This is me trying.

      Ники и Аарон неделями спорили о том, где искать квартиру — в Косом переулке или Хогсмиде. Оба варианта имели свои плюсы и минусы: Хогсмид был дешевле, и даже после начала учебы близнецы смогли бы приходить сюда по выходным, в Косом переулке же было проще работать летом, особенно, если Ники, закончив учебу, получил бы работу в Гербологической Лавке Флиттерблума. В конце концов Эндрю столкнул их лбами и сказал подбросить монетку. Так что теперь они снимали квартиру в Хогсмиде.       Все было хорошо, Эндрю не особо заботило, где он жил. Квартира находилась над магазином, так что днем ​​было шумно, а ночью тихо. Внутри она была крошечной и неряшливой, но у Эндрю была собственная спальня с запирающейся дверью. Имелся камин, через который он добирался до паба в Лютном. Ему исполнилось семнадцать, так что теперь Эндрю мог работать барменом, а не просто обслуживать столики. Ничего захватывающего, но сейчас все было намного лучше, чем когда-либо прежде в его жизни.       Так что на самом деле нет никакого оправдания тому, что через месяц он чувствует, что сходит с ума. Эндрю казалось, что ему совершенно наплевать на жизнь, но, очевидно, нет. Это своего рода новинка, сводящее с ума напоминание об эмоциях. Он все еще чувствует себя оцепеневшим, но есть что-то вроде зудящей скуки под кожей каждую ночь, когда он обслуживает очередную мертвую смену в пабе, когда возвращается по камину обратно в Хогсмид, к пререканиям брата и кузена, к Кевину, который периодически заваливается к ним и проверяет, как они питаются. Даже поставщика сливочного пива в паб, Роланда, которому он раз в неделю дрочит в задней комнате, недостаточно, чтобы развлечься.       Июль близился к концу, и даже унылая английская погода сдалась лету, поэтому, следуя за Кевином в Качественные Товары Для Квиддича в одну из суббот, Эндрю потеет во всем черном. Ники и Аарон остались где-то позади. Эндрю согласился на эту прогулку только ради хоть какого-то разнообразия летней жизни. Ну, а еще Кевин был бы чертовски раздражительным, останься он дома. На самом деле, лето — совершенно не его сезон. Он может быть в рубашке без рукавов, но ему жарко от черных нарукавных повязок и тяжелых черных ботинок. Капля пота стекает со лба под черные солнцезащитные очки, и Эндрю смотрит на Кевина впереди. Во всем виноват Кевин, как и в большинстве плохих моментах в жизни Эндрю. Тройная порция мороженого от Фортескью в руке Эндрю — единственная причина, по которой он еще не ударил Кевина по голове.       — И новый Чистомет должен стать огромным прорывом, что удивительно — они всегда бережно относились к своей репутации семейных метел, но у них очень прочные чары, так что, если они уж решили пойти в гоночные метлы, это может иметь большое значение, поэтому я хочу убедиться, что буду первым, проверившим их.       — Ты совершенно невыносим, ​​— говорит ему Эндрю, когда они доходят до квиддичного магазина, и Кевин тянется к ручке. Эндрю оглядывается через плечо, посмотреть, не слишком ли отстали Ники с Аароном.       Но потом.       Дело не в том, что он сдался и совсем отказался от идеи снова увидеть мальчика из Хогсмида, просто не вкладывался в мысли об этом. Если Эндрю позволит себе увлечься мальчиком, которого он видел минуты три, то в конце концов это приведет его на скользкую дорожку. Так что он сосредоточен на работе и семье, пытается отвлечь Кевина от квиддича, раздражает Кевина, отказываясь тренироваться с ним все лето, хотя «до следующего чемпионата мира всего три года, Эндрю!», и учится обходить опасные грани своего сексуального влечения с Роландом. И он не думает о том мальчике из Хогсмида, хотя его странная серебряная зажигалка лежит в кармане Эндрю почти три месяца, и он чувствует вечно холодный металл каждый раз, когда кладет туда руку.       До сегодняшнего дня. До момента, когда Кевин заходит в магазин, Аарон спотыкается о булыжник позади них, а мороженое Эндрю со вкусом жвачки стекает с рожка по его руке, когда он оглядывается и видит до безумия знакомое лицо, стоящее прямо перед ним, чуть ниже по улице.       Однако мальчик выглядит иначе. Например, уже не напоминает бездомного. Он по-прежнему в маггловской одежде, ни разу не модной, но сидящей получше. Изменились волосы: больше не коричневые, не мертвые и длинные, а ярко-рыжие, коротко убранные по бокам. Его глаза поразительного, цепляющего душу ледяного голубого цвета, которого раньше не было. Эндрю даже не узнал бы его, не застрянь в его эйдетической памяти это глупое красивое лицо и ужасные высокие скулы. Мальчик спускается по задней лестнице Дырявого Котла, должно быть, остановился там. А еще он выглядит раз в десять, блять, привлекательнее, чем раньше, и Эндрю решает его ненавидеть.       Мальчик достигает подножия шаткой лестницы и начинает идти вверх по улице к ним. Эндрю улавливает точный момент, когда мальчик замечает его. Они смотрят друг другу в глаза, и мальчик замирает на долю секунды, прежде чем продолжить свою прогулку как ни в чем не бывало. Кто-то другой может и не счесть это реакцией, но Эндрю видит натянутую небрежность в походке, видит, как мальчик переносит большую часть своего веса на подушечки стоп, готовый сменить прогулочный шаг на бег в любой момент.       Эндрю продолжает смотреть на него.       — Честно говоря, Эндрю, по твоим долгим взглядам на некоторых парней, любой может подумать, что это ты гей в нашей семье, — смеется Ники, догоняя его.       Эндрю думает пошутить в ответ, но Ники настолько слеп, что это, несомненно, пройдет мимо, вот он и не утруждается. Дело не в том, что Эндрю избегает откровений: просто каждый раз, когда он что-то говорил, окружающие принимали это за сарказм и смеялись. Сейчас он сдался.       — Фу, гадость, — ворчит Аарон, отставая на шаг. — Ты же знаешь, что ему просто нравится смотреть на людей сверху вниз, чтобы запугать их.       — Ребята, не могли бы вы поторопиться? — прерывает их Кевин, выглядывая из-за двери. — Они закрываются через два часа!       — О, успокойся, принцесса Кевин, — говорит Ники, закатывая глаза, и подталкивает Эндрю в магазин. — Давайте, мальчики.       В этот момент Эндрю принимает решение и бросает свой рожок мороженого на землю.       — Упс, — невозмутимо говорит он, а Кевин стонет. — Старый, неуклюжий я. Пойду лучше возьму еще одно. Встретимся здесь же.       — На что ты не пойдешь, лишь бы избежать всего, связанного с квиддичем, — бормочет Аарон, тоже протискиваясь мимо, и все они заходят в магазин. Эндрю же не поворачивает к Фортескью, а решительно направляется к мальчику.       Он почти поравнялся с ними, но, кажется, был очарован метлами на витрине, не дойдя пары шагов. Значит, очередной спортивный идиот. Фу.       — Ну что за зрелище, — растягивает Эндрю, подходя к мальчику и наблюдая, как его плечи слегка напрягаются под уродливой оранжевой футболкой. Вблизи видно, что он всего на несколько дюймов выше Эндрю, но даже они заставляют Эндрю его презирать. — Разительно отличается от того, что было еще несколько месяцев назад.       И, настолько напряженный, насколько это вообще возможно, парень поворачивается к Эндрю без тени страха на лице.       — Жизнь сильно изменилась с мая, — замечает он как ни в чем не бывало. Оглядывает Эндрю сверху вниз, будто оценивая угрозу, а затем добавляет. — Раньше мне было от чего убегать, сейчас — нет. Имею в виду, я уверен, что ты слышал о массовом аресте Пожирателей Смерти в июне.       — Только не говори мне, что ты ребенок Пожирателя Смерти, — усмехается Эндрю, мгновенно складывая в уме все фрагменты       — Хорошо, — говорит мальчик и замолкает.       В эту паузу Эндрю осмысляет, что мальчик — ребенок Пожирателя Смерти. Последние два месяца он не мог удержаться от построения теорий, но такой в списке не было. У него почти бегут мурашки по коже, но в расслабленной позе мальчика и уродливой маггловской одежде есть что-то странно обнадеживающее, почти впечатляющее, но это слово Эндрю ненавидит и отказывается чувствовать.       — Ну, — издевается он, — я полукровка, ты собираешься попытаться меня убить?       Но мальчик просто говорит:       — Я тоже полукровка. Ты собираешься попытаться убить меня?       Эндрю не знает, что на это ответить. Он отказывается это признавать, поэтому просто скрещивает руки на груди и смотрит. Может быть, он пытается подчеркнуть угрозу палочки, выглядывающей из-под повязок, или, может быть, он пытается показать свои бицепсы, которых не скрывает футболка без рукавов. Он ненавидит себя за второй вариант, поэтому решает остановиться на первом.       — Моя зажигалка у тебя? — спрашивает ребенок.       — Не с собой, — лжет Эндрю. Он не знает, почему он лжет, и мгновение спустя сожалеет об этом. На самом деле, зажигалка спрятана в кармане его джинсов, и он должен ухватиться за шанс вернуть надоедливую вещь владельцу. Но он не возвращает.       — Хорошо. Я заберу ее, когда увидимся в следующий раз. Я, кстати, Нил, — парень протягивает руку, как будто Эндрю может снизойти до рукопожатия. Эндрю просто смотрит на него без всякого выражения.       — Мне все равно, — говорит он. — Больше мы не увидимся.       — О, я не знаю, правда ли это, — говорит Нил, и в его глазах читается своего рода ярость. Он чуть поводит отвергнутой рукой, а потом возобновляет свой путь. Но, прежде чем полностью исчезнуть, он бросает через несправедливо привлекательную линию его узкого плеча. — Я только что получил письмо от Директора Уиттиер. Я поступаю в Хогвартс на седьмой курс.       Эндрю ненавидит его. Не может поверить, что ради этого разговора бросил на землю прекрасное мороженое. Он ждет, пока Нил скроется из виду, а потом отправляется обратно к Флориану, чтобы купить еще одно, и говорит себе, что охладиться ему нужно из-за летнего зноя.