Поймай меня, если сможешь

      Лера заставила себя успокоиться. Выровняла дыхание, вспомнила хорошие моменты, помедитировала, если можно так сказать. Одним словом – сделала всё, что можно было.       А затем вышла из машины, столкнувшись лицом к лицу со своим страхом. Даже, можно сказать, с ночным кошмаром.       Сама по себе девушка, стоящая перед машиной, не представляла ничего страшного. Но тот факт, что сейчас в машине сидела Женя и наблюдала за всем происходящим, пугал до мурашек.       Лера чувствовала на себе её обжигающий взгляд. Чувствовала, как она сканирует её, рассматривает, подмечает ранее не виданные детали – хотя их, казалось, уже и не было.       Под таким пытливым взглядом Лера, к удивлению, ощущала себя комфортно. Зато она испытывала дискомфорт от другой пары глаз, разглядывающих её спереди.       И как она могла раньше целовать эти губы? Смотреть в эти глаза, улыбаясь? Как она могла любить её? А может она просто проецировала свои чувства к Жене на Юлю? Отчего-то появилось отвращение к самой себе. Лера почувствовала себя предателем. Интересно, а Юля любила её?       Невольно она сравнила Юлю и Женю. Различий между ними было столько же, сколько между летом и зимой. Сходство, пожалуй, было только одно – обе были старше самой девушке. Юля недавно справила тридцатилетие, а Женя... а сколько ей?       Лера на миг обернулась назад. Заходящее солнце светило прямо в лобовое стекло. Из-за бликов можно было разглядеть лишь плечи Жени. Лицо было полностью засвечено.       Нужно будет спросить, сколько ей лет. Только как сделать это покультурнее?       — Мне уйти? — всё-таки за одно качеству Юлю стоило любить. Та всегда понимала без слов. И видела всё, даже то, что не было ясно самой Лере.       А может, она слишком хорошо знала её. Знала, как та смотрит, когда любит. Она ведь видела его сотни раз. И в каждый из этих раз понимала, что Лера смотрит на неё, но видит другую.       Было ли ей больно? Определённо.       А сейчас было ещё больнее. Ведь в машине сидела та, о которой всё время думала Лера. Они даже расстались из-за этой безымянной девушки.       Но Юля, к удивлению, не обижалась. Она и сама не любила Леру. Юля понимала, что для обнимашек на работе и милых поцелуев украдкой эти отношения предназначены не были. Страсть и желание – точное описание.       И главный плюс был в том, что никто и подумать не смел. Зато как ей нравилось видеть растрёпанную Леру через двадцать минут после случившегося. Как ей нравилось смотреть на неё не отрываясь, лишь бы смутить посильнее.       Нет, она точно не любила её. Юля могла любить секс с ней. Могла любить её тело. Но она не испытывала никакого трепета при виде заспанной или домашней девушки.       Только возбуждение, которое всегда перерастало в секс. В хороший секс.       Единственной загадкой для Юли было то, почему Лера выбрала её. И сейчас, разглядывая девушку, сидящую в машине, она по-прежнему не находила ответа. Они обе были шатенками. И на этом, в принципе, всё. Форма лица, фигура, даже размер груди – всё отличалось.       Как Лера могла смотреть на Юлю и видеть Женю? Должно же быть хоть какое-то сходство.       — Смотря зачем ты пришла, — ответ, несмотря на прошлое, связывавшее девушек, был холодным. А может в том и дело, что раньше их связывало хоть что-то, а сейчас этого чего-то не было и в помине?       Лера даже не помнила, как они познакомились. Просто Юля появилась в её жизни. Просто в один прекрасный день Лера сама поцеловала её. И тот же день закончился не менее прекрасной ночью.       Наверное, ей нужен был кто-то. Необходимо было любить кого-то. А человека, для которого эта любовь изначально предназначалось, не было. Поэтому выбор пал на Юлю.       Жалела ли об этом Лера? Нисколько. По крайней мере благодаря Юле она научилась многим интересным вещам. А опыт он в любом случае хорош.       — Увидела знакомую машину. Решила подойти, узнать, как продвигается расследование, — минусом в отношениях между коллегами было то, что после расставания им непременно придётся видеться. Хорошо, что не работать в паре.       — Никак, — секунду назад Лера хотела сказать, где она была и как отрывалась от погони – конечно, без пикантных деталей, – но резко остановилась. Она вдруг поняла одну вещь. Заставив себя держать расслабленное лицо, она спокойно сказала: — Уже год на одном месте сижу.       — И не хочешь, чтобы тебе помогали, — изначальный вопрос под конец фразы стал утверждением. Юля ведь знает Леру как свои пять пальцев. А Лера знает ту ещё лучше.       Или им только кажется?       — Хотя помощник у тебя, похоже, уже имеется, — бросив многозначительный взгляд на машину – хотя Юля и не переставала смотреть на неё, – она поворачивается корпусом к Лере, приподнимая брови в немом вопросе. — Подвергаете риску гражданских, младший лейтена-ант? — нараспев растягивая гласную, Юля сымитировала всем известную песню.       Лера, как и всегда бывало при таких моментах, наигранно надулась. Прижав голову к плечам, она обиженно отвернулась, хмуря брови.       — Дослужилась до лейтенанта, а теперь тут ходит, умничает, — предложение девушка пробубнела, по-прежнему изображая обиженную. Она и позабыла, что за всем происходящим наблюдает Женя. И за этим представлением тоже.       И тут Юля сделала то, чего Лера не ожидала. Если бы она знала, что её шутка выльется в такое, то ни за что в жизни бы не стала строить из себя клоуна.       Юля, приобняв Леру за плечи, что-то зашептала ей на ухо. Лера захотела отшатнуться, но поняла, что это может вызвать подозрения.       Лера прекрасно слышала, что это было:       — Ты не меняешься, — и Лера знала, что тактильная Юля всегда выражает свои чувства объятиями и даже поцелуями.       От последней мысли Леру передёрнуло. Только не это, пожалуйста. Лишь бы она не поцеловала её. Даже в щёку. Не надо. Пожалуйста. Что тогда подумает Женя?       Но Женя о тактильности Юли не знала. И оставалось только гадать, что та подумала, увидев такое. Хотя она, должно быть, и так уже всё поняла.       Женя закусила губу практически до крови. Глаза оставались сухими, но ещё немного, и она разрыдается.       Смотреть на эти обнимашки было просто невыносимо. Она и так поняла, что за связь была между Лерой и этой девушкой. Догадалась по испугу первой, по горящему взгляду второй.       Она прочитала всё в мимолётном взгляде, который бросила на неё Лера. Почувствовала влюблённым сердцем, что этих девушек связывает не простая дружба. А эти объятия её просто добили. Почему она, а не Женя? Почему?       С губ сорвался тихий всхлип.       Было чувство, будто её предали. Взяли и растоптали все её чувства. А затем выкинули, как ненужную вещь.       Стоп. Чувства?       Как-то быстро она перешла с отрицания на принятие. Скорее даже перескочила через три стадии осознания неизбежного.       Дальше что? Ей начнут сниться влажные сны с участием Леры?       Сглотнув, она заставила саму себя прекратить думать. А сон ведь уже был...       Она влюбилась. Прекрасно. Просто идеально. Ещё лучше то, что Женя поняла это, увидев как объект воздыхания обнимается со своей... в груди что-то больно кольнуло.       В душе поселилась обида на Леру. Женя не могла толком понять, на что именно обижается.       Может на то, что Шостакова переходит границы, вот так вот обнимаясь у неё на виду. Хотя какие границы? Она давно ей не ученица. И сейчас имеет полное право и обнимать, и даже целовать эту девушку.       И Женя не сможет её осудить. Она никогда не была гомофобом. Когда-то в детстве, лет до пятнадцати, возможно. Но она скорее просто не думала, кто с кем спит. Ей было всё равно.       Потом она влюбилась. А после влюблённости в девушку, как известно, оставаться гомофобом невозможно. Разве что первое время, не принимать себя, отрицать всё. Но с тех пор прошло почти двадцать лет, Женя давно успела принять себя. Правда влюбиться до сих пор боялась.       Лера ей никто.       Эти слова прошлись лезвием по изрядно израненной душе, оставляя новые царапины. Которые, увы, так легко не заживить.       Лера, отстранившись от Юли, сразу же бросила взгляд на машину. В её глазах была мольба о прощении.       Но Женя то ли не хотела, то ли действительно не видела этого. Хотя ей, в отличие от Леры, не мешали блики солнца. Она прекрасно видела и её, и девушку, всё ещё обнимавшую ту за плечи.       А девушка, стоя левее, чем Лера, прекрасно видела Женю. Последняя, как не искала, не могла найти в глазах Юли и капли ревности. Там было веселье, огоньки задорства, даже счастье. Но злорадства или чего-то такого там не было.       Тем не менее Женю передёрнуло от этого взгляда. Было в нём что-то такое, заставляющее внутренности сжиматься. Женя невольно сравнила этот взгляд с описанием взгляда преступников из книг.       Нет, не подходит. Что-то здесь не то.       Быстро попрощавшись, Юля ушла в противоположную от машины сторону, вскоре свернув за угол.       Лера ещё какое-то время так и стояла, смотря ей вслед. И эмоции, что та испытывала, были явно не положительными. Это были не грусть, не тоска, и даже не сожаление.       Гнев, злость, ярость, да хоть бешенство. Она была невероятно раздражена. А всему виной Юля. Всему виной её проступок.       Злилась Лера отнюдь не на Юлю. Её гнев был направлен на саму себя. На свою невнимательность, беспечность, неосторожность. На свою слепость. Да хоть тупость. Сейчас она готова была обозвать себя как угодно.       Она подвергла риску Женю. И подвергает до сих пор. Какая же она идиотка.       Постаравшись перекрыть поток самобичевания, Лера села в машину. С силой ударив по рулю, она схватилась за голову, растрёпывая волосы.       С губ сорвался истеричный смех, а в уголках глаз выступили слезинки. Кажись, у неё начинается истерика.       — Как она могла узнать нашу машину? — заметив влажные глаза напротив, Лера возненавидела себя ещё больше. — Я ведь только вчера её арендовала. Она просто не могла её видеть.       Лера была готова разрыдаться и рассмеяться одновременно, но её прервали.       Женя, с силой сжав плечо девушки напротив, притянула её к себе.       За миг до переломного момента заглянула в глаза напротив. Не увидела там сопротивления, и накрыла чужие губы своими.       Ожидаемо почувствовала солоноватый привкус. Чьи это были слёзы – Леры или её – неясно.       Следом она ощутила, как ей с желанием ответили.       Всё-таки она не ошиблась. Женя по уши влюбилась в эту девчонку. По уши влюбилась в свою Шостакову.