Воробушек Милли

На дворе был май. Последний месяц весны означающий скорое начало жаркого лета. Большинство растительности уже начинало расцветать не смотря на то, что май длился всего пару дней. Даже сама природа, похоже, устала от прохлады. Все вокруг начинало наполняться жизнью, цветами, воздух ощущался иным. Весна всегда была необычным временем года. Весенняя лихорадка влияет не только на флору и фауну, но и на людей. В больнице города Лоуренс все шло своим чередом. Стены бледно-зелёного цвета в приемном покое не напрягающие глаз обитателей больницы, плакаты с разномастной информацией о здоровье, тихое поскрипывание каталок, шуршание историй болезни, которые разбирала медсестра на ресепшене, ища нужную именно ей. Больница всегда в движении. Воздух был пропитан запахом лекарств, медицинского спирта и различных дезинфицирующих средств. Эта смесь составляла тот самый аромат больницы, который ни с чем не с путаешь за всю жизнь. Медперсонал занимался своими делами. Кто-то ходил от одной палаты к другой, проверяя их обитателей, а другие занимались документами. Разницу между ними в столь ранние часы можно было увидеть не сразу. И речь идёт не о физических различия, что вы! Например присмотревшись к тому молодому мужчине, быстрым шагом идущим по приемному покою, можно легко понять каким врачом он является. Разноцветные буквы его имени на бейджике, пару смешных значков, яркими пятнами выделяющимися на белоснежном халате и забавная ручка с головой улыбающегося Мики Мауса говорили громче любых заявлений. Он с улыбкой сообщает встревоженной семейной паре о том, что состояние его маленького пациента стабилизировалось и уже через пару дней его можно смело выписывать. Пара облегчённо вздохнула и, обнявшись, одарила его порцией благодарности, приправленной улыбками. Некоторые занимались новоприбывшими пациентами, выслушивая их жалобы, отправлял на анализы, выписывал рецепты лекарств названия которых заставят язык завязаться мудреным морским узлом, ну и другими врачебными делами. И большинство из этих действий не требовало спешки и бурной деятельности. Все тихо и не торопливо. Хотя и не всегда. Например вот эта сухопарая дама уже как полчаса проверяла на прочность нервы бедной девушки врача, сыпля разнообразными вопросами, большинство из которых являлись абсолютно пустыми, а так же терминами из научных медицинских статей, прочитанных из желания казаться умнее врача. И пусть это и не так, но попробуйте доказать это упертой среднестатистической Карэн*. Задача из невыполнимых, так что бедняжке можно только посочувствовать. В противовес если заглянуть в один из кабинетов, можно увидеть как молодой человек, даже скорее подросток, внимательно слушал все наставления врача по уходу за его мамой. Он упрямо поджимал губы, стараясь запомнить и понять все, что ему говорят, но иногда задавал вопросы во время небольших пауз в инструкции мед работника. Врач же терпеливо отвечал ему. С такими организованными людьми и работать приятно. Однако некоторые пациенты требовали срочного внимания к себе. Например молодой лихач поступивший с переломом ноги, ушибом рёбер и сотрясением средней тяжести. Ох уж эта молодость горячая и дурная. Иначе как объяснить желание показать свою брутальность, посредством поездки на байке в нетрезвом виде? Благо что скорость была не большой. Так что отделался молодой гонщик легко. Пусть и не надолго. Проблемы с родными и полицией ему обеспечены. И таких несчастных с травмами было достаточно, не смотря на очень ранний час. Как сказано ранее весенняя лихорадка не щадит никого. Но речь сейчас пойдёт не о том лихаче, вредной даме или юноше с его больной мамой. Прибывшая ещё вчера молодая беременная женщина у которой отошли воды будет нашим предметом наблюдения. Её привёз заметно нервничавший муж в компании с напуганным, на пороге к полноценной истерике, сыном. Она пыталась кривиться и шипеть от боли при сынишке как можно меньше. Ребёнок и так перепугался из-за громких маминых криков во время ужина. Так что слезы беспрепятственно бежали по его щечкам. По прибытию в госпиталь женщину увезли вглубь больницы, а её семье оставалось лишь ждать в приёмной. Не так давно схватки у роженицы стали сильнее и перешли в активную стадию, так что в операционную уже спешил врач акушер. Бодрый шаг, твёрдый взгляд и чёткий голос. Так и не скажешь, что ему уже за пятьдесят, если бы не посеребренные сединой волосы. Медсестра, шедшая рядом, просвещала врача о ситуации. Беременность была многоплодной, а сами малыши довольно крупные. И пусть это были вторые роды молодой мамочки, они обещали быть не из легких. Последний месяц её мучило недомогание. Головные боли, головокружение, тошнота, сильная слабость и даже потеря сознания. Порой было невозможно встать спокойно с кровати. Да уж. Материнство это не только радость, но и хорошая доля проблем. Полностью экипировавшись врач вошёл в операционную. Та встретила его тихими переговорами помощниц, ярким светом ламп, блеском металлических инструментов, готовых к работе и громким тяжёлым дыханием вперемешку с болезненными стонами. Роженица лежала на кушетке переодетая в больничную рубашку. Её грудная клетка тяжело поднималась и опускалась, на лбу блестели бусинки пота, лицо от напряжения слегка покраснело, а громкое дыхание гулко отражалось от стен. Длинные волосы пациентки были аккуратно убраны под шапочку. Ей уже было трудно молча терпеть. Боль все нарастала и в этом было мало приятного. Миловидное личико снова скривилось от очередной схватки. Ухоженные ручки с силой стиснули подлокотник, губы упрямо сжаты, крылья носа трепещут, а в глазах горит яркий огонёк упрямства, припорошённый лёгким налётом нервозности. Вокруг ходили ассистенты, проводившие последнюю подготовку к родам. Аппаратура и освещение, инструменты и медикаменты. При любой операции требовалось действовать как единый организм. Механизм без браков и поломок. Так как даже одна неверная деталь, может привести к большим проблемам. - Доктор Дерн, - поприветствовала врача одна из ассистенток. - Доброе утро, дамы, - ответил мужчина, приветственно кивнув. Он задал пару вопросов, кинул лёгкие забавные комментарии совсем юным помощницам, чтобы рассеять их нервозность, и подошел к пациентке– Итак, что у нас здесь? - Раскрытие шейки матки почти максимальное. Схватки интенсивные, регулярные. - Вот как. Хорошо, - тот удовлетворенно кивнул, но все же решил проверить сам, приподнял подол рубашки для лучшего обзора, - Ну а как себя чувствует наша мамочка? - Чувствует, что скоро её разорвет по полам, - женщина пропыхтела в ответ, - И ещё… что она очень хочет есть. Последний ответ вызвал у доктора тихий, добрый смех. Ну раз шутит, то все должно пройти хорошо. Уж лучше смех, чем паника. Вот уж что точно может серьёзно помешать в их работе. Врач, закончив проверять состояние его сегодняшней пациентки, в конце концов утвердительно кивнул. - Раскрытие около восьми сантиметров. И началось. Крики, стоны, писк аппаратов. Со стороны и не понятно за кого следовало волноваться больше. За врача, который сейчас несёт ответственность за три жизни. За его молодую пациенту, её малышей, или за её мужа, который не находил себе места в коридоре больницы. От нервов тот мерил шагами коридор, держа на руках уснувшего сына. Бедного малыша от переживания сморило, а вот мужчина никак не мог успокоится. Его жена рожала уже больше десяти часов и пока из операционной не было никаких новостей. Страх и волнение душили его, не давая лёгким раскрыться для полноценного вдоха. Невольно слушая разговоры окружающих, пока возил свою любимую на обследования и проверки, он знатно себя на крутил. Картины, навеянные воспаленным и измученным переживаниями сознанием, оптимизма не предавали ни капли. Ему оставалось лишь надеяться, что все самое плохое обойдёт его семью стороной. А тем временем в операционной происходило действие. Всё, кто находился там, были напряжены. Женщина кричала, временами срываясь на рычание от боли, пот лил с неё ручьём если не рекой, лицо было свекольно-красным, шапочка давно слетела и волосы превратились в один большой колтун. Одна из мед сестёр стирала влагу с её лба и мягко поглаживала по плечу подбадривая роженицу. Усталый врач был таким же мокрым как и мамочка. Он поддерживал головку первого из малышей и ждал нужного момента, чтобы дать отмашку молодой женщине продолжать потуги. Разродиться ей было трудно, но если все так и дальше пойдёт то для малышей это будет уже серьёзная опасность для жизни. И тогда придётся делать экстренное кесарево, чтобы достать второго. Этого мужчина очень опасался. Девушка и так ослаблена долгими родами, как бы это кесарево не повлекло за собой серьёзных последствий. - Тужимся, - скомандовал акушер, поймав нужный момент. Минута и врач держит в руках первого младенца. Это был здоровый и крепкий мальчик, огласивший комнату громким плачем. Оперативно передав новорожденного медсестре для ухода, перерезав его пуповину, врач вернулся ко второму малышу. - Тужимся! – чётко проговорил он женщине. Та во время кратковременной передышки кажется перестала слышать и воспринимать хоть что-то, пока не услышала надрывный крик её ребёнка. Будь у неё силы, она бы подорвались с этой проклятой кушетки к своему малышу. - Кто? - прохрипела она, смотря на окружающих замыленным от боли и усталости взглядом. - Мадам, не отвлекаемся! У нас ещё не все, - пропыхтел в ответ мужчина. Получив в ответ рваный кивок, он снова сосредоточился на деле. И вот через пару минут показались ножки второго малыша. Сверху помимо криков и хрипов роженицы было слышно негромко щебетание медсестры. - Ну же, милая, ещё немного. Посмотри какая ты молодец. Скоро все закончится. Осталось совсем немного. Марта была в своём репертуаре, подумал доктор. Сердобольна и порой чрезмерно навязчивая в своей заботе. Но разве это плохо? Когда начали показываться плечики посторонние мысли сдуло из головы акушера моментально. И вот наконец-то на руках у него бы второй малыш. А точнее малышка. Она была поменьше своего брата, но тоже здоровая. «И горластая» внутренне фыркнул врач на звонкий крик новорожденной девочки. - Вот и все. У вас два здоровых малыша. Мальчик и девочка. - сообщил доктор измотанной молодой женщине. Та устало, но счастливо улыбнулась. - Дайте их мне, - та протянула руки к подошедшим, с чистенькими младенцами, медсестрам. И вот наконец-то на груди у женщины лежали два маленьких и недовольных такими резкими переменам в их недолго жизни карапуза. Молодая мама завороженно, с необъятной любовью и нежностью смотрела на своих малышей. Они были такие маленькие, хрупкие и невероятно очаровательные. - Привет, - она аккуратно, едва касаясь погладила большим пальцем головку одного из её детей. По щекам бежали слезы унося с собой все страхи, боль и переживания новоиспеченной мамы. Оставляя только все самое светлое и тёплое внутри и заставляя широко и счастливо улыбаться. У неё сын. И дочка. Самые красивые на всем белом свете. Тем временем в коридоре счастливый до одури отец получивший известия о рождении детей и миновавшей опасности для его любимой женщины, тормошил своего теперь уже старшего сына. Как же он был счастлив сейчас, словами не передать. Его радость разделял в эту минуту только проснувшийся сын.

***

К маме и малышам их пустили только через пару дней. В уютной палате на кровати расположилась отдохнувшая и умиротворенная женщина, держащая на руках своих детей и ни на секунду не сводил с них взгляда. Она подняла его только, когда услышала шум у входа в палату. На её лице тут же растянулась улыбка. - Мама! – сидевший у отца на руках мальчик нетерпеливо потянулся в сторону матери. - Сынок, как я рада вас видеть. Я так по вам соскучилась, - женщина выглядела гораздо свежее. Отдых явно пошел ей на пользу. Румяная, пришедшая в норму она словно всем своим естеством излучала какое-то мягкое свечение. Держа в кольце рук своих малюток, блондинка чувствовала себя отлично. А когда остальная ее семья пришла к ним в палату, то самочувствие стало практически идеальным. - Мэри, родная, - опустив сына на стул рядом с кроватью, брюнет начал целовать щеки свое любимой жены, вызывая у неё тихий смех. - Как же я рад, что вы в порядке, - он с любовью заглядывал в глаза, нежно держа ее лицо в своих ладонях. - Джон! Всё хорошо. Успокойся, - пусть они и проходили это испытание, когда у них появился Дин, но все же ощущалось все как в первый раз. Ей показалось, что Джон даже сильнее испугался, чем раньше. Прекратив миловаться супружеская пара перевела взгляд на новорожденных. Те мирно спали на материнских руках завернутые в лёгкие пелёнки. На головах у каждого было по милой шапочке, правда одну из них не было видно из-за края одеялка. Мужчина прикипел к ним взглядом. Он не знал какого пола были его дети. Точнее догадывался, что один из малюток точно мальчик, а вот на счет второго уверен не был. Мэри же решила сохранять интригу до последнего. Даже на УЗИ не было ничего понятно. Один из близнецов постоянно закрывал собой второго не давая возможности все разглядеть как следует. Джон тогда улыбался широко и говорил что старший младшего защищает даже в материнской утробе. Так что им оставалось лишь гадать. Они с Дином столько теорий успели настроить в ожидании пополнения их семьи. Даже интересно кто больше ждал рождение близнецов, их отец или старший брат? Вряд ли Джон мог ответить на этот вопрос. - Знакомься, - тихий голос его жены выдернуло его из лёгкого с упора. Та кивнула на малыша в голубой шапочке, протягивая его мужу- Это твой сын. Он родился первым. Мужчина взял малыша на руки нежно улыбаясь. Ребенок немного недовольно закряхтел от перемены позы. Шапочка от телодвижений младенца съехала немного набекрень, от чего мужчина весело улыбнулся. Надо же. Второй раз стал отцом. У них с Мэри теперь, кто бы мог подумать, трое детей. Он уже и забыл какими крошечными являются новорожденные детишки. А ведь и Дин таким был всего четыре года назад. Как стремительно летит время. - Взгляни приятель. Твой младший братик. Хочешь его подержать? - мужчина неспешно двинулся в сторону своего старшего сына. - Да! - ребенок уже подскакивал от нетерпения, требовательно протягивая вперед руки. На руках у брата малыш казался больше в два раза, чем на руках родителей. Так что отец контролировал ситуацию придерживал младенца. Парнишка как загипнотизированный смотрел на своего младшего брата. Тот какое-то время лежал не подвижно, но вскоре, решив проявить активность, зашевелился. И не понятно, был ли старший мальчик в восторге или в ужасе от этого. - Он такой маленький, - прошептал он внимательно изучая ребёнка на своих руках, - И сморщенный. Как чернослив. - Дин, ты тоже таким был, - его отец весело хохотнул, забирая свёрток и отдавая обратно матери, когда ребёнок начал капризно хныкать. Та, аккуратно забрав сына, протянула ему второй свёрток. И глава семьи пораженно застыл. На голове у малыша была бледно розовая шапочка. - А это твоя дочка. Дочка. У Джона перехватило дыхание, руки неожиданно затряслись. Он даже присел на край кровати, побоялся, что ноги не выдержат. Его словно огрели чем-то тяжёлым по голове. Черт возьми, у него появилась дочь! - У нас девочка? - в горле пересохло, а голос немного дрогнул от переизбытка резко нахлынувших чувств. Он держал малышку словно хрустальную и не мог оторвать взгляд от её лица. Румяные пухлые щёчки, аккуратные губки, носик кнопкой. Девочка. Его малышка. - Да, - та утвердительно кивнула потерянному мужу. - Она такая.....такая... - он даже слов подобрать не мог и в поисках помощи посмотрел на супругу. Мэри молча улыбалась смотря на мужа и дочь. Дин, также заинтересовано сверкал глазами со своего места пытаясь вытянуть шею достаточно, чтобы разглядеть сестру на отцовских руках. - У меня и сестренка есть? - восторг в детском голосе был таким ярким, каким бывает только у детей. - Да, солнышко, - блондинка погладила сына по голове, целуя его в макушку,- Теперь у тебя есть младшие братик и сестричка. Ты рад? -Да! Разговор молодой женщины и ребенка проходил мимо мужчины. Он все смотрел на малышку и не мог насмотреться вдоволь. Такая крохотная, милая в своей розовой шапочке с пушистым помпончиком. Джон оставил на лбу дочери легкий поцелуй, нежно баюкая ее на руках. Но, кое что его насторожило. В отличие от брата она даже не шелохнулась, только слегка сморщила носик. Он вопросительно взглянул на жену и спросил: - Почему она такая тихая? С ней все в порядке? - Милый она в порядке. Просто вчера плакала очень долго. Еле успокоила. - Плакала? Почему? - тот встревоженно нахмурился. Младенцы плачут, конечно. Это понятно, но чтобы долго... - Может из за лёгкой температуры. Врач сказал, что все пришло в норму. Видно отдыхает после вчерашнего концерта. В палате воцарилась тишина. Дин, забравшись на кровать к матери пытался рассмотреть сестру на руках отца. Ему даже удалось ткнуть её в кончик крохотного носика. Он выжидательно сопел, ожидая свою очередь, чтобы подержать сестру на руках. - Как назовем? – прохрипел растроганный отец. Его жена прижала к себе младшего сына. - Сэм. Нашего сына будут звать Сэмюэль. - В честь твоего отца, значит, - пробормотал отец, - Хорошее имя, - брюнет одобрительно кивнул. Родителей Мэри сильно любила. Так что он не возражал против выбранных ею имен. Особенно если это делало ее еще более счастливой. - А нашу малышку? Какое имя ты ей дашь, Джон? - Я? - мужчина даже растерялся немного. - Да, ты. Я хочу чтобы имя она получила от тебя. Джон задумчиво смотрел на дочь, перебирая все женские имена, которые вообще знал. И ни одно ему не нравилось. Либо было слишком простым, либо слишком вычурным. Ужасно хотелось дать своей дочери какое-нибудь особенное имя со значением. Прибывая в своих мыслях он заметил, что на него смотрят в ответ не сразу. Малышка слегка приоткрыв глаза в упор смотрела на него. Или по крайней мере пыталась. А Джон просто не мог отвести взгляд. Ни за какие деньги. Даже если прямо сейчас за окном начнётся перестрелка он и ухом не поведёт. - …Милли, - тихо, буквально на выдохе прозвучало имя. Милли. В честь его мамы. Ему хотелось, чтобы его дочь звали именно так. - Добро пожаловать в мир, Сэм и Милли Винчестеры. Девочка на руках у отца расплакалась.