояние, и Теодора опустила глаза, когда поняла, что приковала взгляд к крепкой спине мужчины, которую можно было без труда оценить и через хлопковую рубашку. Наверное, без нее еще краше. Когда на ее кухне последний раз хозяйничал мужчина, причем такой наружности? Вот именно, что неприлично давно, может, даже никогда. «Имей совесть, Теодора! Вы знакомы две минуты буквально! С ума сошла!» — отругала она себя и нервно присела на стул, чтобы не мешать Джону хозяйничать, попутно думая, насколько плохо она сейчас выглядит. Стоит ли приодеться? Он неторопливо, с чувством закатал рукава рубашки по локоть и завязал на поясе второй фартук, который одиноко болтался на крючке на стене, делая все это с такой непринужденностью, будто он здесь хозяин, а не гость. Теодора медленно отвела взгляд. Мужчина в фартуке… что может быть лучше? Джон выключил плиту, где рагу уже опасливо подгорало — это было очевидно по слабому, но резкому запаху и небольшой струйке дыма из-под крышки. Эта женщина ни на что не годится… По крайней мере на кухне она бесполезна, подумалось ему. — Если вы не против, я избавлюсь от этого, — Джон открыл дверцу, за которой стояло мусорное ведро, но приличия ради ждал согласия хозяйки сего творения. — Если это необходимо… — с досадой протянула Теодора. Все-таки рагу не жить. А она так старалась… Достаралась, что пришлось сделку с демоном заключить, вот уж ничего не скажешь. Джон без комментариев вытряхнул все в ведро и отправил кастрюлю в раковину. В холодильнике он присмотрел филе рыбы, несколько картофелин и брокколи. В голове сам собой вырисовалось блюдо. Джон приступил к готовке с невозмутимым видом: мытье, чистка, резка, подготовка посуды… — Позвольте дать совет, — уже более спокойно сказал Джон — видно, раздражение прошло, пока он занимался делом. — Прошу. — Если не ладится с готовкой, попробуйте запечь в духовке — не ошибетесь, — Джон залил зеленовато-белым соусом рыбу. — Спасибо, но, кажется, кухонные лайфхаки со мной не работают. Иначе вас бы здесь не было. — Тоже верно. — Мужчина усмехнулся. Спустя минут пятнадцать в духовку отправилось блюдо с рыбой и картошкой, а Джон занялся брокколи в это время. Теодора решила накрыть стол — без дела сидеть не комильфо, хозяйка все-таки. Благо посуда у нее новая, красивая и не лежит для особого случая. Из гостиной Теодора принесла бутылку Альма дель, купленную ко дню рождения, но так и не откупоренную, и поставила ее на стол, между тарелок, и под шумок, пока проходила мимо ванной, поправила растрепанные волосы, придав им более благоприятный вид. Джон готовил отменно. Ясно это было по одному только запаху, который аппетитно разлился по всей кухне, а в подтверждение этому желудок жалобно булькнул. Теодора хотела есть, а потому сидела за столом и неотрывно гипнотизировала взглядом духовку. Джон на это только хмыкнул. Где-то после шести они наконец сели за стол ужинать. Джон, как и подобает джентльмену, отодвинул любезно девушке стул, откупорил бутылку и разлил по бокалам вино, а Теодора услужливо разложила по тарелкам сочную рыбу с картошкой. И брокколи. Джон подтянул к себе бокал. — Вы так и не представились. Хотелось бы знать, с кем я сегодня делю пищу. — Эм… Теодора. — Замешкалась она. — Эйвери. Теодора Эйвери. — За ваше здоровье, Теодора, — Джон поднял бокал, и они коротко чокнулись. Отпив маленький глоток, Теодора принялась есть, но не слишком быстро и жадно, чтобы не произвести плохое впечатление. Сидя здесь в домашних штанах и майке, благо хотя бы чистых, она чувствовала себя не очень уютно, особенно когда напротив нее мужчина в костюме, кажется, даже с укладкой. Но его, кажется, это ни капли не смущало. Возможно, у демонов другие приоритеты и взгляды. — Значит… Чем вы занимаетесь? — Джон откашлялся. Молчание угнетало. — Работаю в издательстве. Да… Редактирую рукописи, готовлю их к публикации, общаюсь с писателями… Ничего сверхъестественного. А вы? — сообразив, она ойкнула. — То есть… не считая вашей душегубной деятельности. Джон усмехнулся. — Когда я был молод, то предпочитал проводить время в госпиталях в качестве врача, — он неторопливо отпил из бокала, пробуя на вкус вино. Понять было сложно, но, скорее всего, ему понравилось. — Не только, конечно, но именно эта профессия мне пришлась по душе больше всего. Выгода тоже была немаленькая: многие хотели спастись от неминуемого и в порыве отчаяния готовы были на все, так что можно было заключить несколько крупных сделок за день. Да и мне нравилась это дело. — Людей резать? — Мне кажется, или вы весь вечер намекаете на мою кровожадность? — Нисколько, — Теодора неловко улыбнулась от двусмысленности сказанного. — Если вам так угодно, то да — мне нравилось резать людей. То есть оперировать их. Это приносило мне большее удовлетворение, нежели основная работа. Конечно, занятие это было бестолковое (для меня, само собой, люди же в этом видели большую пользу), но я не мог себе отказывать… Впрочем, довольно об этом. Джон хмуро продолжил пилить филе — кажется, он вспомнил что-то, что хотелось бы забыть. Теодора тоже сосредоточилась на еде — все-таки она была голодной. Лишь это отвлекало ее от изучения Джона, который откровенно заинтересовал ее своей личностью. Интересно, сколько ему лет? Наверное, настолько много, что неприлично спрашивать. Потом Теодоре подумалось, что это мог быть очень любопытный материал для какой-нибудь книжки. Может, предложить Джону соавторство? От этой мысли девушка чуть не подавилась вином. Только она могла додуматься до такого. Потом, когда тарелки опустели, а сытость сморила, они вернулись снова к разговорам. Вино развязало язык. Они переключились на литературу и музыку и разговорились окончательно. У Джона был отменный вкус, какого Теодора еще ни разу не встречала. Наверное, потому, что он был свидетелем создания многих памятников искусства, если не сам их провоцировал. Теодора чувствовала себя спокойно в компании Джона, хотя еще час назад была готова броситься на него с вилами. То есть с лопаткой и кружкой. Обычно она не доверяла мужчинам слишком быстро, но Джон не был обычным мужчиной, так что от него можно не ждать типичных мужских поступков. Это успокаивало. — Спасибо за ужин. Вы прекрасно готовите. — Пожалуйста, Теодора, — вместо уместно-ехидного комментария ответил Джон. Теодора сложила посуду в посудомойку и запустила ее. Та тихо загудела. Джон накинул пиджак, но застегивать не стал. Теодора повернулась к нему, не зная, куда деться, ведь уходить явно он будет не через дверь, а значит, и провожать его некуда. От вина горели губы и щеки. — Вы можете быть свободны, верно? Джон кивнул. Кажется, его тоже разморило. — Надеюсь, в следующий раз вы не заставите меня убираться или выносить мусор. — Нет, что вы! Она засмеялась, а после зацепилась мыслью за случайно оброненное «в следующий раз». Это смутило ее. Кажется, Джон тоже понял, что сказал, стоило их взглядам пересечься на секунду и тут же разойтись, будто ничего не было. — В общем, приятно было пообщаться с вами, Теодора Эйвери. — И мне, Джон. То есть Альмадель. То есть… — она стыдливо потерла лоб, жмурясь. — Глупое вино, простите, Альморет. — Хорошего вам вечера. — Спасибо. И вам. Джон чуть улыбнулся ей и исчез в фиолетовом вихре. Наступила тишина. Почему-то Теодоре страсть как захотелось еще разочек попробовать приготовить рагу по бабушкиному рецепту.

***

Теодора никогда не дружила с готовкой. Поэтому нашла общий язык с демоном. И что не сделаешь, лишь бы никогда больше не притрагиваться к этим поварешкам! ㅤ