Я тебя. Никому. Не отдам.

Рольф Скамандер нервно мерил шагами свой кабинет, его тень причудливо изгибалась на стенах в свете масляных ламп. Со стороны могло показаться, что он решает сложнейшее уравнение — так оно и было. Разгадать туманные видения Сивиллы Трелони было задачей не для слабых умом. — Герми, прошу, повтори ещё раз, — его голос прозвучал глухо, отрывая девушку от дремоты. Гермиона устало вздохнула, закатив глаза, но послушно повторила заученную фразу, будто скороговорку: — Придёт вор. Магия будет украдена, душа растворится в ужасных кошмарах, друг станет врагом, та, что любит, падёт от проклятия, а предречённая быть вечной любовь будет висеть на волоске. — Она сделала паузу, смотря на него с упрёком. — Рольф, в седьмой раз. Я превращаюсь в попугая. Но магозоолог будто не слышал. Он замер, вглядываясь в пространство перед собой. — И в её предсказании вором была девушка. Значит, какая-то девушка украдёт магию. Но при чём тут душа? И о каком друге речь? Думай, Гермиона, кто из твоих друзей способен на нечто подобное? — Ну да, она же тебе это предсказала! — Потому что я была рядом! Может, это кто-то из её друзей? Или «друг» — это образ? — Рольф лишь скептически хмыкнул, и Гермиона вспыхнула. — Никто из моих друзей не способен на предательство! И уж точно не станет красть магию! — отрезала она, и по её тону было ясно — тема закрыта. Рольф отступил, переведя внимание на другие части пророчества. С момента ужина прошли часы, которые они провели в этом кабинете в тщетных попытках сложить пазл. Теперь Гермиона чувствовала лишь свинцовую усталость. - Рольф, пожалуйста, давай подумаем над этим завтра? Уже ночь, и пора спать. На свежую голову думается лучше, ты же знаешь! Да и, к тому же, может, завтра Сивилла придёт в себя и сможет дать нам новые зацепки. - Ты же знаешь, что в состоянии транса она не запоминает, что говорит. - Иногда вспоминает! — взмолилась Гермиона, откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. Вся её ежедневная энергия и пылкость, казалось, испарились, оставив лишь измождение. — Мой мозг отключился. Прости, я больше не могу. Юноша подошёл к ней и аккуратно погладил девушку по голове. Сидя в кресле, с закрытыми глазами, гриффиндорка выглядела очень умиротворённо. - Ты права. – мягко проговорил парень. – Утро вечера мудренее. - Угу. – Гермиона согласно кивнула и открыла глаза. – Завтра приезжает Астория, а после мы обязательно всё обсудим ещё раз. – девушка улыбнулась, поднялась с кресла и, обняв друга на прощание, направилась к выходу. - Астория приезжает завтра? – спросил Скамандер, когда Грейнджер открыла дверь. - Да, они с сестрой приедут, чтобы посмотреть, как обстоят дела с подготовкой. А что? В голове Скамандера мелькнула тревожная догадка, связанная с пророчеством, но он лишь покачал головой — не время. — Так, ничего. Спокойной ночи, Гермиона. — Доброй ночи, Рольф. – ответила девушка и вышла из кабинета. Время было давно за полночь. Все давно спали, и в замке царила гробовая тишина, нарушаемая лишь эхом шагов Гермионы по холодному каменному полу. Гриффиндорка шла, думая лишь о том, как рухнет на кровать и провалится в сон. Но у судьбы, как всегда, были свои планы. Уже у самой спальни она замерла, заметив в полумраке знакомый высокий силуэт, прислонившийся к стене. «Мерлин! А этому что нужно?» - мысленно проговорила Гермиона. Она очень надеялась, что этот хорёк просто решил погулять по тёмным коридорам, и у неё получится быстро прошмыгнуть в свою комнату. Но её мечтам не суждено было сбыться. Заметив девушку, слизеринец направился прямиком к ней. Гермиона, поняв, что разговора с ним не избежать, встала у двери своей спальни и ждала, пока Малфой подойдёт. - Драко, что ты тут делаешь? - А сама как думаешь, Грейнджер? – его голос был низким, обжигающе-резким, и в нём не было ни намёка на привычную насмешку. Это заставило её насторожиться. - Понятия не имею, – уже более твёрдо произнесла девушка. Он продолжил приближаться, заставляя её инстинктивно отступать, пока спиной она не упёрлась в холодную стену. — Малфой, соблюдай дистанцию! — приказала она, но в её голосе уже слышалась тревога. На мгновение в глазах парня мелькнуло что-то похожее на сомнение, но лишь на мгновение. В следующую секунду он резко двинулся вперёд, одна его рука упёрлась в стену рядом с головой Гермионы, а другая обвила её талию, притягивая к себе. Непроизвольный стон вырвался из её губ — короткий, сдавленный, полный неожиданности.  Малфою понравился этот стон, и ему ужасно захотелось услышать его ещё раз. Он слегка наклонился и приблизился своими губами к губам Гермионы. Такие мягкие и алые, они манили юношу. Оставалось всего пара сантиметров, и вот он – такой нежный, такой желанный поцелуй… Но Драко не стал. Он помнил о своём обещании и желании доказать Грейнджер, что он изменился, что он уже не тот негодяй, плюющий на окружающих. Подумав об этом, парень убрал руку с талии Гермионы и отошёл от неё. - Прости. Я…не должен был, – опустив взгляд, произнёс Драко. – Просто я так больше не могу. — Как? — выдохнула она, всё ещё не в силах прийти в себя. — Видеть вас вместе! — вырвалось у него с такой болью, что Гермиона невольно вздрогнула. — Знать, что ты часами сидишь у него, говоришь с ним, доверяешь ему свои секреты, а я… всегда за бортом. Всегда никто. - Драко… - Нет, — он перебил её, и в этот раз его взгляд был прямым и ясным, полным решимости. — Ты ничего не должна мне объяснять. Я не имею права лезть в ваши дела. Я прошу лишь об одном — не закрывайся от меня, Гермиона. Дай мне шанс. Всего лишь шанс. Я не хочу больше быть для тебя посторонним. Сказав это, Малфой отвернулся и ушёл прочь, оставив Грейнджер на едине со своими мыслями.

***

«Эгоист! Нарцисс! Наглый, самовлюблённый хорёк!» — мысленный монолог Гермионы бил точно в цель, пока она наспех собиралась на завтрак. Ночь была бессонной. Гнев клокотал внутри, то и дело сменяясь предательской дрожью и желанием забыть обо всех условностях и просто пойти к Драко. А в редкие моменты, когда удавалось провалиться в забытье, перед ней возникало его лицо, и тихий голос звучал в самой глубине сознания: «Не закрывайся от меня, Гермиона». От этих слов она вздрагивала и снова просыпалась. Ну почему он просто не мог оставить её в покое? Почему каждый раз врывался в её жизнь, словно ураган, и рушил все её планы? А потом снова исчезал, ссылаясь на долг перед семьёй и невозможность его нарушить. - Трус! — выдохнула она вслух, с силой проводя щёткой по волосам. — Жалкий трус! Твердит о любви, но стоит появиться Астории — и он уже идеальный принц на белом коне. Как же это бесит… Гулкий бой часов на Башне возвестил о начале завтрака. Гермиона помнила о приезде Министра Магии в честь предстоящего бала, а потому хотела побыстрее позавтракать и оставить время на подготовку последних деталей. До бала оставалось два дня, и уже всё должно было быть готово. Рождественский бал впервые проводился в Хогвартсе с момента окончания войны, в Хогвартс съезжались маги и волшебницы со всех уголков земли. А потому преподаватели Хогвартса, как представители принимающей стороны, не могли ударить в грязь лицом. Размышляя об этом, Грейнджер схватила со стула свой платок – новый и незаменимый атрибут в её образе (девушка считала, что он делает её взрослее, и так она больше похожа на учителя, а не на ученицу), надела его на плечи и вышла из комнаты, спешно направляясь в Большой зал. По расписанию у девушки было четыре урока, но из-за приезда Астории она, как ответственная за праздник, проводила только два, на остальных двух уроках её ученики присоединялись к другим факультетам. За всё утро гриффиндорка не видела Малфоя, решив, что он наверняка отправился за Асторией и её сестрой, чтобы должным образом сопроводить в школу. С Рольфом они встретились в зале, во время завтрака, но тему предсказания Сивиллы решили оставить на потом, поэтому говорили лишь на стандартные темы: занятия, ученики и бал. Затем они пробежались по списку задач, зачёркивая последние пункты, и направились на занятия. Два урока прошли незаметно. В преддверии праздника учителя не особо наседали на детей, а потому большая часть уроков проходила в разговорах о танцах, бальных костюмах и самой атмосфере Рождества. Ровно в одиннадцать Гермиона заняла пост у парадного входа. И, как она и предполагала, Драко прибыл вместе с Асторией. Она тысячу раз говорила себе, что они помолвлены, что его ночные игры — не более чем глупый каприз, но колющий холодок обиды и боли сжал ей горло при виде их вместе. Зайдя в замок и поздоровавшись с Макгонагалл, Астория направилась к Гермионе. Драко, как её будущий супруг, шёл справа от неё, а слева твёрдым и уверенным шагом шла невысокая, худощавая девушка. У неё были длинные золотистые волосы и большие серые глаза. Грейнджер видела её раньше в Министерстве, но познакомиться так и не представилось случая. - Добрый день, Гермиона, – подойдя ближе, поприветствовала гриффиндорку Астория. - Министр, очень рады видеть вас. – официально ответила на приветствие профессор трансфигурации. - Ну, так официально ни к чему, – слегка улыбнувшись, произнесла Гринграсс, а затем повернулась к светловолосой девушке. – Познакомьтесь, моя старшая сестра – Дафна Гринграсс. Дафна была ниже и худее Астории, да и лицо её было более миловидным, а с учётом должности Астории Дафна точно не выглядела старшей. Но Грейнджер решила оставить свои мысли при себе и просто кивнула девушке, мягко улыбаясь, на что старшая из Гринграсс ответила взаимностью. После этого Гермиона перевела взгляд на Малфоя и на удивление заметила некоторые изменения в его лице. Он больше не выглядел строгим, а наоборот, совсем открыто демонстрировал свою радость, смотря на гриффиндорку. В его взгляде на неё читалась искренняя нежность, но стоило ему обратить свой взор на невесту, как от этой теплоты не оставалось и следа. И это заметила не только Грейнджер, от чего девушке стало жутко неловко. Спасаясь, она жестом пригласила гостей осмотреть зал. Двухчасовая экскурсия прошла на удивление гладко, и по довольному виду Астории было ясно — результат её устраивает. Одна проблема решена. Уже около учительской к молодым людям подошла директор Макгонагалл и, обращая особое внимание на Гермиону, объявила о приезде ещё одного желанного гостя. - Хагрид уже здесь, директор? - Да, мисс Грейнджер! И я подумала, что вы в числе первых захотите его навестить, – твёрдо, но с ноткой радости произнесла Минерва. - Конечно, директор, я сейчас же направлюсь к нему! – радостно ответила гриффиндорка, на что Макгонагалл, сохраняя маску строгого директора, лишь кивнула и направилась дальше по своим делам. - Прошу меня простить, - начала Гермиона, повернувшись к остальным. –  Я покину вас ненадолго. Но на обеде мы снова встретимся. Она уже собиралась уходить, как чья-то рука легла ей на запястье. Оборачиваясь, она встретилась взглядом с Драко. Её сердце ёкнуло. Он не мог сделать этого сейчас, при всех, при Астории! Гермиона резко дёрнула руку и бросила взгляд на Министра. Та смотрела на них ледяным, испепеляющим взглядом, и на мгновение Гермионе показалось, что та сейчас накинется на неё. Но ничего не произошло. Вот в чём отличие аристократов от обычных людей – они всегда умеют держать лицо, но зато потом, в удобный для них момент, обрушивают на тебя всю мощь своего гнева. Напряжение между девушками было такое, что его можно было резать ножом, и это заметили все, кроме Драко. Он продолжал смотреть на Гермиону с улыбкой. - Я пойду с тобой, – произнёс юноша, чем только подливал масла в огонь. - Это не… Я сама… — начала было Гермиона, но Драко был непреклонен. - Мы сходим к Хагриду и вернёмся к обеду, а вы можете пока отдохнуть в учительской, –повернувшись к Астории, сухо произнёс слизеринец. Гермиона стояла за его спиной и проклинала юношу на все лады. Ей очень не нравилось то, в какое положение Драко её загоняет, но устраивать сцену прямо сейчас девушке показалось неуместным. Астория видела смущение и неловкость Гермионы, а потому не стала устраивать скандал, но и отступать Министр Магии была не намерена – это было не в её стиле. - Зачем же? Мы не устали, – твёрдо проговорила Гринграсс, повернувшись к сестре. И получив от неё согласный кивок, снова посмотрела на Драко. – Мы пойдём с вами. В конце концов, я бы тоже хотела поприветствовать Рубеуса, мы давно не виделись, – закончив, Астория мягко улыбнулась, будто всё так и было задумано. Драко лишь пожал плечами с показным безразличием. Все четверо направились к лесничему. Уже через двадцать минут молодые люди стояли у знакомой двери хижины. Гермиона постучала в дверь, за которой сразу же послышались громкие шаги. - Кто там? – прогремел из-за двери раскатистый бас. - Хагрид! К тебе гости! – радостно ответила Гермиона. Дверь распахнулась, и на пороге возникла знакомая исполинская фигура. Хагрид почти не изменился: та же густая грива волос, добрые глаза, лишь морщинки у глаз стали глубже. - Гермиона! – весело воскликнул Рубеус и притянул девушку к себе в медвежьи объятия. – Минерва…ой, то есть директор Макгонагалл писала, что ты теперь преподаёшь в Хогвартсе. Но я сначала ей не поверил. А ты и правда тут. - Да! Родные стены мне милее всего, – ответила девушка и улыбнулась. – Я не одна. – сказав это, гриффиндорка отошла в сторону и представила взору лесничего других гостей, которым великан кивнул в знак приветствия. - Ой, что это я! Совсем, видать, позабыл о манерах. Прошу, проходите! – раскашлялся хранитель ключей и садов Хогвартса и впустил прибывших в дом. - Хагрид, расскажи, где ты был? Когда я приехала сюда, то надеялась, что сразу смогу тебя увидеть, но Макгонагалл сказала, что ты не в Хогвартсе. Знаешь, я очень расстроилась. – с ноткой грусти проговорила девушка. - Узнаю нашу Гермиону! — рассмеялся великан. — Ещё порог не переступила, а уже с вопросами! Всё расскажу, всё. Но раз уж ты здесь, у меня для тебя есть сюрприз! - Какой? – удивлённо спросила девушка. - Какая ты нетерпеливая! Я уж и подзабыл об этом, – снова смеясь, поддразнивал девушку лесничий. - Хагрид, не заставляй Гермиону снова краснеть, – раздался у всех за спиной приятный баритон. – Хотя румянец ей всегда был к лицу. Все обернулись. В дверном проёме кухни стоял высокий, широкоплечий молодой человек с коротко стриженными волосами и аккуратной бородкой. Его взгляд был прикован к Гермионе, а на губах играла улыбка. Грейнджер замерла, не в силах поверить своим глазам. - Крам?